Кое-как соорудили волокушу, я впряглась... и стукнула себя по лбу. Торопливо сняла с себя железо и нагрузила вместе с сумкой поверх потерявшего сознание Эльфа. Чувствуя непривычную легкость, повела плечами и снова схватилась за веревку. Наверное дальше броню носить бессмысленно. Тяжело, да и опасных животных тут вроде нету. Ладно, посмотрим.

И вот наша калечная команда побрела сквозь усилившийся снегопад. А в голове все крутилась нескончаемая строка — "безнадега-точка-ру, безнадега-точка-ру, безнадега-точка-ру-безнадега..." в ритм которой попадали шаги.

Странно, но я думала, что первым откинется Крылатый.

И почему?

26.

В начале было слово. И было оно матерным.

А затем был камень — средненький, скажем так, ничем не примечательный камешек с голову размером — но его хватило.

А потом пришла боль. Внезапно.

Кха-кха... Кхак.

Легкие горели огнем, и я почти давилась кашлем.

Кхрр... Ооой... Я сплюнула и заметила, что слюна красного цвета. Черт. Рядом пошевелился Первый. С искаженным от боли лицом освободил левую ногу от придавившего ее камня.

Ой-ой. Кха. Тьфу. Блин. Фух, наконец-то удалось вздохнуть! Хреново, похоже, нога у него сломана. Попыталась сесть ровно и схватилась за грудь, пережидая очередной приступ кашля. Огляделась. Очень хреново — мы в глубокой жо... яме. Очень, очень хреново!

Две недели назад мы чудом избежали смерти на перевале. Десять дней назад Эльф оклемался настолько, что смог медленно идти с чужой помощью. Девять дней назад путешествие продолжилось — и с тех пор разбились очередные мои иллюзии. Я ожидала, что после перевала мы сразу выйдем на ту сторону гор, но мы успели уже преодолеть три извилистых долины, утыканных гейзерами как подросток прыщами, с их разнообразной вонью и тяжелым воздухом, ухитрились заблудиться в подледниковом лабиринте, попасть в самое настоящее болото, обожраться сомнительного вида водорослями и попасть под снег, дождь и град одновременно. А, еще вчера возле нас взорвался паро-грязевой гейзер и мне серьезно ошпарило руку. Вообще все получили ожоги в той или иной степени, но хуже всех пришлось Крылану — летать с такими крыльями он вряд ли сможет.

Но самое ужасное — этот участок дороги оказался царством червей. Червяки бывают разные — желтые, белые и красные. Толстые, тонкие. И полосатые. И нормальной еды тут почти нет! Я недавно с грустью вспоминала лягушек. Нет, червяки на вкус так себе, но они мне все равно не нравятся!!!

Но вернемся к камню. Все как обычно — мы с Первым на разведке-охоте, гм, "собирательстве" так сказать, неудобное ущелье и обвал неподалеку. Нас краем зацепило. И снесло вниз по склону. А камень мне в грудь влепился. Слава богу, я снова в панцире — таскать его за собой было еще неудобнее, чем на себе. Пощупала вмятину, которая не давала толком вдохнуть — вот оно, то самое "как лошадь лягнула". Нда. Посмотрела на Первого, сидящего напротив, и встретила похожий взгляд. Вокруг — каменный мешок, веревка и посох наверху остались, скоро солнце окончательно уйдет за горы, а остальные полудохлые валяются на месте привала в паре сотен метров отсюда... Очаровательно.

Наверху загремело, и мы напряженно замерли, вслушиваясь. И услышали знакомый дробный стук над головой — снова сыпались камни. Малоприятное ощущение, когда над головой пролетают булыжники, хорошо, хоть падали на другую сторону ямы, а не нам на головы.

Ну, я так думала. Я еще успела увидеть, как Первый дернул меня к себе, услышать треск за спиной — а потом темнота.

Туман в голове, общая вялость и подташнивание. Сколько времени прошло — кто знает, на ощупь затылок целый, только кожу рассадило и пальцы теперь липкие от крови. Первая помощь при сотрясениях мозга... Черт, там что-то простое, как-то лечь надо. Не помню. Да и не получится — нас хорошо присыпало камнями. Да и дождаться врача не выйдет — нету врачей. И бинтов нету. И воды. Что-то мне нехорошо. Закрыла на секунду глаза и, кажется, отрубилась.

Лежим лицом друг к другу на расстоянии меньше полуметра. У Первого сломана нога, у меня на бедре огромный ушиб, так что малейшее движение прошибает все тело аж до слез из глаз и зубовного скрежета. И ждем. День-другой и кто-то из нас оклемается первым. Проще было бы, если бы путешествовали вдвоем — как самые сильные (особенно я — ха-ха), но это нереально. Солнце окончательно заходит за гору и тут же резко холодает. Еще и туман! Вот черт, это будет очень весело.

Уже утро. Мы у обрыва, где реже падают камни. У меня опухла нога — похоже на трещину или вывих и ошпаренная левая рука отказалась двигаться, ну и по мелочи — температура, озноб и обезвоживание. Сидим спина к спине с Первым, которому относительно повезло — он отделался только одним переломом бедра. Чистый, аккуратный закрытый перелом середины большой берцовой кости. Первая помощь обездвижить конечность кха-кха... для транспортировки наложить шину из подручных материалов. Холодно... Нельзя накладывать на голую кожу, нужно что-нибудь подложить... чертов кашель!

О чем я там думала?

От малейшего движения болит, кажется, все тело. В стылом ознобе тумана тепло прислонившегося Первого почти не чувствуется. Холодно...

И одна фляга на двоих.

И шансы что придет помощь — нулевые. В горах даже сотня метров может быть непреодолимой пропастью. Да и как они нас найдут в этом каменном лабиринте?

Губы сильно потрескались. Воды еще с полстакана... Один маленький глоток — это все, что могу себе позволить.

У героев-попаданцев не бывает медленной и мучительной смерти. Ну, или они потом в виде зомби или лича там ожить могут. Явно не мой вариант. Призрак? Я не особо верю в загробную жизнь. Больше нравится идея о перерождении. А крестик ношу на всякий случай.

И место для смерти что-то не очень красивое. Только камни, грязь и вонючий туман.

Зато компания вроде неплохая. Ха-кха-кха. Ложу флягу обратно и сжимаю руку рептилоида — он сжимает в ответ. Живой еще, а то давно не двигался.

Как же холодно...

Но я все еще могу терпеть, поэтому никакого самоубийства. Я еще на том озере решила, что уйду так только в случае невозможной жизни. А пока — скорее очень-очень плохо.

Итак, упростим ситуацию и разработаем алгоритмы возможных действий.

Я могу выжить, если убью и съем Первого. Этого должно хватить на естественное восстановление. Но у этого решения несколько минусов — он будет сопротивляться. Это самый первый и существенный. Второе — еще не факт, что тела хватит на все, ну и мне просто не хочется так поступать. Да и с учетом предполагаемой продолжительности моей оставшейся жизни — это просто-напросто бесполезно. Любой ценой прожить еще пару месяцев... Ерунда все это!

Обратное — бесполезно. Если кушать будут меня. Недавно смеялась над своей ядовитостью, а теперь это могло бы сильно помочь. Да, в текущих условиях добровольное донорство могло быть единственным шансом спастись.

Помощь со стороны? Невозможно. Нас не найдут, даже если будут искать. И не факт, что помогут, даже если найдут.

Добраться до воды и еды? Шанс есть, но ближайшая лужа — метрах в сорока от края насыпи и больше чем в сотне от нас, да еще и значительно ниже. Пробраться двум калекам под постоянными камнепадами к минеральному концентрату солей в виде мерзкой липкой грязи и к осточертевшему меню из червей? Да лучше сдохнуть, чем так мучиться! Да такое возможно, только если есть великая цель в жизни! Которой у меня нет.

Речь идет о времени. О времени. Я брежу.

Ох, забылась и шевельнула рукой. Все-таки это больно. Замерла, дожидаясь пока боль пройдет. Не, надо что-то делать. Я уже себе все отсидела.

Но... что?

Черт.

Солнышко светит. А мне холодно. Озноб так и не прекращается. Самочувствие поганое. Дома под одеялом болеть было проще...

Мы теперь сидим рядом и смотрим на безрадостный пейзаж впереди и на два предмета перед нами — флягу с последним глотком воды и мой ржавый чудо-ножик. Оказывается, Первый знал, что я ходячая отрава, поэтому ожидаемого нападения не было. Я не совсем помню прошедшие пару часов, но, похоже, что великой цели у него тоже не нашлось и по обоюдному уговору вечером все закончится. Если мы правильно друг друга поняли.

Ну что ж, такого варианта своего конца я даже не предполагала. Думала, будет как-нибудь побыстрее, чтобы раз — и все. Итоги жизни я подвела еще за время бесконечного одиночного подъёма на этот Мировой Хребет, так что сейчас и заняться-то нечем. Хотя...

Кофейку бы сейчас. Или горячего сладкого какао — большую кружку. И картошки молодой, варенной с молодым укропчиком и политой сливочным маслом — дома уже весна должна была наступить. Я закрыла глаза, представляя себе все это, и сглотнула вязкую слюну. Чего еще не хватает? А, да! Нежные эклеры с воздушным кремом — это на сладкое. И эскимо. Не особо люблю шоколад, а так могу его есть. Сыр, колбаса... Нет. Шашлык! Ум, мне показалось, что я даже почувствовала его вкус и запах. И мы всей семьей сидим в парке — как в детстве. И едим шашлычок из нежной, маринованной змеятины!

Тьфу, чертовщина!!! Мое виртуальное пиршество оказалось нарушено совершенно неожиданно. Неужели я действительно мечтала о шашлыке из змеи?! Охренеть. Этот мир оказал свое влияние даже в моих вкусовых пристрастиях.

Открыла глаза и невидяще посмотрела прямо на солнце — змеиный яд при попадании в кровь заставляет ее свернуться и получается тромб. Хотя это не единственное его действие. А в Индии яд считается целебным. Они его пьют, а в желудке он разлагается на безобидные составляющие.

Хм. "В капле лекарство, в ложке — яд". И змея, обвившаяся вокруг чаши. Концентрация... Мда. А что я теряю?

Зажимаю флягу между колен, неловко одной рукой вытаскиваю затычку и так же неловко режу себе ладонь... ну, это должен был быть аккуратный прокол. Нож выскальзывает из пальцев. Пофиг. Старательно прицеливаюсь — и первая сорвавшаяся капля падает на горловину. С третьей попытки кровь и остатки воды смешиваются. И еще одну капельку — просто так. Поболтать и протянуть измазанную в крови флягу молча — он последнее время не произнес ни звука — глядящему на меня рептилоиду. Надеюсь, мягкую кожу емкости быстро не разъест. Первый берет за чистые участки и пару секунд смотрит на флягу, а потом на меня. И без малейших сомнений пьет.

Сидим, молчим. Я сжала руку в кулак, чтобы закрыть порез... зачем-то. Наверное, это была глупая идея — так разбрасываться кровью. У меня темнеет в глазах, и голова клонится на согнутое колено.

Надеюсь, он все же исполнит уговор...

27.

Жизнь — странная штука. Вот готовишься к смерти, стараешься не вспоминать родных, ведешь себя как стоик! А стоит только выжить — льются слезы. Глупо это. Глупо. Почти час хлюпала носом и разводила сырость. А все почему? Просто в своих расчетах я забыла учесть чудо. Глупо-глупо-глупо...

Я очнулась на следующий день. Наверное. В небольшом закутке на дне того самого каменного мешка, где собиралась помереть. Рядом — мои вещи и сумка Первого. Неподалеку пепел от остатков небольшого костра, котелок с тряпкой-фильтром собирает падающие сверху капли. На мне лежит одна из шкур, которые мы использовали для сна как подстилку для сна, подо мной — вторая. Панциря и обуви нет, но кроме этого я полностью одета. Здоровьем и не пахнет, но это и неудивительно. Глаза закрылись сами собой и я заснула.

Следующие несколько дней помню урывками и не уверена в реальности некоторых вещей — например, когда Первый чистил большую блестящую рыбу. Где он ее взял? А некоторые вещи путаются в памяти, потому что явно нарушена последовательность событий. Никогда так сильно не болела.

Когда мне стало лучше, и я полностью осознала, что еще не конец и устроила слезливо-сопливую тихую истерику — надеюсь, Первый списал это на последствия болезни — основным чувством стало какое-то недоумение. Не радость, не злость, а какая-то пустота внутри. Экзистенциальное переживание предсмертного опыта должно было оставить после себя глубокий отпечаток... Ха-ха. Ничего подобного. Все мысли о высоком моментально улетучились, когда рептилоид достал из углей еще одну запеченную рыбу. Значит, мне не показалось тогда!

О да! Пища богов! И никаких червяков!!!

Еще через день я смогла доползти до того самого места, где нас застала злополучная осыпь. Слабость, одышка, тяжесть в ногах и легкое дрожание коленей. И голова будто пенопластом набита. Блин, дальше идти будет очень напряжно. Хорошо, хоть Первый помог взобраться. Потом, когда он отправился за остальными, я откопала свой посох и ходить стало немного проще. Спряталась от возможных осыпей под большим валуном и стала ждать. И снова думать.

Солнышко пробивается сквозь мутную хмарь — ее запаха я уже не чувствую. За исключением самочувствия — тепло, хорошо, приятная сытость от очередной рыбки и тепло от чашки кипятка перед выходом. Жизнь хороша. Наблюдая за движением тумана, я стала подводить итоги.

Итак. НИ-14. "Характеристики чуда"

Моя кровь обладает достаточной энергией или еще чем-то, чем питаются местные вампиры, чтобы в несколько раз ускорить регенерацию. Формулу "три капли крови на глоток воды" я тогда угадала. Повезло. В обычном случае на один день хватает двух таких приемов раствора, но лучше использовать две капли. Т.е. суммарно грамм 50 воды и четыре капли крови в день.

Дальше идут минусы.

Слишком много крови — и вампиру плохо. Вода с другим составом — сильно болит живот. От дистиллированной воды с ледника его тошнило. Мда. Моя кровь совсем не панацея, а скорее энергетик-стимулятор с токсичным эффектом. То есть применять только в экстренных случаях, а просто так пить нельзя. Да еще нам тогда откровенно повезло с составом воды, который не дал постэффектов. Супер везение, можно приравнять к "роялю в кустах".

Вывод по НИ. Чудеса случаются. В следующий раз учту. По результатам первых опытов наличие остальных рептилоидов в походе необходимо, как запас для Первого.

О, вон они идут. Надо же, не разбежались.

Итак, Мелкая рада, Водяной даже рукой помахал, Крылан выглядит будто одурманенный и ни на что не реагирует, Эльф же глянул так, что я моментально поняла — наедине с ним не останусь. И спиной не поворачиваться. Такое лицо злодеи корчат, когда их план сорвался. Ну, с учетом моих скудных знаний выражений лица рептилоидов. Интересно, он как-то может быть связан с недавним случаем? Если самого его точно рядом быть не могло? И если это правда — что, меня однажды попытается убить каждый из них?

В сопровождении таких мыслей мы прошли по склону метров сто вперед и спустились в следующую, гораздо более широкую и глубокую ямину. В ней было безопасней, из-за того что обвалоопасный участок закончился и там было то место, где Первый добыл рыбу — выход ледника.

Отлично, всего два дня каторжных работ по раскалыванию льда в ледовой яме и мы наконец-то наелись нормальной еды, сделали запасы на будущее и даже немного отдохнули. Среди добытых образцов попадались самые разные рыбы, несколько змей, один крупный нечто и даже рыба наподобие кистеперой из учебника биологии. Предок местных динозавров — страшнючая, с удлиненными лапами-плавниками, кривыми зубами в палец длинной и рогом, как у носорога. Сама она метра два была вместе с хвостом, но мы ее по частям добывали и ели, я потом по остаткам скелета прикинула. Вкус у нее, кстати, был не очень. Но с голодухи даже кости прожарили на костре и часть сгрызли, а остатки в муку превратили.