— Мар, да не переживай, сейчас что-нибудь придумаем, — успокаивал меня Слоан. — За поцелуй готов с тобой на руках стену перелететь, — он расплылся в добродушной улыбке и сразу получил пинок от Кина.
— Ты у меня сейчас один перелетишь не только стену, — усмехнулся мой кавалер.
— Нейс, нельзя быть таким собственником, — хохотнул Аластар, еще один сокурсник Кина.
— Своим не разбрасываюсь, — ответил Кинан и прижал меня к себе.
— Я есть хочу, — сообщила я, равнодушная к их перепалке.
— Есть идея, — подмигнул Слоан.
Он отвел нас подальше от ворот, внимательно посмотрел на меня и начал плести заклинание.
— Он же по ауре смотрит, — отозвался Аластар, и его губы тоже зашевелились.
Вскоре все четверо, переругиваясь и споря, вдохновенно занимались моей внешностью. Я переводила тревожный взгляд с одного на другого. Кто их знает, может сейчас напортачат что-нибудь, а я расхлебывай. Вскоре парни пришли к общему знаменателю и теперь действовали слаженной командой. Потом довольно оглядели свою работу, переглянулись и обменялись самодовольными улыбками. Я беспокойно завертелась, стараясь разглядеть себя.
— Шикарно! — произнес молчун Доран. — Мне бы такую девочку.
И я не выдержала, требуя немедленно показать, что они со мной сотворили, и обещая им самые страшные кары, если они попортили мою шкурку. Названия зелий, которые я обещала подмешать в еду магам, их впечатлили, и меня спешно потащили к воротам, чтобы только не допустить моего порыва бежать к зеркалу. Они дружно уверяли меня, что я стала только краше, чем была. Только Кин осмотрительно помалкивал и говорил, что я ему в любом виде нравлюсь. Я прищурилась и погрозила ему пальцем.
— Киска, там еда, — усмехнулся Нейс, и я сдалась.
Мы вернулись к воротам, и все замерли, ожидая приговора привратника. Он скользнул по мне ленивым взглядом и... пропустил. Парни ударили по рукам, довольно скалясь, я только хмыкнула. Поговорим, когда я себя увижу. На месте магов, я бы уже, на всякий случай, готовилась к возмездию.
В кабачке было полно народа. Мы огляделись и махнули рукой, решив идти в уже знакомую мне ресторацию. На нас обернулись, пока мы стояли на пороге, и взгляды мужской половины кабачка сошлись на мне. Заинтересованные такие взгляды.
— Парни, познакомьте с вашей дамой, — крикнул кто-то из глубины зала.
— Где такую красотку нашли? — поддержали из ближнего угла.
— Детка, иди к нам, зачем тебе эти раздолбаи? — вклинился третий голос.
Мои маги не обиделись, они развеселились и с намеком посмотрели на меня.
— Это ничего не значит, — проворчала я и вышла за дверь.
Главный оценщик Марси сама Марси. Никто не понимает меня, как я сама. А вопли ерунда. Эти недоучки вечно что-нибудь кричат и все не по делу. Сама себя осмотрю, тогда и сделаю выводы: наказать или не трогать. Хотя... выбрались же. Лишь бы ректор не узнал, а то еще порцию гневных речей выслушаю. После его кабинета мы так и не разговаривали. Лорд Ронан пообщался с профессором Терло, и тот забыл, что видел мои манипуляции. На этом и расстались. Правда, без обсуждения последних событий мы вряд ли обойдемся, знаю я этого зануду. Но может это и к лучшему, мое путешествие к Тьме мне не понравилось.
— О, здесь посвободней, — констатировал Слоан. — Надо было сразу сюда идти.
На меня опять смотрели оценивающе, и я начала нервничать. Что со мной такого сотворили, что мужчины слюной на стол капают? Подавальщик тоже долго не сводил с меня взгляда, и моим спутникам пришлось три раза повторить свой заказ.
— Эй, любезный, — не выдержал Кинан, — вы пялитесь на мою девушку.
— Простите, — отмер подавальщик, — никогда такой красивой женщины не видел.
— Посмотрел? Неси заказ, — грубовато оборвал его Аластар. Повернулся к нам и проворчал. — Кажется, перестарались.
— А мне нравится, — вздохнул Доран. — Мечта, а не женщина получилась.
— Может, снимем чары? А то поесть спокойно не дадут, — предложил Слоан.
— Не-е, — протянул Маркас, — рано. Смотрите, уже для нашей красавицы что-то отсылают.
Все дружно обернулись к пухлому господину, который что-то говорил второму подавальщику, указывая взглядом на наш столик. Подавальщик кивнул, и вскоре перед нами стояла бутылка вина. Потом появилась коробка конфет, затем еще одна бутылка, затем корзиночка с теми самыми ягодами, которые я ела у ректора. Нейс все больше хмурился.
— Мне это не нравится, — сказал он. — Пойдем отсюда.
— Никуда я не пойду, — возмутилась я. — Пока не поем, с места не сдвинусь.
Маги откупорили первое вино и разлили по бокалам. Я подумала, и тоже решили выпить. Вино было явно не острова нимф. То мне больше понравилось. Опустошив подаренное, парни заказали еще, уже сами.
— Киска, не усердствуй, — шепнул мне Кин. — Тебе уже достаточно.
— А вот и нет, — не согласилась я.
— А вот и да, — раздался холодный злой голос за спиной. — Кажется, вы совсем лишены рассудка.
Я подскочила, как ужаленная, изумленно глядя на лорда ректора. Мои маги замолчали, переводя тревожные взгляды с меня на ректора и обратно. Кинан поднялся, заслоняя меня собой.
— Лорд Ронан, — начал он. — На каком основании вы разговариваете в таком тоне с госпожой Коттинс?
— Что это за маскарад? — не слушая его, поинтересовался ректор. — Отвратительно. Из милой девушки сотворили не пойми что.
— Лорд Ронан! — повысил голос Кин.
— Студент Нейс, вам нравится то, на что сейчас похожа Марсия? Вас это забавляет? — с неприязнью спросил Ормондт.
— Да на что я похожа? Где здесь зеркало? — не выдержала я и быстро пошла в уборную.
Быстро получилось относительно, потому что полы в этой ресторации были какие-то неровные, и меня время от времени заносило. Кин последовал за мной. Ему почему-то достались ровные полы. И что за несправедливость? Но это меня не так занимало, как моя внешность. Я вошла в уборную, взглянула на свое отражение и открыла рот. На меня смотрела блондинка с небесно-голубыми глазами, пухлыми губами, почему-то ярко-алого цвета. Я опустила взгляд, чтобы свериться с отражением, моя грудь стала заметно больше и полней. Только сейчас я ощутила ее тяжесть. Попрыгала, проследила за тем, как два шара подпрыгнули вместе со мной. И как я ЭТО не заметила раньше? Кукольное лицо в зеркале похлопало длиннющими ресницами и нахмурилось. Нет, мое прежнее лицо мне определенно нравится больше. Да и тело. Что это такое? И это их мечта?
— Кин! — крикнула я, и он заглянул в уборную. — Тебе это нравится?
— Я аурой занимался, — ответил он.
— Так нравится? — не отстала я.
— Киска, мне нравишься ты, а эта внешность временная, чтобы выйти из академии, — пространно ответил Нейс. — А блондинок не люблю.
— Но я блондинка, — заметила я, тыкая на свои волосы.
— Блондинок любит Слоан. Пойдем домой, а? — кому-то было явно неуютно.
— Не пойду, — кратко ответила я, снова повернулась к зеркалу и увидела, что временный облик стекает с меня, как воск со свечи.
— Ваше желание никого не интересует, — ректор оттеснил Кина, взял меня за руку и повел из уборной.
Нет, ну, это знаете ли, уже слишком! Так же считал и Нейс. Он заступил дорогу ректору, перехватил меня и повел к выходу.
— Благодарим, лорд Ронан, но мы доберемся сами, — сухо сказал Кин.
— А чего это вы оба распоряжаетесь? — возмутилась я и снова встала на кривую половицу, сильно качнувшись. — Я никуда еще не собираюсь! Мне и здесь хорошо.
— Оставьте Марсию в покое, мы за нее отвечаем, — вмешался Слоан.
— Мы никого к ней не подпустим, — поддержал Аластар.
— Убийцу сейчас подавать или после десерта? — полюбопытствовал ректор, и мои защитники сникли. Он повернулся ко мне. — В академию, живо!
Открыл портал и подтолкнул меня к нему, не очень-то вежливо так подтолкнул. Я возмущенно уперлась, не желая идти. Лорд решил проблему просто, перекинул меня через плечо, шагнул в портал, и он закрылся за нами, оставляя в ресторации моих спутников. Ректор решительно шагал по территории академии, прижимая меня к плечу, и все мои попытки вывернуться так к ни к чему и не привели. Ненавижу, когда так происходит, чувствуешь себя беспомощной.
— Отпустите меня! — заорала я.
Меня скинули с плеча, но я умудрилась вывернуться в воздухе и приземлиться на четвереньки. Тут же вскочила и воинственно посмотрела на охамевшего лорда. Да что он о себе возомнил?! Ормондт скинул с себя пальто и набросил мне на плечи, потому что мое осталось в ресторации. Я закуталась поплотней и напустилась на лорда.
— Да вы кто такой? Что вы себе позволяете?
— Вас что-то не устраивает? — спокойно поинтересовался ректор.
— Меня не устраивает все! — я продолжала наступать. — Меня не устраивает ваш пристальный интерес к моей персоне, не устраивает контроль и то, что вы позволяете себе распоряжаться мной! Я сама могу решить, что мне делать! А вы, вы...
— Все? — по-прежнему спокойно осведомился лорд Ронан. — А теперь слушай меня, девочка. Ты, кажется, не понимаешь, что с тобой происходит? Тебя призвали, и ты откликнулась. Они пробились через защиту академии.. Они легко подавляют волю твоей подруги. Они могут пролезть даже через твоего дружка, и в следующий раз я уже буду бессилен. Ты и шага не сделаешь из академии, пока я не поставлю на тебя персональную защиту. Если до тебя все еще не дошло, ты нужна Последователям, и они не оставят тебя в покое. И поверь, убийца из леса — меньшее из твоих зол. Возрождение Тьмы я не допущу. А для ритуала нужна именно ты, в этом я уже уверен. Только понять не могу, почему именно ты.
— Только это? — тихо спросила я.
Лорд Ронан шагнул ко мне, подцепил пальцами за подбородок и запрокинул мою голову вверх. Он несколько бесконечно долгих мгновений изучающе рассматривал меня, поджал губы и отпустил.
— Только, — произнес он.
— Задери тебя пес, — выругалась я и пошла в сторону своего общежития.
Отойдя достаточно далеко, обернулась и посмотрела на ректора, он все еще провожал меня взглядом. Выражения его лица я не могла рассмотреть с этого расстояния, да и не хотела. Что-то такое было сейчас в моей душе, что-то такое, что я ощутила впервые в полной мере. Задумалась и нашла подходящее слово-разочарование. Еще раз остановилась и посмотрела назад, лорд Ронан уже исчез. Я передернула плечами и быстро зашагала к себе. Жаль, что Кинан остался в городке. Сейчас больше всего мне хотелось оказаться в его заботливых руках.
* * *
Впервые я проснулась в раздраженном состоянии, даже злая. Оли окинул меня внимательным взглядом, вздохнул и исчез. Да, домовой, сегодня я не слушатель, мне самой в пору начинать жаловаться, понять бы еще на что. По сути, надо начинать с двух недоучек-экспериментаторов, но на них злости не было. Пожалуй, на единственных, заваривших всю эту кашу. Зато все остальное раздражало. Элана, Последователи, ректор, Кин и почему-то даже Джарлат Аерн. На себя я злилась, наверное, больше всего, потому что хотелось вспомнить все и сразу, но чужая память открывалась рваными кусками, перескакивая то вперед, то назад.
— Да пошло оно все к псу под хвост, — проворчала я и вышла из своей квартирки, хлопнув дверью.
Возле общежития меня никто не ждал, я удивленно повертела головой, нахмурилась и пошла на работу, продолжая ворчать себе под нос. До академии я дошла одна, никто ко мне не пристроился, хотя и пристраиваться было некому. Знакомых лиц не попалось ни одного. Зато войдя в академию, я их увидела сразу пять штук. Вчерашняя компания в полном сборе, кроме Кинана, Джар и еще один из их выпускников стояли недалеко от ректорского кабинета и о чем-то негромко переговариваясь, время от времени бросая настороженные взгляды на дверь, где уже находился лорд Ронан. Я направилась к ним.
— Чего стоим, кого ждем? — полюбопытствовала я.
Маги обернулись ко мне, как по команде, и окинули мрачным недружелюбным взглядом. Я сделала шаг назад, удивленно глядя на вчерашних друзей.
— Да что случилось-то? — спросила я.
От компании отделился Джар. Он подошел ко мне и, взяв под локоток, отвел в сторону от остальных парней. Он оглянулся на них, бросил очередной взгляд на кабинет ректора, а затем снова на меня.
— Нейс у ректора, — сказал он.
— И что? — не поняла я.
— Из-за тебя. — Пояснил Аерн. — Парни говорят, он вчера сильно завелся, когда ректор тебя в академию утащил. Ребята его еле удержали от немедленного объяснения с Ронаном. Так он сегодня с утра пораньше ушел, не сказав никому ни слова.
— Ты про ресторацию знаешь? — спросила я, тоже посмотрев на дверь.
— Рассказали, — кивнул Джар. — Кинан упертый, если что вбил в голову, не отступится. Что он там надумал себе, кто знает.
— Ох, ты ж, кошачьи боги, — прошептала я и пошла к кабинету.
— Марсия, не надо, — окликнул меня Джар.
Я отмахнулась и потянула за ручку. Дверь оказалась заперта. Я обернулась к магам, они выжидающе смотрели на меня. Ну, конечно, чуть что, сразу Марси. Ничего сами не могут. Приложила ухо к двери, прислушиваясь к звукам, но ничего не услышала. Постучала, мне не ответили. Это всколыхнуло прежнюю волну раздражения. Недобрый взгляд на магов, снова на дверь и начала молотить в нее ногой.
— Марсия! — снова окрикнул Джар.
— Мар, не надо, — поддержал его Аластар. — Не лезь.
— Из-за нее заварилось, пусть и расхлебывает, — буркнул Доран.
— Заткнись, — дружно отозвались Джар и Аластар.
— Если у Нейса голова отказала, раз поперся к одному их сильнейших магов королевства, пусть сам разбирается, девчонка не причем, — раздраженно сказал Маркас.
Я послушала их, развернулась к двери и снова начала барабанить, отчаянно ругая про себя все человеческие глупости, выдумки и необдуманные поступки. Реакции по-прежнему не было, и раздражение перешло в злость, а злость в бешенство. Агрессия, зародившаяся внутри моего существа, требовала немедленного выплеска...
— Элана, кроме магии есть и другие силы, которыми способны управлять люди. Этому можно научиться. Для этого не нужен врожденный дар, только умение направлять и управлять выплеском своих эмоций. Мы научим тебя. Ты станешь едина с самой природой. Она покорится тебе. И маги не смогут заблокировать тебя, потому что магия бессильна против древних законов естества. Это разные источники, разные системы управления, разные выплески...
... Я замерла, глядя в пространство. Так и стояла с занесенной ногой для удара...
— Первое и самое простое чувство управления — ярость. Ярость настолько сильна, что, выплеснув ее, можно снести замок, превратив камни в пыль. Почувствуй, как она бурлит в твоей крови, Элана. Самое сложное — это зарождение волны. Найди в себе точку, откуда все начнется, услышь ее. Сосредоточь ярость в этой точке, стань сама началом, центром...
... Нога медленно опустилась, руки бессильно обвисли по швам. Я закрыла глаза и опустила голову, вспоминая все, произошедшее со мной. Ярость растекалась по телу, проникала в кровь, заполняя собой каждую клетку. Я центр, море, в которое стекаются красные реки, несущие бурлящий яростный огонь. Где-то в районе солнечного сплетения стянулся тугой жаркий узел. Я сосуд, наполненный кипящим зельем. Температура кипения достигает своего пика, нестерпимый жар устремляется вверх, заполняет грудь, стремится в руки, скапливается в ладонях.
