| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Глухое отчаяние просыпается внутри и я готова разреветься от бессилия что-либо переиграть, и вот сейчас мне объявят, что все... мое обучение закончено, и я могу катиться из Академии на все четыре стороны...
И так себя жалко, просто нет слов...
С глухим стуком распахивается дверь, я оборачиваюсь на звук, в душе возрождается безумная надежда на чудо...
Но вместо этого происходит ЧУДОвищная ошибка, потому что меня не просто с треском выгоняют из Академии. Нет.
Гораздо хуже...
По мою душу явилась стража, объявившая, что по решению коллегии, орсу Альену приказано препроводить в суд...
Наверное, это оказалось выше моих сил, потому что я даже не помню, как меня подхватили под локотки и отволокли туда...
Очнулась я уже сидя на жесткой скамье, в не менее мрачном помещении с решетками на окнах, сжавшаяся в комочек, чувствуя, как меня буквально колотит от страха и непонимания происходящего.
А на соседней скамье... вся моя семья...
Укоризненный взгляд заплаканных глаз матери, немой упрек в глазах отца на суровом лице, словно постаревшем сразу на много лет...
— Мама, — произнесла я непослушными губами, но женщина, вырастившая меня опустила глаза и вообще отвернулась...
И тут я услышала злобный шепот братьев:
— Мы же к тебе как к родной относились...
— А ты...
— Мерзавка неблагодарная...
Я в ужасе зажмурилась и хотела закрыть уши руками, чтобы не слышать и не видеть людей, которые были моей семьей почти с самого рождения, любили меня и по-своему баловали, холили и лелеяли. Я ведь единственная девочка среди этих оболтусов. Но руки оказались закованы в кандалы и, громко лязгнувшие ржавые цепи заставили ужаснуться: что я натворила? За что со мной так сурово? И при чем тут моя семья?
Поднявшийся судья в парадной мантии, постучав молоточком (набатом прозвучавшим в гробовой тишине зала), кивнул коллеге и с достоинством опустился обратно в кресло. Серый жрец Правосудия (ух ты ж! ничего себе, даже не обычный гражданский прокурор — сердечко ушло в пятки) поправил очки на кончике тонкого крючковатого носа, придававшего ему вид хищной птицы, и начал буднично зачитывать обвинение...
Смысл произносимых жрецом Правосудия слов плохо проникал в мой бедный разум, но суть дела, с трудом до меня дошедшая, была в том, что, мол, обвиняемая орса Альена Эрс, приемная дочь орсана Велия и орсы Мины Джаунсов, обвиняется в государственной измене...
Судья негромко кашлянул, перебив:
— Не в измене, а в диверсии.
Но тут вступил в дискуссию Защитник:
— Да нет же! У меня тут в черновике записано, что в покушении!
Народ в зале зароптал, а я сидела оглушенная — смысл-то особо не менялся! Меня сейчас вообще во всех смертных грехах обвинять начнут, а что я могу сказать в свое оправдание?
Пока я сидела и переживала, ругающихся между собой правозащитников накрыл Купол Тишины, но довольно быстро они пришли к единодушному решению махнуть рукой на само обвинение и сразу зачитать приговор.
— За сими злодеяниями в отношении Наследника Эмли Хорна II, Повелителя Шед, карающимися смертной казнью через сдирание кожного покрова, повешение и последующее четвертование, обвиняемая орса Эрс, приемная дочь орсана Велия и орсы Мины Джаунсов, посмевшая пренебречь вниманием к Клятве вышеозначенного Наследника, приговаривается...
Руки-ноги отнялись, мое сердце перестало биться, заранее испугавшись предстоящих мучений, но тут вмешался Серый жрец Правосудия:
— Там на обороте, — громким шепотом подсказал он судье.
— А да! — спохватился судья и, перевернув страничку, жизнерадостно закончил:
— Но, учитывая смягчающие обстоятельства и высочайшую просьбу самого Наследника, рааса Айвена (далее шли перечисления его многочисленных титулов, которые я благополучно пропустила мимо ушей, пытаясь запустить сердечко и заново научиться дышать, может, еще все не так ужасно?) четвертование, повешение и сдирание кожи, заменяется... — сделал судья многозначительную паузу, чтобы все прониклись неслыханной милостью, и резко продолжил: — годом постельных работ в спальне рааса Айвена, Наследника Повелителя Шед вступлением решения в силу немедленно! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит! — закончил судья, громко стукнув молотком.
И в тот же миг сознание померкло...
...и очнулась я уже в огромной кровати, простирающейся, насколько хватало остроты моего человеческого зрения во все стороны до самого горизонта...
А рядом со мной оказался ухмыляющийся Венька, с тортиком в руках, и наставительно произнес:
— Я же тебе говорил, лучше возьми! Эх ты, Алечка...
— Вень, — обрела я, наконец, дар речи, чувствуя два непреодолимых желания — надеть этот тортик ему на голову, а потом облизать всего с головы до пят, потому что с моими гормонами что-то такое происходило в данную минуту, чему я почти не могла сопротивляться, но все же робко поинтересовалась:
— Так это все не из-за Клятвы, а из-за тортика?
— Размечталась! — посерьезнел Рыжий вдруг разозлившись так, что мгновенно поменял ипостась, устрашающе выставив вперед рога и замахав крыльями:
— За Клятву ты у меня отдельно ответишь, еще и умолять будешь, чтобы тебе прежний приговор в силе оставили, только вот этот обжалованию не подлежит!!! — накинулся он на меня, срывая одежду, а я от ужаса заверещала, как будто он меня забодать собрался. Я вообще-то коров доить умею, но боюсь я их, уж и не знаю почему.
Только он, растерзав мою одежду, вдруг отодвинулся, легко пощекотав мои обнажившиеся ребрышки, и вернул себе прежний облик неотразимого красавчика, снова взбудоражив мои гормоны. Затем, склонив голову к плечу (словно копируя манеру Цая), вдруг совершенно другим тоном произнес:
— Эй, Алька, хватит вопить. Ну ты что, купилась, что ли? Я пошутил, не бойся.
Какой там пошутил?!! Я теперь вообще не понимала этого полудурочного, чего ему от меня надо, и тихонько дрожала, сжавшись в комочек.
— Ты что, испугалась, да? — забеспокоился Веник. — Тортик хочешь?
— Да ничего я от тебя не хочу!!!
Это поистине был вопль души.
Но на Наследничка он не произвел ни малейшего впечатления. Рыжий как-то грустно взглянул на меня, словно это не у него, а у меня с мозгами непорядок, и тихо произнес:
— Хочу-не хочу... а придется! — жестко рубанул он. — Не хочешь тортик, тогда сразу переходим к исполнению Клятвы.
— Мамочка, роди меня обратно, — прошептала я, понимая, что моя бедная психика такого прессинга и издевательства просто не выдержит, и устало закрыла я глаза...
...чтобы тут же проснуться, оказавшись снова в своей спальне, дрожа на утреннем сквозняке в предрассветных сумерках. Одеяло валялось где-то в стороне, а из-под моих ресниц текли слезы...
* * *
Умывание холодной водой не помогло, воспоминания о ночных кошмарах возвращалось, и мне все еще до сих пор было страшно... Конечно, сложно счесть за пророческое предупреждение кошмар об экзаменах и последующем судебном разбирательстве... Но все может быть, хотя, приснился мне, правда, бред полнейший...
Особенно насчет родителей. Я давно знала, что приемная дочь у мамы с папой, но мне казалось, что меня они любили больше, чем родных детей, моих братьев. Кто бы что не говорил, а именно их я считаю своей настоящей семьей. Взяли меня совсем малышкой. Моя родная мать была лучшей подругой Мины, почти сестрой...
Но впрочем, речь сейчас не о той, давнишней истории.
Как же меня бесит моя история с Наследником и его проклятой Клятвой!
Я раздраженно схватила расческу и попыталась расчесать спутавшиеся волосы. Наверное, оттого, что я злилась, ничего у меня не получалось, только выдрала клок волос, и в сердцах откинула расческу подальше:
— Ах ты ж гад, Рыжий! Мало мне из-за тебя в жизни огорчений — днем от тебя спасу нет, так еще и по ночам являться вздумал... — шипела я, преисполненная какой-то непреклонной решимости и злости. — Лучше бы уж тот, из кратера... да на месте Наследничка, а уж кто он там по происхождению — плевать! Если уж отдавать самое дорогое, то не Веньке! Просто так вот, из чистого упрямства!
И неважно, что чуть было не влюбилась. Такие, как он, не нуждаются в чистом и светлом чувстве. На его месте честнее было бы просто приказать, а не строить из себя шута с заигрываниями!
Нет, какая же я глупенькая еще, что все-таки позволила себе помечтать...
А сейчас этот демон просто бесит! Так еще ведь и ректором пугал, когда не хотела его по стереометрии подтягивать. Не врал, значит, что ему не откажут! Обидно...
И выхода не оставили...
'Ладно, раз заступиться за меня некому, — кое-как расчесала я все-таки волосы пятерней, —
переспать-то я тобой, Веник, пересплю, а то еще и впрямь государственной преступницей объявят. Переживу как-нибудь этот позор.
Только моя первая ночь тебе не достанется! Не заслужил! Рожей не вышел! И катись потом со своими тортиками куда подальше! Найдешь, кого ими осчастливить!
И вообще! Ректор только о переспать с этим рыжим гадом говорил! А о том, девственницей я к нему в постель попаду или нет, речи не было! Я лучше вон Цаю в первый раз отдамся! Он мне тоже нравится!
Поплескав еще немного водички себе в пылающее негодованием лицо, чуть успокоилась. И, опасаясь, как бы не схлынул воинственный настрой, переодела пижаму и решительно отправилась в прихожую...
* * *
Ага, разбежалась... Как же! Даже по делам, и важным причем, можно сказать жизненно необходимым, сходить спокойно нельзя!
Хорошо, что все-таки надела легкие туфельки без каблуков, и мой топот по лестнице не было слышно, потому что на первом этаже, подложив под себя камзол и подперев спиной входную дверь, без зазрения совести дрых... Венька!!!
Чтоб ему!
Ни подвинуть, не разбудив, ни выбраться, просочившись в щелочку, на которую дверь могла бы отвориться, мне не удалось бы. Я и так старалась не пялиться на мирно посапывающего демона, чему-то улыбающемуся во сне. Во-первых, чтобы не проснулся от моего свирепого взгляда. А во-вторых, чтобы не пропала моя решимость, потому что, несмотря на то, что хозяин пребывал где-то там, в тонком мире грез (не знаю уж, что снится по ночам Высшим демонам), а флюиды его, те, которые, оказывается, все-таки действуют на меня, привораживая, продолжали свою диверсионную работу.
Странно... а чего он вообще на моей площадке спать не устроился? Соседки, что ли, испугался? Не понимаю... И вообще-то, с чего это я до сих пор тут стою?
Чтобы не попасть под власть его чар, я живенько дала себе мысленный подзатыльник, мол, вспомни, какая у тебя цель, и осторожно, на цыпочках, отправилась обратно в квартиру.
Неужели думает, что я не найду способ улизнуть, если он занял такое стратегическое важное местечко?
Наивныыый...
Сразу настроить телепорт к дому Кота у меня, пожалуй, силенок не хватит, но уж на улицу-то я всяко выберусь.
Правда, попытавшись осуществить задумку, поняла, что не такой уж этот Наследничек и доверчивый. В смысле, кому-то он не доверял точно — то ли мне, то ли себе, то ли Цаю (а может и всем сразу), потому что на моем жилище снова висел запрет на телепортацию. Я сначала было решила, что только в квартире, но и с лестницы мне переместиться не удалось, только силы потратила понапрасну.
Вот ведь, рыжая морда, чего удумал!
Самое обидное, я теперь даже не знаю, на что он привязку сделал. Многие вещи просто фонили магией Высшего демона, но мне без его помощи (или хотя бы без помощи Цая) эту гадость не преодолеть.
Ыыыы...
Тоже мне, пес сторожевой, как свою собственность охраняет!
Только вот не надо было так со мной...
Может быть, я еще по улице прошлась бы, по холодочку, да передумала бы к Цаюшке идти, противные флюиды Рыжего весь разум затуманили. Я же так злилась на демона! А стоило мне его увидеть спящим, безмятежно-расслабленным, таким красивым... почему-то живо представила Веньку на моем диванчике.
Аж снова пальцы стало покалывать, до чего захотелось прикоснуться к его коже, намотать на пальчик огненно-рыжую прядку шелковистых на ощупь волос, вдохнуть его неповторимый аромат...
Ох уж мне эти демоновы флюиды...
Ррр...
Я даже головой помотала, отгоняя навязчивое видение.
Теперь он меня всерьез разозлил, и решимость моя не доставлять ему такого торжества (стать у меня первым), только возросла. И так слишком жирно будет. Обойдется и без моей девичьей чести!
Тем более что честь-то моя, мне и распоряжаться, вот кому хочу, тому и подарю!
Единственным выходом из создавшейся тупиковой ситуации, было отступление через чердак на крышу соседнего дома.
Я с тоской взглянула на пыльную лестницу, ведущую к крохотной дверце почти под самым потолком последнего этажа на лестничной клетке.
На мое счастье, она оказалась не заперта.
Отворила ее как можно аккуратнее, чтобы не скрипели несмазанные петли. А то ведь моя сверхбдительная соседка, еще подумав, что по ее душу грабители лезут, начнет изо всех сил (а их в такие моменты у нее много, и откуда только берутся?) 'караул!' кричать и Веньку разбудит.
Я поежилась. Объясняться с демоном, куда это я намылилась среди ночи, вовсе не входило в мои ближайшие планы. Я, конечно, вольна не давать ему отчет в своих поступках, но почему-то не хотелось оправдываться под упрекающим тяжелым взглядом потемневших голубых глаз. Это он умеет, смотреть так, что сразу во всех грехах сознаться хочется и утешить, чтобы не расстраивался.
Наверняка, перед зеркалом отрабатывал подобный приемчик.
Я пока еще не придумала, как потом буду расхлебывать последствия того, что сейчас собиралась сделать, но как-нибудь уж переживу.
Не зря ведь говорят, что лучше что-то сделать, чем всю жизнь потом жалеть, о том, что даже не попыталась.
И все-таки что-то со мной было не так. То ли сердце, то ли разум отчаянно противились моей замечательной идее. Но я упорно отмахивалась от настойчиво зудящей мысли вернуться к себе, предварительно разбудив Рыжего и позвав его с собой, чтобы мог по-человечески выспаться на диванчике.
Фигушки ему!
Я-то не выспалась! Мне всю ночь бредовые ужасы снились (за исключением, пожалуй, прекрасного незнакомца над кратером), а ему, судя по довольной морде лица, вовсе кошмары не досаждали.
В предрассветных сумерках на улице еще хоть что-то можно было разглядеть, а вот помещение чердака пугало темным зевом, и только вдалеке еле-еле пробивался тонкий лучик света сквозь подслеповатое окошко, в которое мне предстояло протиснуться, чтобы выбраться на соседнюю крышу. На чердаке пахло пылью, каким-то неприятным запахом нежилого помещения, и лезть сюда мне совершенно не хотелось.
Но надежда на то, что Веник проснется и просто уйдет, не попытавшись снова заглянуть в гости, была ничтожна.
Видеть его не желаю!
Дав глазам немного привыкнуть к темноте, я смело шагнула внутрь и прикрыла за собой скрипнувшую дверцу, пугливо прислушиваясь. Эх... ведь даже на светлячок, из-за сверхбдительности этой рыжей ско... рааса Айвена, сил не осталось! Ползай тут по темноте!
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
