Равиен. Дорога обратно

В себя пришел в большой комнате. Большой и светлой. Значит сейчас даже не утро — день. Следующий день. Неплохо я выспался... А, главное, как меня угораздило уснуть человеком?! И ведь обратно не обратится — проклятая сетка мешает! Р-р-р-р!

— Развлечемся, малыш?

Блондин наклонился, касаясь своими волосами моей кожи. Голой кожи!

Пока я спал, меня раздели? А тубус?! А кольцо?!

— Это ищешь? — маг раскачивал тубус прямо перед моим лицом.

Кажется я понял, что значит слово "ненависть". До этого я не знал.

— Я позволил себе полюбопытствовать, — ухмылка гада стала откровенно издевательской. — У тебя есть кусок, которого нет у меня... Зато у меня... — светлые лохмы снова коснулись моей кожи. Не-на-ви-жу! — У меня есть то, чего нет у тебя! — и перед моим носом появилась бумага... старая...

— Будешь хорошим мальчиком, дам потом почитать, — усмехнулась магическая сволочь. — Раз ты так древней историей интересуешься.

Мысленно я выдал длинную речь — даже сам удивился. А вот вслух только зарычал сквозь зубы.

— Тише, песик! Я знаю, что ты еще недостаточно сильно меня ненавидешь... Но не могу удержаться. Так что я тебя сейчас трахну, а потом мы снова поиграем с палочкой и ленточкой. Могу даже бантик привязать, если попросишь.

На х... себе бантик привяжи, р-р-р-р!

Ромэй:

Таня рванула вверх первой, я полез следом. Мир подо мной подло качался. Я старался не смотреть вниз, но это было практически невозможно, матервестер! Там был специальный магнит для взгляда...

Таня вылезла, ловко, как кошка, я выпал следом и зажмурился. Яркое солнце светило в глаза, ослепляя.

— Жаль, старый Эбрагем забыл еды принести, — вздохнул я, прислушиваясь к урчанию у меня в животе.

— Потерпи, поймаю тебе кого-нибудь...— Таня активно вертелась на месте и принюхивалась. Потом вдруг замерла, встряхнулась всем телом, сверкнула на меня ликующими глазищами и в следующую секунду в траве у люка выгибала спину черная кошка. Она радостно замурлыкала и принялась тереться об мои ноги.

Я поднял ее на руки и закрутился, радуясь вместе с ней. Количество магии во мне росло, но не так быстро, как мне хотелось. А Таня уже смогла... уже обратилась. Судя по расположению Солнца, мы провалялись в пещере всего полдня, а было чувство, что целую вечность. И на целую вечность потерять контакт со своим зверем, это ужасно!

— Только не конкау! — шутливо-испуганно замахал я руками. — И давай поторопимся, а то я не очень понял про греховодника и лонгвеста.

— Зато я поняла, — кошка перестала мурлыкать и спрыгнула с рук. — Вот сволочь! Лис потом себе вены перегрызет, если мы не успеем, правда после того, как магом пообедает. Побежали? Это туда, — она выразительно повела носом в направлении густого кустарника.

Тай:

Не люблю когда меня лапают, когда я не хочу! Противно! Кинулся бы и загрыз. Но в сетке даже глаза не закрыть. Лежу и смотрю. А смертник — гладит, облизывается, лезет куда не надо. Руки сухие, горячие. Тело отзывается. В голове бедлам. Не-на-ви-жу!

Тубус он снял. А кольцо? Снял или нет? Не посмотреть.

— Не нервничай, малыш, твой хозяин тоже у меня. И его магические силы на исходе. Странно, что ты все еще привязанный, — блондин даже наглаживать меня перестал, задумавшись. — Ну ничего, к вечеру привязка исчезнет. А пока мы просто развлечемся...

И он стал переворачивать меня лицом в пол. Р-р-р-р!

Татьяна:

Вход в пещеру был буквально в двух шагах от той дыры, из которой мы вылезли. Но если не знать — не заметишь. Нашу тюрьму тоже — деревянный снизу люк сверху был устроен, как невысокий ящик с землей, в котором вполне успешно росла травка, такая же, как и вокруг. Поставь ящик на место — и черта лысого найдешь эту "сокровищницу".

Вход в пещеру был замаскирован не хуже, но, на наше счастье (а случайно ли? Ну, олень!) приоткрыт. Выложенная камнями, покрытая мхом дверь буквально на сантиметр отошла от импровизированного косяка, но этого хватило, чтобы кошачий нос (мой носик, мой любимый кошачий носик, мама-кошка, какое блаженство! ...словно у меня не лапки и хвост, а настоящие крылья выросли!) учуял запахи множества оборотней и жилья.

Я бежала по каменным низким коридорам внутри горы метров на десять впереди Ромки, и чутко прислушивалась. Один раз быстро метнулась ему под ноги, и мы замерли за каким-то выступом, пережидая, пока по коридору, в который вливался наш отнорок, прошествует троица незнакомых оборотней. Хорошо, что они спешили и не стали принюхиваться.

Потом спокойно миновали еще несколько поворотов. Я для себя отметила, что один раз налево ушел коридор, из которого сильно пахло едой, из-за другого поворота слышался шум множества голосов, смех и бряканье какое-то... остальные левые отнорки были нежилыми и вели в тупики, судя по запаху.

Но вот пол стал ровнее, стены обтесаны с некоей претензией на декор, и все ближе запах чужой магии. Мы прошли еще несколько шагов и уткнулись в закрытую дверь, за которой пахло... лисом! Там пахло нашей дурной лисятиной и он ужасно злился!

Открывать дверь мы не рискнули, потому что лис за дверью был не один. Но чуть в стороне от основного коридора был еще один проход, и в него выходило почти самое настоящее окно. Должно быть, изнутри покои мага устроены так, чтобы было похоже на настоящий дом.

Мы подкрались и заглянули.

Ромэй:

За дверью был маг, сильный маг и еще там был лонгвест. Молчащий лонгвест. Не понимаю, что можно было сделать с Тайем, чтобы он даже не рычал. Спит он там, что ли? Вырубленное в стене окно светилось с помощью магии, светилось во внутрь, поэтому разглядеть нас было сложно, а вот нам легко удалось рассмотреть что делается в комнате-пещере. На полу задом кверху лежал совершенно неподвижный голый Тай в человеческом облике, а над ним склонился маг. Взрослый, не уверен, что сильнее меня, но опытнее — точно.

— Не думаю, что я с ним справлюсь, — шепнул я Тане. — Не восстановился полностью. Да и в магических боях многое решает опыт.

— Все равно надо попробовать! — Таня лихорадочно била хвостом по бокам и дергала ушами. — Ром! Он же прямо сейчас лиса поимеет!!!

Go home

Равиен — 19

Татьяна:

У меня мурашки по всей шерсти побежали, так, что она дыбом встала. Я такого еще не видела... то есть, картинки в интернете — это одно, а свой, почти родной лис в такой позе, и его глухое, сдавленное рычание, в котором уже отчаянные нотки — я-то слышу кошачьими ушками — это совсем, совсем другое!

И, главное, что делать-то? Маг, гад такой, не дурак, лиса распластал по полу не просто так, а прижал тускло светящейся сеткой. И штаны уже с себя спустил, сволочь! Тай-то под ним совсем голый...

Я торопливо отвела глаза от напрягшегося под магом Тайя, и жалобно мяукнула. Тихо так, но Ромка услышал и сочувствующе посмотрел на меня.

— Ро-ом! Ну... не знаю, ну сделай что-нибудь! Пошуми... в коридоре! Пусть он выйдет, а мы его... а мы его камнем по башке, из-за угла! — сама знаю, что это только на словах просто, но что-то надо делать? Еще чуть-чуть и я просто брошусь через это окно магу на спину пантерой, и будь что будет!

— Шуметь нельзя, — буркнул Ромка. — И камня у нас нет... — оглядевшись вокруг, мой магенок издал свое непонятное: — Матервестер! Пещера, а камня завалящегося не найти! Выковыривать придется... И, кстати, на нем там сетка, я ее снять не могу, попробовал уже.

— Гор-р-рло перегрызть, и любая сетка пропадет! — мою кровожадность было легко объяснить тихим, на грани слышимости, стоном лиса. Но, увы, конструктивности в кровожадности было маловато. — Ром... а что можешь? — ну он же маг, с моей силой, мы должны что-то придумать!!!

— Давай я сейчас камень отковыряю, потом ты мага выманишь, я по нему камнем, ты грызи горло... — Ромка уже возбужденно рыскал взглядом в поисках подходящего камушка. — А сетку я только или ослабить, или перекинуть могу, вот, — грустно закончил он.

-На кого перекинуть? — я лихорадочно думала, как мне выманить мага из комнаты. Ничего умнее зарычать лонгвестом у него под дверью мне в голову не пришло. Почему лонгвестом? Не знаю... в тот момент мне показалось это хорошей мыслью, раз он так на Тая запал, значит, лисов у него нет, и он, наверное, выманится... а дальше Ромка, с булыжником. Побольше!

— Стой и жди, пока я камень найду, — выпалил магёнок, когда у него пропало легкое офигение из взгляда. Точно, он же еще ни разу не видел меня лисой.

Ромэй:

Увидев как Таня обратилась в лонгвеста я на несколько секунд выпал из реальности, но потом кинул взгляд в сторону окна и быстро побежал на развилку, там много камней было в стенах, которые просто ждали, пока я их магически подковырну, совсем чуть-чуть.

Я торопился и нервничал, поэтому первый камень оказался слишком мелким, второй треснул пополам от приложенного усилия, третий... Тут я уловил магический пинок, как будто кот на ощупь шарит лапой в темноте и пытается поймать постоянно ускользающую, забившуюся глубоко в нору мышь. И мышь — это я! Матервестер! Похоже "кот" почуял всплески магии и насторожился.

Схватив обе части треснувшего от моего усердия камушка я быстро перебежал обратно, к окну, и правильно сделал. Маг выскочил из своей комнаты, на ходу подтягивая штаны и ринулся туда, где я только что выбирал оружие для прочистки мозга. Таня тут же прошмыгнула в приоткрывшуюся дверь, я замер, поджидая пока маг вернется... Тут я с ужасом представил, что он кинется созывать своих, узнает что мы сбежали... И я спровоцировал его вернуться, дернув магическую сетку на Тайе. У меня получилось ослабить ее совсем немного. Но для привлечения внимания этого хватило — маг почуял и с ноги влетел обратно в комнату. Я вбежал следом...

Татьяна:

В комнату я просквозила, как намыленная, в узкую щелочку приоткрытой двери, и со всех лап кинулась к лонгвесту на полу, поскуливая от переизбытка чувств. Лизнула в ухо, подергала зубами за волосы, но двинуться он все равно не мог, пока вдруг сетка на нем не задергалась, словно сама по себе, и не провисла, а до этого была натянута. Я тявкнула от неожиданности, и зубами попыталась поймать сетку, чтобы оттянуть. Тай, медленно, как в плохом кино, повернул голову, и вдруг захлебнулся дыханием, перевернулся на бок, свиваясь клубком...

— Оборачивайся! — успела крикнуть я, уже слыша шаги бегущего обратно мага. И даже лапами толкнула стремительно обросшее шерстью тело под кровать, а сама кинулась к двери и затаилась в углу, так, чтобы когда дверь распахнется, в первый момент меня не было видно.

Ромэй:

— Куда ты пополз от меня, гаденыш?! — успел произнести маг, затягивая сетку на Тайе, прежде чем на него из-за двери накинулась Таня, рыча от переизбытка чувств, не иначе.

Я почувствовал, как к отпрыгнувшему в сторону бандиту потянулась магическая сила, и с перепугу за свою кошку проделал первое, что пришло в голову — перекинул сеть с Тайя на мага. Да, собственную сетку порвать — полсекунды, но нам этого хватило!

Я ударил его камнем по голове и, почти одновременно, Таня схватила его за горло... И тут с рыком: "Он мой!" взвился Тай, разрывая еще по моему живому магу грудную клетку.

Зрелище не для слабых... Ну я себя к сильным никогда не относил, так что меня сначала замутило, потом я зачем-то еще раз оглядел всю картинку целиком.

Два лонгвеста, испачканных в чужой крови и тело, валяющееся на полу с двумя кровавыми пятнами на черепе, перегрызенным горлом и... так, дальше вообще лучше не смотреть... Но мне хватает запаха... Матервестер! Как всем повезло, что я уже очень давно ничего не ел...

А еще я идиот, потому что совсем забыл про кинжал... Ну не привык я еще к нему, не привык! И, потом, камнем оно как-то... проще... чем ножом в живого человека. Права Таня, вояка из меня никудышный...

Тай:

Оттолкнулся от пола я злобой и ненавистью. Отомстить, р-р-р-р! Если бы мне сейчас не дали... Если бы я не почувствовал запах и вкус крови этой сволочи... Впервые убивал, чтобы убить. Не дрался за свою жизнь, а убивал. Моя жизнь сейчас зависела от чужой смерти. Я хотел рвать зубами и когтями пока от тела не остались бы ошметки. Но сил не было. Ненависти хватило на один бросок. Теперь не было сил даже встать.

Так, ша! Ромка и самка лонгвеста... Он прав, я тупой. Не важно... Не сейчас... Потом. Как Таня это проделывает — потом спрошу.

Моя стая пришла и спасла меня. Спят они вместе или нет — они моя стая. Они меня спасли. Мне нельзя их подводить.

Сделав несколько оборотов, я заставил себя подняться. Одежда... Мне нужна одежда. Вот, большой ящик, как у Ромки в комнате. Точно.

Главное не шататься слишком заметно. Если лбом упереться об стенку ящика, стоять легче.

Перерыв все, нашел штаны и рубашку. Надо еще куртку...

Как хочется лечь и уснуть... Ша! Взял себя в лапы...

Вот и куртка! Нашел.

Сапоги стянул с тела, сев рядом с ним на пол. Чуть велики, но сойдет. Заставить себя снова встать было очень сложно.

Так, теперь тубус и листок с пророчеством.

Прочел последнее восьмистишье. Хмыкнул и перевернул бумагу.

Уставился на странную карту.

Татьяна:

Он даже на вкус был мерзкий, этот маг-извращенец. Тьфу, с удовольствием бы прополоскала рот после его горла. И Ромку бедного вывернуло наизнанку тем, что в нем с голодухи осталось... а упрямый лис, пошатываясь, бродил по комнате, иногда дико на меня поглядывая, и собирал вещи. Я вернула себе человеческий облик почти сразу, в нем было удобнее заниматься магенышем, которому откровенно поплохело.

Лис все так же молча шатался по комнате, нашел и натянул штаны, рубашку просто вытащил из шкафа, но не надел, отвлекся на куртку, а потом на ту штуку, которую все время носил на груди. Он ее нашел на столе, а вместе с ней цапнул еще какой-то старый огрызок пергамента. Разглядел, по-моему, не совсем понимая, что видит, и стал натягивать рубашку прямо на измазанное в чужой крови тело.

Я оставила Ромку, которого уже немного отпоила найденной в кувшине водой, быстро намочила первую попавшуюся тряпку, и, осторожно забрав у Тая рубашку, стала обтирать его грудь и плечи мокрой тканью. Молча.

А что говорить? Ругаться и предъявлять претензии? Ну не настолько же я дура и стерва.

Тай сначала напрягся, потом криво улыбнулся, взгляд у него был даже не усталый, а какой-то... потерянный, пустой.

Так что я быстро вытерла его сухим концом импровизированного полотенца и вернула рубашку. И по ходу дела так же осторожно забрала у него из рук трубочку на шнурке, которую повесила ему на шею. И второй огрызок. Хм... еще какая-то карта.

— Тут конец пророчества, — едва слышно произнес лис, отводя взгляд в сторону.

Не знаю, чем меня стукнуло или за что дернуло, только я быстро сунула огрызок пергамента уже оклемавшемуся Ромке, а сама обняла лиса поперек туловища, обхватила его руками, прижалась щекой к груди.

— Тай... мы за тебя так испугались... не уходи больше один. Ты нам нужен.

— Я заметил, — произнес он совершенно серьезно. — Спасибо, — а потом наклонился и прошептал почти в ухо: — Извини. Я тогда не успел извиниться, вы заняты очень были, — он как-то горько усмехнулся, прямо мне в волосы. — Так что сейчас извини за все сразу. И... Давайте сваливать отсюда быстро.

Ромэй: