Несмотря на бредовость вопроса, кошка не рассердилась, а лишь смущенно улыбнулась.
А я продолжал разливаться соловьем:
— Знаешь, как-то мы прикалывались: девчатам, которые грубили, полную палатку лягушек напустили. Вот визгу-то было! И вообще, что ты все "бог, бог". Ну — бог. Так что теперь, на колени падать и головой о пол биться?
Нет, кажется, я взял неверный тон. Эйлинарра посмотрела на меня с ужасом:
— Ты это серьезно, да? Всерьез сравниваешь лягушек в палатке и поломанную судьбу? С ума сойти! И про раба говоришь так, будто это хорошо. А сам-то хотел бы стать рабовладельцем? Меня эта мысль совсем не греет. Знаешь... вот теперь, если бы я знала, где этот его ковер... он бы на химчистке разорился! В фигуральном смысле. А до всей этой истории я ему ничего плохого не сделала. И вообще старалась держаться подальше.
Кажется, шуток она все-таки не понимает. Надо говорить четко и ясно:
— Ладно. Знаешь, ты не зря кошкой, наверное, стала. Не зря же поют, что кошка гуляет сама по себе и лишь по весне — с котом. Не бойся ничего. На Земле неприятностей можно огрести не меньше, чем во всяких разных вселенных. Только там все привычное.
— Хреновый из тебя утешитель, — печально ответила она. — Сам-то доволен своим новым телом и миром?
Я пожал плечами:
— Могло быть и хуже.
В этот момент в игру решил вступить Асаль-тэ-Баукир. Он просочился поближе к девушке и замурлыкал:
— Если добавить к "туману страха" немного пыльцы любого растения, содержащего канабиол, то страхи станут конкретнее и ощутимее.
Надо было видеть, как изменилось выражение ее мордочки: слезы моментально высохли, в глазах появился осмысленный интерес. Похоже, что девушка не о сексуальных подвигах мечтает! Но ответила она мне, причем классическим рассуждением в стиле "законов Паркинсона":
— Да уж... Если есть вариант, при котором все может стать хуже, чем есть, он обязательно случится. А если ты уверен, что хуже уже быть не может, все равно станет хуже. Думаете, стоит добавить туда немного пыльцы конопли? Интересно. Если это действительно так...
Но уже — ни слез, ни хлюпанья носом. Запустила пальцы в роскошную шубу Асаль-тэ-Баукира, гладит, теребит, как любимую игрушку.
"Вот, уже думать начала, — мысленно шепнул я магу. — Ты гений!"
Наверняка сработал тактильный якорь: шерсть домашнего животного под ладонью — покой и защищенность. Надо ее внимание на мага-кота перенаправить:
— Не обижайся на него. Он может читать мысли и ворует их, гад, регулярно. Но вообще-то он порядочный и без разрешения в мозги не лезет.
— Да я и не обижаюсь, — уже совершенно спокойно ответила нэко. — Вокруг меня вечно обитают всякие сущности, читающие мысли. Я уже привыкла, можно сказать. А в сравнении с моим демоном или Арагорном многоуважаемый маг и вовсе кажется образцом такта и вежливости.
И, уже обращаясь к Асаль-тэ-Баукиру, добавила:
— А уж если ваш совет поможет усилить "туман страха", то я и вовсе окажусь перед вами в невероятном долгу.
— Не стоит благодарности, — замахал лапой польщенный головолом. — Такая милая девушка, как вы, не должна грустить! Красивая, умная, любознательная! Эх, где мои двести лет! Никуда бы не девались — оказались бы в моих ученицах!
— Сочла бы за честь стать вашей ученицей. — Комплименты определенно понравились девушке, она заулыбалась и снова погладила кота. — Хотя, боюсь, предрасположенности к этому у меня никакой нет: мы, нэко, поголовно лишены магического дара.
И, взглянув на меня, добавила:
— Может, и я чем-то могу вам помочь? Я пока что не самый опытный алхимик, но порой и мелочи могут спасти жизнь.
Забавно! Меня, несмотря на мою внешность, она воспринимает как более разумное существо, с которым можно иметь дело. Или, может быть, так потому, что мы оба — с Земли?
Я вопросительно взглянул на нее:
— Алхимик? То-то старина Асаль-тэ-Баукир про коноплю вспомнил... Если бы у тебя были хорошие противоядия — то это было бы здорово. А то орки почти не пользуются ядами, но, думаю, это должно пригодиться.
— Противоядия? — Нэко засмущалась. — Боюсь, что это пока что мне недоступно. Забавно, кстати, яд могу сделать легко, а противоядие — нет. К тому же противоядия общего воздействия, не нацеленные на определенный тип яда, — это и вовсе высшая алхимия. Прости. Зато у меня есть отличные ранозаживляющие составы. Уже упомянутый "туман страха". Зелье возгорания пламени. Оно, кстати говоря, может заменить зажигательную гранату. Из бытовухи — средство против кровососов и приворотное зелье.
Так, разговор на профессиональные темы определенно приводит ее во вполне спокойное состояние. Хорошее свойство, кстати, — уметь отвлекаться от проблем на работе. Поэтому я с интересом переспросил:
— Ранозаживляющие? А на всех действует?
— Не скажу, что на всех... Но орки, люди, эльфы, как темные, так и светлые, нэко... Как оказалось, даже на помесь человека с драконом действует. Если вдруг какая-то другая раса, то надо проверить. Могу отдать и "лакмусовую бумажку" для этих целей, но только одну. У меня самой их весьма ограниченный запас, а достать новые, насколько я знаю, можно только в Мотлхейме. Это — родной мир нэко. А насчет противоядия... а хочешь, я тебе пару рецептов продам? Отдать бесплатно не могу — таков обычай. Но и дорого брать не буду. Сможешь сам приготовить, они не самые сложные для человека... ну, то есть для любого разумного с искрой таланта. А у тебя она есть.
А вот это уже было интересно и мне:
— Рецепты? Тестер? А что ты хочешь? Может, амулет морока?
Я полез в сумку и выкопал одну из тех безделушек, что остались с игры, — амулет временной личины: брелок для ключей в виде театральной маски с помощью веревочки превращен в кулон. Как и все остальное "наследство" с игры, он в Иномирье приобрел реальные магические свойства и не раз выручал меня. Как-то пастухи чуть не застукали нас с Жужукой, уютно устроившихся в одном из неглубоких распадков. Я моментально нацепил кулон и притворился пьяницей Дубтахом. Жужука — умница, сразу сообразила, что нужно делать: замахала руками, подзывая мужиков, и потребовала, чтобы они помогли ей отнести невменяемого алкаша в селение. Оркам было лень возиться, они подняли Жужуку на смех. Дескать, если этот неудачник не имеет мозгов настолько, что улегся спать в степи, то туда ему и дорога. Протрезвеет — сам придет домой. В общем, Жужука отправилась в селение вместе с пастухами, ругавшими ее за излишнюю жалостливость, а я спокойненько отлежался, пока не минула опасность, а потом потихоньку побрел к дому старой Апа-Шер.
Но теперь, когда Жужуки поблизости нет и не предвидится, мне вряд ли придется притворяться. А вот у нэко, видимо, проблемы из-за ее внешности. Не зря же она с таким жаром говорила об агрессивной ксенофобии обитателей того мира, в котором она оказалась. Так что возможность менять облик малышке наверняка пригодится.
— Что за амулет такой? — Нэко с любопытством посмотрела на амулет. — Как он действует?
Я пожал плечами. Честно говоря, я сам слабо представлял, как действуют все те амулеты, которые оказались в моем распоряжении. Работают — и ладно.
— Обычная игровая шняга. При использовании собеседник видит того, кого отыгрываешь. Только притворяться надо от души.
— Интересно, — Эйлинарра задумчиво смотрела на маску. — Хорошо. Погоди секунду.
Она достала из сумки несколько пузырьков, веточку с зелеными листьями и красивую книгу в шикарном переплете. И вдруг растерянно захлопала глазами:
— Проклятие! Этот Арагорн... Есть чем и на чем писать?
При упоминании об Аре ее глаза снова наполнились слезами. Поэтому Асаль-тэ-Баукир поспешил вмешаться:
— Не верь этому зеленому! Ничего обычного в амулете нет, это — сложнейшая энергоинформационная структура, резонирующая с блоком образного мышления в мозгу хозяина.
Нэко забыла, что собралась опять расстроиться, и улыбнулась:
— Буду в курсе. Хотя то, что структура у этого амулета сложная, видно даже невооруженным глазом. Ну, нашим, нэчьим невооруженным глазом.
Я достал мою "записнушку" и ручку, положил их на землю рядом с амулетом и отошел на пару шагов:
— Держи. Если хочешь — полистай, там кое-что из орочьих рецептов.
И объяснил:
— Здесь иначе нельзя. Это место не разрешает приближаться друг к другу. Напишешь рецепт — положи книгу и отойди на другую сторону костра.
— Странно здесь все, — задумчиво пробормотала нэко и с любопытством начала листать мою "записнушку". Какие-то из моих заметок заинтересовали ее, она начала читать, но потом, словно одернув себя, принялась писать. Красивая застежка ее собственной книги, изображавшая дракончика, вдруг ожила, вспорхнула на край моей "записнушки" и принялась возмущенно шипеть, норовя подпалить бумагу. Нэко отмахивалась от нее, как от назойливой мухи. Заметив мой удивленный взгляд, она объяснила:
— Недоволен. Обычно процесс передачи рецепта выглядит совсем иначе. Я должна была бы открыть книгу, громко объявить о своем намерении передать такой-то рецепт орку по имени Мышкун из такого-то мира и клана... После этого из книги бы вырвался один лист, золотое перо скопировало в него необходимый рецепт и оставило бы изображение лика Фрейи как уверение, что рецепт не украден. Вот только из-за Арагорна у меня сейчас нет пера.
— Как красиво! — мечтательно сказал Асаль-тэ-Баукир. — Традиции и эстетика — основа культуры!
— Ну, не сказала бы, что дело в эстетике или культуре, — возразила нэко. — Просто у Фрейи все магические действия имеют обрядовые корни. В общем, будете пользоваться контрафактом.
Эйлинарра хихикнула каким-то своим мыслям, положила книгу и отошла:
— Читай.
Кажется, настроение у нее более или менее исправилось. Стараясь еще развеселить девушку, я взял книгу вверх ногами, задумчиво почесал в затылке и, перевернув нормально, хмыкнул:
— Ага! Спасибо! Тоже может пригодиться! В степи с сыростью проблем нет, а тут, смотрю, по поводу суставов — может, меня когда к морю занесет... Да, а что с книгой случилось?
— С книгой? Ничего. Просто в комплекте с ней должно идти золотое перо из крыла ездовой кошки Фрейи. А оно каким-то образом у Арагорна оказалось. И теперь этот самый Арагорн шантажирует меня этим пером, заставляя выполнить его задание. А нэко во мне от такого святотатства готова с голыми когтями на бога броситься. Ладно, пустое это. Вот смотри — это ритомасу. Ладно уж, отдам тебе целых три листика. Хочешь проверить, как зелье подействует на кого-нибудь, капни на листик его крови, затем немножко зелья и помешай. Если поверхность потемнеет или вовсе покраснеет, зельем пользоваться нельзя. А это малое зелье исцеления. Излечивает любые раны при условии, что они не больше полутора часов назад нанесены. Правда, потом устаешь и очень-очень хочешь кушать.
Закончив лекцию, нэко положила склянки и веточки на землю и отошла.
Подобрав подношение, я кивнул:
— Спасибо огромное! Не люблю зазря рисковать. А перо... В общем, кошка обычно гуляет сама по себе. Как у нее это получается, не знаю, по земле, по-моему, — гораздо удобнее... Но так говорят. И еще знаешь что? Я сам думаю постоянно — почему именно я оказался здесь. Есть и бойцы получше, и маги посильнее... Значит, в тебе что-то такое есть. В тебе — такой, какая ты есть, с твоей нелюбовью к рабству и желанием напысать на ковер... И никто другой не сделает то, что можешь ты.
Теперь выражение кошачьей мордашки стало по-взрослому серьезным и каким-то совершенно человеческим. Кажется, мне удалось озадачить нэко. Что ж, думать — это хорошо, даже если у тебя растет хвост.
— В общем, делай, что хочешь! — продолжил я, поднимаясь. — Не такой уж страшный зверь Арагорн. Он, конечно, бог, но это же не наш христианский всеведающий и всемогущий. Он — бог удачи. А если удача тебя схватила за шкирку и куда-то оттащила, то не стоит на нее обижаться.
Я чувствовал, что делаю Арагорну какую-то гадость, но почему-то считал, что именно так и нужно. Конечно, малышка — фантазерка, любительница эротичных кошек и романтических историй. Но если ей придется каким-то образом спасать свой мир, то нужно учиться думать — и чем скорее, тем лучше. А главное — нельзя считать себя чужой игрушкой. Именно этим, наверное, и отличаются ролевики — они из игрушек моментально становятся игроками. Даже если ты — пятый слева во втором ряду копейщиков, ты все равно будешь стоять там только до тех пор, пока тебе это нравится. Нравится иметь возможность говорить "мы" вместо ранящего одиночеством "я", нравится чувствовать справа и слева плечи друзей. Но ты все равно — не пешка, не игрушка.
В общем, я оставил девушку в состоянии глубокой задумчивости. И хорошо — пусть поразмышляет. У костра с ней вряд ли что-то случится, а вот в своем "подшефном" мире, может, будет действовать более разумно.
Асаль-тэ-Баукир догнал меня, когда из тумана было видно только расплывчатое пятно костра.
— Ну и что ты натворил? — сердито буркнул маг. — Если Арагорн решил использовать девицу втемную, то это — его выбор. Ты же ничего не знаешь про тот мир, где она должна быть "стабилизатором". И про нее ничего толком не знаешь. Это с виду она такая милая и пушистая, а в душе — сплошная жажда взорвать все вокруг!
— Ну и что? — не согласился я. — Я все-таки считаю Арагорна неглупым парнем, умеющим отслеживать связи причин и следствий. Может быть, и эта наша встреча была подстроена. А чем она обернется — неизвестно. Так что, может быть, я сделал именно то, что поможет стабилизировать миры...
И все же, проснувшись, я долго мучился сомнениями по поводу этой пушистой красотки. Нет, конечно, я никакого отношения не имею к ее миру. И к ней самой... Хотя последнее, может быть, и не факт.
Но очень скоро я забыл о встрече в тумане.
Глава 28
Я пробормотал заклинание переноса и открыл глаза в кратере Шерик-Ше.
Здесь только что рассвело, в расщелинах между камнями еще гнездились синие тени, верхушки окрестных гор розовели в солнечных лучах. И дышалось тут совершенно не так, как вчера. Никакой тревожной духоты, никакого ощущения пыли в горле и мути перед глазами. Словно кто-то за ночь устроил в "горних сферах" генеральную уборку. Воздух кристально прозрачен и пахнет талым снегом.
Да и бывшие духи к утру стали более или менее адекватны. По крайней мере, повернувшись на бок, я увидел разложенный на берегу костерок с висящим на нем котелком. Пахло вареным мясом.
— Это кто ж в моих вещах порылся? — с опаской обратился я к щиту. — Асаль-тэ-Баукир, ты почему не шугнул их?
Я боялся, что щит будет по-прежнему нем, но мертвый маг ответил извиняющимся тоном:
— Не злись, я и предложил этим беднягам воспользоваться твоей посудой, когда Маня приволок козью тушу. Тебе же с этим народом еще придется сражаться плечом к плечу. Так что не жалей котелок!
Я скептически хмыкнул. Охранял, значит, мое бренное тело... Чувствовал, что тут нужнее, чем там. Интересно только, во что вселялся? А пожрать, однако, надо. Вчера удалось лишь позавтракать, да и эта магия вытягивает силы, как пылесос. Но общаться с высокомерной эльфийкой не хотелось. И остальные у костра, кроме Валиса, вызывали у меня некоторые сомнения. Может, у них тоже есть какие-то претензии к оркам?
