Гарри Поттер и Кольцо Согласия - 2

— Ничего страшного, дорогая, — сказал он вставая, одной рукой стряхивая воду со своей одежды, а другой помахивая книгой.

— Рон! — страшным голосом закричала Гермиона.

Неизвестно, чем бы могло кончиться дело, но в этот момент Гарри не выдержал и расхохотался.

Разъяренная девушка повернулась к нему, а Рон с вежливым вниманием слегка склонил голову, глядя на захлебывающегося смехом друга.

— Это ты! — Гермиона ткнула пальцем в сторону Гарри. — Что ты сделал с Роном?

Продолжая улыбаться, Гарри объяснил, что наслал на друга чары спокойствия. Гермиона вырвала у него из рук книгу и уставилась в текст. Потом подняла глаза:

— Это не спокойствие! Это флегматичность! Как ты мог?

— Я надеюсь, это не что-то заразное, — с иронией ответил Гарри.

— А в чем, собственно, дело? — поинтересовался, наконец, Рон.

— Этот идиот наслал на тебя чары флегматичности! — чуть не плача выкрикнула Гермиона.

— В самом деле? Любопытно... Но почему тебя это так испугало? Разве со мной что-то не так?

Гермиона размахнулась и с силой хлопнула Рона по животу толстой книгой. Удержать ее в руках она не смогла и книга, закрывшись, шмякнулась на пол.

— Ой, что же делать? Гарри, ты не запомнил номер страницы? Нам же срочно нужно найти противочары!

Упав на колени перед книгой, девушка начала судорожно перелистывать страницы. Рон с Гарри обменялись ироническими взглядами.

— А чем, собственно, тебя не устраивает спокойный Рон? — спросил Гарри.

— Чем? Да это же не Рон! 'Конечно, дорогая', 'ничего, дорогая', — передразнила она друга, который уже уселся в кресло и спокойно наблюдал за ее судорожными движениями. — Ага, вот она... О, Мерлин! Здесь нет противочар!

Зажав пальцем страницу с заклинанием, девушка начала листать книгу. Но нужного заклинания не находила.

— Фините Инкантантум, — едва слышно пробормотал Гарри, направив палочку на Рона.

— Слушай, чего ты на полу расселась! Что, не чувствуешь, какие тут сквозняки? Нам не хватает только, чтобы ты заболела! — Рон вскочил с кресла и помог девушке подняться.

Гермиона недоверчиво смотрела на него.

— Ну, что еще?

— Да ничего, ничего, Рон, все в порядке... — она неуверенно посмотрела на Гарри.

— Да не волнуйся ты так, снял я эти флегматичные чары с него, — ответил он.

— А как же заклинание? Его же нет там...

— Гермиона, ты меня поражаешь! А Фините Инкантантум нам на что?

Девушка растерянно заморгала. Как же она сама-то не догадалась? Не найдя, что ответить, она переменила тему:

— Рон, ты говорил что-то про сквозняки? Если они есть, значит, откуда-то ветер все же поступает?

И они принялись обыскивать гостиную, пытаясь определить, откуда же может задувать в комнату свежий воздух? Несмотря на использование самых разнообразных способов и подручных средств (лизнуть палец и понять, откуда дует; найти пылинку и посмотреть, куда она полетит и т.д.), обнаружить источник сквозняка им не удалось.

Гарри взглянул на часы. Третий час утра! Что же произошло с МакГонагалл? Ну не могла же она просто взять и забыть о них!

— Интересно, а кроме нее кто-нибудь знает, что мы тут?

— Вряд ли. Я же поймала ее ночью, а уже через пару часов мы отправились сюда. Кого она среди ночи могла предупредить?

— Постой, она же ушла вечером? Где ты ее ночью-то нашла?

— Она вернулась. У них там целое совещание было. Я его подслушала с помощью Удлинителей Ушей, — Гермиона махнула рукой в сторону Рона. — А потом они начали расходиться. Я увидела, как МакГонагалл идет по холлу, выскочила из комнаты, ну, вроде, встала воды попить, ну и поговорила с ней...

— Ерунда, — вмешался Рон. — При чем тут ночь? У нее целый день был! Она за это время могла весь Лондон об этом известить...

Гарри с Гермионой уставились на него. В самом деле, она должна была сказать, куда отправились ее ученики, иначе бы их уже давно хватились.

— Может быть послать Патронуса? Надеюсь, он-то сможет через все эти препятствия пролететь? — снова поинтересовался Рон.

— Патронус! Ну конечно! Как же мы раньше-то не догадались! — воскликнула Гермиона. Затем подозрительно покосилась на Рона. — Слушай, ты что-то очень сообразительным стал после того, как Гарри тебя заколдовал...

— Да нет, не сообразительный, просто было время подумать... Хорошие чары, мне понравились...

— Среди ночи посылать сообщение глупо, все спят, — сказал Гарри. — Поэтому лучше нам тоже поспать, а утром сможем попробовать, все-таки больше шансов, что получат...

Так и решили. Только на этот раз сдвинули кресла, в которые улеглись Рон и Гарри, а Гермионе предоставили диван — когда она спала в кресле вечером, у нее затекла шея и она битый час после этого массировала ее. Поэтому будет лучше, если теперь она сможет устроиться более комфортно. За неимением одеял, воспользовались шторами, которые поснимали со всех окон и старательно почистили. Лето-не лето, но в пустом, заброшенном замке было довольно прохладно...

Гарри забрался в свою норку из двух кресел. Было тесно, лежать можно было только подогнув колени, зато под шторой сразу стало теплее. Рон возился у камина — пытался наложить Безвоздушные чары на единственное оставшееся у них полено (Гарри сказал, что огонь потухнет, если к нему не будет доступа воздуха). Неизвестно же, сколько они тут проторчат, может быть им еще потребуется обогреться...

Усилиями Рона огонь потихоньку затухал, в комнате становилось все темнее, лишь случайные всполохи создавали фантастические картинки на потолке. Гарри поежился (эти тени завораживали, но и пугали одновременно), снял очки и закрыл глаза.

В это время Гермиона, наконец, решилась снять с себя мантию — она уже стучала зубами от холода и голода, поэтому раздеваться было некомфортно. Но, подумав, что спать в мантии будет еще неудобнее, она все же быстро скинула ее и набросила на стоящий рядом стул. Раздался стук — что-то выпало у нее из кармана. Девушка наклонилась и подняла диадему, о которой она совершенно забыла.

— Ты все же утащила эту штуку, — прокомментировал Рон.

Гарри поднял голову, но ничего не увидел. Пришлось снова надевать очки. Гермиона стояла перед диваном и, прищурившись, разглядывала диадему.

— У тебя, как у Волдеморта, страсть к антиквариату, — недовольно пробормотал он, снова снимая очки.

— Да, только я не пытаюсь сделать из них хоркруксы, — обиделась девушка.

Положив диадему на сиденье стула, она забралась под сложенную в несколько раз штору. Несмотря на то, что они тщательно 'пропылесосили' ее своими волшебными палочками, штора пахла пылью.

Рон, решив, что огонь, наконец, потух, отошел от камина и забрался в свое 'ложе', ворча, что нужно было отломать ручки и составить четыре кресла, тогда бы хоть вытянуться было можно...

Но огонь, как выяснилось очень скоро, не погас, а лишь затаился где-то в глубинах полена. Набравшись сил, он вдруг выбросил длинный язык, осветивший на мгновенье всю гостиную. Гермиона вскрикнула. Рон заворчал: он был идиотом, когда поверил Гарри, что огонь можно потушить таким дурацким способом.

— Она... она светится, — пробормотала испуганно Гермиона. Но ребята не обратили на ее слова никакого внимания. — Рон, Гарри, она светится! — повторила она громче.

Рон завозился, устраиваясь поудобнее и пытаясь прикрыть шторой спину. Гарри уже задремал и не стал реагировать на возню друзей.

— Гарри! Ты что, спишь? Рон, ты что, оглох? Я ее боюсь! — взвизгнула Гермиона.

— Так выкинь ее куда-нибудь, — пробормотал Гарри сквозь сон.

Гермиона поднялась с дивана, кутаясь в штору. Протянула руку и взяла диадему. Ничего особенного, вещица, как вещица... Подошла поближе к камину и начала разглядывать ее более внимательно. Потерла выступающий камушек краем шторы...

-А-а! — Гарри подпрыгнул в своих креслах и схватился за лоб. Шрам полыхал огнем. Он неловко дернулся и кресла разъехались. Все еще державшийся за голову мальчик рухнул на пол, с двух сторон от него упали кресла.

— Вы спать сегодня собираетесь? — взревел Рон. — Все, хватит, ложитесь и прекратите шарахаться!

— Гарри, ты в порядке? Что случилось? — Гермиона подбежала к барахтающемуся на полу парню и помогла ему подняться.

Гарри потер лоб. Боль прошла. Он прислушался к себе. Нет, никаких мыслей и эмоций от Волдеморта он, вроде, не получил. Что же это было? Неужели грозный волшебник где-то рядом?

— Да нет, ничего, — пробормотал он, еще раз прикоснувшись ко лбу. — Шрам дернуло...

Испуганные вопросы Гермионы попытался прервать Рон, но девушка вдруг повысила голос и почти закричала:

— Я боюсь тут оставаться! Нужно что-то делать! Немедленно! Давайте как-нибудь отсюда выбираться!

— Наложил бы ты на нее свое флегминское заклятие, — пробормотал Рон, выбираясь из кресел.

— Чары флегматичности, — поправил его Гарри.

— Не смей! — взвизгнула девушка.

Гарри вздохнул, поставил валявшееся рядом кресло на ножки и уселся в него. Поспать сегодня, видимо, так и не удастся...

============ Глава 59. Кричер-разрушитель ============

Они так и не легли снова. Запахнув поплотнее мантии и закутавшись в шторы, друзья сидели у камина и с ужасом думали, о том, что будет, когда полено догорит. Ждать, судя по состоянию их последнего источника тепла и света, оставалось недолго...

— Скоро рассвет, а там и Патронуса можно будет послать, — сказала Гермиона, оглядываясь на темное окно. — Ой! Смотрите!

Рон и Гарри повернулись к окну. За ним взлетала и опускалась, двигалась влево и вправо, в общем, металась белоснежная сова.

— Хедвиг! — вскочил Гарри и кинулся к окну, роняя по пути штору.

Сова отлетела назад и снова ринулась к окну. Тщетно! Невидимая преграда не пускала ее приблизиться к стеклу.

— Гермиона, сделай что-нибудь! Распечатай окно, скорее! — закричал Гарри и, не дожидаясь ответа, сам принялся снимать чары.

Рон и Гермиона пришли к нему на помощь. Еще, еще! Хедвиг парила перед окном, то приближаясь, то удаляясь. Она уже поняла, что ее заметили. Гарри протянул руку — ура! Он сумел дотянуться до рамы! У них получилось! Вцепился в ручку и отчаянно потянул. Через секунду рама отлетела в сторону. Окно было открыто!

— Хедвиг, давай сюда! — крикнул он.

Сова сделала круг и устремилась к отрытому окну.

Бац!

Она снова налетела на невидимую преграду!

Гарри вытянул руку за окно и понял, что снаружи на замок наложено еще одно заклинание. Друзья снова стали пытаться снять его, но тщетно! Видимо там были использованы другие чары!

— Смотрите, уже рассвет! — указала Гермиона.

Небо на самом горизонте действительно начало светлеть. Отчаявшись, Гарри помахал Хедвиг рукой — лети, лети обратно! Сам же отошел от окна и без сил рухнул в кресло. Полено догорело. В камине теперь оставались лишь едва тлеющие угли.

Проводив Хедвиг взглядом, к камину вернулись Рон и Гермиона.

— Кто бы мог подумать, что заклинания отнимают столько сил, — пробормотал Рон. — Я устал, как домовой эльф!

Ему никто не ответил, все были измотаны до крайности.

— Эльф? Ты сказал эльф? — вдруг встрепенулась Гермиона. — Здесь же должны оставаться эльфы! Может быть они нам помогут?

— Да! Пусть нас накормят! — обрадовался Рон.

Гарри изумленно посмотрел на друзей. Как же он раньше не сообразил!

— Добби! — громко крикнул он, обернувшись к двери.

Хлоп!

Посреди мокрого ковра, еще не просохшего от первой попытки Гарри напиться, стоял заспанный эльф. На нем была надета длинная, достающая ему до пят, мятая детская футболка, видимо, он в ней спал. Протирая глаза, он стал приближаться к камину, отмечая негромкими стонами каждое попадание ног в очередную лужу.

— Великий Гарри Поттер позвал меня! Сам! Добби сразу же явился! Потому что он не может не придти на зов самого великого и самого благородного волшебника на свете!.. А также его лучших и добрейших друзей!

— Ну ладно, хватит, Добби, — прервал его смущенный Гарри. — Спасибо, что сумел так быстро появиться. Вы проводите здесь все лето?

— О, да, Гарри Поттер, здесь очень много работы летом!

— Значит, вы в курсе того, что здесь происходит?

— О, да, конечно, Гарри Поттер!

— И знали, что мы тут застряли?

— Застряли? Этого не может быть! Великий Гарри Поттер не мог застрять в гриффиндорской гостиной!

— Но это именно так, Добби, — грустно сказал Гарри. — Нас впустила сюда МакГонагалл, но почему-то не пришла за нами...

— Добби, ты бы не мог раздобыть нам немного еды... Или много... А то мы умираем от голода! — вмешался в их беседу Рон.

— С голоду? С ГОЛОДУ? — изумлению эльфа не было предела. — Великий Гарри Поттер и его лучшие друзья умирают с голоду в собственной гостиной? О! Позор, позор на наши эльфьи головы!

Добби подпрыгнул и врезался головой в кресло Рона.

— Добби, прекрати немедленно! Не смей наказывать себя!

Домовой эльф, потирая макушку, не защищенную на этот раз множеством таких полезных при ударах шапок, потупился и виновато задергал ногой.

— Добби, ты знаешь, как можно отсюда выбраться? — спросила Гермиона.

— Добби знает, Добби знает, — радостно закивал домовик в ответ. — Никак нельзя! Замок запечатан! И никто, никто кроме директора, не может его распечатать!

— А как же ты перемещаешься тут? — удивился Гарри.

— О, великий Гарри Поттер, у нас, эльфов, есть собственная магия! — гордо поведал Добби. — К тому же везде есть проходы для таких маленьких существ как мы! Ни один человек не сможет воспользоваться ими!

Гарри почесал в затылке. Что же еще спросить?

— А выбраться из замка и передать сообщение ты бы смог?

— О, нет, Гарри Поттер, не смог бы...

— Вы не можете покинуть Хогвартс?

— Да, не можем, Гермиона Грейнджер, — понурился Добби.

— Жаль... А как же твои выходные? Ты же можешь покинуть замок в свой выходной?

— Да, Гермиона Грейнджер, могу. Я всегда могу покинуть замок.

— Добби, ты бы не смог покинуть его сейчас и передать письмо о том, где мы находимся... родителям Рона?

— Нет, не могу, извини, Гарри Поттер! Я могу покинуть замок только по приказу моего хозяина, директора Хогвартса.

— А если передать письмо директору? Если мы напишем записку МакГонагалл, ты сможешь отнести? — придумала выход Гермиона.

— Нет, к сожалению, не могу... Потому что это будет письмо ей, а не от нее...

Расстроенный, что не может помочь ребятам, Добби прицелился опять прыгнуть головой в кресло, но Рон схватил его за край майки и удержал от броска.

— ...Но ты можешь... Ты можешь попросить своего эльфа, Гарри Поттер, он не подчиняется директору Хогвартса, поэтому он так ужасно себя ведет, плохо работает и ссорится с другими эльфами, — забубнил Добби.

— Кричер? — скривился Гарри. У него не было никакого желания общаться со злобным домовиком, оставшемся ему в наследство от Сириуса.

— Гарри, правда, как же мы раньше не догадались? — воскликнула Гермиона, умоляющее глядя на Гарри.

— Ну ладно, — пробормотал недовольный Гарри. — Кричер!