Культивируй. Умри. Начни сначала

На радостях господин Нгуги позволил мне самой выбрать имя для третьего сына, и я назвала его Гунем.

А вот у меня самой особых поводов для радости не было, увы. Культивация, и без того сложная, замедлилась ещё сильнее. Пустота, образовавшаяся после экстракта золотого корня, поглотила часть моего таланта, часть моего великолепного, выдающегося таланта, позволившего мне открыть семь меридианов к девяти годам.

Но теперь... теперь, хотя бы, всё кончено. Я уже принесла господину Омонди хорошего, талантливого (надеюсь) сына. Я уже столкнулась с настоящими проблемами при родах (Нбуше подтвердила, что экстракт золотого корня дают не каждой). Я уже заплатила высочайшую цену — и в годах жизни (столь сложные роды и мощная алхимия не способствуют долголетию), и в таланте. Я уже наконец-то полностью и окончательно "испорчена". Я наконец-то могу сосредоточиться на культивации и достичь Закладывания Фундамента — если, конечно, я ещё успею этого достичь.

Я была уверена хотя бы в этом — пока, три года спустя, господин Омонди Нгуги вновь не зачастил в мою спальню.

Это меня сломало.

— Ну что, что, что ему ещё надо?! — рыдаю в объятиях Нбуше, и слёзы льются щедрой рекой. — Я же уже дала ему всё что можно, талант потрачен, сыновья есть, здоровье подорвано, что — ему — ещё — НАДО?!

Нбуше не отвечает, просто продолжает прижимать меня к себе, гладит по волосам, плечам.

— Он же... он же не остановится, да? Не остановится, пока не выдоит меня досуха, всю, до последней капли, пока не загубит и талант, и здоровье, и культивацию, и потом выбросит как использованную тряпку...

Подруга лишь вздыхает.

— Твой шанс — это заложить фундамент, — на вопрос она не отвечает. Впрочем, тут и так всё понятно. — Не знаю, реально ли это сейчас, после потерянного времени... не знаю. Но, Лун, умоляю, пожалуйста: не делай ничего безрассудного! Не пытайся никак увильнуть, ты не сможешь, только хуже будет!

Это был очень, очень хороший совет. Разумеется, я им не воспользовалась. Из усадьбы после последних родов меня выпускали без сопровождения слуг, и я попыталась выяснить у алхимика — очень осторожно, аккуратно, намёками, исподволь — есть ли у него противозачаточные средства. На данный момент я бы и на полное бесплодие согласилась, лишь бы оно культивации не мешало. Хватит уже, нарожалась вдосталь.

Увы, видимо, я была недостаточно осторожна: Омонди прознал. Это было в третий раз, когда он меня избил, и первый, когда он проявил хоть какие-то эмоции.

— Неблагодарная тварь, — даже бешенства его было холодным, он едва-едва повышал голос. — От своих обязанностей увильнуть вздумала? И это после всего того, что я для тебя сделал? После всех ресурсов, которые я на тебя затратил? Ты хоть знаешь, сколько тот экстракт золотого корня стоил? Знаешь, а? А остальное! Метод, формация, пилюли и травы — чтобы ты в конце концов решила пренебречь своим прямым долгом? — наконец-то успокоившись, он отошёл от моего рыдающего тела. Хотя... было скорее обидно, чем больно. Я всё-таки крепкая, а рукоприкладствует он аккуратно. Рожать гораздо, гораздо больнее. — Надеюсь, ты запомнишь этот урок. Во второй раз я не буду столь отходчивым и милосердным.

Запомню. Я понятливая. Куда я денусь...

Интересно, а у демонических культиваторов — как? В первый раз в жизни жалею, что не родилась поближе к Кхемету...

Единственным лучом света в беспросветном мраке было то, что моё тело, похоже, само поняло, что от него требуется, и наотрез отказывалось беременеть, несмотря на все усилия Омонди. Хоть бы это продлилось подольше! Ещё немного подольше!

{Культивация Лун Нгуги к 21-25 годам, (8d69 — 2 + 15)*0,4 (культивация с первоначальным талантом в 21-22 года) + (8d64 — 2 + 15)*0,4 (культивация с модифицированным талантом в 24-25 лет): 393*0,4 + 264*0,4 = 262,8*0,1547 = 40,645. 53,460/70 прогресса до перехода на слой 7}

* * *

{Случайное событие в возрасте 26-30 лет, КС 1/70/100, 1d100: 81. Успех. Не забеременела.}

{Культивация Лун Нгуги к 26-30 годам, 8d64 — 2 + 15: 222*0,1547 = 34,335. 70/70 прогресса. Лун Нгуги переходит на слой 7. 17,795/80 прогресса до перехода на слой 8}

{+10 лет к продолжительности жизни (наступление старости в 165 лет), боевые броски 10*7d6, проверки выносливости +27, резервы Ци 1564, барьер Ци 163.}

Несмотря на все старания Омонди, мне всё же удалось взобраться на седьмой слой Накопления Ци. До Закладывания Фундамента осталось всего два слоя. Два самых сложных слоя.

Как выяснилось, детям начинать тренировки до восьми лет категорически нельзя, риск повреждения меридианов взлетает в небеса. Поэтому даже в семьях культиваторов потомки отправляются в путь к "бессмертию" в том же возрасте, что и дети крестьян. Более того, в первый год надлежало тренироваться безо всяких трав и алхимии, чтобы можно было точно оценить потенциал.

Мутисо, как и ожидалось, оказался бесталанным. За первый год он смог открыть лишь полтора меридиана. И это его расстроило, да, но я подготовила его к чему-то подобному. Так что активный и общительный мальчишка унывал недолго. Он твёрдо решил стать торговцем, "желательно странствующим, но можно и просто". Что же, уж с этим-то проблем точно не будет.

Гитонго под присмотром нянек и кормилиц вырос надменным и заносчивым, практически не общаясь со мной за рамками формальных приветствий и церемониальных разговоров. Он с самого раннего детства знал, что у него неплохие корни, и его воспитанием занимался лично господин Омонди. А уж когда он умудрился к девяти годам открыть почти три меридиана и удостоится сухой оценки "Плохо. Впрочем, приемлемо", он вообще возгордился необычайно. Что же, надеюсь, что у него всё будет хорошо.

У Гуня с корнями были... проблемы. Они были почти приемлемыми... но именно что "почти". Не совсем, заниженными, чуть-чуть недостаточными, слегка недостающими — способов описать это было много, суть одна. Не вполне культиватор — это не культиватор. Ещё и талант оказался средним, к девяти годам он открыл два с половиной меридиана, меньше чем у Гитонго. Впрочем, Омонди всё же велел выдавать ему травы для культивации. "По крайней мере, на пару лет". А вообще, он очень меня напоминает... меня в детстве, точнее. Такой же боевитый. Жаль, что ему так не повезло, и что он телосложение не унаследовал.

Пока... ситуация держится. Балансирует на грани, но держится. Но что меня ждёт впереди?

* * *

{Случайное событие в возрасте 31-35 лет, КС 1/70/100, 1d100: 94. Успех. Не забеременела.}

{Культивация Лун Нгуги к 35 годам, 8d64 — 2 + 15: 242*0,1547 = 37,428. 55,223/80 прогресса до перехода на слой 8}

{Культивация Омонди Нгуги к 220 годам, 5d29 + 20: 98*0,3329 (коэффициент проводимости корней)*0,84 (коэффициент культивации)*(1 — 0,6) (фундамент с шестью трещинами) = 10,961 + 25 (зелье конденсации Ци) — 13 (сопротивляемость зелью конденсации Ци) = 22,961. 200/200 прогресса, Омонди Нгуги создаёт четвёртую пластину фундамента. 7,636/250 прогресса до создания пятой пластины. Талант уменьшается на 1, до 28. Сопротивляемость зелью увеличивается на 1, до 14.}

{Продолжительность жизни Омонди Нгуги увеличивается на 25 лет, наступление старости в 325 лет.}

Небеса улыбнулись мне: я не забеременела.

Более того, ходят слухи, что господин Омонди присмотрел себе ещё одну наложницу, и она появится в усадьбе буквально вот-вот? Было бы хорошо, да, может, он хоть насчёт меня успокоится... хотя это и маловероятно.

А ещё он четвёртую пластину фундамента создал. Ходит весь такой гордый, радостный. Впрочем, сдаётся мне, что это была его последняя пластина.

У Гуня с культивацией всё хорошо, ему недавно двенадцать исполнилось, и он уже на две трети седьмой меридиан открыл. Парень растёт боевитым, учится сражаться мечом. Я часто наблюдаю за его тренировками, иногда даже сама участвую, пытаюсь какие-то ухватки перенять — хотя, конечно, сейчас уже поздно, заниматься надо было с самого детства.

А вот у Гитонго проблемы: к двенадцати годам он смог открыть лишь девять из десяти акупунтур в меридиане лёгких. Я до сих пор помню тот разговор.

— Ну отец, — умолял Гитонго, — я же справился, я же почти справился! Может быть, я последнюю акупунтуру сегодня-завтра открою! Моя временная неудача — это случайность, чистая случайность!

— Случайностью был твой первоначальный успех, — отрезал Омонди. — А вот твой текущий провал закономерен. Требование "шесть меридианов к двенадцати годам" взялось не на пустом месте, это надёжный способ оценить талант будущего ученика. При этом дети смертных добиваются этого собственными силами. Если же ты, со всеми моими ресурсами, так и не смог открыть шесть меридианов, значит, твой талант недостаточен, и тебе никак не помогут твои корни, надо заметить, посредственные. Ты отброс, ничем не лучше Мутисо. Трав ты с этого дня получать больше не будешь.

— Мой господин, — склоняю голову, глубоко. Фактически, кланяюсь, — свет очей моих, отрада моего сердца. Моему горю нет предела, и я стыжусь того, что из моих чресл выходят только отбросы. Особенно горько осознавать, что неразумный сын мой мог бы когда-нибудь стать культиватором, но потерял возможность из-за слегка недостающего таланта. Вы выделяли на него ресурсы три года, и они оказались потраченными впустую. Сэкономив на нужных травах сейчас, вы лишитесь и ещё одного возможного культиватора в роду, и обесцените все предыдущие вложения. Впрочем, я буду с радостью приветствовать любое ваше решение, мой господин, — ещё один поклон.

Омонди Нгуги задумчиво пожевал губы.

— Впрочем... впрочем, травы на стадии Открытия Меридианов действительно дёшевы. Они не сравнятся с твоими пилюлями, не говоря уже об экстракте золотого корня. Ладно. Закопаю ещё немного ресурсов. Посмотрим, что будет к двадцати годам.

{Проверка Общения: автоуспех.}

В тот день Гитонго проплакал в моей комнате весь день. До этого он идеализировал отца, и его внезапное "предательство" сильно по нему ударило. Резкий отказ Омонди — и моя неожиданная помощь — перевернули его картину мира. Мой сын каялся и извинялся за своё прошлое поведение. Разумеется, я простила его, было бы что прощать. Надеюсь только, что это всё не зря, и он сможет прорваться на Накопление Ци.

Озвучивать свои надежды я не стала. Незачем давить на Гитонго ещё сильнее, Омонди справится с этим куда лучше меня.

Сейчас Гитонго пятнадцать лет, и беспокойство за его будущее... обоснованно. Он открыл лишь три из девяти акупунтур в меридиане гениталий. Не похоже, что он выигрывает эту гонку.

Впрочем, это заботы будущего. Сейчас же я провожу привычный утренний ритуал: спуститься к завтраку, поздороваться со всеми домочадцами... так, что это?

Вдобавок к моим ежедневным пилюлям на столе стоит ещё кое-что. Крошечная фарфоровая чашечка с глотком ярко-красной жидкости.

Чувствую, как у меня внутри всё леденеет.

Я по-прежнему не имею никакого понятия, как изготавливать алхимические снадобья. Но у меня есть неплохое представление о том, какие снадобья вообще бывают и какие эффекты они оказывают. Невозможно прожить двадцать пять лет в секте и не нахвататься чего-то — а я, тем более, умела и любила читать.

Так что сейчас я прекрасно понимаю, что стоит передо мной: зелье, способствующее зачатию.

Зелье, способствующее зачатию и уменьшающее талант женщины, что его принимает.

— Г-господин Омонди, — не могу ничего поделать, мой голос всё же подрагивает.

— Да, Лун, — кивает он с весьма довольным видом. — Последний раз ты приносила ребёнка десять лет назад. Это неприемлемо. Тем более что талант Гитонго смехотворно слаб, а корни Гуня отвратительны, — про Мутисо он даже не упоминает. — Я понял, что нужно стимулировать этот процесс, тем более что ты так любишь алхимию.

Он... напоминает мне про Гитонго? Очевидно, да. Злопамятный. Очень.

Смотрю на чашку. Что я могу сделать?

Ничего.

Зажмуриваюсь и выпиваю одним махом.

Вкус у этого зелья приторно-сладкий.

Результат наступает очень, очень быстро.

{Талант Лун Нгуги уменьшается на 1, до 63}

* * *

{Случайное событие в возрасте 36-40 лет, КС 1/90/100, 1d100: 5. Провал. Забеременела.}

От своих четвёртых родов я не ожидала ничего, абсолютно ничего хорошего.

К моему крайнему изумлению, они прошли легко и быстро, заняли не больше часа. В первый раз за всё время я родила девочку. Господин Омонди Нгуги слегка расстроился из-за пола ребёнка, однако всё равно был доволен и предложил мне дать ей имя. Я назвала её Лань.

{Четвёртые роды, КС 90. Бросок 1d100 + 27 — 25: 92 + 2 = 94. Успех, штраф -5 на последующие роды (общий штраф -30)}

{Определение пола, 1 — девочка, 2 — мальчик, 1d2: 1. Девочка.}

{Максимальная чистота корней Лань, 1d100: 53. Корректировка, 86 — 53 = 33. Бросок 3d33: 6, 21, 32. Лучший результат 32, максимальная чистота корней 53 + 32 = 85}

{Чистота корней Лань, 1d85: 1. Корректировка, 86 — 1 = 85. Бросок 1d85: 42. Итоговая чистота корней Лань 1 + 42 = 43}

{Талант Лань, 1d100: 96. Талант 21. Корректировка, сумма талантов родителей 63 + 28 = 91/1,5 (неравновесие стадий родителей) = 60. Бросок 3d60: 7, 31, 60. Худшее из трёх: 7. Талант Лань 21 + 7 = 28}

{Чистота корней Лань 43%, талант 28. Условно перспективная наследница, 1-3 — телосложение не унаследовано, 4 — телосложение унаследовано, 1d4: 1. Провал, не унаследовано.}

{Культивация Лун Нгуги к 40 годам, 7d63 — 2 + 15: 284*0,8 (культивировала четыре года из пяти) = 227,5*0,1547 = 35,139. 80/80 прогресса, Лун Нгуги переходит на слой 8. 10,362/90 прогресса до перехода на слой 9}

{+10 лет к продолжительности жизни (наступление старости в 175 лет), боевые броски 10*8d6, проверки выносливости +28, резервы Ци 1656, барьер Ци 172.}

Мутисо наконец-то покинул секту. Ему купили дом с лавкой в Высоком Паводке, выделили денег на обустройство. Ли Мутисо (разумеется, фамилия "Нгуги" ему не досталась) крепко обнял меня на прощание, пообещав писать так часто, как только сможет — и он держит своё обещание. Судя по письмам, дела у него идут неплохо, торговля расширяется, и он уже присмотрел себе невесту.

Хотя от Высокого Паводка до шестого внешнего двора всего ничего, и он имеет право наносить визиты — он ни разу этим правом не воспользовался. Если бы я попросила его в письмах, то, конечно...

Но я такого делать не буду.

Культивация у Гуня идёт сносно (равно как и боевые тренировки, отец нанял для него нескольких смертных наставников). А вот у Гитонго — не очень.

— Ну, и чего ты добился? — в голосе Омонди сквозит столь нехарактерная для него насмешливость. — Двадцать лет — и всего одна открытая акупунтура в меридиане мозга! Воистину, отброса и в двенадцать прекрасно видно.

— Отец, — сын упрямо сживает челюсть, — почти две акупунтуры. Из семи. Мне нужна буквально пара лет. До двадцати пяти ещё есть время, я справлюсь!

— Твои золотые годы прошли. Ты безнадёжен, — приговор был однозначен и очевиден.

— Мой господин, свет очей моих, — кланяюсь. — Я прекрасно помню, каково оно — гнаться за ускользающей культивацией и видеть, что вместо луны ты прикасаешься лишь к её отражению в глади пруда. Я — слабая женщина с угасающим талантом, для меня такое естественно. Но вы сильны, ваша воля способна достичь небес. Я слышала истории о том, как вы раз за разом отвергали законы мироздания, продолжая поддерживать скорость культивации даже тогда, когда это казалось невозможным. Неужели ваш потомок, ваш сын, пусть даже от столь слабой женщины как я, пусть не обладающий даже мельчайшей долей вашего гения, не сможет повторить тень тени вашего подвига?