Алекс приложил руку к стеклу... хотелось почувствовать этот дождь, его холод, касающийся горячей ладони сквозь прозрачную преграду. Сердце все еще не могло успокоиться и билось слишком ощутимо и осязаемо, подогревая кровь.
Босиком, беззвучно ступая по коридору, Алекс миновал кабинет Дэвида и, стараясь как можно тише открыть дверь, вышел на лестницу, ведущую на крышу.
Прохладный ветер касался кожи, освежая, успокаивая загнанное сердце. Дождь маленькими каплями оседал на лице и шее, словно гладя.
Со временем ветер усиливался и холодил кожу, а капли дождя, став крупнее, чаще ударялись о нее. Но Алексу не было холодно... было все равно.
Он посмотрел вверх, в ночное небо, которое, недавно начав плакать — уже рыдало. Оно окропляло своими дождевыми слезами крышу, дома и весь город, даже не пытающийся скрыться от него и подставляющий свои пыльные дома холодной воде.
Алекс помнил, как хотел спрыгнуть с этой крыши... и сделал это, но Дэвид поймал его, не позволив упасть в эту черную и жестокую бездну. Но, возможно, Дэвид был еще более жесток. Где-то внутри Алекс знал, что иногда сам являлся причиной его жестокости, но все равно каждый раз было больно. Хотя Дэвид и старался относиться мягче, он оступался, потому что привык быть жестоким, а натуру невозможно изменить, ее можно лишь на мгновение прикрыть. Тем не менее, он извинился, признавая свою вину, но сам не умел прощать.
Порой кажется, что в Дэвиде живут два совершенно разных человека, которые мыслят одинаково, но поступают иначе. Один человечный, его слова и прикосновения способны утешить, а другой — безмерно жестокий, как в словах, так и в действиях, и их резкость способны замедлить разве что его мысли. Но они оба мирно сосуществуют в нем одном, не мешая друг другу.
Успев увидеть каждую из этих сторон, Алекс надеялся на то, что сможет различить в них неискренность, если придется. Но это было всяким лучше, чем прошлая жизнь, в которой почти ничего не было. Безусловно, это не давало повода быть наивным и глупым, но Алекс больше всего хотел, чтобы все было хорошо, хотя бы немного и недолго, но так, чтобы хотелось жить.
Влажные волосы липли к лицу, а по щекам, смешиваясь с каплями дождя и скрываясь за ними, стекали слезы.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Дэвид, выйдя на крышу и увидев Алекса, хотя ему, по сути, и не нужен был ответ.
— Я хотел... — не оборачиваясь, начал Алекс, но Дэвид не дал ему договорить, подойдя сзади и зажав рот рукой.
От прикосновения теплого дыхания к шее, холодной от ветра и дождя, по телу прошли мурашки, а от ладони, зажавшей рот, неприятно пахло сигаретным дымом... которого, казалось, Алекс уже давно не чувствовал.
— Прости меня... — почти на самое ухо произнес Дэвид, касаясь его теплым дыханием. Ему было все равно, что здесь делал Алекс и почему сбежал, гораздо важнее было то, чтобы это по возможности не повторилось... ведь как бы этого глупо ни звучало, каждый в ответе за тех, кого приручил. — Я не хочу делать тебе больно, но все равно делаю... и мне это надоело. Чтобы в дальнейшем вновь не извиняться, будет лучше, если я просто не буду к тебе прикасаться.
Приложив руку поверх ладони, закрывающей рот, Алекс отвел ее от себя.
— Вы ошибаетесь... — тихо и спокойно ответил он, почти беззвучно усмехнувшись, ведь боль приносили отнюдь не прикосновения. Возможно, иногда они грубы и оставляют синяки, но они нужны ему, потому что успокаивают душевную боль, накопленную за годы, гораздо лучше любого обезболивающего. — Вы не виноваты в том, что я такой... я боюсь не вас, а того, что вы окажетесь таким же, как и все...
— Так или иначе, на ошибках стоит учиться, — отойдя от него, флегматично сказал Дэвид. За прожитую жизнь он усвоил урок, что иногда нужно уметь себе отказывать и не брать все, что предлагают. — Иди домой, пока окончательно не промок.
Подходя к двери, ведущей на лестницу, он приоткрыл ее, ожидая Алекса, и тот, кивнув, подбежал к нему.
Вернувшись домой, Дэвид накинул на него большое полотенце, прикрывая им голову. Алекс ждал, когда же поверх этого мягкого полотенца лягут руки и помогут высушить волосы, но этого не произошло. Дэвид отошел от него, обходя на кухне стойку и ища кофе.
Алексу было холодно и больше всего хотелось, чтобы Дэвид прикоснулся к нему, обнял и согрел, но тот лишь спросил, какой сделать чай, из всего того изобилия, которым Моника забила полки.
Экстра: Обычные Люди
Всю неделю, как и было оговорено, Алекс просидел дома. Было неспокойно и тяжело от того, что Дэвид появлялся на пару часов, а после вновь уезжал в офис.
Вернувшись в колледж, Алекс проучился еще немного, а после приближались выходные.
— Что? Поездка в горы? — властно переспросил Дэвид, когда Алекс вручил ему несколько буклетов и рассказал о том, что в колледже предложили съездить группой в горы, чтобы не сидеть в уикенд дома. И, конечно же, он очень хотел поехать, хотя и знал, что наверняка получит отказ, но попытаться все-таки стоило.
— Да... можно мне поехать? — приняв максимально ангельский вид, Алекс с надеждой посмотрел на своего опекуна.
— Даже не надейся, — отбросив буклеты, тот открыл ноутбук, возвращаясь к делам.
— Сказали, что стоит взять с собой сопровождающего... и со мной бы могла поехать Моника, — пытаясь уговорить, Алекс смотрел на него по-детски искренним взглядом.
— Она... на каблуках... в горы? — логическая цепочка выстроилась живописной, и Дэвид слегка улыбнулся.
— Она может надеть спортивную обувь...
— Она ее не наденет.
— Ну, тогда я буду держать ее за руку, чтобы она не споткнулась!..
— У нее работа, — Дэвид поднял взгляд от экрана ноутбука и, коротко взглянув на подопечного, вновь вернулся к монитору.
— Она говорила, что хотела бы куда-нибудь съездить отдохнуть на этой неделе... — собрав со стола буклеты, Алекс обреченно посмотрел на их яркие рекламы.
— Но ведь не лезть в горы.
— Это отдых на природе...
— Это самоубийство на природе, — резонно заключил Дэвид, захлопнув ноутбук, понимая, что все это так быстро не закончится.
— Тогда, может быть, вы поедете?
— Я похож на самоубийцу?
— Нет!.. — отрицательно помахав руками, Алекс сдержал улыбку, поражаясь логике Дэвида. — Но вы ведь вполне можете поехать, кроме того, и вам иногда нужно отдыхать...
— Да, но я не люблю природу, шумных подростков, их родственников, преподавателей, экскурсоводов...
— Это придется потерпеть совсем немного! — встрял Алекс, подозревая, что Дэвид может еще долго перечислять то, что на дух плохо переносит. — Поездка предполагает отель, где каждый будет жить в отдельном номере со своим сопровождающим...
— Дешевый отель? Тем более нет, — усмехнувшись, Дэвид откинулся назад в кресле.
— На буклете отель выглядит очень хорошо... кроме того, тут написано, что есть даже люкс комнаты... — перебирая буклеты, Алекс искал нужный, на котором было описание отеля.
— То, что старый сарай хорошо сфотографирован и в нем есть люкс загон, не снимает с него клише дешевого отеля.
— Пожалуйста... — сложив буклеты на край стола, Алекс едва ли не умоляюще посмотрел на Дэвида. Все убеждения и доводы закончились; сложно переубедить того, кто откажет в любом случае.
— Нет, — в который раз повторил Дэвид, уже устав слушать уговоры. — Ты туда ни один, ни с Моникой, ни тем более со мной не поедешь, потому что: одному тебе там нечего делать, и я уверен, ничем хорошим это не закончится; ехать туда с Моникой — все равно что в ад со своим котлом; а я просто не могу, не стоит забывать, что я тебе не содержащий папик.
— Но...
— Но? — изогнув бровь, рыкнул Дэвид, никак не ожидая вновь услышать возражения.
— Вы же сами сказали, что это дешевый отель да еще и далеко от города... — неуверенно, но все-таки продолжил настаивать на своем Алекс, хотелось хотя бы раз в жизни побыть обычным человеком. — Сомневаюсь, что вас там кто-нибудь узнает... Пожалуйста!.. Я всегда мечтал куда-нибудь съездить со своей семьей... а теперь вы моя семья.
— Если тебе так хочется куда-то съездить, то я устрою тебе поездку в горы с Моникой по режиму "все включено", где не будет ни подростков, ни прочих надоедливых людей, только персонал и прислуга.
— Я не хочу так, именно потому что там не будет ничего, ради чего бы стоило поехать... — вздохнув, Алекс осознал, что Дэвид не понимает причин, по которым ему так хочется поехать. — Я хочу поехать в этот отель, на эту экскурсию... пожалуйста...
— Я занят.
— Вы всегда можете попросить Монику помочь вам...
— Эти дела требуют моего личного контроля.
— Понятно... — поник Алекс, хотя еще пару мгновений назад надеялся, что Дэвид все-таки согласится, но, кажется, действительно увлекся и забыл, кто он.
— Если бы я мог, то поехал бы, — обреченно выдохнув, Дэвид наклонился к столу, упираясь в него локтями.
— Вы не не можете, вы просто не хотите...
— Не буду отрицать, — согласился Дэвид, потому что меньше всего хотел подобного проведения времени.
— Я никогда и ни о чем вас не просил... и сейчас я прошу не так уж и много... — отведя взгляд, Алекс вновь взглянул на яркие буклеты на краю стола. Он всегда был благодарен за все, что Дэвид сделал для него, но так хотелось хотя бы раз увидеть что-то еще, помимо его офиса и квартиры.
— Н-да... — протянул Дэвид, тоже взглянув на эти чертовы буклеты, с которых все и началось. Хотя он все-таки задумался... он видел в глазах Алекса искреннее и даже в чем-то детское желание, которое тот пытался отстоять, в то время как обычно не перечил и действительно ничего не просил, со всем соглашался и терпел. — Думаю, я должен согласиться... в качестве довеса к извинению за свою жестокость.
— Спасибо! — радостно, но все еще словно до конца не веря, Алекс улыбнулся, уже отчаявшись получить согласие. Но это слегка омрачал тот факт, что Дэвид сделал это явно через силу и напомнил о неприятном.
Тем не менее, Алекс был рад, что едет на эту экскурсию. Он всегда мечтал о подобном еще с самого детства, но его семья была другого мнения.
— Вы... собираетесь ехать в костюме? — спросил Алекс, окидывая Дэвида взглядом; его темный деловой костюм и белую рубашку.
— Другой одежды у меня нет, — категорично отсек тот, уже начав жалеть о своем согласии, ибо трудности уже начались, а он еще только собирался к поездке.
— Но у вас же есть одежда попроще... как например та, в которой вы были дома...
— В таком я дальше порога не выйду, — расслабив галстук, Дэвид подумал совсем не о том, в чем был дома, а о вытянутых спортивных брюках и грязной футболке, какими ему виделась прочая одежда, кроме костюмов.
— Почему? Простые люди так одеваются... — пожав плечами, Алекс присел на высокий стул возле барной стойки.
Неопределенно хмыкнув, Дэвид удалился с кухни, но вскоре вернулся в темных брюках и светлой рубашке с принтом на плече.
— Никогда не думал, что надену вещи, которые мне подарила Моника... — поправив ворот рубашки, Дэвид усмехнулся. Смотрелось неплохо и выглядело не так агрессивно, как строгий костюм, хотя раньше он и не надевал этих вещей, потому что не было повода.
— Вам идет... — улыбнулся Алекс, глядя на него, про себя отмечая, что в таком виде Дэвид выглядел более приземлено, нежели в деловом костюме.
— Автобус? — бровь нервно изогнулась, когда Дэвид подъехал к колледжу и увидел, что все собирались у данного средства передвижения.
— Да, мы поедем туда на автобусе... в брошюре было написано, что ездить туда поодиночке на машине нежелательно... — почти виновато произнес Алекс, понимая, что требует слишком многого.
Промолчав, Дэвид вышел из машины, и, казалось, был слышен скрип его терпения. Дождавшись Алекса, он пошел за ним в сторону его друзей и их сопровождающих.
— Здравствуйте! Вы, наверное, его отец? — спросил один из преподавателей у Дэвида, ставя в своем журнале галочку, хотя и подумал о том, что тот выглядит немного молодо, чтобы быть отцом Алекса.
— Нет, я опекун. Его отец умер, — спокойно ответил Дэвид. Он отлично умел скрывать свое раздражение и не показывать, что его терпение дало огромную трещину, хотя они еще никуда не уехали.
— Извините... — одернул себя преподаватель и отошел к другим ученикам.
— Так ты все-таки едешь?! Здорово! — радостно воскликнул Эндрю, подойдя и обняв Алекса со спины.
— Да... — улыбнувшись, тот слегка обернулся.
— Здравствуйте... вы тоже поедете? — взглянув на Дэвида, Эндрю удивленно приподнял брови.
— Придется, — натянуто улыбнулся Дэвид, пытаясь ужиться с ролью обычного человека, каким ему в тайне даже от самого себя хотелось попробовать побыть.
— Здорово! А со мной едет старший брат, пойдем, Алекс, я тебя с ним познакомлю, — потянув Алекса за собой, Эндрю увлек его к автобусу.
Иногда оглядываясь на Дэвида, Алекс видел, как все смотрели на него: кто-то недоверчиво фыркал, а кто-то просто восхищенно вздыхал, но большей частью последних были одногруппницы Алекса, их сестры, матери и прочие лица женского пола.
Автобус оказался просторным и новым, в его салоне пахло пластиком, а сидения были светлыми и не засиженными.
Сев на свое место, Алекс взглянул на сидящего рядом Дэвида, терпение которого постепенно начало восстанавливаться, потому что он решил игнорировать все окружающее. Он сам до последнего момента не верил, что пошел на такое, и все это казалось ему неправдоподобным, но с другой стороны... из всех его конкурентов, сотрудников, врагов и прочих, мало кто знал его в лицо.
— А вы взяли фотоаппарат? — приподнявшись, сидя за Алексом, спросил Эндрю, наклоняясь к его креслу.
— Нет... а ты? — повернувшись к нему, Алекс отрицательно помотал головой.
— Конечно! — Эндрю широко улыбнулся и достал фотоаппарат. — Улыбнись, я тебя сфоткаю!
Практически всю дорогу Алекс разговаривал со своим другом; они фотографировались, смеялись, что-то обсуждали... Дэвид стоически это терпел и если поначалу смотрел на это как на нечто крайне чуждое ему, то вскоре уже наблюдал за ними с долей умиления. Видя, как Алекс хотел этого и сейчас так открыто улыбался, он ловил себя на мысли, что Алекс еще совсем ребенок... в большинстве своих проявлений и желаниях. Несмотря на то что ему было уже семнадцать, он выглядел года на два-три младше, и Дэвида едва не передернуло, когда он вспомнил, что так банально не удержался и, приняв благодарность "натурой", все опошлил.
К тому моменту, как автобус прибыл к своему месту назначения, был уже глубокий вечер, и все быстро расселились по отелю.
— А здесь даже лучше, чем было на фото, — зайдя в комнату, констатировал Алекс, обводя взглядом достаточно просторный номер.
— Да, я думал, будет хуже, — съязвил Дэвид, бросив на кровать сумку. Все это показалось ему сном, но он был вполне не против того, чтобы еще немного поспать... у него тоже не было детства и нормальной жизни, но, в отличие от Алекса, он никогда не мечтал о подобном. У него никогда не было друзей, ни в раннем возрасте, ни сейчас, но он и не хотел этого, ибо предпочитал быть один. А подобные поездки, да еще и с родителями, казались ему глупыми... возможно, потому что его родители никогда не вызывали в нем желания быть с ними, да и отдыхать он предпочитал в постели... высыпаясь.
