Бюро магической статистики - 2

— Подожди, — уже мягче повторила Элисон. — Я сейчас велосипед уберу с дороги, а потом с тобой. Это вообще далеко?

Кот понимающе муркнул, и руку выпустил.

Действительно, что-то он не подумал. Горы? Это кажется, что они тихие, а оставь добычу на часок, так половины не досчитаешься. Может, и с этим... крутилом на колесах тоже так будет? Правильно человек делает, прячет... вот, тут неподалеку удобная щель. Он покажет...

Идти?

Нет, недалеко.

Но это же по кошачьим меркам... так, напрямик-то, через две скалы — и вообще ерунда. Элисон посмотрела на кота с укоризной.

— Кис, а КАК я буду через все это лезть? У меня вообще-то руки, а не лапы с когтями? Я на первом же прыжке и сорвусь?

Кот застыдился вполне по-человечески. Да, действительно, об этом он не подумал. Какие-то неудобные эти люди, когтей нет, хвоста нет, кушать их невкусно, по скалам лазить не умеют...

— Сплошные недостатки, — поддержала Элисон.

И решилась.

— Может, ты мне покажешь, что видел, что хотел показать, а я посмотрю твоими глазами? Я обещаю, я не стану вредить.

Кошак думал недолго.

— Мурррм!

Конечно, это человек, а люди вредные, опасные и вообще глупые. Но если за этого конкретного человека ручается приличная кошка? Да и польза от нее есть?

А еще... когти-то вот они, рядом. Если что — он ее как мышь... одним движением лапы!

Элисон о таком и не подозревала, да и знала бы... она ведь тоже побаивается. Просто старается идти вперед... а так-то оно и нормально, и правильно, опасаться незнакомого. Так что кулончик соскользнул в ее ладонь, а Элисон прислушалась.

Коты видят мир не так, как люди, но это совершенно не помешало ей узнать ту самую четверку. И что-то они делали в горах.

Шуршали в одной пещере, в другой...

Потом вообще приехали отдыхать...

Кошак показывал ей...

— Рент Слифт? Да быть не может что у них вообще общего?

Кошак промолчал. Но картину отдыха на природе транслировал четко.

Пол, Марко, Симон, несколько девочек, охотничий домик, в котором отродясь ружей не бывало, не на ту дичь он был построен. Это если захочется ужраться до свинячьего состояния и поблудить так, чтобы тебя никто не видел. А в зверей стрелять...

Адриан, конечно, мог поехать на охоту, и ездил время от времени, но... это непрактично! И вообще, он предпочитал более приятное времяпрепровождение. Вот, в борделе ему и тепло, и уютно и со всех сторон хорошо, а на охоте жестко, скучно, холодно, и трофеи эти ему даром не нужны... ладно еще, если друзья приезжают, с ними можно выехать на охоту. А просто так по горам шататься — скучно.

Элисон об этом не знала.

Глазами кота она наблюдала, как трое парней жарят мясо, потребляют его, по очереди уединяются в домике с девушками...

Радуются жизни.

Четверо охотников и горы.

Симон и охотники.

Что у них общего?

Кот не знал. Он просто предупреждал девушку, чтобы та была осторожнее. Это плохие люди, и ничего хорошего они с собой не принесут. Коты уже умные и ученые, и лапы у них есть, и они к этим дуракам близко не подойдут. И к пятому тоже. И его запах запомнят.

А Элисон — человек. Она слабая и глупая, у нее даже хвоста нет, она может легко попасться в западню. Вот ее и предупредили, чтобы была осторожнее.

Элисон надела на шею цепочку — и крепко обняла кота. У того аж челюсть отвисла, показывая здоровущие клыки.

— Кот! Спасибо тебе! Обещаю, я буду осторожнее!

А что?

Предупредил же!

Пришел, объяснил, показал... это не кот, это сокровище!

Вот с этим определением кот был полностью согласен. Приятно, что кто-то из людей соображает! Он старался, он пришел... еще бы и рыбки неплохо, но он благородный зверь, он понимает, что его прихода не ждали...

— Я в следующий раз возьму, — пообещала Элисон.

Кот муркнул и толкнул ее лапой. Мол, понял — запомнил — приду за обещанным.

Элисон поблагодарила зверя и уселась на велосипед. Э-эх, а до города еще ехать и ехать, и ноги гудят... правда, что ли, уволиться? Откроет она коптильню, и все коты окрестностей станут ее клиентами. Платить будут мурчанием и ценными сведениями.

А правда, почему сошлась эта компания?

Вот ни на секунду не верила Элисон, что все случилось спонтанно.

Дружба бедных и богатых? Теоретически, это возможно, но нужны общие интересы, знания, дело... да много чего нужно, иначе очень легко скатиться к прислуживанию. Прямо влет — и вжуууууух!

Элисон знала и эту четверку, и Симона...

Нет, не поверит она в их дружбу. Спасибо, котик, что предупредил, теперь будем ждать, где нагадит эта компания.

* * *

Симон блаженствовал и гадить нигде не собирался.

Он просто вкушал этот день, пил его маленькими глотками, как дорогое вино, растягивал удовольствие.

А оно было.

Уехать на выходной из дома?

Почему нет? Маме сказать, что на работу, и вперед! А что за углом его подхватит роскошный рамбиль Веберов... и кто там что видел? Верх поднят, минута — и только пыль на дороге завилась.

Симон откинулся на мягкое сиденье, расслабился. Пол дружески толкнул его в плечо.

— Как дела? Что на работе нового?

— Приходится ездить по шахтам, — опустил плечи Симон. — Такой кошмар! Такая тоска и скука...

Пол едва не потер руки. Этот напыщенный индюк сам лез в ловушку.

— По шахтам? Воровство расследуешь?

— Да вроде пока там не воруют? Или...?

— А то! У меня приятель есть, Никлас Менгер, он сегодня не приехал. Он вот жаловался, что на шахте 'Горрт' у них выработка упала, и вроде как, сильно. Может, жила в сторону ушла, а может, и приворовывают, кто ж его знает?

Симон даже встряхнулся.

— Думаешь?

— Ну... контрабандисты-то здесь были? Как ты думаешь — их всех поймали?

Симон расправил плечи.

— Более, чем уверен — не всех!

— Ты кого-то подозреваешь?

— Да... есть в нашем городе подозрительная особа. Некто Элисон Баррет!

У Пола появилось желание открыть дверь — и пинком вытолкнуть Симона из рамбиля.

Нет, пока нельзя. Вместо этого...

— Симон, ты же полицейский! Ты как раз все должен понимать правильно! Подумай сам, на что способны эти бабы? Они же просто дуры и истерички! За каждой женщиной наверняка стоит мужчина, умный и опытный!

Симон ненадолго задумался.

— Пол, пожалуй, ты прав. Действительно, бабы же!

— Надо просто установить, на кого она работает. А может, с кем встречается?

Симон пожал плечами.

— Вроде бы ни с кем.

— Это значит, что она просто прячется от всех, — отмахнулся Пол. — Не бывает так, чтобы баба ни с кем не встречалась! Прячутся хорошо — бывает, а чтобы одна... да они не могут быть одни! Они не так устроены!

— Ты часом, в полицию пойти не хочешь? С такими навыками тебе бы к нам самая дорога.

— Отец не даст. Ты везунчик, можешь заниматься, любимым делом, а вот мы с Марко, увы, слушаемся отца. Если б ты знал, как это иногда надоедает!

— Понимаю...

— Ты сам себе хозяин, а вот мы... делай что прикажут, женись, на ком укажут, а если что не нравится — пошел вон, в подворотню!

Пол страдал, Симон сочувствовал, так и добрались до охотничьего домика, где их и встретил Марко. И три девочки.

Девочки пока помогали по хозяйству, там, помыть — порезать, марко разжигал очаг, Симону поручили принести хвороста, Пола отправили устанавливать лежаки...

Потом принялись жарить мясо, потом выпили, закусили, еще выпили, Марко уединился с одной из девочек, к Симону подсела другая...

Ах, вот это жизнь!

Настоящая!

Не то, что дома, там-то мать каждый корель выкраивает, да и мяса такого практически никогда не покупает, и не готовит так...

А девочки!

Лиззи, так она представилась, прижалась к Симону обширной грудью, похлопала ресницами, улыбнулась и внутренне холодно подвела итог. Клиент готов.

Поплыл и готов на все.

Хотя, если бы ее спросили... да, девочки по вызову в людях разбираются, такая у них работа, определять, что и от кого можно ожидать. Определишь неправильно — можешь и жизни лишиться, а уж что шкуру попортят, так и вовсе наверняка. Она бы сказала, что клиент этот паршивый. Есть такой поганый тип, который воображает себя горой, а является прыщом на заднице. А уж как болит-то временами!

И ты от него ничего, кроме головной боли не получишь!

Но ее не спрашивали — и не надо. А обслужить его... да пусть! Внешне-то он не самый противный, так, сойдет! Даже и стараться сильно не придется, вон он, после винца уже подплывает...

В домике Лиззи с ухмылкой подумала, что не ошиблась. И даже чуточку лицемерно посочувствовала будущей супруге рента Слифта. Девушке суждено всю жизнь быть несчастной... если, конечно, нормального мужика себе на стороне не найдет. А то вот это...

Дел на пять минут — и еще полчаса заверений, что он самый лучший. Смешно даже!

О том, что за компанией наблюдали горные коты, никто не знал. Да и откуда бы?

Коты не орали, не выли, не показывались. Они просто бдили.

Кто-то думает, что можно ранить кошку, захватить котенка — и отделаться просто пописом на голову? Наивные люди!

Всех вас уже приговорили, просто коты умные и не торопятся. А вот окажетесь вы поодиночке в горах — или хотя бы вдвоем, там и узнаете, что чувствуют мыши!

Месссссть!

И срока давности у нее не будет!

* * *

Вот чего не ожидала Элисон...

Возвращается она с работы, в свой законный выходной, а тут...

— Лисси, у нас беда!

— Рена Шафф? Что случилось?

— Рент Борг тебя с утра ждет! Ты же уехала еще до рассвета, а он-то приехал часов в одиннадцать...

— Ой, мамочки! Что случилось?!

Рент Борг выглянул из кухни.

— Да уже случилось. Рента Лисси, вы мне скажите, вы людей искать можете?

— Эээээ... вяд ли, — честно сказала Элисон. — То есть заклинание я могу составить, но у меня не так много сил, чтобы его напитать. И действовать оно будет, если человек окажется в его зоне... как лучше-то объяснить? Идешь, допустим, по городу, а в кармане камешек нагрелся возле какого-то дома. Вот, человек будет внутри дома.

— А так, чтобы яблоко или клубочек катились к человеку, которого найти надо? Как в сказках?

Элисон развела руками.

— Если бы все было так легко и просто! Для такого заклинания кровь нужна, волосы... и вообще, это скорее, некромантия. Кровь к крови, плоть к плоти... я ей точно не владею. Теорию знаю, а на практике и не применяла ни разу.

— Крови точно нет, разве волос набрать с расчески? А по сродству с родителями?

— А это только как я сказала. Зачаровать могу, но сработает, если окажетесь рядом. А что случилось-то, рент Борг?

— Эрмерихов помните, рента?

— Конечно! Такую красоту забыть сложно!

— Вот! Лизка сбежала! И Мария вроде как с ней.

— Не поняла? Ладно, старшая сестра, а малявка-то ей зачем? — Элисон удивлялась свершено искренне. Вроде как младшей там лет тринадцать? Ну и?

В чем смысл?

Ладно еще старшая, там любовь, морковь, капуста... возвышенные чувства и прочая дребедень. А мелкую с собой зачем брать? Свечку держать во время медового месяца?

Чушь какая-то!

— Сам не пойму, — развел руками рент Борг. — рента Лисси, а вы со мной не съездите к Эрмерихам? Посмотреть, что там и как? Может, вы чего поймете? Алина там в шоке, от Альдо толку мало, злится больше... а мало ли, что с девками? Вот не верю я в хорошие концы у таких... гхм! Сказок!

Элисон вздохнула.

Устала она, конечно, зверски.

Сначала они с Хьюго ездили по горам, снимали кристаллы, потом она считала с ребятами первичку, прикидывала уже вторичку, и вместе они приходили к одному и тому же выводу. Неприятному.

Надо было его еще потом проверять, но...

Если подтвердится, это готовая магистерская диссертация. И самое забавное, что пишут ее, считай, двое бывших магов, и одна... ладно! Она — отдельный вопрос. Но работу-то всю и правда провели мальчики, ее часть идей и обработка!

Потом встреча с котищем.

Вечер, темнеет, она доползает домой, и тут — такое...

— Рена Шафф, а вы мне сможете с собой хоть бутерброд какой сделать? Рент Борг, я в рамбиле тогда поем? Можно? А то голодная, как виверна!

У Робина она поела, но с того времени уж сколько прошло, ужинать-то она дома собиралась!

Рент Борг расплылся в улыбке.

— Рента Лисси, вы чудо!

— Сейчас бутерброд сделаю! И чайку с собой налью, попьешь в дороге, — кивнула рена Шафф. — Езжай, конечно, я вас дождусь.

И удрала на кухню.

— Чай она заваривать, конечно, не умеет. Но готовит просто восхитительно, — тихим шепотом сознался рент Борг.

Элисон улыбнулась.

— Это мне повезло.

И с этим тоже было сложно спорить.

* * *

Элисон дважды и трижды порадовалась, что поела в рамбиле. В доме Эрмерихов была такая атмосфера, что ей-ей, на голодный желудок ее выносить было нереально!

Алина рыдала.

Ее муж, Альдо Эрмерих, картинно страдал. Никак иначе Элисон этот процесс назвать не могла. Впрочем, и Альдо ей не понравился с первого взгляда.

Какой-то он...

Внешне — вполне благообразный, правда, в полтора раза мельче супруги, ниже ее на полголовы, такой, сухощавый. Лицо даже можно назвать симпатичным, внушающим доверие, но стоит ему открыть рот... как только его жена такое терпит? Такие высказывания?

О, за такое Элисон бы его сковородой навернула. Лично!

— Я! Я воспитывал дочек покорными и богобоязненными! И вдруг такое поведение! Они просто воткнули мне нож в спину! Презрели все мои внушения, не поняли, чем это грозит их бессмертным душам! Как они могли так со мной поступить?!

Элисон и рент Борг переглянулись.

— Алина где?

— Там, в спальне у девчонок! Это все ее влияние! Вот зачем им было по три платья? И двух хватило бы! И комнаты свои... это все ненужная роскошь! Я вот без всего этого в люди вышел!

Элисон прикусила язык. Больно.

Прямо так интересно стало — зачем Альдо платья нужны? Да еще три штуки?

Ладно, если она сейчас выскажется, то помочь точно не сможет. А она не к нему, она к Алине. И по просьбе хорошего знакомого. Не время читать нотации.

Хотя и читать их не хочется, а вот вломить как следует этому типу промеж рогов...

Интересно, Алина ему рогов не наставила? Если нет, то зря! Такие — заслуживают!

* * *

Алина обнаружилась в спальне дочери.

Сидела, смотрела в окно, и глаза у нее были красные. И тоскливые.

Борегар зашел внутрь, и она на него так посмотрела... Элисон как-то сразу и ясно стало, что тут все сложно. Когда обычная жизнь, когда люди собой владеют — это одно. А вот когда беда, тут чувства наружу и прорываются. И Борегару Вальдесу Алина очень нравится, а может, и больше.

И он ей...

Только вот честность ей мешает разобраться с мужем по-простому. А то, что рент Борг находится рядом, и ее поддерживает, и она всегда может рассчитывать на помощь... она все это знает. И вдвойне ей стыдно, что она ему не может отплатить взаимностью. Точнее, не так.

Может, она его и любит, уж чувства-то у нее точно есть. Но она слово мужу дала, и держать его будет, иначе сама себя еще вернее сожрет.