Двенадцать. Мастер Боя

— Очень ободряюще,— недовольно фыркнула Венда.

— А главное — по-дружески,— поддакнул ей Арвус.

— Я никого не держу, можете уходить,— равнодушно произнес Альдер Варт. Заметив, как дернулся Картос, он поправился: — Все, кроме тебя... Но если вы останетесь, я хочу быть уверен, что на вас можно положиться. Если из-за вашей трусости, из-за вашей нерешительности мы проиграем это сражение...

Альд окинул каждого недобрым взглядом.

Никто ничего не сказал, но и никто не ушел.

— Тогда всем приготовиться и ждать сигнала.

Альд направился к Иглену, чтобы быть рядом, когда все начнется. С ветки дерева, свисая головой вниз, скептическим взглядом его провожал летучий мыш.

— Ну-ну...— пробормотал Горанфил.

Даже не присутствуя лично в лагере гоблинов, Артан Иглен знал, что там происходит. Поэтому он не стал дожидаться полной зачистки и решительным жестом отправил отряды в бой. Сам он не отставал, опустив меч на плечо, направился следом. Альдер Варт держался рядом. Что бы там ни говорили, как бы там ни было, но отсиживаться в кустах, прятаться за спинами товарищей он не собирался. К тому же кровь бурлила, ярость требовала выхода.

По ущелью двигались кучно, но перед входом в спящий лагерь отряды рассредоточились сообразно полученным указаниям. Альд смотрел вперед, выискивая цель, поэтому чуть не упал, обо что-то споткнувшись. Он на ходу бросил взгляд назад, увидел распластанное тело гоблина с перерезанной глоткой. Чуть в стороне лежал еще один, такой же. Лазутчики сняли часовых без шума и теперь несли смерть где-то в глубине лагеря. Какое-то время казалось, что удастся перебить их всех прежде, чем они проснутся. Но не срослось. Дико заверещал гоблин. Его прикончили, но зов был услышан. Из соседнего шатра высунулась заспанная рожа с узкими глазками. Они вмиг стали огромными, когда разглядели неприятеля. И прежде чем подоспели нойны, гоблин понесся между шатрами, крича, что было сил. Его сразила прилетевшая из темноты стрела, но было слишком поздно. То здесь, то там стали появляться разбуженные гоблины. Кто-то из них умирал, не успев окончательно понять, что же произошло. Но остальные выходили с оружием и тут же вступали в бой.

— Пошла жара!— хищно оскалился Альдер Варт. Наблюдать за происходящим со стороны? Вот уж нет! Он набросился на подвернувшегося гоблина, лихо отбил метящее ему в грудь копье и, ударив наотмашь, снес противнику голову. Почувствовал приятную дрожь во всем теле, непринужденным жестом поднял с земли каплю Эссенции, поглотил ее, урча от наслаждения.

Гоблинов было слишком много. На место павших тут же вставали новые. И если бы только воины. Появились шаманы. Пританцовывая и грохоча погремушками, они пустили в ход то, что компенсировало их физическое несовершенство — магию. В нойнов полетели огненные шары и грозди ледяных осколков, ударили пучки молний. Окажись на месте нойнов обычные воины, быть беде. Эти же держались. Кому-то удавалось отбить магический снаряд щитом, кто-то стойко перенес встряску, окутанный разрядами молний. И даже охваченные пламенем они продолжали сражаться, пока огонь не превращал их тела в головешки.

— Бейте шаманов!— заорал Альд. Сам он был с ног до головы перепачкан гоблинской кровью и уже не успевал поднимать Эссенцию Жизни. Было не до того. Его новый-старый меч не знал ни пощады, ни препятствий. Он с легкостью перерубал и копья, и щиты, и гоблинские кости.

То ли его, наконец, услышали, то ли Иглен дал соответствующий приказ, но лучники начали охоту на рогатых. Те оказались не такими уж и беззащитными. Стрелы сгорали в полете, не успевая добраться до цели, или натыкались на невидимую преграду и разлетались в щепки. Но на шаманов насели основательно и с разных сторон. И вот, отразив стрелу, один из них оказался нанизан на меч атаковавшего его сзади нойна. Еще одного оплели пробившиеся из-под земли корни, и он уже не мог не то, что танцевать и трясти погремушкой — вздохнуть не мог. Это отличился Арвус, и Альд, отыскав его взглядом, отсалютовал мечом.

Венда использовала пламя. Сначала она издалека бросала Огненные Шары, которые ничем не отличались от таковых шаманов, но в какой-то момент оказалась в плотном окружении гоблинов, и запустила Огненный Вал, кольцом разошедшийся во все стороны. Ей на помощь пришла Красотка, метавшаяся от цели к цели с кинжалом в руке, а потом подоспели нойны.

Самым грозным оказался Картос. Для этого боя он выбрал молот и особо не заморачивался ни тактикой, ни обороной. Там, где он проходил, оставались лишь разбитые его грозным оружием тела. Он умышленно притягивал к себе гоблинов целыми пачками, а потом, раскрутившись волчком, превращал их в отбивные. Не удивительно, что противники старались держаться от него подальше. Гоблины разбегались при его приближении, он же бросался за ними, крича во всю глотку:

— Куда же вы, трусы?! Посмотрите, что у папочки в штанах!

На прилетевшую откуда-то и ударившую в плечо стрелу он не обратил внимания, смахнув ее, не глядя, ладонью и обломав так, что наружу торчал лишь жалкий огрызок.

Альдер Варт и сам не заметил, как оказался в самой гуще сражения. Все пространство вокруг него было усыпано телами гоблинов, но их не становилось меньше. Те словно чувствовали, кто тут главный, и стремились достать именно его. И он отбивался, рыча и скалясь, постепенно теряя человеческий облик. Сам себя он не видел со стороны, но казалось, будто в него вселилось нечто противоестественное, жаждущее лишь крови. Он напрочь забыл о своих Способностях и полагался лишь на остроту клинка, ярость и желание прикончить как можно больше врагов.

Как в старые добрые времена.

Тем не менее, он заметил, как к Порталу, который находился совсем рядом, бросился какой-то шустрый гоблин. Там его уже поджидал тщедушный мужичок, призывно махавший нелюдю рукой.

— Остановите его!— закричал Альд.— Не дайте пройти через Портал!

К сожалению, сам он не мог заняться беглецом, а услышал его лишь Ардейл Соулинк, который находился к Порталу еще ближе. Он уже был ранен и не раз, но рванул наперерез. Налетел на выросшего перед ним гоблина, не успел отбить копье и получил им в бок. К счастью, острый наконечник прошел по касательной. Лишь после этого Соулинк прикончил подлеца, однако упустил основную цель: беглец добрался до Портала, поджидавший мужичок подхватил его за плечи и чуть ли не втолкнул под арку. Две прилетевшие издалека стрелы ударили в пустоту: Проводник и беглец улизнули.

Гоблины окружили Соулинка со всех сторон. Он устало отбивался от них и был на грани. Альд ничем не мог ему помочь, потому как было слишком далеко, а речь шла о секундах. И мысленно он уже распрощался с отважным смертным, но в последний миг появился Артан Иглен. Он расчистил себе путь своим огромным мечом, дотянулся им до гоблина, уже занесшего кривой кинжал для удара, грудью прикрыл Ардейла, приняв причитавшийся ему удар копьем, но выстоял, продолжая косить неприятеля, напоминая самого Жнеца Смерти.

Гоблинов было слишком много. Они уже не появлялись из шатров, а прибывали откуда-то из начинающей рассеиваться темноты. Зато ряды противной стороны заметно поредели. Из боя выбыло не меньше двух десятков нойнов, а многие из оставшихся были ранены, но продолжали сражаться. Умирали они безвозвратно, становясь сначала призрачными, а потом и вовсе исчезая без следа. И Альд не мог их вернуть в строй. А вот...

Идея появилась сама собой, и он, наконец, вспомнил, что умел не только лишь мечом махать. Черпая свежую Эссенцию, он начал тратить ее, поднимая сдохших гоблинов. Разницы — люди, нелюди — он не заметил. Даже расценки были теми же. И вот на поле боя сошлись гоблины — живые и мертвые. Да, бойцы из мертвяков, поднятых Альдер Вартом, были никакие, но свою роль — отвлечь внимание на себя — они сыграли, дав возможность нойнам перегруппироваться. Теперь, оказавшись в явном меньшинстве, они сбились в кучу, встали кольцом, внутри которого оказались скайлинги. Даже Картос выдохся и нуждался хотя бы в короткой передышке.

Гоблины сначала попытались в наглую атаковать нойнов, но вынуждены были отступить, утирая кровавые сопли и оставляя на поле боя убитых. Альд тут же поднимал их и бросал в бой. Правда, толку от них было немного: их рубили на куски прежде, чем они успевали нанести хотя бы какой-нибудь урон. Нечто подобное попытался повернуть и один уцелевший шаман. Прячась за спинами своих соплеменников, он тоже поднимал мертвецов Магией Крови, но примерно с тем же результатом.

А потом появились всадники. Гоблины верхом на варгах ворвались в лагерь откуда-то из-за леса. Они, в отличие от пехотинцев, не лезли на рожон, а кружили вокруг кольца нойнов и жалили выпадами, атакуя их своими шипастыми палицами. Другие же пытались накинуть петлю аркана на того или иного противника, и если это удавалось, нойна выдергивали из кольца, волокли в сторону, где уже добивали всем скопом. Время от времени постреливали гоблинские лучники. Не все стрелы были отбиты щитами. Убить нойна стрелой оказалось непросто, но иногда количество переходило в качество. У оборонявшейся стороны своих лучников осталось лишь трое, и они берегли стрелы, тратя их на исключительные цели. Именно они подстрелили неугомонного шамана, прикончили одного из самых удачливых всадников и лишили гоблинов их военачальника.

И все же ситуация становилась критической. А тут еще появился маур, который, недолго раздумывая, ринулся на кольцо нойнов, размахивая огромной дубиной. Возможно, даже той самой, которой он в прошлый раз убил самого Альдер Варта.

Альд зарычал, увидав своего кровника. Но то, что случилось через мгновение, поумерило его пыл. Маур добрался до кольца, набрав приличную скорость. Одним ударом дубины он снес с десяток вставших на его пути нойнов, круша щиты, ломая копья, и остановился лишь в центре круга. После чего повторил трюк Картоса, раскрутившись волчком с выставленной перед собой дубиной. Нойны прянули во все стороны, строй окончательно распался, и на нойнов бросились только и ожидавшие этого гоблины.

Альдер Варт поднырнул под древесный ствол, который лишь условно можно было назвать дубиной, сделал выпад, активировав Крепкую Руку. Меч лишь рассек кожу на боку вращающегося гиганта, однако тот остановился и уже осмысленно атаковал Альда простым тычком. Хорошо, что тот успел задействовать Цитадель. Заклинание погасило часть урона, однако Альда отбросило назад, да так далеко, что он влетел в один из шатров и кубарем прошелся по еще теплым шкурам, на которых спали гоблины.

— Какой же ты огромный!— сквозь звон в ушах услышал он рев Картоса.— Никто не надерет тебе задницу, кроме папочки. Иди же сюда, птенчик!

Альд не видел, как сошлись на поле боя крутые парни: Картос и маур. При этом локальные схватки вокруг них не прекращались ни на мгновение.

Первым ударил маур — сильно, но бесхитростно. Картос увернулся и тут же нанес удар молотом с разворота. Попал по плечу гиганта, заставив того охнуть и выронить бревно. Картос оскалился и решил повторить успех, нанеся еще один удар, но уже сверху. Маур не стал дожидаться, ринулся на противника, врезался в него здоровым плечом, сбил с ног и тут же навалился сверху. К чести Картоса следует отметить, что он не выпустил из рук молота. Схватив древко обеими руками, он врезал им по зубам маура, расквасив уродливую физиономию. Маур вцепился в древко зубами, лишив Картоса возможности маневра. Поэтому тот не стал цепляться за оружие, отпустил его и принялся наносить мощные, подкрепленные Заклинанием удары по корпусу. Маур выплюнул окровавленный молот и уже сам начал мутузить скайлинга — ручищи у него были покрепче, чем у Картоса. И снова скайлингу пришлось пускать в ход магию — его тело обтянула защитная пленка, если не сводившая на нет потуги монстра, то уж, во всяком случае, минимизировавшая урон. Картос добрался до рожи маура, вцепился в нее, воткнув большие пальцы в глаза. Муар дико заревел, отпрянул назад. Картос тяжело поднялся следом, начал наносить одиночные удары. Тот, кто не видел происходящего, мог бы подумать, что на поле боя кто-то решил вбить пару свай. Ослепленный маур пытался прикрываться руками, но Картос все равно находил открытое место, куда и впечатывал свой пудовый кулак. Когда маур, пятясь, споткнулся о свою же дубину, озверевший скайлинг подхватил бревно, с размаху уложил гиганта на лопатки, а потом, с диким ревом, торцом превратил его голову в месиво из костей и мозга.

Один из гоблинов — то ли самый смелый, то ли самый глупый — подкрался сзади и ткнул Картоса копьем в спину. Скайлинг взвыл, развернулся, схватил гоблина за горло и оторвал ему башку. Но тут на него набросились со всех сторон и забили копьями.

Картос отправился на Перерождение.

Альдер Варт не мог ему помочь, потому что сам в этот момент приходил в себя. Очнувшись, подлечился Исцелением, пошатываясь, вышел из шатра. Гоблины почувствовали вкус победы и со всех сторон теснили остатки нойонов. Те, осознанно или нет, защищали сбившихся в кучу скайлингов, исчерпавших свои возможности. Но силы были неравны. Впереди остальных сражался Артан Иглен. Его тело покрывали многочисленные раны, кровь текла, как настоящая, но он как будто этого не замечал, продолжал бить своим огромным мечом налево и направо, не давая гоблинам приблизиться. Прыгнувшего на него варга он проткнул насквозь вместе с всадником, но, вот досада, меч застрял в теле хищника и Иглен остался без оружия. И только после этого на него налетели со всех сторон и принялись колоть и резать. Ему на помощь бросился Ардейл Соулинк — он и сам едва передвигал ноги от ран и усталости. Однако не смог пробиться к полководцу...

Альд был в ярости. Ярость требовала выхода. И он выпустил ее на свободу...

Ярость плюс Ярость дали поразительный и в то же время жуткий результат. Когда Альд пришел в себя, вокруг него лежали только трупы — десятки мертвых, изрубленных на куски гоблинов. Усталый, выжатый до основания, он тяжело дышал, приходя в себя, и смотрел на дело рук своих с нестираемой ухмылкой. Те, кто знал хоть Растяпу, хоть Альдер Варта, заметил, как он изменился внешне. Это был не человек, не скайлинг. Это было чудовище, лишь отдаленно похожее на прежнего Альда. И вроде бы он не сильно изменился физически, но... Понадобилось несколько долгих секунд, прежде чем он стал прежним.

Уцелевшие гоблины бежали с поля боя без оглядки. Пережившие сражение скайлинги стояли в стороне и как-то странно смотрели на Альдер Варта. Впрочем, они даже не скрывали своего страха. Даже Сильмерин. Лишь уцелевшие и чудом не попавшие под тяжелую руку своего создателя нойны отнеслись к произошедшему как к должному. Артан Иглен был все еще жив, но выглядел ужасно. На нем не было живого места. И все же он гордо стоял, выпрямившись во весь рост и опустив обе ладони на гарду воткнутого острием в землю меча. Ардейл Соулинк выглядел не лучше. Будучи простым смертным и получив столько ран, он не мог стоять и лежал на измятой и политой кровью траве, глядя на Альда. Тот бросил на гонца Исцеление, но толку от него было немного — уж слишком тяжелы были раны, слишком слаб в Магии Жизни был возродившийся и начавший с нуля скайлинг. Оставалось только надеяться, что он протянет хотя бы до полудня.