Дс-16. Обряд чёрной крови

Только один вопрос от Ильма:

— Может, хотя бы суть?

— Обряд чёрной крови, — легко ответил ему Трисмегист, словно знал, что храмовник спрашивает именно его.

Ильм остался спокойным. Но мальчишка-некромант видел, как в сомнении дрогнули его сухие губы: Обряд чёрной крови — и Старый город? И снова промолчал. А потом часто задышал, пока не спохватился и не утихомирил слишком частотного дыхания: Старый город?! Подозревают кого-то из Старого города?!

Братья, уже знавшие, что задумал мальчишка-некромант, сидели сосредоточенные на будущем действе. Как и все взрослые, кроме Белостенного. Лишь раз Трисмегист склонился к Коннору, чтобы спросить:

— Ребят восемь. Почему их охранников шестеро?

— Мне охрана не нужна. Мне нужен водитель, который будет обгонять Атриплекса и раньше, чем он, приезжать на следующее место... операции.

— А если те взрослые, кто будет охранять последним, сначала поддержат тебя, а потом доедут до своих подопечных?

Коннор помолчал, глядя в пол. Потом покачал головой. Отрицательно.

— Сейчас я знаю, что мне грозит. И поэтому наготове. Жертвой не буду.

Кавалькада машин, возглавляемая машиной Чистильщиков, в которой, кроме Рамона и ещё двух Чистильщиков, сидел полицейский офицер-человек, притормозила неподалёку от дома Атриплекса. Глядя на останавливаемые постепенно машины с другими участниками придуманного им действа, Коннор чуть скривил рот. С Рамоном поехал тот самый офицер, который решил, что это Хельми избил трёх бандитов, ехавших в прошлом месяце в деревню — за Нейшей. Этот офицер до сих пор смотрел на мальчишку-некроманта с сомнением, хотя первым сообразил, каким должен был быть итог задуманной операции. И почему он нужен пока что пассивным наблюдателем. Но не сказал, что не собирается напрасно смотреть, как примитивная операция будет проходить. Сел в машину Рамона со словами:

— Кому-то из городских надо проследить за тем, что может случиться. И учтите: я скажу своим помощникам быть на месте, когда операция закончится. Не позволю гражданским участвовать в смертоубийственном деле.

Но все высокопарные слова оказались для Коннора не пустыми. Именно этого он хотел. Поэтому добавил к высказанному лишь одно:

— Пожалуйста, скажите своим подчинённым, чтобы они приехали только к концу маршрута. Не говорите, что именно они должны делать. Не говорите вообще об операции.

— Мальчишка... — проворчал офицер. — А то сам не знаю.

И замолчал, хотя Коннор ожидал, что на него обрушатся презрительные слова о малолетках и дилетантах... Но презрения не было. По краю того, что мальчишка-некромант ощутил в личном пространстве полицейского, проскользнула лишь странная жалость. Из-за чего? Из-за того, что не сам он, офицер, придумал эту странную операцию?

Но зацикливаться на настроении Арвида (наконец ему подсказали имя офицера) он не стал. Лишь когда поехали, когда пассажиры привыкли к ровному ходу машины уже на городских улицах, мальчишка-некромант бросил короткий взгляд на Трисмегиста. Тот не взглянул в ответ, но быстро навёл на офицера невидимую, но жёсткую защиту от некромагии...

Хоть и сделал это эльф-бродяга почти мгновенно, Ильм успел заметить. Глаза храмовника расширились, но кулаки сжались, и Белостенный успокоился. Внешне. Через несколько минут его глаза стали отрешёнными. Он настолько погрузился в себя, что не замечал осторожного взгляда мальчишки-некроманта по краю его личного пространства.

Вскоре Коннор выяснил: считав с офицера значение защиты, Ильм перебирает служителей храма некромагов в стараниях сообразить, кто из них является сообщником устроителей Обряда чёрной крови.

Но машины стояли в переулке, и среди пассажиров и водителей начались небольшие перестановки. Сначала Рамон напомнил, из каких ворот выедет искомая машина. Затем о месте, где должен появиться один из воспитанников Тёплой Норы.

— Я выхожу первым, — напомнил Коннор и мягко открыл дверь, выскользнул на улицу. Здесь был удобный переулок, потому что можно сразу подойти к зарослям кустарника. Тот сейчас мог похвастаться пожухлыми, но вызывающе торчавшими листьями, и последних было так много, что за кустарниками легко спрятаться, но дом Атриплекса виден прекрасно. Рамон, на минуту вставший рядом с мальчишкой-некромантом, уже на местности объяснил ему самые удобные места, и Коннор кивнул ему, а затем накинул на себя вуаль невидимости и поспешил к месту. Что вуаль не слишком сильная — не волновался: пока Атриплекс не встревожен, но не будет на каждом прохожем отслеживать нечто неожиданное.

Машина Рамона осталась на месте, а остальные, крадучись, отъехали назад, а потом и вовсе пропали из переулка, увозя остальных ребят по таким же местам, как то, что сейчас занял Коннор. По местам, мимо которых Атриплекс будет проезжать.

Пока же мальчишка-некромант спокойно стоял возле ограды вокруг дома и ждал появления того, кого страстно желал уничтожить. Но страсть эта таилась подо льдом жёсткого владения собой.

Глава двадцатая

Некромаг оказался ранней пташкой. Или дома, среди родных, ему было не очень интересно. Или привык к темноте. Собственной и снаружи... При виде его машины Коннор даже встревожился: а если Артиплекс не поедет в Старый город, а намерен ехать по своим, потайным делам, связанным с Обрядом чёрной крови? Поэтому раньше вышел? Логично же, а они об этом не подумали.

Машина появилась не на дороге от парадного въезда в дом, а сбоку. Видимо, привыкли беречь ухоженную, изысканную даже поздней осенью дорогу, которая являлась частью газонно-цветникового комплекса, и выезжали со стороны гаражей.

Тревога мельком уколола, но тем не менее мальчишка-некромант холодно напомнил себе: "Он выезжает. Рамон сказал, что при въезде на общую дорогу обычно слегка притормаживает. Уже этого хватит".

И пошёл наперерез машине Атриплекса.

Словно обычный прохожий, шагавший пешеходной дорожкой, лившейся параллельно проезжей части. Прохожий, которому надо быстро перейти перед носом машины, буднично выехавшей из небольшого переулка.

Машина, как и предполагалось, затормозила, пропуская пешехода, хоть это и был всего лишь какой-то самый обыкновенный мальчишка-человек. Но Атриплекс подчинялся дорожным правилам. Только ждал, расслабленно сжимая руль, когда можно будет влиться в общий машинный поток, не очень энергичный из-за выходного утра. И рассеянно следил за идущим по дороге мальчишкой.

Коннор тоже замедлил шаг и спокойно взглянул на водителя — так, чтобы тот увидел его лицо. Уличный фонарь высился чуть за машиной, и городской магический свет в это тёмное утро теплился всё ещё достаточно, чтобы машина оставалась в тени, но лицо Коннора освещалось отчётливо, до узнаваемых черт... Мальчишка-некромант отвернулся и так же спокойно дошёл до следующего бордюра, после чего пропал на повороте в другой переулок...

Ничего не боялся. Мало того что его собственная защита была невероятно мощной (он слишком хорошо помнил, кто его должен увидеть), так его сейчас ещё и страховали сразу двое — чёрный дракон и Трисмегист. Они не уговаривали его, не спорили с ним перед его выходом к дороге, а спокойно сообщили, что именно собираются делать, чтобы Атриплекс не сумел убить его. Он пожал плечами, не понимая, зачем им это, но спорить тоже не стал. Если им так... увереннее.

Едва мальчишка-некромант понял, что исчез для некромага, немедленно обернулся, чтобы проследить реакцию Атриплекса. Легко. Зелье Обряда не понадобилось. Просто накинул вуаль невидимости и выглянул из-за угла.

Машина стояла на месте. Побелевший от неожиданности Атриплекс вцепился в руль, оцепенев глазами на переулке, в котором скрылся мальчишка-некромант.

Коннор чуть скривил уголок губ: его явление перед некромагом — это первый укол.

На карте Рамона восемь главных точек, на которых Атриплекс получит удары по личному спокойствию. И с каждым ударом некромаг будет убеждаться в главном: надо ехать туда, где прячутся его основные сообщники, чтобы посоветоваться с ними и скомандовать им припрятать всё, что относится к Обряду чёрной крови...

Коннор понимал, что его планирование выглядит идеальным. Или идеалистическим?.. И не рассчитывал, что Атриплекс будет послушно следовать его желанию. Но разворошить гнездо убийц... Это уже будет результат.

...Машина чуть дрогнула, открылась дверь со стороны водителя. Атриплекс нерешительно вышел и оглянулся. На дороге за ним пусто. Не отрывая пальцев от двери, некромаг шагнул было к переулку, где стоял мальчишка-некромант. Вернулся к машине. Постоял ещё немного и сел на место. Негромко хлопнула дверь. Машина выехала на проезжую часть и мягко поплыла по привычному маршруту.

Коннор бесстрастно смотрел ему вслед.

Возможно, некромаг решил, что... обознался.

Ничего. Главное — нервничать он всё же начал.

...За спиной прошелестели шины подъехавшей машины. Выскочил Трисмегист.

— Реакция была? — с тревогой спросил он.

— Была.

— Садись ко мне. Рамон с полицейским уже поехал вперёд.

Коннор развернулся и быстро сел в машину. Эльф заторопился следом.

Машина рванула переулками и дворовыми дорогами к следующему месту, где надо будет дождаться Атриплекса. Там некромага ждал Ивар.

...Ивара не было. На тумбе при очередном фонаре, высившемся при очередном перекрёстке и сейчас, на рассвете, уже погасшем, сидел невзрачный, худенький мальчишка-эльф. У него было нежное лицо с большими глазами того самого странного цвета, который недавно назвали "серый хрусталь". Он был невероятно худ, а губы мучительно морщились от сдерживаемых страданий. Возможно, причиною этим страданиям был необычный цвет кожи — жёлтый. Будто мальчик-эльф болел. Или был отравлен. Но в любом случае ему было плохо. Так плохо, что даже его слегка вытянутые уши слегка обвисли.

Сидел он, прислонившись к фонарному столбу, словно настолько сильно ослабел. Словно не мог сидеть прямо, как подобает каждому эльфу в любой ситуации.

Доехавшие первыми до этого перекрёстка Трисмегист и Коннор прятались неподалёку и внимательно смотрели за его окружением, пока чёрный дракон деловито натягивал новую защиту вокруг мальчишки-друида.

— Он не переигрывает? — прошептал эльф, глядя на Ивара.

— А он не играет, — отозвался мальчишка-некромант. — Он вспоминает себя. Вспоминает, каково ему было, после того как он избавлялся от чёрных корней.

— Откуда ты знаешь?

— Я помню это его выражение лица, — ответил Коннор и, поколебавшись, добавил: — Я дважды видел, как ему было больно...

На этот раз сценка была приготовлена по другой схеме.

Когда напротив фонаря с тумбой остановилась машина некромага, Ивар никуда не ушёл. Зато к нему медленно, не спеша, подошёл Понцерус — тоже под иллюзорной маской. Он постоял пару секунд рядом с мальчиком, на которого Атриплекс смотрел с настоящим ужасом, а потом взял Ивара за руку, помог подняться, и мальчишка-друид поплёлся за эльфом, едва волоча ноги.

Некромагу раздражённо посигналили, когда он забылся, уставившись на переулок, опустевший, безлюдный. На переулок, куда ушёл неизвестный взрослый эльф, уводя за собой вялого мальчика, который — Атриплекс был в этом абсолютно уверен — давно и безвозвратно был мёртв.

Водитель машины сзади снова раздражённо посигналил и, не дождавшись ответа, подал свою машину назад, чтобы объехать некромага.

Трисмегист, сидевший за рулём, прошептал, словно Атриплекс мог услышать его:

— Он понял, да? Он понял, что это Лукас?

— Да, он узнал его, — негромко откликнулся Коннор. — Не спеши. Давай переулками. Надо посмотреть, выдержит ли он весь маршрут до конца.

Эльф-бродяга мельком заглянул ему в глаза. Следивший за Атриплексом мальчишка-некромант всё-таки уловил странный взгляд Трисмегиста, но снова упёр взгляд в машину некромага. Спустя минуту понял и чуть не фыркнул: он ответил Трисмегисту, обратившись к нему на "ты". Ещё минута — и Коннор нехотя ухмыльнулся: хочет эльф участвовать в таких операциях — пусть привыкает...

На улице совсем посветлело. Не будь туч, ещё несколько минут — и над крышами домов встанет солнце. Тоже на руку. Сомневаться в том, что видит, Атриплекс не будет.

Окаменевшая было на перекрёстке, машина некромага наконец неуверенно двинулась вперёд.

— Кто у нас следующий? — спросил Трисмегист.

— Кадм. Через две улицы.

— Ивар будет там? Понцерус?

— Да. Постепенно собираем всех.

Трисмегист, когда приехали на место, вышел из машины, увидел Кадма и передёрнул плечами. Колр только смотрел чуть свысока. Стоявший рядом с ним полицейский офицер едва заметно качал головой, глядя на подростка, шагавшего по улице. Таких эльфов он ещё не знал.

Тренировок-то взрослые не видели. А Кадм выбрал ту личину, которая ему "нравилась" больше всего — личину Лукаса под иллюзией.

По центральной полосе безлюдной дороги он шёл неспешно, засунув руки в карманы штанов, вразвалочку. Коренастый подросток-эльф, который плевать хотел на все приличия. С лицом расслабленным, лохматый из-за излишне отросших волос. С наглыми глазами. Со ртом, чьи крупные губы кривились в самонадеянной и... сладострастной усмешке. Мальчишка выглядел не просто самоуверенным — хозяином жизни.

— Почему?! — ошеломлённо прошептал Трисмегист то ли Коннору, то ли чёрному дракону.

Колр покосился на Коннора. Мальчишка-некромант равнодушно наблюдал за идущим. На эльфа не оглянулся, но ответил:

— Кадм ненавидит именно этот образ. Поэтому легко воспроизвёл его.

Машина Атриплекса, навстречу которой шёл Кадм — мимо переулка с остальными, внезапно подбавила скорости.

Коннор сжал кулаки, готовясь к любому повороту в продуманном сценарии, хоть и знал, что Трисмегист и Колр тоже готовы защитить мальчишку-друида, если что...

Но машина промчалась мимо бредущего по дороге Кадма, как будто её водитель испугался — или впал в панику. С трудом обогнула парочку утренних машин, заставив их водителей поволноваться, что стало видно, когда одна из машин резко вильнула к обочине, к газону.

Чёрный дракон неожиданно и резко поднял руки и выставил ладони вслед машине Атриплекса так, словно сопротивлялся чему-то. Мальчишка-некромант повторил его жест почти одновременно с ним. Офицер Арвид не сразу понял, что происходит нечто опасное, но отшатнулся подальше от их рук, сообразив, что магам нужно свободное место.

— Что?! — выдохнул Понцерус.

— Он опять ударил с-смертельной волной! Как тогда! — злобно отозвался Колр и выдохнул, когда и Трисмегист, с опозданием заметив расколотое пространство, помог не только удержать эту волну, но и в секунды уничтожить её.

Университетский преподаватель, Понцерус лишь вздохнул, глядя на них. Он, не будучи практиком, только разглядел эту волну.

А когда опомнились и взглянули на Кадма, с облегчением выдохнули. Мальчишка-то друид. Но не простой, а тёмный. Успел окутаться в кокон силы, на всякий случай прихватив последней ещё и с придорожных кустарников. То немногое, что долетело до него от волны Атриплекса, мазнуло по краю кокона и... впиталось в него.

— Тёмные друиды умеют такое? — с недоумением спросил Понцерус, во все глаза глядя, как мальчишка-друид спокойно возвращается к ним в переулок.