Некс

— Где-то они должны быть, — ответил Тиберий, плотно сжав губы. — Раз Лучник думал, что кто-то из них находился в Аренсе, они должны быть ближе, чем мы думаем. Это может оказаться любой из нас, — на этих словах он уставился прямо на меня.

То есть как? Он уверен, что я — предательница? Одна из Проводников?

Бред. Надеюсь, остальные не думают так же.

— Успокойся, Тиберий, — отдернул его Эван. — Мы же не можем перебить всех мутантов, надеясь, что среди них окажется один из Проводников? А даже если и так, то что тебе даст смерть одного из них? Думаю, что ничего хорошего... И оставь в покое девочку,. Сомневаюсь, что она одна из них. Какая бы им была польза от некса?

Я вспыхнула. Он вроде бы пытался защитить меня от Тиберия, но это прозвучало для меня как оскорбление. Тиберий же, похоже, успокоился, услышав эти доводы. По крайней мере, он кивнул, бросил на меня напоследок уничтожающий взгляд и отвернулся.

То есть мало того, что я недостаточно хороша, чтобы быть стражем, так еще и для роли предательницы не гожусь?

— И как мы узнаем, что данный мутант является Проводником? — снова спросил Адам.

Его вопрос остался без ответа. Никто этого не знал.

— Мы не можем оставаться здесь, — сказала Сильвара. — Вскоре это может произойти и здесь. Мы должны покинуть Город-4.

Блик покачал головой:

— Мутанты только обжились на новом месте. Да и куда нам идти? В леса?

— Лучше погибнуть?

— Мы не можем уйти сейчас, Сильвара, — сказала Зетва. — Кроме того, это просто глупо. Оно настигнет нас везде, куда бы мы не пошли. И в любом случае, думаю, у нас все еще есть время. Год, может, чуть меньше. За это время мы должны справиться с этой проблемой. Но пока мы бессильны. До тех пор, как Проводники как-то не выдадут себя.

— Ты предлагаешь нам ничего не делать? — ошеломленно спросила Сильвара. — Жить так, будто ничего не случилось?

— По-моему, мы неплохо справлялись с этим все это время.

Три

Отмеченная силой

Не волнуйтесь, если я задохнусь... Принесите меня в жертву за мои грехи,За мою веру,Плюйте на меня,Умрите... со мной.Когда я погибну,Смерть придет к вам,Смерть придет... Языки пламени охватили её целиком.Слова, что она сказала, -За эти слова она умрет.Толпа кружит вокруг нее,Восхваляя своего милосердного бога.Ее крики становятся слабее."Язычница, язычница!" -Кричат люди.Дети, когда-то любившие,Запаслись камнями в своих маленьких ручках.Они нашли ее истекающей кровью.Темная ночь подкралась незаметно.Была ли она заодно с дьяволом?По ту сторону веры,По ту сторону боли,И горя,Я лягу низко,И уползу глубоко,Выбрав тропу поуже.Бойся своих мыслей — пусть отче небесный будет им судьёй.Иди по сияющей тропе и веди слабовольных вперед.Толпа кружит вокруг нее,Восхваляя своего милосердного бога.Их крики становятся громче."Язычница, язычница!" -Кричат люди.Нечисть нужно отлавливатьИ предавать огню.Сожгите меня на костре,Назвав лгуньей.Кричите на меня,Плачьте обо мне.Когда я погибну,Смерть придет ко мне.Смерть придет...Сожгите меня на костре...

1

В полной тишине мне удалось различить шелест травы и едва уловимое журчания воды. Я присела, надеясь, что меня не видно с той стороны. Куст, за которым я пряталась, был широким и был бы отличным прикрытием в любое иное время года. Но сейчас была зима, и снега выпало не меньше метра. Хорошо еще, что он почти не скрипел под ногами, вполне хватало и того, что на нем отчетливо были видны мои следы. Но сейчас ночь, и меня трудно будет обнаружить здесь. Я бы, конечно, предпочла лето, ну или осень, когда спрятаться было бы намного легче, но уж что есть.

Они все ближе. Я слышу легкий скрип снега у них под ногами. Не услышала бы, будь я человеком, но я все же не совсем человек.

Приседаю еще ниже, почти прижимаясь к земле. Они вот-вот должны появиться здесь. Затем слышу голоса. Они о чем-то переговариваются, один из них начинает смеяться. Что ж, я заставлю их поплатиться за то, что они проникли на нашу территорию. Пусть они зашли всего на километр, но здесь наши земли.

Как только четыре темные фигуры проскользнули мимо меня, я достала пистолет, снимая его с предохранителя. Это не займет и пяти минут.

Затем чувствую мысленный толчок.

Будьте готовы через тридцать секунд.

Я знаю, что мое послание будет услышано. Иначе и быть не могло.

Тем временем браконьеры неспешно продвигались вперед, даже не глядя по сторонам. Как самонадеянно. Закончив мысленный отсчет, я продвинулась на несколько шагов вперед, не издав ни звука, правая рука уверенно сжимала пистолет, даже палец на курке.

Мы здесь, капитан.

Самое время.

Еще мгновение, и я уже стою перед ними. Лица парней стали мертвенно бледными, словно они увидели призрак.

— Вы знаете, где находитесь сейчас? — поинтересовалась я.

Ни один из них так и не смог проронить ни слова. Что ж, тогда мне придется помочь.

— Вы проникли на нашу территорию. Да еще и охотились здесь, — я махнула рукой на тушу кабана, которую несли двое браконьеров. — Думаете, я позволю вам просто дать деру?

— Мы...мы не знали, что это ваша территория, — промычал один из них.

— Просто отправились на охоту, — подхватил другой. — Позвольте нам уйти, и мы больше никогда не появимся здесь. Могу поклясться чем угодно.

— Мне не нужны твои клятвы, — сказала я. — Они все равно ничего не стоят.

За моей спиной возникли пятеро мутантов. Моя команда. Теперь лица браконьеров из белых стали едва ли не желтыми.

— Мы раз и навсегда отучим таких, как вы, охотиться здесь, — сказал за моей спиной Брант.

— Позвольте нам уйти, — сглотнув, сказал первый, — Что угодно, мы сделаем что угодно, только отпустите нас.

— Нам ничего от вас не нужно, — скучающим голосом проговорила я.

— Мутанты никогда раньше не сорились с Торном. Зачем вам делать это сейчас?

— Это вы нарушили договоренность, пробравшись сюда, а не наоборот.

Один из браконьеров, подавшись назад, воскликнул высоким, писклявым голосом:

— Мы же ничего не сделали. Поймали только этого кабана. Мы никогда больше не появимся здесь, что б я сдох.

Я кивнула:

— Именно так.

Переглянувшись, они сделали тот безрассудный шаг, которого я ждала уже несколько минут — побежали прочь, оставив тушу кабана на снегу. Мои парни бросились было за ними, но я предостерегающе подняла руку:

— Пусть уходят.

— Но, капитан..., — обиженно воскликнул Брант.

— Это всего лишь несколько подростков, Брант, — великодушно заявила я.— Пусть себе проваливают на все четыре стороны. Они едва не обделались только что. В ближайшее время они побоятся даже посмотреть в сторону леса, не то что забредать сюда. Не таких мы должны убивать.

Казалось, он хотел сказать что-то еще, но все же промолчал. Остальные тоже.

— Возвращаемся в Город, — сказала я, помедлив несколько мгновений. Куда-куда, а туда мне точно совсем не хотелось возвращаться. Здесь мне нравилось гораздо больше чем там. Подземелья в последнее время давили на меня, а все наземные дома, находящиеся в более-менее нормальном состоянии, были уже заняты. Сейчас я старалась держаться как можно дальше от толпы, даже от Алана и Зика.

Передо мной стояла команда, называющая меня "капитан" — семеро стражей, подчиняющиеся семнадцатилетней девушке. Нексу. И пусть они были не самыми лучшими воинами, скорее уж это была команда, сколоченная из отбросов и неудачников, но они были моими. Странно, правда? Но в моей жизни без этого никак. Наше дежурство длилось уже почти шесть дней, то есть, пора возвращаться назад. В тепло, под защиту камня и железа, к вкусной пище.

— Возвращаемся прямо сейчас? — спросила Джен.

Она была единственной девушкой в моей группе. Более того, она была одной из четырех девушек стражей вместе со мной, Элис и Иззи. Среднего роста, русоволосая, с зелено-карими глазами.

— До Города всего часа три пути. Если отправимся прямо сейчас, то прибудем туда еще до рассвета. Нет смысла еще на одну ночь оставаться здесь. Идите.

— А ты? — спросил еще один мутант — Стрела.

— Я вскоре догоню вас.

Стражи один за другим покинули поляну, все, кроме Бранта. Он был чем-то вроде моего личного телохранителя, и хотя я не понимала, зачем его приставили ко мне, Ястреб не решался оставить меня без защиты, так как я не была мутантом. Я скривилась, стоило подумать об этом. Брант стал чем-то вроде моей второй тени. Что ж.

Не глядя на него, я пошла к располагавшемуся в сотне метров ручью, который не замерзал даже в самые лютые морозы. Именно его журчание я слышала так отчетливо. Всю дорогу я смотрела на свои бледные босые ступни, касающиеся снега. Несмотря на то, что на мне было надето полное боевое облачение стража: черные толстые брюки с кожаным ремнем, рубашка, свитер и такая же черная куртка, я была босой. Мои ноги не дубели, хотя я и чувствовала легкое покалывание, но зато без тяжелых сапог я могла передвигаться действительно бесшумно, да и такие следы на снегу не так бросались в глаза. Последние несколько месяцев я будто утратила чувствительность. Теперь я могла не только спокойно ходить босиком по льду, но и дотронуться до горячей чашки или только что снятого с огня чайника и при этом не обжечься. Это совсем не круто, и никак не похоже на супер силы, которые ни в коей мере во мне до сих пор не проявились.

Я дошла до ручья и опустилась на колени, зачерпнув руками обжигающе холодную воду, для чего мне пришлось снять с рук перчатки. Это было странное ощущение: понимать, что мне холодно, чувствовать покалывание, но при этом мерзнуть не так сильно, как раньше. Склонившись над водой, я на какой-то миг увидела отражение молодой девушки. У нее была бледная кожа, светлые льдистые глаза, цвет которых колебался между голубым и серым, и длинные светлые волосы. Блондинка с неприятью посмотрела на меня, и я плеснула на ее отражение водой, тут же отвернувшись. Смотреть на себя в зеркало последние два месяца было просто невыносимо. Как будто из меня вытянули все силы, а вместе с ними и цвет. Где мои черные смоляные волосы? Где мои темные глаза? Я с раздражением ударила ребром руки по воде, но через несколько секунд, отражение вновь вернулось на место, с сомнением поглядывая на меня, будто спрашивая, в своем ли я уме.

Если бы только это.

Я стала чувствовать себя гораздо хуже. Теперь я не просто каждое утро просыпалась с сильной головной болью и не могла подолгу уснуть ночью, но иногда со мной случались странные припадки, и я могла даже потерять сознание. Врачи не знали, что со мной, но я знала, что со временем мне станет только хуже. Это что-то, чтобы оно ни было, медленно убивало меня, выпивая изнутри, и я ничего не могла с этим поделать. Словно в моем теле жил какой-то огромный поразит.

Я снова посмотрела в отражение. Провела ладонью по длинным светлым волосам. Никогда они еще не были такими мягкими, как сейчас. Единственное, что в этом лице еще было моим, были брови и ресницы. Почему-то они все равно оставались черными. Затем я провела рукой по левой щеке. Кожа была совершенно гладкой на ощупь, хоть и почти прозрачной, несмотря на недавно появившийся сиреневато-алый узор. Будто капилляры проступили на поверхность.

Черт подери.

Задумавшись, я едва не упала в воду. Отскочив в сторону, я тут же выровнялась в полный рост и повернулась к Бранту:

— Пора догнать остальных.

Он только кивнул, не сводя взгляда с моего лица. Всего три часа легкого бега отделяло нас от Города-4. Пустяки.

Едва вдалеке показался шпиль библиотеки, возвышающийся над остальными зданиями, мое сердце словно сжала чья-то огромная рука. Я принялась судорожно хватать ртом воздух. Брант приблизился, чтобы поймать меня в случае чего, но я подняла руку, запретив ему приближаться. Не такая уж я и развалина. Иначе мне бы не разрешили возглавить эту команду. Через несколько минут приступ закончился, и я сразу же повеселела, зная, что в ближайшие сутки это больше не повториться.

Самой возглавить команду было одновременно и облегчением для меня и новым вызовом. Облегчением потому, что мне не нужно было больше подчиняться ничьим командам и каждый день видеться с Ястребом, но с другой стороны, я не знала никого из этих ребят и не могла полностью доверять им. Кроме того, мне потребовалось много времени, чтобы заслужить их уважение. Теперь это уже в прошлом.

Я не ошиблась. Небо еще и не начало светлеть, а мы уже достигли округлой поляны. Отсюда до самого города минут десять ходьбы. Я сделала глубокий вдох, наслаждаясь прохладой и свободой дикого леса, а затем первой направилась к Городу-4.

Кособокие, местами завалившиеся здания с потрескавшимися стенами, полуразрушенные, превращенные в руины, потрескавшийся от времени асфальт под ногами, высокие, сухие деревья, склонившиеся так, будто бы они с любопытством заглядывали в окна. Некогда брошенные, а теперь навечно забытые железные памятники машин у дороги. Пустые, зияющие провалами, витрины магазинов, где все еще стояли, застыв в своих нелепых искусственных позах, безликие безволосые манекены. Как только мутанты заняли город, на них все еще оставалась одежда, но теперь они были полностью обнажены.

Ко всему этому я уже привыкла. К этому кладбищу цивилизации, пустынному и мрачному месту, поэтому постаралась как можно скорее покинуть его.

Всего в нескольких кварталах отсюда начинался Город— 4. Дома здесь были не такими обшарпанными, некоторые даже сияли новенькой побелкой, крыши были целы, а в окнах мелькали края занавесок. Здесь даже горели фонари, не такие яркие, как в Аренсе, но дорога была хорошо видна.

Окажись я в мире людей, поспешила бы выбраться отсюда, но здесь было безопасно. У нас не было бандитов, не было воров и насильников. Мы жили в мире. Пожалуй, я бы сказала, что мутанты гораздо лучше людей, если бы не знала о существовании Проводников. Плохие мутанты все же были, правда, где-то далеко, а не здесь.

Здесь было безопасно. Я верила в это всем сердцем, каждую ночь повторяя перед сном, как мантру.

С часовыми мы столкнулись еще на подходе к городу. Это были двое стражей из команды Зика. Мы поздоровались с ними, и они вновь скрылись в темноте. Я знала, что это были не единственные часовые в данное время. Не меньше десяти мутантов охраняло город ночью, но среди них было всего семеро стражей — одна команда, а иногда даже меньше.

Сейчас было двадцать восемь стражей — четыре команды: Ястреба, Зика, Тиберия и моя. После того, как была набрана дополнительная команда, Тиберий и его стражи перестали выходить на обычные задания. Теперь они нередко покидали Город-4 на несколько недель, а затем вновь возвращались. Они искали что-то. Нам с Зиком никогда не говорили об этом, но я ведь не полная дура и могу сложить два плюс два: Тиберий направил все свои силы на поиски Проводников, но они пока не увенчались успехом. Впрочем, Тиберий тоже не сдастся.

После того, как мы спустились на нижних этажи, Брант раскланялся и поспешил удалиться. От меня подальше. Что ж, эти шесть дней были долгими для всех нас.