Феодалы столетней войны

В итоге — из залпа шестнадцати ракет, вылетевших с примитивных направляющих, по замку прилетело только одиннадцать. Которые там устроили очень неплохой переполох и грандиозный пожар. Ну, и убили более десятка человек. Среди которых по странному стечению обстоятельств оказались сам граф Поль де Комбур, его жена и малолетний сын. Из-за чего в замке просто не осталось никаких представителей рода графов де Комбур. А гарнизон замка сразу же после этого предпочел тихо сдаться. Воевать то им уже стало не за кого. Ведь эти вояки давали клятву служить графу де Комбуру и его наследникам. В принципе, логично. Средневековый менталитет, однако. В общем, даже никакого эпичного штурма не случилось. Чем были очень недовольны наши аристократические союзники. Они же здесь все помешанные на сражениях и подвигах. А мы их коварно лишили такого эпичного махача. Стрельнули один раз какой-то жуткой громыхающей штукой по замку. И все враги тут же сдались. Ну, неинтересно же!

Эпилог.

И вот после взятия замка Комбур прошел уже год. А в нашем графстве Фужер и вокруг него столько всего интересного произошло. С чего бы начать? Точно! У меня же сын родился. Это мы с Софи расстарались. К счастью, роды прошли довольно легко. Хотя я очень сильно переживал за свою молодую жену, боясь ее потерять. А то ведь уровень здешней медицины просто жуткий. И поэтому даже среди аристократов женщины при родах умирают очень часто. Но в этот раз пронесло. И моя супруга без всяких осложнений произвела на свет очаровательного и крепкого малыша, которого мы назвали Арманом в честь деда моей жены. В общем, я теперь счастливый отец. У меня есть наследник. А уж как был рад граф Бернар де Фужер. Он в своем внуке души не чает. Кстати, этот бравый старикан как-то передумал умирать. А раны графа хоть и благополучно зажили. И теперь его здоровью уже ничего не угрожало. Но вот только из-за повреждения позвоночника граф Бернар больше не может ходить и теперь передвигается только на инвалидной коляске, которую возит специальный слуга.

Кстати, насчет коляски — это была моя придумка. Здесь же пока до такого полезного девайса для транспортировки безногих инвалидов почему-то еще никто не додумался. Поэтому когда я увидел, как моего покалеченного тестя таскают слуги на каком-то подобии паланкина (эдакие носилки с креслом). То вспомнил про инвалидные коляски, которые я когда-то наблюдал в будущем. И по-быстрому такую же коляску изобрел для моего увечного родственника. Получилось вроде бы нормально. Эдакое деревянное кресло с мягкой сидушкой и спинкой. Только колеса были не резиновые, а деревянные и оббитые толстой кожей. Графу понравилось. Всяко лучше его паланкина вышло.

Еще мы тут с графом новый бизнес замутили по производству стекла. Я же вспомнил, чем прославился этот самый город Фужер. Стеклом. Ведь не зря же потом стеклянные бокалы начали фужерами называть. А все из-за того, что их здесь производили. Тьфу ты! Совсем запутался! Я хотел сказать что в той истории, которую я вспомнил, стекло в городе Фужере начнут производить примерно в шестнадцатом веке. Если я чего-то не перепутал. Но я решил так долго не ждать и замутить стекольную мануфактуру уже сейчас и здесь. Тем более, что рядом с графским замком уже существовал вполне приличный город под названием Фужер. Нет, конечно, все и сразу в этом деле не получилось. Сколько мы с Мишкой не морщили лбы, но так и не смогли вспомнить все ингредиенты рецепта стекла. Только и знали, что стекло варят из песка в специальных печах. Вот чего-чего, а белого кварцевого песка тут в нашем графстве хватает. Но вот с остальными ингредиентами вышел у нас затык. Ну, а что вы от нас ждали? Мы ведь с Гризли не какие-то там менеджеры или недоучившиеся студенты, которые все знают и, попав куда-нибудь, могут тебе все что угодно придумать и сотворить на коленке. Мы с ним были наемниками, а не химиками. И полную технологию изготовления стекла просто не знали. Поэтому пришлось к этому процессу подключать нашего штатного алхимика Ришара Фломбера и его учеников. Они же нам очень хорошо помогли когда-то развить в Витре производство бумаги и мыла. Вот и теперь я припряг их для решения проблемы со стекловарением. Методом проб и ошибок эти энтузиасты алхимической науки смогли выяснить, что наиболее чистое и пластичное стекло получается если смешивать расплавленный песок с содой и известью. Кстати, соду прямо здесь и добывали, пережигая папоротники которых в этих местах было навалом. А известь получали из известняка, которого также было довольно много на севере графства Фужер. И это был настоящий научный прорыв в отдельно взятом графстве. Технологию варки стекла мы отработали, а потом в Фужере заработала первая в Бретани стекольная мануфактура. И на ней изготовляли различные стеклянные сосуды, бутылки, фужеры и чаши. Про стеклянные украшения в виде ожерелий из бус тоже не забыли. А пару месяцев назад наконец-то освоили еще и изготовление листового стекла для окон. После этого купцы со всей Франции к нам повалили огромными толпами. Ведь в пятнадцатом веке здесь пока еще стекло является очень редким и дорогим товаром. Я впрочем вам уже об этом говорил. Его тут с юга привозят. Из Италии. И цены за итальянское стекло очень сильно кусаются. Ну, а мы в свою очередь так цены не ломили. И продавали свою продукцию не так чтобы дешево, но подешевле чем итальянцы. Нужно ли говорить, что сейчас графство Фужер и баронство Витре стали самыми богатыми промышленными центрами Бретани и Франции.

И еще на поприще новинок производства совершенно неожиданно отличился Гризли. Он же у нас сейчас является сеньором де Шатобуром. И на своих землях наладил производство виски и коньяка. Хотя нет! Нет здесь пока такого напитка как коньяк. Ведь он должен появиться лет через сто примерно во французской провинции Коньяк. Вот потом в ее честь французы и назовут свой крепкий напиток типа бренди, дистиллируемый из белого вина. Но сейчас то в пятнадцатом веке конька еще не изобрели. Хотя опять я не прав. В той же Фландрии например уже бренди гонят потихоньку. Но до Франции или Бретани оно еще не добралось пока. Здесь народ пил пока вино и пиво. Вот Гризли в один прекрасный момент и решил приобщить местных аборигенов к более крепким спиртным напиткам. И в этом начинании ему с энтузиазмом помогли наши шотландцы. Их за этот год на наши земли довольно много переселилось. Не зря выходит наши эмиссары в Шотландию мотались и агитировали тамошних горцев на переселение к нам.

Вот шотландцы Мишке и помогли наладить сначала перегонку виски, а потом и бренди. С технологией то они были хорошо знакомы. В Шотландии виски не гнал только ленивый. Любят горцы этот крепкий напиток. У них же там климат суровый. Слишком уж холодно. Там вином и пивом хрен ты согреешься. Вот и гонят эти брутальные потомки кельтов свое виски. Национальная традиция, понимаешь. В итоге, Мишка со своими шотландскими самогонщиками тоже начал получать солидную прибыль от продажи своей продукции. Прямо превратился в настоящего феодала. Вот такой у нас сеньор де Шатобур получился. Алкогольный барон, блин!

Кстати, его виски и бренди у местных аборигенов пользуется спросом. Эти крепкие напитки пришлись по душе как простолюдинам, так и аристократам. Все их начали употреблять с большим удовольствием. И даже священники нет-нет, а хлопнут под шумок рюмочку другую. Между прочим, самые элитные напитки мы начали даже продавать сейчас в стеклянных закрытых бутылках. А вот более бюджетные продаются в бочонках и запечатанных глиняных кувшинах. Это я Мишке такой маркетинговый ход подсказал.

Но большие деньги — приносят и большие проблемы. Завистников у нас с графом при этом появилось очень много. А значит, все наши богатства надо было хорошо охранять. Поэтому мне пришлось заняться нашей армией. Нет, моя то старая армия уже была довольно боеспособной. Но я посчитал, что если на нас вдруг захочет наехать какой-нибудь крупный феодал типа герцога или короля, то мои бойцы могут и не справиться. Слишком уж их мало для этого. Их просто телами завалят. Поэтому мы и начали расширять нашу армию. Теперь в ней было: тысяча лучников, три сотни всадников и восемь пушек.

Кстати, за счет приехавших к нам шотландцев я как-раз свою армию и расширял. Они у меня в кавалерии служат сейчас в моей черной гвардии. Да, и среди наших лучников шотландцев тоже хватает. Нет, в лучники я еще и всех желающих из местных тоже набирал. Кстати, сейчас большинство наших вассалов в графстве Фужер, баронстве Витре и сеньории Шатобур являются лицами шотландского происхождения. Да-да! Я так решил. Эти горцы уже не раз доказали мне свою преданность. Их хоть здесь во Франции и считают дикими варварами. Но у них тоже имеются свои понятия о чести и верности своему слову. И в отличие от бретонских и французских дворян шотландцы своим клятвам верности останутся верны до самого конца. И вероятность предательства с их стороны минимальна.

Чего нельзя сказать про всех этих напыщенных местных дворян. Я тут уже успел насмотреться, как они наперегонки предают и поднимают мятежи против своих сюзеренов. Нет у меня веры к бретонским и французским аристократам. Хреновые из них вассалы получаются. Слишком уж ненадежные и своевольные. Мои шотландцы более верными и послушными будут. Пока у меня к ним нареканий не имеется. Эти точно меня не предадут, в спину не ударят и без колебаний убьют любого, на кого я укажу. И еще они же здесь являются чужаками. Поэтому с местными феодалами сговориться не смогут. Те их просто не примут в свой аристократический круг. А значит, шотландцы вынуждены будут держаться за меня и поддерживать во всем. Ведь только от меня здесь в Бретани зависит их будущее. И горцы это прекрасно понимают.

Так, что еще? Ах, да! Совсем забыл рассказать о том, что в этот год творилось за границами наших земель. Сначала о наших врагах. Род графов де Комбур благополучно пресекся не без нашей помощи. У покойного графа Поля де Комбура просто не осталось прямых живых наследников его рода. Поэтому его титул и земли после недолгой борьбы смог унаследовать его дальний родственник Гастон д'Маршель, который и стал следующим графом де Комбур. И практически сразу же после этого он приехал в Фужер мириться с графом Бернаром. Чтобы значит заключить мир между нашими родами и закончить эту глупую вражду, которую начал еще покойный Леон де Комбур. Кстати, открою вам маленький такой секрет. Мы тут немного помогли этому самому господину Гастону д'Маршелю победить в борьбе за графскую корону. Просто дали ему денег в долг. Которых ему хватило, чтобы нанять наемников и перебить своих конкурентов на пути к титулу графа де Комбура. Поэтому граф Гастон был нам очень сильно благодарен. Ведь без наших денег ему в этой борьбе мало что светило. Вот таким образом мы и получили довольно лояльного к нам соседа, который нам еще и денег должен. Но расслабляться все равно нельзя.

А еще недавно закончилась та самая гражданская война, что уже больше года полыхала в герцогстве Бретань. И в ней наконец-то верх одержал герцог Жан Шестой. Он все же смог окончательно разбить армию графа Оливье де Пентьевра и захватить все замки мятежников. В результате чего граф Пентьевр, возглавлявший мятежников, вынужден был бежать из Бретани на юг Франции. Где потом и жил как изгнанник. Кстати, герцог Бретонский после этого казнил большую часть мятежников, попавших к нему в плен. Даже мать графа Оливье де Пентьевра Маргариту де Клиссон и его брата Жана де Пентьевра не пожалел. Впрочем, по слухам именно графиня Маргарита была главной вдохновительницей этого мятежа. И это она и подговорила своего сына Оливье де Пентьевра восстать против своего сюзерена герцога Жана Шестого. Поэтому свою смерть она заслужила, утащив с собой в могилу еще и кучу других людей. Вот так из-за глупых амбиций одной склочной и завистливой бабы погибло так много народу. Все зло от женщин!

Подведя этот итог, я со звоном чокнулся с Мишкой и отхлебнул из стеклянного стакана самый дорогой виски со льдом из коллекции сеньора де Шатобура. Эх, хорошо пошла! Пока мне моя новая жизнь нравится. Быть феодалом круто и безбашенно. А по другому я и не хочу. Мне по душе жить вот так в своем замке в окружении верных соратников. И за все это я заплатил настоящую железную цену!

10.2025 г.