Ученик Мракоборца

А те продолжали двигаться. Один скинул черную простынь. Задрал ноги. Другой перевернулся на бок. Провода — каждый заканчивался толстой иглой — выскользнули из просверленных в черепе отверстий.

Сноед в это время исходил дымом, все больше растекаясь по каменной плите, отчего стал походить на огромный кусок смолы, тающий под действием жара. Страд не знал, почему так происходит. Но был уверен в одном: существование этого порождения Струпьев закончено.

— Не стрелять! — хриплый крик мастера Медэла.

Прирожденный, выставив руку, пронзал все тем же диким взглядом одного из стражников — приземистого и широкоплечего усача средних лет. Тот целился из арбалета в одну из жертв сноеда, которой удалось избавиться от трубок и встать.

Обтянутый серой, неестественно блестящей кожей скелет чуть покачивался и медленно поворачивал голову, словно осматривал зал. Широкая черная лента на глазах существа — Страд был не в силах назвать стоявшего в двадцати шагах человеком — делала картину еще более дикой.

На ногах оказался второй приговоренный. Он трясся и прижимал согнутые руки к ребристым бокам. Лысая башка клонилась к левому плечу.

Страда словно парализовало. Он переводил взгляд с поднявшихся жертв сноеда на остальных и гадал: что те сейчас чувствуют? На ум приходили страх, боль, злость, голод... Обычные человеческие чувства... Но можно ли назвать обитателей Зала Кошмаров людьми?

Страд очень в этом сомневался.

"Нужно остановить их, — подумал он, увидев, как встают сразу трое приговоренных. — Хотя бы обездвиживающим заклятьем".

Поднявшиеся пока лишь стояли, вздрагивая, наклоняя или задирая головы, вытягивая руки, разевая рты. Но Страд был уверен, что кошмар только начинается. Бывшие преступники — насильники, убийцы и прочие нелюди — превратились во что-то более страшное.

— Я сказал: без паники! — вновь каркающий голос мастера Медэла. Страд не представлял, каких усилий сипящему прирожденному стоили выкрики. — Сейчас мы во всем разберемся!

Чародей, унявший, наконец, кровотечение, шагнул навстречу одному из поднявшихся приговоренных. Серый скелет замер, словно увидев мага через черную повязку. Оскалился, вернее — показал десны, поскольку зубов у него не осталось. И шагнул навстречу прирожденному.

Глаза мастера Медэла вспыхнули янтарем. Он вытянул руки, и жертва сноеда, подчиняясь заклятью, оторвалась от пола. Дергаясь, словно жуткий паук о четырех лапах, она опустилась на покинутое ложе.

Магия стоила мастеру Медэлу немалых сил. По лиловому бугру опухоли опять текла кровь. Сам чародей дрожал, скалился и со свистом втягивал воздух. Однако довершил дело, обездвижив противника.

— Привязывающее... за... клятье, — выплюнул он, обращаясь к полумагам, застывшим возле столика с инструментами. — Быстро!..

Однако испуг оказался так велик, что полумаги не отреагировали на приказ прирожденного.

Медлить было нельзя. Страд выступил вперед и с помощью несложного заклинания привязал жертву сноеда к ее месту. В диком взгляде мастера Медэла промелькнуло удивление.

Мракоборец и мастер Дауринн уложили и "привязали" к металлическим ложам еще двоих серых скелетов. Но к тому времени поднялись пятеро других.

— Бесполезно, — прорычал мастер Медэл. Теперь кровь текла не только из опухоли, но и из носа чародея. — Нужно... иначе, — он несколько раз глубоко вдохнул, собираясь с силами, и выкрикнул: — Все на выход! Дролл, Дауринн! Остаемся и запечатываем зал! Нельзя, чтобы они выбрались! Перекроем им путь, тогда и подумаем, что делать!

Несколько стражников, целясь в жертв сноеда из арбалетов, попятились к дверям. Двое полумагов, наконец, вышли из оцепенения и со всех ног кинулись туда же.

— Это и тебя касается. Уходи, — прохрипел мастер Медэл, кривя залитые кровью губы.

Страд растерялся. Посмотрел на наставника, который, прикрыв глаза и водя перед грудью руками, готовил сложнейшее заклятье запечатывания. Рядом с мракоборцем стоял мастер Дауринн. Он подпитывал Дролла собственной силой и обводил жертв сноеда напряженным взглядом.

Те дергались, точно под ударами невидимых кнутов. Задирали головы. Открывали рты, которые казались провалами, такими же черными, как и повязки на глазах.

Лязгнула дверь, ведущая в коридор. Зал Кошмаров наполнился гулом — кто-то нажал тревожную кнопку.

— Иди уже! — рявкнул мастер Медэл. Взгляд его стал совершенно диким. — Хватит крылунов считать, если жизнь дорога!

Страд посмотрел на дверь. Полумаги уже покинули Зал Кошмаров. Стражники, пятясь, не опуская арбалетов, скрывались в коридоре один за другим. Все, кроме седоусого, который так и остался на коленях, не двигаясь и сверля остекленевшим взглядом пустоту.

Гул тревожного сигнала давил на виски. В дальней части Зала Кошмаров грохотнуло, и спустя несколько секунд Страд увидел пятерых прирожденных — серые рубахи и штаны, сосредоточенные лица, горящие янтарем глаза.

— Готовимся к запечатыванию! — каркнул им мастер Медэл. Его трясло, сам маг находился в полуобморочном состоянии.

"Ему бы тоже уйти, — Страд повернулся к выходу.

Возле дверей оставалось всего трое стражников. Они не двигались с места и, судя по всему, не собирались покидать возможное поле боя.

Изумленный вскрик одного из новоприбывших чародеев.

Страд отвернулся от дверей и застыл, глядя на ближайшего приговоренного.

Тот стоял на коленях, выгибая спину так, что хребет мог переломиться в любое мгновение. Разведенные руки чуть вздрагивали. Голова была запрокинута, а изо рта, извиваясь, выползала уже знакомая змея, сотканная из черного дыма.

Три фута...

Пять...

Десять...

Пока Страд пребывал в оцепенении, еще трое серых скелетов раскрыли рты, выпуская дымные ленты. Запах гари, наполнивший Зал Кошмаров, стал резче.

А растекшаяся по каменной плите плоть сноеда внезапно запузырилась и стала менять очертания. Словно подчиняясь пальцам невидимого скульптора-исполина, она отдала часть себя под нечто, напоминающее вытянутое, чуть искривленное туловище. Оно росло, выстреливая отростками, которые постепенно превращались в лапы — короткие и длинные, толстые и тонкие. Некоторые гнулись сразу в пяти местах, другие так и остались неподвижными культями.

Маги напряженно следили за превращением. Дролл тяжело дышал, удерживая заклятье запечатывания.

Тем временем все больше жертв сноеда раскрывали рты, выпуская змеи черного дыма. Те извивались, тянулись то в стороны, то вверх, будто живые и разумные существа.

"Семь... Одиннадцать... — задыхаясь, с дико бьющимся сердцем, считал Страд. — Пятнадцать".

Двадцать...

Не прошло и трех минут, как все жертвы сноеда стали живыми сосудами для чудовищных дымных ростков. А само порождение Струпьев теперь напоминало огромного слизняка, наделенного двумя десятками конечностей. Беззубые рты уменьшились. Теперь они больше походили на поры в гибком туловище, которые беспрестанно открывались и закрывались.

— Тянуть больше нельзя! — крикнул мастер Медэл. — Запечатываем!

Прирожденный повернулся к Страду. Перепачканные кровью губы искривились в злобной усмешке.

— У тебя была возможность уйти, — тихо сказал он. — Я предлагал, ты не захотел. Теперь же — окажешься в пекле. А потому не путайся под ногами и постарайся не попасться им, — взгляд в сторону жертв сноеда.

Страд не ответил. Лишь отступил. А чародеи, обменявшись кивками, запечатали Зал Кошмаров магией.

Стены, пол и потолок словно покрылись полупрозрачной мерцающей пленкой серого цвета. Теперь зал был отделен от остального мира, причем заклятье могло держаться несколько дней.

"А мы можем остаться здесь навсегда", — невольно подумал Страд, переводя взгляд с одной дымной змеи на другую.

К счастью, те больше не росли — остановились на длине в десять-тринадцать футов. Они извивались, будто настоящие змеи, а жертвы сноеда лишь изредка вздрагивали. Кто-то лежа, кто-то стоя на ногах, кто-то — на коленях. А над ними, на каменной плите, возвышался измененный сноед.

"Словно полководец", — Страд смотрел на порождение Струпьев и чувствовал, как все внутри сжимается от напряжения.

Неожиданно чудовище распрямило особенно длинную лапу. Дальше произошло невероятное: трое приговоренных, лишь один из которых стоял — двое остальных были на коленях, приподнялись над полом и переместились на добрых двадцать футов каждый.

Маги попятились. Кто-то встревожено охнул.

— Началось, — просипел мастер Медэл. Глаза прирожденного загорелись. Лицо исказилось от боли.

Сноед снова шевельнулся. Рассек воздух четырьмя более короткими конечностями. Шестеро серых скелетов, мелко дрожа, скользнули в разные стороны. Двое оказались за спиной Страда. Тот метнулся в сторону, не выпуская противников из вида. Заклятье невидимых клинков уже было готово. Оно рвалось к цели, но Страд упорно сдерживал чародейство.

"Рано, — твердил он себе. — Сначала нужно понять, что происходит".

Того же мнения придерживались и мракоборец с остальными прирожденными. Все они были готовы к бою, однако не торопились атаковать.

Сноед изогнулся. Взмахнул короткими отростками. На этот раз магия чудовища никого не перемещала. Но подняла тех приговоренных, что находились на металлических ложах. Включая "привязанных" заклинаниями.

Теперь все серые скелеты стояли на ногах либо на коленях. Они клонились вперед, слегка покачивались, запрокинув головы. Растущие из разинутых ртов хвосты черного дыма, изогнувшись наподобие вопросительного знака, были нацелены на людей.

Одного только Страда могли атаковать с трех сторон...

Но первой целью сноед выбрал мастера Медэла. Наверное, он, как хищный зверь, чувствовал: маг смертельно болен. И решил, что разделаться с ним будет легче, нежели с остальными.

Поэтому чудовище послало в атаку всего двоих приговоренных. Те почти мгновенно преодолели тридцать с лишним футов. Дымные хвосты устремились к прирожденному. Концы их заострились, точно жала.

Казалось, смертельного удара не избежать. Однако мастер Медэл метнулся в сторону. Одновременно с этим чародей послал заклятье невидимых клинков.

Попал — обе дымные змеи стали вдвое короче.

И словно змеи настоящие — и раненые — они начали биться. Жертв сноеда, трясущихся, тянущих вперед руки, мотало из стороны в сторону.

Страд стоял, замерев и молясь, чтобы бесплотные черные обрубки рассеялись без следа, а приговоренные вернулись в беспамятство. Но этого не происходило. Дымные змеи лишь прекратили дергаться. Теперь они то сужались, то утолщались, как если бы действительно были живыми существами и могли дышать. И время от времени тянулись вперед, словно стремясь вернуться к первоначальной длине.

Однако безрезультатно.

"Значит... — размышлял Страд, продолжая наблюдать за пораженными магией хвостами черного дыма, — у этой силы есть предел. Нужно лишь..."

Внезапная догадка еще не успела сформироваться в полноценную мысль, а Страд уже действовал. Подскочил к ближайшей жертве. Прицелился и ударил невидимым клинком у самого рта приговоренного.

Дымный росток отделился от "сосуда". Задрожал. Свернулся кольцом и стал бледнеть.

Страд отбежал на несколько шагов. Он смотрел то на черный дым, то на приговоренного и ждал.

"Что дальше?" — крутилась в голове единственная мысль.

Хрип.

Это жертва сноеда — вскинула полусогнутые руки, точно хотела достать до дымного кольца. Несколько раз вздрогнула. И закашлялась, выплевывая черные облачка с резким запахом гари.

Дымное кольцо продолжало бледнеть. Оно расползалось по воздуху призрачными волокнами, таяло. А когда исчезло, приговоренный с хриплым выдохом рухнул на пол.

Больше он не шевелился.

"Действует", — со смесью страха при виде неподвижной фигуры с завязанными глазами и облегчения подумал Страд.

Справа что-то мелькнуло. Страд обернулся — и едва успел присесть, спасаясь от дымного хвоста. Тот, будто огромная плеть, пронесся над головой. Замерший в нескольких шагах приговоренный замахал руками, удерживая равновесие.

Не дожидаясь новой атаки, Страд ударил. Невидимым клинком и возле рта серого скелета.

"Получается", — признал он через минуту, когда змея черного дыма растворилась, а жертва сноеда упала и больше не двигалась.

Мракоборец и остальные прирожденные тоже оказались вовлечены в битву. Каждый использовал весь арсенал боевых заклятий. Что-то попадало в цель. Что-то — летело мимо беспрестанно перемещающихся противников. Сноед, управляя последними, казалось, исполнял сложнейший и жуткий танец. Он изгибался, размахивал конечностями. Поворачивался из стороны в сторону...

— Отойди к стене! — прорычали над ухом.

Мастер Медэл отступал, сверля яростным взглядом приговоренного. Тот скользил в нескольких дюймах над полом. Голова клонилась к плечу. От левой руки остался короткий обрубок. Правую жертва сноеда прижимала к груди, словно хотела укрыть длинный косой порез, сочащийся черной кровью.

Удар сотканного из дыма жала. Прирожденный вскрикнул и увернулся, одновременно с этим послав таранящее заклятье.

Серый скелет резко ссутулился. Под блестящей кожей затрещали ребра.

А змея черного дыма устремилась вперед. Обвилась вокруг туловища чародея. Сдавила.

Тот закричал от боли.

Страд бросился к жертве сноеда. Вновь использовал невидимые клинки. Вскоре хватка дымной змеи ослабла, и мастер Медэл освободился, глядя на Страда с изумлением. Он хотел что-то сказать, но неожиданно вздрогнул. Открыл рот, выплевывая кровь. Грудь, почти под самым горлом, пропороло острие зазубренного лезвия из черного дыма. Серый скелет за спиной прирожденного дернул головой, освобождая "оружие".

Чародей упал на колени.

Вперед... Невидимые клинки...

Сноед не успел отвести поразившую мастера Медэла жертву на безопасное расстояние, и удар Страда попал точно в цель. Как только приговоренный распластался на полу и прекратил выкашливать черный дым, Страд кинулся к мастеру Медэлу.

Тот уже лежал. Вздрагивая, хватая ртом воздух, тараща глаза. Янтарные радужки все еще светились. По щекам текли слезы.

Заклятье, останавливающее кровь. Затем обезболивающее.

Мастер Медэл стал проваливаться в забытье. Страд заозирался в поисках безопасного места для раненого чародея. Взгляд остановился на ближайшем металлическом ложе.

"Хотя бы", — подумал Страд, остро чувствуя: что-то похожее уже было, причем недавно. Осторожно взял прирожденного под мышки. Потащил.

Дролл, мастер Дауринн и пятеро других прирожденных метали одно заклятье за другим. Секли и резали серую плоть жертв сноеда. Пронзали их молниями. Ломали им кости. Пытались поджечь, но огонь не желал начинать жаркую пляску на истощенных фигурах. Обездвиживающие заклятья тоже не приносили пользы: приговоренные перемещались не сами, а по воле черного многолапого слизняка.

Отсекать дымные змеи пока никто не догадался. Враги атаковали без перерыва, не давая и секунды для раздумий. Маги и защищались-то лишь чудом.

"Нужно сказать им", — Страд дотащил мастера Медэла, устроил под креслом-лежанкой. Кинулся к остальным.