Спасти Ссср ч9

15 октября 1979 года в Сальвадоре произошёл государственный переворот. Генерал Ромеро был отстранён от должности. К власти пришла "военно-гражданская" Революционная правительственная хунта (Junta Revolucionaria de Gobierno). Новый режим провозгласил программу реформ, близкую христианским демократам. Для правого радикала д'Обюссона эти силы были однозначно враждебны.

Усиленно вооружившись (пистолет браунинг, пистолет-пулемёт Uzi, две гранаты М67), несколько дней Роберто д'Обюссон тайно передвигался по Сан-Сальвадору на белом автомобиле Volkswagen. Скрывался у знакомых, ночевал в скромных отелях. Он постоянно ожидал нападения и попытки убийства — либо от агентов правящей хунты, либо от марксистских боевиков Хоакина Вильялобоса. С помощью генерала Медрано он, соблюдая строгую конспирацию, вышел на связь с Альфредо Мена Лагосом — руководителем неофашистской группировки Сальвадорское националистическое движение (MNS). С помощью богатых и влиятельных активистов MNS д'Обюссону удалось легализоваться и возобновить военно-политическую активность.

Роберто д'Обюссон считал, что программа правящей хунты содержит недопустимые уступки левым силам (особенно на фоне Сандинистской революции в Никарагуа). 31 октября 1979 года он уволился из армии в звании майора, забрав базу данных военной разведки, и возглавил "эскадроны смерти". В 1980 году д'Обюссон организовал Национальный широкий фронт (FAN) и активно занялся правоэкстремистской политикой. Вместе с генералом Медрано он возглавлял сальвадорское отделение Секретной антикоммунистической армии. Д'Обюссон известен, помимо прочего, как автор формулы "Мир за счет 100 тысяч мертвецов", обозначавшей готовность пойти на какие угодно преступления, лишь бы не допустить социальных преобразований.

Широкий резонанс имели выступления Роберто д'Обюссона по сальвадорскому телевидению, изменившие общественную атмосферу в праворадикальном ключе. Отмечалось, что эти выступления звучали как приказы о политических убийствах. Так, в 1980 году ультраправые боевики застрелили генерального прокурора Сальвадора христианского демократа Марио Замору Риваса. Это преступление было отнесено на счёт д'Обюссона. Убийству предшествовала жёсткая критика Заморы Риваса в телевыступлении д'Обюссона.

Роберто д'Обюссон считается организатором убийства архиепископа Сан-Сальвадора Оскара Арнульфо Ромеро, хотя формальные доказательства так и не были сформулированы. Ультраправые рассматривали архиепископа как главного проводника коммунистического влияния в стране. Ромеро был убит 24 марта 1980 года.

7 мая 1980 года Роберто д'Обюссон с группой сторонников был арестован на ферме Сан-Луис (близ Санта-Теклы) по подозрению в убийстве Ромеро и подготовке государственного переворота. Члены FAN и его женской организации FFS устроили серию уличных акций за освобождение арестованных — в частности, массовый протестный пикет у дома американского посла (администрация Джимми Картера рассматривалась ультраправыми как политический противник). Вскоре их освободили за недостатком улик. На некоторое время д'Обюссон эмигрировал в Гватемалу, где поддерживал тесный контакт с Движением национального освобождения (MLN) Марио Сандоваля Аларкона и группами никарагуанских контрас. Из-за границы продолжал руководить "эскадронами смерти" в Сальвадоре. Возвратился на родину в 1981 году.

30 сентября 1981 года по инициативе Роберто д'Обюссона была создана партия Националистический республиканский альянс (ARENA). Его ближайшими помощниками выступили аграрные предприниматели Глория Сальгеро Гросс и Рикардо Вальдивьесо. Важную организационно-политическую помощь оказали также гватемальские союзники из MLN.

Прежде всего, д'Обюссона поддерживали состоятельные слои населения — землевладельцы, предприниматели, офицеры, чиновники — выступавшие против перераспределительных реформ и обеспокоенные марксистским повстанчеством. Однако ARENA быстро завоевал сильные позиции в мелкобуржуазных массах, особенно в зажиточном крестьянстве, и стал центром притяжения для всех крайне правых антикоммунистов в условиях гражданской войны с ФНОФМ. Этому способствовало выдвижение сплачивающих национал-патриотических лозунгов: Primero El Salvador, segundo El Salvador, tercero El Salvador! (Сальвадор — во-первых, во-вторых, и в-третьих!). Партия позиционировалась как сила "национального спасения от коммунизма". В то же время ARENA под руководством д'Обюссона однозначно воспринималась как ультраправая партия "эскадронов смерти".

Роберто д'Обюссон лично разрабатывал даже партийную символику — белый крест с аббревиатурой ARENA на сине-бело-красном поле (раскраска под французский флаг символизирует принципы либерализма (в версии ВФР), крест — верность национальным и христианским (особенно католическим) традициям) и гимн Libertad se escribe con sangre — Свобода пишется кровью ("Patria s", comunismo no! El Salvador ser" la tumba donde los rojos terminar"n — Родине — да, коммунизму — нет! Сальвадор станет могилой, где красным наступит конец).

Его страстная антикоммунистическая риторика, его манера одеваться в джинсы и юношескую куртку привлекали молодёжь и женщин.

Личную харизму д'Обюссона противники приравнивали к "политической мистике".

Политика АРЕНА

Боевиками д'Обюссона был совершён ряд нападений и терактов, количество убитых ультраправыми боевиками исчислялось в тысячах. Врагами АРЕНА были не только партизаны ФНОФМ, коммунисты, левые активисты, но также Христианско-демократическая партия (ХДП), либералы и приверженцы "теологии освобождения". Все они рассматривались как военные противники АРЕНА, подвергались боевым и террористическим атакам. Д'Обюссон и его сподвижники открыто заявляли, что христианские демократы для них не отличаются от коммунистов.

28 марта 1982 года состоялись выборы в Конституционную ассамблею Сальвадора. Предвыборная кампания основывалась на призывах к искоренению коммунистической опасности. Д'Обюссон обещал уничтожить повстанцев ФНОФМ в течение трёх месяцев, его партия публично настаивала на применении напалма. ARENA получил почти 30 % и сформировал вторую по численности фракцию. Роберто д'Обюссон был избран председателем Конституционной ассамблеи.

Роберто д'Обюссон выступал как видная фигура мирового антикоммунизма. Партия ARENA являлась активным членом ВАКЛ. Ближайшими зарубежными союзниками являлись гватемальские MLN и Mano Blanca, представители аргентинской хунты, тайваньского Гоминьдана и французские неофашисты ОАС.

В 1982 и 1984 годах Роберто д'Обюссон выдвигал свою кандидатуру в президенты Сальвадора. Однако в первом случае Конституционная ассамблея избрала временным главой государства банкира Альваро Маганью, во втором победу на всеобщих выборах одержал представитель ХДП Хосе Наполеон Дуарте (д'Обюссон собрал 46,4 % голосов).

Полковник Роберто д'Обюссон был очень нетипичным для правых своего времени, ему следовало бы родиться на пятьдесят лет позже. Он был крайне нетипичен и для Латинской Америки того времени. Первое — он был не испанских, а французских дворянских корней (Обюссон — коммуна в самом центре Франции, известна своим ковроткачеством). Второе — он был молод, обычные лидеры правых того периода были за пятьдесят. Третье — его жизненный путь, мало кто, например, удосужился стажироваться в полицейской академии Нью-Йорка, что делало его своим для тысяч американских копов. Огромные, обширные связи за рубежом — чилийская хунта, французские боевики ОАС, американские крайне правые. Четвертое — молодость, привлекательная внешность, его манера одеваться как американский студент. Во время визита в США, организованного крайне правыми — его интервьюировал журнал Плейбой, там где он выступал он собирал стадионы — американские стадионы! Пятое — его связь с военными, военная служба, личные навыки бойца, стрелка, разведчика. Он был опасен и сам по себе, даже без сторонников, без организации.

Во время американского тура, организованного ультраправыми — его приходили послушать женщины и молодежь, традиционный электорат демократов, а не республиканцев. Обюссон был слишком правым даже для Рейгана.

Его идеи — были новаторскими, прорывными. Он разорвал веками существовавшую в Латинской Америке связь между правыми и католической церковью, священники для него были врагами и угрозой. Ему ни в коей мере не передалась традиционная набожность испанцев, которая играла роль социальной смазки в испаноязычных обществах, в этом плане он был твердым французским секуляристом. Но при этом Обюссон выступал и за прогрессивные идеи в экономике — здесь он был либералом чилийского образца, предлагал разорвать связь между политической демократией и экономическим либерализмом. В этом плане он придерживался взглядов чилийского адмирала Хосе Торибио Мерино преемника Пиночета, председателя хунты с 1981 года и автора экономических реформ, которые сделают Чили самой зажиточной страной Латинской Америки, причем без малейшего участия наркотиков. По сути Чили станет страной со среднеевропейским уровнем зажиточности.

Д'Обюссон ни в коей мере не испытывал типичный для потомков богатых фамилий, с наследственным капиталом стыд за свое происхождение и не пытался "отдать долги обществу". Он представлял интересы совершенно нового латиноамериканского класса — городских жителей, мелких предпринимателей, чиновников, офицеров. Инстинктом он уловил то, что понимали они: в условиях неразвитости экономик таких стран как Сальвадор — настойчиво требуемая беднейшими классами социальная справедливость приведет к ограблению не богатых — они сбегут в США и Европу — а среднего класса, как это и произошло в России 1917 года. Чтобы это не произошло, они готовы были ответить деревне бомбардировками напалмом. Как и предлагал молодой полковник д'Обюссон.

Американцы — от идей д'Обюссона были в шоке, требование отстранить д'Обюссона от участия в реальной политике увязывалось с программами экономической и военной помощи. Но что проглядели американцы — то, что идеи полковника могут стать востребованными в самих США. В которых заканчивалась революция хиппи, в городах свирепствовала уличная преступность, шайки грабителей врывались в дома представителей среднего класса. Последние покупали револьвер, а то и автоматическую винтовку — но в целом в стране рос запрос на наведение порядка силовыми методами. Откровенно старый, утративший харизму, так и не оправившийся до конца после покушения Хинкли Рональд Рейган не мог это предоставить, а скандал Иран-Контрас окончательно похоронил его как политика. Правление "тройки" вместе с Нэнси Рейган вызывало у народа раздражение. Пришедший к власти Буш с его внешностью университетского профессора, негромким голосом, техасским происхождением (техасцам не доверяли) — и вовсе не мог ничего противопоставить харизматичному напору молодого д'Обюссона. Который был похож на еще одного политика новой волны, который придет почти пятьдесят лет спустя. На Владимира Зеленского...

03 мая 1986 года

Вашингтон, округ Колумбия

Институт западных целей

Фонд Западных целей — был...

Тут как бы и слов то не найдешь. На первый взгляд это было сборище агрессивных политиканов, перемешанных с профессиональными стукачами и фанатиками — антикоммунистами. Это было... как если бы у НКВД времен Николая Ежова появился бы фан-клуб. Сверхбдительные граждане, стукачи, тайные расисты и неонацисты, немало которых проникло в полицейские управления по всем США, в армию, в другие силовые структуры. К счастью, их деятельность была крайне ограничена Конституцией США и общим режимом правового государства. Не дающим разгуляться таким как, например доктор Рой М. Кон, борец с коммунизмом, консерватор, республиканец, и в личной жизни — гомосексуалист, умерший от СПИДа. К счастью, им не удалось прийти к власти в пятидесятых — генерал и президент Дуайт Эйзенхауэр, политик и военачальник — прекрасно видел двойное дно всей этой мрази, многие из которых по разным причинам отказались идти на фронт в сороковые. Именно он вышиб из Минюста доктора Кона, который вынужден был уйти на гражданку, и стал главным юристом и наставником подающего надежды нью-йоркского застройщика Дональда Трампа. Именно он дискредитировал "комиссию Маккарти" по борьбе с коммунизмом, которую возглавлял запойно пьющий сенатор Джозеф Маккарти, а среди членов комиссии процветали пьянство и педерастия. Но Генерала больше не было в живых, а у власти был Рейган, провозгласивший крестовый поход против коммунизма. Именно при Рейгане — антикоммунистическое движение перестало быть уделом протестантов и в нем все более заметную роль стали играть агрессивные католики.

Но я говорю про низы — а верхи движения были намного интереснее. В движении были самые разные люди — юристы, военные, философы, журналисты, ядерные физики. Они имели огромный жизненный, политический и научный опыт в самых разных сферах и направляли его на победу своей страны и Западного блока в целом — в Холодной войне. Во главе движения — стоял генерал-майор Синглауб, один из основателей ЦРУ, выполнявший секретные операции еще в оккупированной нацистами Европе, а в пятьдесят, уже будучи генералом — поступивший в летную школу вертолетчиков. Сейчас — генерал-майор Синглауб был одним из "людей президента", исполнявший тайные поручения и бывший одним из связных между Белым домом и темным миром шпионского и военного закулисья. В Фонд — генерал Синглауб принес действенный патриотизм и нацеленность на реальный результат, а не на разглагольствования и стукачество.

Вот в этом-то вот была принципиальная разница между США и СССР. В США самые широкие слои населения и прежде всего интеллигенция разделяли цели американского национального проекта и готовы были работать на него.

А у нас?

Целью у американцев было — мировое господство. Ни много ни мало...

Как уже говорилось, после прихода Синглауба в Фонд — он принялся чистить его от тех кто не готов был принять армейские правила игры, строгую подчиненность, ответственность, командная работа. Это привело к тому, что из Фонда ушли некие самые одиозные личности, но остались при этом неподалеку. Разница в том, что теперь они решили — раз они не нужны, значит, предательство проникло на самый верх, в том числе и в верха американской армии. И надо было устраивать чистку...

Где-то в США

Это была одна из стоянок дальнобойщиков — большая, грязная, где то на северо-востоке США. Можно сыграть в бильярд, напиться до отвала пива и чего покрепче, отремонтировать машину, получить недорогие сексуальные услуги и возможно вместе со СПИДом или чем-то еще. Здесь можно было быть уверенным, что тебя никто лишний не заметит и до тебя никому не будет дела — а полицейским или федералам сюда хода не было ни при каких обстоятельствах.

Колин Макласки — припарковал свою Тойоту Крессида на самом въезде, чтобы ее видно было с дороги. Он был не похож на того, кем на самом деле являлся — опасный психопат, у которого руки были в крови еще с Вьетнама с программы Феникс. Сейчас он подвизался в роли старшего агента в BATF — вечно недофинансируемом Агентстве по табаку, алкоголю и огнестрельному оружию. Это те типы, которые подбивают честных владельцев оружия сделать что-то незаконное, а потом свидетельствуют против них в федеральном суде.