На меня прохожие не обращали внимания, а вот полковник Герцег стал объектом всеобщего народного любопытства. О гномах в кирианском народе бродило немало слухов и домыслов. Одно было достоверно известно, что подгорный народ существует, и благоденствуют, но его представители не любят появляться в больших городах, в местах скопления кириан. Поэтому появление полковника Герцега, идущего по улицам Сааны вызвало настоящий фурор, правда, этот фурор в основном был заметин только среди подрастающего поколения.
Взрослые кирианцы чинно и вежливо раскланивались с моим гномом, городская молодежь не обращала на него никакого внимания, детвора же, радостно крича, бежала по нашим пятам. Это преследование продолжалось до тех пор, пока Герцег не останавливался и, весело скаля зубы, руками делал им козу. Коза приводили детвору в неописуемый восторг, мальчишки и девчонки громко смеялись и визжали от восторга. Так под смех и восторженные крики детворы мы добрались до гостиницы "Семейный Отдых", которая представляла собой высокое и красивое по архитектуре здание, выложенное красным кирпичом и с белым обрамлением окон.
5
Деревушка Ильхансон располагалась в имперской провинции Нантье, в нескольких километрах от границы с другой имперской провинции Мишель. Она, как практически и все другие деревни Кирианской империи была построена по стандартному образцу. В одном из лесных массивов имперская дорога провинциального предназначения делала небольшой крюк, уходя в сторону от своего, казалось бы, совершенно прямолинейного направления, которым она прорезала этот массив. Там этот съезд с провинциального шоссе превращался в две деревенские улицы, по обеим сторонам которых высились крестьянские двора, по двадцать пять дворов с каждой стороны улиц!
Горожан, случайно попавших в такие имперские деревни, или же приехавших туда в гости к своим деревенским родственникам, всегда поражала высота забора этих дворов, а также большие размеры. крепость жилых домов имперских крестьян.
В те времена в Кирианской империи уже было трудно найти какой-либо бедный крестьянский двор, наоборот, имперские крестьяне и их деревни самым настоящим образом процветали. При обработке своих земельных наделов, имперские крестьяне пользовались гравитационными транспортными и пахотными средствами, которые контролировались специальными сельскохозяйственными терминалами. Поэтому земля обрабатывалась в полном соответствии с агрономическими требованиями, принося богатые урожаи корнеплодов, овощей, фруктов.
Словом крестьянин Кирианской империи год от года богател, но нельзя было сказать, что его труд с каждым годом становился более легким. Крестьянская семья, по-прежнему, с раннего утра и до позднего вечера проводила в полях, наблюдая за ростом зерна, корнеплодов и овощей.
В этом ему немало помогала сельскохозяйственная политика, проводимая самой Кирианской империи. Имперское министерство сельского хозяйство строго следило практически за всеми крестьянскими дворами, советуя их владельцам, что им было бы лучше всего засевать на своих землях, какими должны были быть ожидаемые урожаи! Одним словом, деревушка Ильхансон ничем не отличалась от других имперских деревень.
Был поздний вечер, только в нескольких домах этой деревушки горел свет!
По одной из деревенских улиц неторопливо двигалась небольшая автоколонна из двух легковых автомобилей и четырех гравигрузовиков. Колонна остановилась у дома, в котором проживал старейшина этой деревушки Ильхансон. Через некоторое время ворота двора старейшины раскрылась, автомобили и гравигрузовики въехали во двор. Там они построились двумя аккуратными рядами, в первом ряду стояли легковые автомобили, гравигрузовики — во втором ряду. При этом сразу же бросилось в глаза, насколько двор этого крестьянина был большим, на нем могло разместиться еще несколько таких автоколонн, оставалось еще достаточно места для беготни членов семейства, которые начали готовиться к приему гостей.
Старейшина Василий, крепкий мужчина шестидесяти лет, стоял на крыльце своего дома, терпеливо ожидая, когда приехавшие имперские военные подойдут к нему, чтобы он поприветствовал бы их на пороге своего дома.
Три дня назад ему позвонил мэр Эдвардса, с которым он был давно знаком. Этого кирианина Василий уважал и вполне доверял, поэтому не отказал в его просьбе, хотя сам был чрезвычайно удивлен ее сути. Тот попросил его принять в Ильхансоне передвижной вербовочный пункт имперских вооруженных сил. Василий краем уха слышал о том, что много таких мобильных вербовочных пунктов появилось на территориях имперских провинций в последние несколько месяцев. Причем, одни деревенские старейшины довольно-таки плохо отзывались об их работе в своих деревнях, другие же взахлеб хвалили армейцев, говоря, что они помогли разгрузить их деревню от излишнего количества вторых и третьих сыновей в крестьянских семействах.
В древние времена Кирианская империя приняла закон майората, согласно которому в случае смерти главы крестьянского семейства все крестьянское хозяйство переходит в руки старшего сына. Обеспеченная жизнь крестьянства в немалой степени способствовала тому, чтобы в их семействах рождалось много детей, — девочек и мальчиков. Если девчонок по достижению совершеннолетия можно было бы выдать замуж в другие семейства, то с мальчишками дело обстояло несколько иначе. Крестьянское семейство своих подросших мальчишек отправляло в города для получения дальнейшего образования и рабочей профессии, так как в деревнях они по достижения своего совершеннолетия становились, никому не нужны! Но, к слову сказать, эти деревенские подростки и юноши особо не горели желанием приобретать городские профессии, свою жизнь проживать в этих самых городах.
В этот момент к старейшине Василию подошел пожилой майор, ему удалось, не смотря на возраст, сохранить атлетическую фигуру. Он вытянулся перед старейшиной, ловко козырнул правой рукой и доложил:
— Уважаемый Василий, позвольте вас поблагодарить за ваше согласие принять наш передвижной вербовочный пункт в вашей деревушке Ильхансон! Мы постараемся оправдать ваше доверие, сделать так, чтобы ваши крестьянские парни увидели бы лучшее свое будущее. А в заключение позвольте мне представиться, гвардии майор в отставке Тимофей Яхонсен, командир вербовочного пункта кирианских вооруженных сил!
Старейшина Василий своим зорким глазом еще раз осмотрел майора Яхонсена, а также семерку молодых имперских офицеров, двух девушек в погонах лейтенантов, пятерых молодых мужчин в погонах капитанов, которые сопровождали старого майора. Затем он протянул вперед свои руки, чтобы сделать приглашающий жесть для прохода внутрь дома, и проговорил:
— Добро пожаловать в мой дом, друзья! Сейчас вам приготовят крестьянскую баньку, чтобы смыть дорожную грязь, а затем мы поужинаем, чем нам бог послал. За ужином вы мне и расскажете, как собираетесь поработать завтра.
Василий первым вошел в дом, через сени сразу же прошел в большую гостиную, которая одновременно была и гостевой столовой. В этом помещении имелся большой круглый стол, за которым могли бы уместиться более чем десять кириан одновременно. В этой гостиной гостей уже ожидали, девушка, видимо, внучка старейшины, забрала с собой девушек лейтенантов и отвела их в комнату, где они будут ночевать. Там она им предложила переодеться в простые крестьянские рубахи до пят, чтобы затем их отвести в женское отделение крестьянской баньки. Чернявый паренек, который своим лицом очень напоминал старейшину Василия, проделал аналогичную операцию с мужчинами капитанами. Майором Яхонсеном занялся совсем молодой паренек. Это был веселый парнишка, с его лица не сходила улыбка.
Василий к этому времени уже сидел в деревянном кресле, с большой задумчивостью в глазах он следил за тем, как его молодые родственники разбирались со своими гостями. К нему подошла статная женщина, его жена Янина, которой удалось сохранить красоту своего лица. Они о чем-то пошептались, после чего Янина подозвала к себе дочек и внучек, вместе с ними отправилась во двор, готовить мясо на ужин.
Примерно, через полтора часа, гости собрались за крестьянским столом, который к этому времени выглядел прямо-таки горбатым от изобилия еды на нем. Помолившись Господу Богу, Василий взял в руки ложку, чтобы попробовать мясной суп на картофеле и телятине. Есть на ночь ему решительно не хотелось, но, как хозяин этого застолья, он был обязан первым коснуться, попробовать еду, выставленную на стол! Гости же были голодными, они с явным любопытством попробовали этот мясной суп, а затем их ложки задвигались с такой частотой, что в мгновение ока тарелки с супом опустели. Словом, простая крестьянская еда оказалась такой вкусной, что очень скоро животы гостей оказались до предела набитыми, есть они попросту больше уже не могли!
Хозяйка дома подала на стол большой дровяной кипятильник воды, различные чаи и деревенские варенья. Настало время вечерних разговоров. Майор Яхонсен дождался, пока старейшина Василий не наполнил чаем свою любимую глиняную кружку, не бросил в нее для сладости пару чайных ложечек малинового варенья, после чего начал свой рассказ о цели появления своей вербовочной группы в Ильхансоне:
— Уважаемый старейшина Василий, вы, вероятно, уже слышали о том, что наша Кирианская империя стоит накануне гражданской войны. Имперские кланы, — в этот момент Василий перекрестился, отгоняя от себя злую силу, — страстно желают заполучить в свои руки императорский жезл, который сегодня принадлежит императору Иоанну. Имперская столица Саана почти полностью перешла на их сторону, только наша глухомань пока еще хранит верность нашему императору! Произошел раскол и в рядах вооруженных сил Кирианской империи, все гвардейские части империи перешли под руку кланов, провинциальные же гарнизоны сейчас объединяются под руководством генерала армии Германа Мольта. В ходе этой работы по объединению провинциальных гарнизонов вдруг проявилась большая проблема в области имперской военной авиации. Ее пилоты были в основном выходцами из кланов Ясеней, Медведей и Муравьев, естественно, они по приказу магистров своих кланов покинули ряды имперских летчиков.
— Таким образом, на сегодняшний день в имперской авиации практически не осталось летчиков истребителей, летчиков бомбардировщиков. Основная задача моей передвижной вербовочной группы — это подписание пятилетних контрактов со свободными крестьянскими детьми в возрасте от семнадцати до двадцати лет. По этому контракту Кирианская империя берет на себя все расходы по обучению ваших крестьянских парней искусству боевого пилотажа. Из этих пяти контрактных лет, полгода курсантам отводится на обучение первым полетам в летной школе. Еще полгода — обучение полетам на боевых самолетах, а затем четыре года они должны прослужить в рядах имперской боевой авиации. По истечению этого контрактного срока, парни уже сами решают свою судьбу, продолжат ли они службу в имперской авиации. Или же они перейдут на какую-либо гражданскую работу.
— Твое предложение майор звучит очень уж заманчивым, но ведь ты знаешь, майор, что наши крестьянские дети — это особенный народ. Они никогда не пойдут против воли своего родителя, что тот ему скажет, то парень и сделает! Поэтому в твоем контракте должен имеется параграф, в котором наша империя выясняет свои отношения с родителем паренька, которого хотела бы забрить на имперскую службу! Имеется ли такой параграф в этом твоем пятигодичном контракте?
— Нет, старейшина, такого параграфа в моем контракте не имеется! Потому что, если такой параграф вставить в мой контракт, то любой имперский законодатель мой контракт может объявить "рабским контрактом", так как родитель как бы свое право на ребенка продает Кирианской империи, а мы этого не можем себе позволить. Поэтому мой контракт есть юридический документ, который подписывают две стороны, достигший совершеннолетия крестьянский ребенок и Кирианская империя в моем лице! Но, разумеется, мы хорошо понимаем, что родителей ребенка, с которым мы подписываем контракт на службу в имперских вооруженных силах, нельзя оставлять без удовлетворения. Поэтому с ними мы подписываем небольшой юридический документ о поддержке империей крестьянской семьи в размере двадцати тысяч имперских кредитов.
— Это вполне разумный подход к решению данной проблемы! — Задумчиво проговорил старейшина Василий. — Завтра рано утром вы начнете свою работу с нашими ста восемьдесят двумя парнями, которым уже стукнуло семнадцать лет. Им настала пора определяться со своей дальнейшей жизнью.
На сотом километре от Ильхансона автоколонна майора Яхонсена после того, как она отработала в этой деревушке, сейчас в кузовах ее гравигрузовиков сидело девяносто шесть контрактников, совершенно случайно столкнулась с какой-то бродячей вооруженной группой. Оба легковых автомобиля загорелись от огня фазерного пулемета, установленного на крыше первого встречного вражеского гравигрузовика. В их огне погибли, заживо сгорели обе девчонки лейтенанта, но капитанам и майору удалось их покинуть, получив только легкие ожоги и ранения. Добежав до придорожного кустарника, майор Яхонсен вместе с капитанами в нем укрылся.
Еще в ходе самого процесса перебежек от горящих автомобилей к кустарника, он постарался внимательно осматриваться по сторонам. Майору Яхонсену стало намного легче, когда он увидел, что под вражеский огонь попали одни только легковые автомобили. Ему было страшно жаль, что на его глазах погибли обе девушки, но в этот момент его сердце легко и радостно билось, под вражеский огонь не попали гравигрузовики, кузова которых были заполнены совсем молодыми ребятами, которые с ним только что подписали контракт на службу в имперской авиации.
— Капитан Ячменев, ко мне! — Приказал майор Яхонсен, судорожно снимая с плеч лямки небольшого мешочка, в котором хранил копии подписанных контрактов. — Павел, слышишь, этот визгливый звук, — это работает гравитационный двигатель приближающегося гравигрузовика. Постарайся, его перехватить, прежде чем он с нашими ребятами в кузове покажется на этой поляне. Тогда вражеский пулеметчик нарубит из них кровавой капусты, ведь они еще никогда своей деревни не покидали, ничего не видели! Вот тебе копии контрактов с ними, забирай этот мешок, а теперь беги, выручай наших добровольцев, не дай им попасть в эту засаду. Мы же, пятеро, постараемся задержать этого противника!
Павел Ячменев первый гравигрузовик перехватил перед самым его поворотом на поляну, на которой враг устроил им засаду. С большим трудом он водителю разъяснил, что тот должен делать в последующие минуты, сам же, мешок с копиями контрактов швырнув на пассажирское сидение, побежал обратно к майору Яхонсену, чтобы того предупредить о появившейся возможности отхода его группы.
Но, когда Павел снова оказался на той же поляне, то сразу же понял, что опоздал со своей информацией. К этому времени группа майора Яхонсена прекратила свое существование. Три капитана и майор до самого последнего момента отбивали атаки вражеских диверсантов, но в руках у них были только маломощные пулевые карабины. Но и этим доисторическим оружием им удалось положить на место четырех солдат противника. Медленно пятясь назад, словно рак, капитан незамеченным скрылся за стволами деревьев, после чего припустил бегом в своим гравигрузовикам!
