Нечаянный подарок богов

— Вар-руи-инн... — пробормотала она, опуская руку.

"Что?" — продолжала пребывать в недоумении я.

— Пусть идут с нами, — с нажимом, чтобы отбить у отрядников и О-Рэлли малейшее желание возразить, сказала драконесса.

"Да!" — мысленно возликовала я, понимая, что победила. Как бы не относились мужчины к моей компании в этом путешествии, слово драконов — решающее. Еще бы узнать, чем ее так Каст заинтересовал, что ради него она согласилась терпеть меня...

— Я могу отвести тебя туда сам, — вдруг сказал Каст.

Неожиданное предложение лишило меня дара речи. Хотя в том, что я не подумала об этом варианте раньше, не было, пожалуй, ничего удивительного: несмотря на то, что Каст привлекал меня как мужчина, положиться на него я бы не рискнула. Слишком уж он "особенный", не от мира сего... не знает и не понимает самых очевидных вещей. Не уверена даже, что он когда-нибудь деньги в руках держал.

Это был сложный выбор. В моей душе боролись, с одной стороны, глупое женское желание довериться любимому, переложить на его плечи все проблемы, а с другой — здравый смысл.

Победил последний.

"Прости, но я тебе не доверяю", — мысленно извинилась я перед Кастом.

— Э-э... ну-у-у... — замямлила, не зная, как помягче объяснить причину отказа.

— Да пусть идут, — вдруг поддержал драконов Родогар. — Девчонка нам помогла, это меньшее, чем мы можем отплатить. А на дорогах сейчас опасно.

Несколько минут Кугар молчал, а потом кивнул.

— Хорошо. Все, хватит болтать, пора уходить. Скоро челядь встанет.

Три лошади уже были оседланы, но Кугар послал Иламира (пришлось нам выслушать новую порцию недовольно-возмущенного бурчания) подготовить еще трех: для меня с Кастом, драконессы и О-Рэлли.

Настроение внезапно поднялось до отметки "отличное". Я чуть не подпрыгивала от нетерпения и с трудом удерживалась от того, чтобы поторопить остальных. В самом деле, чем быстрее мы доберемся до пресловутых Закатных гор, тем больше вероятность найти пресловутых ирайзов.

Минут через пятнадцать все были готовы. Оседланные лошади пофыркивали, приветствуя давно не виденных всадников. Даже моя строптивая кобылка несколько раз ткнулась мягким носом мне в плечо, словно укоряя за долгое отсутствие. Никогда не думала, что буду так ей рада.

Юзилана, который все еще был без сознания, Родогар посадил перед собой. Его монстрообразный конь без труда мог нести двух всадников, а громиле предстояло страховать парня в пути, чтобы тот не свалился. Поначалу драконессу тоже хотели посадить с О-Рэлли под предлогом, что она слишком слаба, чтобы осилить такой трудный путь самостоятельно, но одного ее взгляда хватило, чтобы мужчины забыли о такой идее. Мне влезть на лошадку помог Каст. Я благодарно улыбнулась ему.

Мы покинули конюшню, когда небо на горизонте уже стало сереть. Дождь шел с прежней силой и даже не думал стихать, что, впрочем, было нам только на руку. Лучше всего, если он будет лить до тех пор, пока мы не окажемся как минимум в нескольких километрах отсюда.

Кугар ехал во главе отряда, показывая путь. Не знаю, что за тропки он выбирал, но навстречу никто не попался. Вскоре впереди показалась стена с небольшой калиткой. Судя по общему запустению и высокой траве вокруг, пользовались ей редко.

Мы спешились, понимая, что верхом в калитку не пройти. Только Юзилана оставили на лошади. Кугар достал из кармана массивный кованый ключ и открыл дверцу. Мужчинам пришлось пригибать голову, чтобы пройти. Что уж говорить о лошадях! Отрядники здорово намучились, заставляя (ох и наслушалась же я! Даже выдержанный Кугар не удержался от красного словца!) животных протиснуться в тесный проем.

По ту сторону стены нас встретил неожиданно густой лес, настоящие заросли. Даже удивительно: такой контраст по сравнению с причудливым королевским садом. Передвигаться верхом, нечего было и думать, поэтому мы пошли пешком, ведя коней за собой, постоянно спотыкаясь о корни деревьев и придерживая ветви, чтобы они не хлестали по лицу. За несколько секунд я снова вымокла до нитки начала трястись от холода, что отнюдь не улучшило настроения.

Мучения наши продолжались около часа. Никто не жаловался, но по лицам было видно, что все вымотались до предела. И если отрядникам трудности пути были не в новинку, и они переносили их стоически, а Каст вообще поражал невозмутимостью в любой ситуации, то мне и драконессе приходилось совсем не сладко. Только когда из-за горизонта показались первые лучи солнца, лес как будто поредел. Идти стало гораздо легче, а вскоре деревья совсем расступились, и мы вышли на дорогу. Кугар, ни слова не говоря, не дав времени перевести дыхание, вскочил в седло. Остальные поторопились последовать его примеру. О-Рэлли пришлось помочь драконессе, хотя ту это явно не порадовало. Я же помощь Каста приняла с признательностью, потому что сама бы точно не справилась.

"Хоть передохну немного", — удовлетворенно вздохнула я, оказавшись, наконец, в седле и ощущая спиной тепло Кастовой груди и силу рук, уверенно держащих поводья.

Оказалось, рано радовалась. Как только все сели на лошадей, Кугар пустил коня рысью. А я, несмотря на весь недавний опыт, не была настолько опытным наездником, чтобы суметь не то что отдохнуть, но хотя бы расслабиться, когда так трясет.

"Может, когда окажемся достаточно далеко, он сбавит скорость?" — с надеждой подумала я.

Как бы ни так! Либо понятие "достаточно" в представлении Кугара разительно отличалось от моего, либо он был тайным садистом и ему доставляло удовольствие смотреть на наши мучения, но парень даже не думал сбавлять темп. Напротив, он постоянно подгонял своего коня. Несколько раз он срывался в галоп, но быстро приходил в себя и придерживал поводья. Отрядники же без единой жалобы придерживались заданного командиром темпа.

И это было только начало. Юзилан так и не пришел в себя, поэтому на второй день пути — раньше не рискнули, слишком близко было к месту преступления, слишком велика вероятность, что его, беспомощного, найдут люди Амниллии — мы заехали в самую маленькую и захолустную деревеньку, находящуюся в стороне от всех дорог и оставили волшебника там, дав старосте достаточно денег, чтобы о раненном как следует позаботились. Оказать настоящую (читай — магическую) помощь в той деревне не могли, но разыскивать достаточно сильного мага не было ни времени, ни возможности. Отрядники решили забрать волшебника, когда все немного успокоится.

Дальнейшую дорогу смысла описывать нет. Для меня все слилось в постоянную спешку, сплошные мучения и горячее желание, чтобы это поскорее закончилось. Кугар, опасаясь быть схваченным — они принцессу убили как-никак! — старался держаться подальше от городов и крупных деревень, поэтому чаще всего мы ночевали под открытым небом. Сон — едва ли пять часов в сутки; постоянно сырая одежда, не успевающая просохнуть у костра за ночь; никакой возможности нормально помыться — только заклинания, которые без мага действовали слабо; отвратительная еда (готовили чаще всего Родогар или Иламир, а это у обоих получалось отвратно)...

Да, сон... это остальные могли спать хотя бы пять часов — я о такой роскоши могла только мечтать. Кошмары продолжали мучить меня, становясь все страшнее, изощреннее и реалистичнее. К тому же, теперь они посещали меня не один раз за ночь, а приходили каждый раз, стоило мне закрыть глаза. Единственный плюс всех этих мучений — я научилась спать в седле. Да что там! Я теперь все время находилась в странном, полусонном состоянии.

По вечерам Кугар с Родогаром и О-Рэлли обсуждали маршрут. Большую часть их разговоров я пропускала, потому что засыпала, стоило моей пятой точке коснуться сиденья. Сквозь сон я улавливала только отдельные слова: "горы", "дорога", "черный перевал", "белый перевал"...

Несколько раз, с большими предосторожностями, мы все-таки останавливались в небольших городках. Но делалось это не для того, чтобы мы могли отдохнуть по-человечески, а для того чтобы разведать обстановку и узнать новости.

Настроения в стране царили самые тревожные. На улицах городов встречались хорошо вооруженные отряды патруля по десять-пятнадцать человек: то ли нас искали, то ли готовились подавлять бунты... Народ косился на них, но протестовать не осмеливался, слишком свежа была память о зверствах Амниллии, которая могла казнить за недовольный взгляд или не вовремя сказанное слово.

День за днем, мы приближались к горам, все чаще на пути попадались валуны и холмы.

Да, я, наконец, узнала имя драконессы — Уинрин. Причем сама она представиться так и не соизволила, а имя мы узнали из их разговора с О-Рэлли.

Первым обратиться к ней напрямую, по имени, решился Каст. Хотя, ему и решаться не надо было — никакого трепета перед стервозой мужчина не испытывал. Примеру Каста последовали и остальные. Уинрин пыталась их игнорировать, но быстро оставила эту затею.

В конце второй недели пути я готова была плюнуть на все и банально сбежать. Плевать на ирайзов, на призрачный шанс вернуться домой, плевать на все! Лишь бы нормально поесть, помыться и выспаться. Держалась на одном только упрямстве. Если уж зашла так далеко, глупо и странно бросать дело в двух шагах от цели...

Копыта лошадей мерно цокали по каменистой дороге. Я дремала, прислонившись к Касту. Это давно стало привычкой, и я даже не думала смущаться. Шутка ли — почти две недели на одной лошади! Порой мне казалось, что даже наши сердца стучат в одном ритме...

"Что будет, когда мы расстанемся?" — мрачно думала я.

В том, что расстанемся, я почему-то не сомневалась...

— Сворачиваем, — вдруг ворвался в мои мысли голос Кугара.

Я встрепенулась и осмотрелась, ожидая увидеть на горизонте очередную всеми богами забытую деревеньку, в которой мы остановимся на ночлег, но увидела темную стену леса по обеим сторонам дороги.

— За лесом начинается Белый перевал, — пояснил Родогар, заметив, что я проснулась. — Его пройдем, а там — рукой подать до Крапчатой скалы.

"Странные здесь названия", — думала я, пока мы сворачивали с дороги и углублялись в лесок.

— Кугар, все устали, — негромко напомнил ноймиру Родогар. — Стоит отдохнуть.

Командир обвел хмурым взглядом потрепанный отряд и вздохнул.

— Да... Дойдем до подножия — устроим привал. Заодно осмотримся.

Судя по лицу командира, будь его воля, мы бы не останавливались вообще, даже по ночам, даже на привалы. Ему явно приходилось делать над собой неимоверное усилие, чтобы не гнать вперед со всей возможной скоростью.

Остальные этого не понимали, над ними не висела ответственность за судьбу целой страны, не душило понимание, что каждый день пути — это отнятые врагами человеческие жизни... Нет, они тоже знали все это, конечно, но для них это была данность, что-то независящее их действий, а Кугар точно знал, что может остановить войну, но вынужден был ублажать шантажирующих его драконов...

При упоминании об отдыхе на лицах моих товарищей по несчастью — даже на лице Уинрин! — мелькнули слабые улыбки и послышались облегченные вздохи. Вскоре деревья расступились, открывая нашим взглядам поляну у подножия скалы. Близость отдыха манила и придавала сил не хуже самого отдыха. Мы спешились. Иламир привычно занялся лошадьми: расседлал, протер каждую пучком травы, а потом, привязав всех к удачно подвернувшемуся поваленному дереву, пошел за водой для них. Кугар отправился за дровами с тем, чтобы заодно разведать окрестности, Родогар принялся разводить костер... Я, О-Рэлли и Уинрин упали без сил. Каст, по-кошачьи щурясь на последние лучи заходящего солнца, пристроился рядом со мной. Смотреть на его цветущий вид было противно. Я глухо застонала и отвернулась.

"Как ему удается?" — подумала уныло. — "У него что, где-то портал в лучшую гостиницу этого гребаного мира? Может, пока мы спим, он сбегает туда?"

Краем уха я услышала, как вернулся с дровами Кугар и о чем-то вполголоса сказал Родогару. Слов не расслышала, но тон был спокойным, значит, ничего опасного поблизости нет.

"Хорошо", — мелькнула сонная мысль.

Это было действительно хорошо, потому что прецеденты случались. Кугар, во всех отношениях замечательный парень, при ближайшем знакомстве оказался просто параноиком. Именно поэтому он сам, не доверяя даже Родогару, выбирал место для ночлега. И если ему что-то не нравилось, мы, несмотря на смертельную усталость, поднимались и плелись искать место получше.

Глаза закрылись сами собой, и я незаметно провалилась в сон. Почти сразу он превратился в привычный уже кошмар: боль, которая, кажется, навечно поселилась в теле, пронизывающий до костей холод, одиночество, тоска от которых хочется выть и бросаться на стены темницы... Я прекрасно осознавала себя, как личность (на самом краю сознания даже мелькали воспоминания об отрядниках, дороге, привале и Касте), но одновременно я была кем-то еще... Кем-то с иными ценностями, жизненным опытом и эмоциями...

"Я так давно сижу здесь, — думал этот кто-то. — В одиночестве, если не считать редких посещений странного человека, который все время причиняет невыносимую боль, пытает, требует чего-то... Я бы с радостью дал ему все, что он хочет, но не понимаю — чего? Я отчаянно зову ту, что должна быть рядом, но она не слышит... Я сделал что-то не так?"

Эмоции то вспыхивали ярким пламенем, то угасали, смытые отчаяньем. Я металась, запертая в чужом сознании, не в силах ни помочь, ни проснуться...

Реальность внесла свои коррективы, пробуждение было внезапным и резким:

— Дракон! — заорал над ухом Родогар.

Я оказалась на ногах, не успев толком проснуться. В лагере царила суматоха. Отрядники выхватили оружие и озирались по сторонам, готовые в любой момент отразить нападение. Лошади обезумели от страха и рвались с привязи, оглашая воздух диким ржанием.

"Какой дракон? Где?!" — недоумевала я, оглядываясь по сторонам.

— Наверху, — подсказал Каст.

Он сидел на моем плаще, даже не думая вставать. Происходящее вокруг его нисколько не трогало, вызывало лишь легкое любопытство.

Я задрала голову, но увидела только темноту.

— Где?!

И тут ответ пришел сам собой. Над нашими головами на один удар сердца мелькнула огромная черная тень. Мелькнула и пропала.

— Кружит... — почему-то благоговейно прошептал Иламир, не отрывая взгляда от неба.

-Кугар! Надо бежать! — хрипло крикнул О-Рэлли, утягивая Уинрин за собой, в сторону скал. — Он не может сесть из-за деревьев, поэтому сейчас начнет сжигать их!

Тут же, словно подтверждая его слова, над поляной взметнулся ревущий столб пламени. Я инстинктивно присела, но это не спасло — лицо опалило потоком горячего воздуха. В полусотне метров от нас занялись деревья. Боевой конь Кугара, прошедший с ним множество сражений, порвал повод и, не разбирая дороги, ринулся в чащу леса. Иламир метнулся было на перехват, но не успел — пальцы оборотня сомкнулись в воздухе, опоздав на какую-то долю мгновения.

Над головами снова мелькнула огромная крылатая тень. Огонь костра и горящих деревьев на мгновение отразился в глянцевой чешуе. Раздался приглушенный, но явственно угрожающий рокот. Мне показалось, что я увидела сверкающие ненавистью желтые глаза... По телу побежали мурашки.