Сверхистория-1: Тёмная кровь

— Ничего не пил, я за рулем, — как-то по-детски обиженно произнес он, не отпуская меня.

Я боялась шевельнуться чуть сильнее, чем нужно. Поэтому пришлось стоять натянутой, словно струна, в кольце его рук, казавшихся просто обжигающими.

Он заболел? У него температура?

— Ты что, совершенно ничего не понимаешь? — протянул он, все еще пряча лицо в моих волосах.

— Не понимаю, Яричек. Совершенно не понимаю. Объясни!

Он выпустил меня из объятий, но на сей раз обхватил руками мое лицо. Мне пришлось стоять и смотреть прямо на него. В его пылавшие каким-то странным безумием глаза.

— Я тебя люблю, — еще более хрипло протянул он. — Одну тебя, понимаешь? Совсем не как сестру. И меня ломает от одной мысли, что ты можешь делать наедине с этим типом...

На сей раз инстинкт оказался сильнее разума. Я вырвалась из его рук так быстро, как только могла, не ускорившись. Но Ярославу, кажется, было совершенно не до моей странной ловкости. Он смотрел на меня так же обреченно и так же безумно.

— Тебя это так пугает? — спросил он.

— А тебе кажется, что это здраво? Я ничего более дикого в своей жизни не слышала!

Он опустил голову, и светлые пряди снова упали ему на лоб.

— Конечно же, — пробормотал он еле слышно. — Ты и не могла отреагировать иначе.

В тот момент я совершенно забыла о том, что была вампиром. Внутри меня бурлили совершенно человеческие эмоции — от недоумения до гнева. Как Ярослав вообще мог до такого додуматься? Это же надо было вбить себе в голову, что любишь собственную сестру! И как он мог осмелиться со мной о таком говорить? Нужно бежать от этого типа подальше, вдруг это заразно!

Я схватила телефон и набрала номер Кирилла.

— Да, малыш, — его голос звучал как-то странно.

Всеведение моего возлюбленного было воистину поразительным. Руку на отсечение дала бы, что он уже знал о произошедшем.

— Пришлите машину, пожалуйста, — затараторила я в трубку.

Ярослав стоял неподалеку от меня и хмуро наблюдал за происходящим. По крайней мере он не собирался снова набрасываться на меня с объятиями. И то хорошо! Когда же из зала вышла Алиса, я вздохнула с облегчением. Вряд ли он позволит себе лишнее при ней.

— Вы поссорились? — спросила она тихо, явно не рассчитывая, что ее слова долетят до меня.

— Не твое дело, — огрызнулся Ярик, отворачиваясь, но и не уходя.

Он наверняка хотел убедиться, что я сейчас уеду одна, а не стану звать Диму с собой. Мне и правда не хотелось. Не хватало еще разыгрывать спектакль про любовь с ним сейчас, когда выяснилось, что мой брат абсолютно съехал с катушек. Черт! И зачем нам вообще было встречаться? Если бы не он, вся моя жизнь сейчас была бы иной. И боли в ней было бы на порядок меньше

— Я вообще не представляю, что делать, — затараторила Алиса, совершенно не обратив внимание на тон Ярослава. Очевидно, ей было не привыкать к его хамству. — Может попробовать отворот? Но она ведьма, а он...

Мой брат повернулся к Алисе и посмотрел на нее с изумлением.

— Ты это о чем, Лис?

— В смысле? — в свою очередь, удивилась она. — Ты считаешь, что можно оставить все, как есть?

— А тебе-то какое дело до всего этого? — все еще не понимал Ярик.

Алиса удивилась еще больше.

— Котик, ты что не заметил? Так о чем ты думаешь вообще?

— Что не заметил?

— Этот парень, с которым она пришла. Он же упырь. И явно не кого-то из Сторца, он гораздо сильнее. Его поит, как минимум, одна из принцесс, но вполне возможно, что и тот древний вампир, о котором Кристина нам не рассказывает.

Ярослав резко повернулся в мою сторону. Я стояла достаточно далеко для того, чтобы, будучи человеком, не слышать их разговора, потому все силы приложила, чтобы не выдать одолевавших меня эмоций. На лице брата отразился настоящий ужас.

— Может быть поэтому ее аура и кажется мне и Марике такой странной, — продолжала Алиса. — Не факт, что ее еще не представили тому вампиру...

Ярослав непроизвольно шагнул в мою сторону. Я так же непроизвольно сделала шаг назад, не позволяя расстоянию между нами сократиться. Нет, это просто невероятно! Неужели Кирилл именно этого добивался?

Не пожелав даже вернуться в зал за своим плащом, я бросилась к выходу из клуба. Сейчас мне нужно просто сбежать из этого сумасшедшего дома. К счастью, такси уже ждало меня, а на заднем сидении сидел мой любимый, и был он мрачнее тучи.

Едва я захлопнула дверцу, и машина рванула с места, Кирилл почти прошипел:

— И что ты думаешь об этом всем?

— Он — псих, — меня хватило только на это.— Не знаю, кто его воспитывал, но он — больной.

— Да уж, — выдохнул вампир. — Нужно отдать вашей семье должное — я уже несколько тысяч лет так не удивлялся. Конечно, мне приходило в голову, что гиперопекой твой брат пытается искупить свою вину перед тобой за смерть ваших родителей, но то, что комплекс вины его до такого доведет — это оказалось небольшим сюрпризом. Даже у ведьмаков воображение обычно не бывает таким воспаленным.

Я оглянулась на водителя. Тот спокойно рулил, совершенно не вслушиваясь в наш разговор. Кажется, Кирилл ввел его в транс.

Меня всю трусило, но не от холода, а от отвращения.

— Неужели я когда-то хотела, чтобы мы с ним встретились? Если бы я только могла предположить, каким мой брат окажется...

Кирилл только покачал головой и прижал меня к себе.

— Скажи, — не унималась я, — ты ведь знаешь о нем больше, чем говоришь? Что он вообще из себя представляет?

— Вообще-то, обычный избалованный деньгами и властью мальчишка, которого никто никогда не любил, но который при этом никогда ничего не терял, а потому не научился ни о чем жалеть. Я знал о его испорченности, но не думал, что все настолько печально. Казалось, что он искренне к тебе привязан. По идее, со временем эта привязанность заставила бы его пожалеть о том, что он сделал. Но Милицкий выбрал другой путь, чтобы не испытывать мук совести, судя по всему.

Я опустила голову на плечо Кирилла и расплакалась.

Мне приходилось читать много книг о вампирах, еще будучи человеком. Обычно они описывают нас как людей, получивших сверхъестественные способности, но продолжающих чувствовать так, как и люди. Где-то в глубине своего существа книжные кровососы все равно испытывают муки совести за то, что не умирают окончательно, забирая часть жизни у людей. На самом деле наше перерождение далеко не так поверхностно. Мы меняемся не только физически, трансформируется вся наша психика. Вспоминая иногда о том, какими неприятными мне казались вид крови, изуродованного человеческого тела или оторванных конечностей, я только удивлялась. Мысль же о том, что я что-то забираю у людей, чтобы не исчезнуть самой, вообще казалось дикой. Да, я крала свою молодость и силу, но это было не менее естественно, чем в свое время есть мясо животных, выращенных специально, чтобы стать пищей

Но в ту ночь Ярослав словно снова вернул мне способность чувствовать совершенно по-человечески. Я рыдала от жалости к себе и от осознания, что не могу изменить ничего, хотя хотелось бы изменить так много...

Кирилл привез меня к себе домой и уложил спать. Не меньше двух часов, пока я еще продолжала всхлипывать, он просто лежал рядом, обнимая меня и не говоря ни слова. Кто знает, как закончилась бы для меня эта ночь, если б тогда его не было рядом.

Утром оказалось, что он успел отправить свою упыриху, которая прибирала у него в доме, ко мне на квартиру. Она привезла большую часть моих вещей

— Не хотелось оставлять тебя в том доме одну, — ответил Кирилл. — Думаю, с нашими играми пора заканчивать. Мы завершим эту маленькую войну и уедем подальше. Туда, где нас никто не будет знать.

Я не стала кивать в знак согласия. Он знал, что мне хочется того же — стать по-настоящему сильным вампиром, а не тем слабым котенком, которым я пока еще была, рассчитаться с Ярославом за все им сделанное, а затем просто побыть наедине со своим любимым.

Несколько дней Кирилл просто позволил мне отдохнуть. Сам он ездил в свой банк, меня же просил не выходить из дома. Брат поначалу ждал, что я приду на работу, затем стал дежурить у моего дома. В интернете он засыпал меня сообщениями, пытаясь узнать, куда я пропала. Все эти сообщения остались неотвеченными. Сначала Ярослав умолял вернуться к нему, уверял, что не может жить без меня, что слишком много себя вложил в меня, чтобы остаться одному. Затем он перешел к угрозам, уверяя, что прикончит Диму, если я не отвечу ему, потому что это он наверняка меня и спрятал. Кирилл, прочитав это, лишь нахмурился, но в тот же день отправил своего упыря в длительную командировку в Англию.

Все шло своим чередом, пока однажды он не сказал мне собираться.

— Сегодня тебе предстоит сделать нечто важное. Я хочу, чтобы ты убила одного из Сторца, — между делом, сказал он.

— Я? — это оказалось довольно большой неожиданностью. — Сама? Сегодня?

— Именно так, — кивнул он. — Ты уже способна сделать это даже и не с таким слабаком, как Сторца. На сей раз подстраховывать тебя буду только я. Заглушу все на энергетическом уровне, чтобы к твоей жертве никто не явился на помощь. Но такая поддержка — вопрос времени. Вскоре ты все будешь делать сама.

Хотелось бы в это верить.

За последние дни мне стало понятно, что Кирилл изначально был не согласен с политикой старейшин относительно всего этого клана. Он был сторонником взгляда, что вампирами должны становиться только наидостойнейшие, а не все подряд. Потому-то Сторца и раздражали его настолько, что он решил сделать из них учебные мишени для меня. Мне же было все равно. Как я уже успела узнать, молодого вампира убить было легче, чем ведьму. Словно в награду за то, что чародейки не были бессмертными, природа давала им изначально большие силы. Средненькая ведьма запросто могла если не победить, то сбить с толку пятисотлетнего вампира, что позволяло им почти всегда выходить из схваток живыми и почти невредимыми. Потому мне предстояло начать с того, что проще. Правда, уверенности это не добавляло.

На свою новую битву я шла на каблуках и в короткой юбке. Кирилл сказал, что иначе одеваться нужды нет, потому что любой уважающий себя вампир сражается тьмой, а не мускулами. В моем случае, добавлялись еще и стихии.

Мой Сторца сегодня возвращался из соседнего региона, откуда вез наркотики. Потому-то он и был один, так ему было проще остаться незамеченным. Я поджидала его у въезда в город.

Будь этот новообращенный немного умнее, он попытался бы проехать мимо меня и скрыться. Конечно, я с легкостью догнала бы его, но он не знал, что я на такое способна. Он же сделал полную глупость — остановился и вышел из машины.

— Надо же, — хихикнул он, потрясая длинными, давно нечесаными волосами, — кто меня встречает. Твой хозяин велел что-то передать?

— Естественно, нет, — ответила я, приближаясь к нему. — Зачем ему беседовать с тобой? Если что-то потребуется передать Кристине, его дети передадут ей напрямую.

Он слегка разозлился на меня, но испуга все еще не чувствовалось. Очевидно, в его голове просто не укладывалась мысль о том, что я могу представлять хоть какую-то опасность.

— А ты нахальная, — хмыкнул он. — Наверное, от папочки нахваталась. Только я бы тебе не рекомендовал меня провоцировать. Могу навалять так, что живой останешься, но мало не покажется.

— Ты хочешь ударить девушку? — улыбнулась я, слегка склоняя голову набок. — Да еще и ту, которая точно слабее? Да еще и мертвую?

— Что ж делать, если девушка просит? — он посмотрел на меня так злобно, что у меня не оставалось ни малейших сомнений: даже будучи человеком, он бил тех, кто слабее, это не казалось ему зазорным.

Мда, не удивительно, что Рома оказался в числе их упырей. Подобное притягивается подобным. Что ж, тем проще моя задача.

— Так что, сородич, отойдем в сторонку? — хихикнула я.

Мое предложение его несколько удивило. Очевидно, сам он не умел делать ничего такого, что могло бы удивить людей, проезжавших мимо и не представлял, что нечто подобное могу делать я.

— Это все ваше благородное чистоплюйство? — хмыкнул он. — Ну, пошли.

Несколько десятков метров мы шли так же, как ходят люди, разве что не спотыкаясь о кочки. Я — немного впереди, Сторца — в трех шагах позади меня. Но стоило нам отдалиться от дороги, и ноги сами понесли меня на той скорости, к которой я уже успела привыкнуть. И, когда место показалось мне подходящим, и я остановилась, то с удовольствием отметила, что мой противник явно приложил все силы, чтобы не отстать.

— Запыхался? — в моем голосе прозвучала насмешка.

— Даже не надейся, что тебе это поможет, — рявкнул он обозлено, поднимая кулак и готовясь наброситься на меня.

— А вы действительно умеете только руками бить? Ни до чего посерьезнее кровь Кристины дорасти не позволяет?

— Ты бы не задавалась так, малявка!

С моих губ сорвался смешок. Темное копье, наполненное огненной мощью, выросло в моей руке, словно из пустоты. Вампир переменился в лице, он просто не поверил своим глазам.

— Черт, ты не одна? — вспыхнул он, оглядываясь вокруг.

— Одна, — хихикнула я. — Породивший меня хотел, чтоб это был только мой бой. Просто он дал мне кровь, с которой та, что преобразила тебя, не может даже сравниться!

Наконец-то Сторца понял. Понял, что ему предстоит стать тренировочным полигоном для существа, несравнимо более сильным, чем он.

— Сука! — выдохнул он. — А убийством наших упырей тоже ты все это время промышляла?

Мне не захотелось отвечать. Не выпуская из рук копье, я почти мгновенно сформировала в воздухе маленький темный дротик и что есть силы метнула его в своего противника. Тот не успел уклониться, такой стремительной была атака. Его пронзительный животный вопль огласил окрестности. Дротик застрял где-то в районе сердца. До моих ноздрей донесся запах залежалого паленого мяса. Черт! Неужели авторы вампирских романов всерьез предполагали, что труп вампира может благоухать? Вонь была просто отвратительна! К тому же, я слишком неэкономно расходовала свои силы, поэтому надо было скорее заканчивать.

Я бросилась к Сторца с копьем наперевес, радуясь, что удается сохранять его наконечник достаточно острым, и начала бить его во все места, до которых могла дотянуться. Результат был не таким, как хотелось бы, пришлось еще и ускориться.

— Черт, да ты — монстр, — прохрипел умирающий вампир. — Не знаю, из какого ада этот дьявол Винченцо тебя вытащил, но тебя надо прикончить...

— В тебе говорит зависть, — хмыкнула я, возвращаясь к своей нормальной скорости и начиная чувствовать острую жажду.

К счастью, он уже умирал. Достаточно было всего одного удара, после которого Сторца начал резко перевоплощаться в то, чем он был уже около десяти лет — отвратительный труп.

— Это было феерично!

Я даже не удивилась, услышав этот голос. Кирилл даже сделал вид, что аплодирует мне. Его волосы впервые за последние несколько недель снова были коротко острижены. Кажется, он успел выбраться в парикмахерскую, пока я поджидала свою жертву.