Ученик Мракоборца

Серая фигура. Справа.

Страд ушел вниз. Перекатился через плечо. Вновь оказался на ногах. Обернулся и ударил.

Противник успел переместиться в самый последний момент. Заклятье отсекло лишь треть дымного хвоста. Приговоренный забился, словно в приступе дикой боли. А Страд, воспользовавшись моментом, призвал еще один невидимый клинок. Вторая атака вышла удачнее — вскоре серая истощенная фигура замерла на полу.

Перескочив через нее, Страд кинулся к Дроллу. Тот был занят сразу двумя жертвами сноеда.

— Отсекайте черный дым! — выкрикнул Страд, лавируя и приближаясь к одному из противников наставника. — Без него они умирают! Смотрите!..

Удар невидимым клинком...

Дымный хвост отделился ото рта приговоренного. Свернулся кольцом. Стал бледнеть. Обтянутый кожей скелет, тем временем, рухнул на пол. Закашлялся, заскреб по полу скрюченными пальцами.

В следующие несколько секунд Дролл сразил второго врага. Повернулся к Страду. Кивнул и устремился на помощь остальным.

Те быстро переняли тактику и за пять минут расправились с четырьмя жертвами сноеда. Тварей оставалось меньше половины. Впору было обрадоваться, поверить в успех, но...

Теперь сноед управлял меньшим числом приговоренных, и те двигались гораздо быстрее. Вдобавок порождение Струпьев как будто поняло, что люди нашли способ бороться, и не позволяло серым скелетам слишком к ним приближаться. Стоило кому-нибудь из прирожденных нарушить безопасную дистанцию и подготовиться для удара, как сноед уводил свою жертву в сторону.

"Плохо, — Страд с отчаянием смотрел на бесполезные попытки чародеев отрубить хотя бы еще один хвост черного дыма. — Он... словно видит. Значит..."

Не позволяя себе терять время, Страд кинулся к ощетинившемуся конечностями слизняку. Дымовое заклятье он составил еще по пути.

Серое облако полностью окутало сноеда. Приговоренные замерли. Дролл немедленно воспользовался этим: кинулся вперед, сделав переднее сальто, чтобы сэкономить несколько драгоценных мгновений, оказался между двумя серыми фигурами — и отсек сразу два хвоста черного дыма.

— Браво, юноша! — крикнул мастер Дауринн, вместе с другими прирожденными бросаясь к оставшимся врагам.

Все могло закончиться уже через минуту. Однако сноед не позволил: чудовище вынырнуло из облака дыма. Грохнулось на пол. Заворочалось, задвигало конечностями...

И сумело встать на несколько самых длинных лап.

Страд попятился, глядя на чудовище, не смея моргнуть.

— В сторону! — скомандовал кто-то.

Страд отскочил. В следующее мгновение сноеда поразили сразу три молнии.

Тварь отлетела на добрых десять шагов. Завалилась на бок. Однако почти тут же вскочила и метнулась влево, уходя от огненного заклятья.

Одновременно с этим жертвы сноеда вновь пришли в движение.

Дроллу, который только нацелился отсечь еще одну дымную змею, пришлось отступать. Другой серый скелет устремился наперерез мракоборцу. Конец хвоста из черного дыма видоизменился — стал похож на зазубренное лезвие. Точь-в-точь как ранившее мастера Медэла.

"Вот оно... — Страда захлестнула волна ужаса. Перед глазами возник захлебывающийся кровью наставник. — Как в видении..."

Сотканная из черного дыма смерть нависла над Дроллом. Тот пока не замечал опасности. Был занят — пытался на расстоянии поразить жертву сноеда невидимыми клинками, метая их один за другим.

До удара оставались секунды...

Страд кинулся вперед. А дымное лезвие устремилось вниз.

Четыре шага... Три... Два...

Вытянув руки, Страд налетел на мракоборца. Оттолкнул.

И успел заметить удивленный взгляд наставника — перед тем, как утонул в жестокой боли и черноте беспамятства.

Или смерти.

* * *

Снова боль. Но уже не такая сильная. И не во всем теле, а только в правом боку.

Страд шевельнулся. Боль усилилась, отдалась в висках. Заставила сморщиться.

— Приходит в себя, — незнакомый голос.

"Что такое?" — Страд понял, что лежит.

Вокруг было черно. Ослеп? Нет, просто глаза закрыты.

"Нужно открыть", — сказал себе Страд и разомкнул веки.

Первые несколько секунд он видел лишь размытые пятна разных цветов и форм. Потом зрение вернулось.

Страд находился в небольшой комнате со светло-серыми полом, стенами и потолком. Он лежал на узкой металлической кровати, укрытый толстым одеялом. Темную ткань покрывали целительские руны, вышитые из мелких янтарных бисеринок. Часть рун светилась.

— Вот уже и глаза открыл, — вновь тот же голос.

Страд повернулся и увидел троих возле большого окна, закрытого черными с серебром шторами. Один был невысоким плотным старичком-полумагом с россыпью родимых пятен на лысой макушке и седой бородкой-клинышком, одетым в серый халат. На Страда он смотрел с доброжелательным любопытством. Чуть позади стояли мастер Дауринн и Дролл. Первый улыбался, сложив за спиной руки и перекатываясь с пятки на носок. Второй хмурился.

"Ничего не понимаю", — Страд приподнялся на локтях. Затем, преодолевая боль в правом боку, сел.

— Осторожнее, юноша, — тут же встревожился полумаг, выступая вперед. — Не нужно вам сейчас резких движений. После таких-то ран...

— Каких ран? — выдавил Страд и испугался собственного голоса — сиплого, безжизненного, почти как у мастера Медэла.

Лысый исхудавший прирожденный с опухолью под челюстью возник перед глазами, а мгновением позже Страд стал вспоминать.

Зал Кошмаров. Трактирщик Вимар, которого в буквальном смысле слова разорвала неведомая сила. Ожившие жертвы сноеда. Змеи черного дыма. Превратившееся в многолапого слизня порождение Струпьев. Зазубренный дымный клинок, нависший над Дроллом. Удивление в глазах наставника. Боль и темнота...

— Ты все помнишь... — полувопросительно-полуутвердительно произнес мракоборец. Он подошел к кровати, прищурился, глядя на Страда.

— Помню, — пробормотал тот.

— Тогда должен осознавать, насколько безрассудно поступил, — с каждым словом взгляд Дролла становился мрачнее. — Зачем было бросаться самому? Ты ведь знаешь отталкивающее заклятье.

Страд молча кивнул. Простое чародейство отбросило бы Дролла в сторону, и сотканное из черного дыма лезвие пронзило бы лишь пустоту.

"Опять я сглупил", — Страд опустил глаза. Было стыдно, он чувствовал себя несмышленышем, напортачившим в самой простой магической задаче.

— И все же я... — впервые на памяти Страда мракоборец помедлил, — я благодарен тебе. Если бы не твой... наиглупейший поступок, я вряд ли бы сейчас стоял здесь и отчитывал тебя.

— Я... — Страд растерялся. — Просто... я знал, что так будет. Что случится беда... Я видел...

— Да, помню. По дороге на Станцию Сдерживания ты едва не упал в обморок. А когда пришел в себя... Тогда я не отнесся к твоим словам с должной серьезностью. Прости...

— Подумать только... — мастер Дауринн качнул головой, усмехнулся. — Запомните этот момент, молодой человек, — прирожденный хитро прищурился, глядя на Страда. — Наш мракоборец очень редко извиняется...

Дролл обернулся к прирожденному, но промолчал. Страд тоже не знал, что сказать.

Выручил пожилой полумаг:

— Господа чародеи, — он выступил вперед, потер ладони. — Не забываем, что мой пациент только пару минут назад пришел в себя. Опасность для жизни миновала, но мальчик еще очень слаб. Он нуждается в покое.

— Разумеется, мастер Шеллей, — седоволосый прирожденный слегка поклонился. — Мы убедились, что со Страдом все будет в порядке. И уходим со спокойной душой. Правда, мастер Дролл?

Мракоборец ответил кивком, по-прежнему глядя на Страда. И тот видел в глазах наставника незнакомое доселе сочетание растерянности, облегчения, теплоты и благодарности.

...Еще три дня Страду пришлось провести в госпитале при Корпусе Мракоборцев. Он почти не вставал: завтрак, обед, ужин и целебные снадобья приносили в палату. Там же мастер Шеллей устраивал сеансы целительства и менял повязки — под длинными желтоватыми лоскутами ткани Страд мог наблюдать недлинный шрам с красными, припухшими краями. К счастью, с каждой процедурой воспаление уменьшалось, и пожилой полумаг был очень этим доволен.

Поначалу постоянное лежание раздражало Страда. Он чувствовал себя беспомощным. Ощущение усиливалось, когда в палату заглядывали либо мастер Шеллей, либо кто-то еще и спрашивал, не нужно ли ему чего-нибудь.

Но вот что странно: во взглядах визитеров не было сочувствия, которым Страда мучили в Хлопковой деревне. Здесь на него смотрели с интересом и одобрением. Особенно пара девушек-студенток Магической Семинарии — обе прирожденные, они были на пару лет старше Страда и приходили в госпиталь на практические занятия.

Причину Страд нашел быстро. Разумеется, никто, кроме, наверное, мастера Шеллея, не знал, что именно случилось в Зале Кошмаров. Однако о магическом происхождении раны было известно всем. Да и случайного человека в госпитале при Корпусе Мракоборцев лечить бы не стали. Отсюда и любопытство окружающих.

Страду это было чудно и в то же время, чего таить, очень и очень приятно.

Но все же он с нетерпением ждал, когда ему позволят покинуть госпиталь. В голове накопилось столько вопросов...

Наконец это случилось. На четвертый день, рано утром, в палату зашел мастер Шеллей и объявил, что Страд достаточно восстановился и может поправляться дома. Спустя пару часов приехал Дролл, и вскоре ученик мракоборца вместе с наставником сели в просторную карету с затемненными окнами и мягкими сиденьями, обитыми красным бархатом, и поехали на восточную окраину.

Шел снег, миллионы крупных белых хлопьев кружились в грандиозном танце, медленно, но верно выбеливая Баумару. Страд ехал, глядя в окно, провожая жадным взором каждый дом, каждого торопящегося по своим делам жителя столицы, будь то взрослый или ребенок, хигнаур или даже драуль. Стук копыт и колес, хлопанье дверей бесчисленных лавочек, голоса, крики, смех — сейчас все это было для Страда музыкой.

"Я как будто здесь не был, по меньшей мере, год", — думал Страд, чувствуя, как чешется рана: мастер Шеллей сказал, что уже можно обходиться без снадобий, но дня три-четыре придется терпеть зуд.

Еще Страд очень хотел узнать у наставника, как закончилась битва в Зале Кошмаров, но видел, что тот пребывает в мрачных раздумьях, и не решался начать разговор.

— Тебе очень повезло, — неожиданно произнес Дролл, спустя почти полчаса пути. — Мастер Шеллей говорит, удар пришелся вскользь. Но это неудивительно: тварь целилась в меня. И меня бы она убила... — мракоборец не закончил, лишь пристально посмотрел на Страда, а тот вновь ощутил знакомые ужас и жгучее желание спасти наставника во что бы то ни стало. — Спасибо тебе. Но впредь не кидайся вперед, сломя голову. Ты маг, причем не обделенный талантом. Помни это. И используй свою силу.

— Я понял, — смутившись, пробормотал Страд.

— Думаю, у тебя немало вопросов, — мракоборец прищурился. — Спрашивай.

Помедлив несколько мгновений, Страд решил начать с главного:

— Что случилось со сноедом и его жертвами? Они мертвы?

— Уничтожены. И нам очень помогли твои открытия — отсечение черного дыма, ослепление сноеда дымовым заклятьем, — пояснил Дролл, поймав удивленный взгляд Страда. — Сначала мы покончили с жертвами сноеда. Потом с ним самим. Вернее, с тварью, в которую он превратился. Сейчас их и останки Вимара изучают некроманты. Узнать предстоит многое, но уже сейчас кое-что ясно. Во-первых, и сноед, и его жертвы, и плоть трактирщика пропитаны силой, сдерживающей рост Струпьев. Какой, по-твоему, из этого следует вывод? — мракоборец ожидающе посмотрел на Страда.

Тот на пару секунд растерялся. Потом начал соображать.

— Получается... — заговорил Страд, подаваясь влево, чтобы удержать равновесие — карета свернула на неширокую, полупустую улочку, застроенную трехэтажными домами, — это снова маг, прошедший обряд отлучения. Который повредил трубопровод, отравил еду драулей, зачаровал трактирщика...

— Правильно.

— Но... — Страд задумался, — я не понимаю, для чего он все это делает? Чего добивается? Власти? Денег? Возвращения своих способностей?

— На этот вопрос я пока ответить не могу, — Дролл свел брови и стиснул челюсти. — Знаю лишь одно: у нас появился враг. Хитрый, очень сильный, поскольку далеко не каждому удается овладеть магией после обряда отлучения. Предусмотрительный и, что хуже всего, не боящийся экспериментировать и совершенно не задумывающийся о последствиях своих экспериментов.

Страд промолчал. Описанный мракоборцем чародей выглядел очень опасным.

— Но ты прав, — вновь заговорил наставник, — если мы поймем мотивы этого чародея, дело упростится. Мы сможем предугадать, где он нанесет следующий удар, предотвратить беду и поймать самого мага. А мотивы у него есть, — Дролл прищурился, глядя в никуда. — Иначе он не стал бы следить за бойней в Зале Кошмаров.

— Следить? — озадаченно переспросил Страд.

— Да. Но мы поняли это, только когда покончили со сноедом и его жертвами. Маг слился с разумом одного из стражников. И видел происходящее его глазами. Правда, после того, как Медэл запечатал Зал Кошмаров, чародею пришлось несладко. И его, и стражника мучила дикая боль. Пока действовало запечатывание, разъединиться они не могли. Но как только мы сняли заклятье, маг покинул чужой разум. И это еще одно доказательство его силы. Выдержать такую пытку может далеко не каждый. Не сомневаюсь, сейчас наш враг не в лучшем состоянии. Понадобится время, чтобы он восстановился.

"А ведь я видел его..." — Страд вспомнил седоусого стражника, упавшего на колени, с остекленевшим взглядом.

— Да, это он, — кивнул Дролл, когда Страд описал несчастного, чьими глазами воспользовался маг. — И ему пришлось гораздо хуже, чем чародею. Сейчас стражник в госпитале. Лежит в беспамятстве, и целители не могут дать никаких гарантий, что он придет в себя.

Страд не нашел, что ответить. Лишь нахмурился, сжал кулаки и повернулся к окну.

Карета ползла по дороге, огибающей пустырь перед восточным базаром. Жизнь вокруг прилавков кипела, словно и не было натиска многомиллионного войска снежных хлопьев. Столб-сигнальщик с четырьмя тушами крылунов на фоне светло-серых туч выглядел особенно зловеще.

"Скоро приедем", — от этой мысли на душе немного потеплело.

— А как мастер Медэл? — спросил Страд, отводя взгляд от окна.

Даже полумрак, царивший в карете, не скрыл мгновенно потемневшего лица мракоборца. И Страд понял все еще до того, как наставник заговорил.

— Он скончался, — негромко ответил Дролл и строго посмотрел на Страда. — Рана была слишком серьезной. К тому же, его мучила болезнь. Пила силы, отравляла изнутри. Поверь, для него так даже лучше. Медэл погиб в бою, а не сжираемый опухолью и ненавистью к остальным, кого недуг не коснулся. А ты все сделал верно. Остановил кровь, погрузил его в беспамятство. Думаю, искра жизни Медэла покинула тело без мучений. Не вздумай себя винить. Всего полторы недели назад ты спас человека, и, думаю, тебе будет интересно, недавно я видел Дюррена. Он готовится со дня на день вернуться к службе.