Zirex- 3

От моей радости не осталось и следа. Но у меня уже был ответ.

— Я сделаю это, моя госпожа, — сказала я, опустившись на одно колено и не обращая внимания на слезы, текущие по моим щекам.

Она улыбнулась, глядя на меня.

— Отлично, Риа. Я знала, что не ошибусь в тебе. И, кстати, зови меня просто Аида.

5

Освобождение от зависимости — это просто потрясающе, если при этом одна зависимость просто не заменяется другой. Как человек, бросающий курить, переключается на еду, чтобы заменить одну привычку другой...Как кто-то хватается за новое дело, пытаясь забыть о былой неудаче.

Не знаю как, но Аиде удалось разорвать мою цепь подчинения. И уровень моего патриотизма заметно снизился.

Я старалась избегать Дрейка, не зная, как вести себя с ним. И, о чем бы я ни думала, мои мысли всегда возвращались к Адаму. С каждым днем я все чаще и чаще ловила себя на мысли, что хочу увидеть его. Любой ценой. И даже если это будет не совсем он. Даже несмотря на то, что теперь знала всю правду: Аида тосковала по Брайану, и это было ее желание, а не мое.

Только убедить в этом себя мне не удавалось.

В день, когда я должна была уйти, мы с Дрейком патрулировали поверхность в нескольких десятках километров от Аренса. Пожалуй, лучшей возможности для побега невозможно было и представить.

Если бы на его месте был любой другой охранник, я бы просто вырубила его и ушла, но я не могла так поступить с Дрейком, потому что...Да просто не могла и все.

Я замедлила шаг, и он тут же остановился рядом, повернувшись ко мне. В его глазах читалось что-то вроде настороженности, вперемешку с огорчением.

— Что случилось, Ри?

Мне потребовалось все мое мужество, чтобы не отвернуться.

— Я должна уйти. Сейчас.

Его глаза расширились от изумления.

— Ты можешь уйти? Тебе дал приказ, о котором я не знаю?

Я покачала головой:

— Нет, Дрейк. Но я больше не связана с Республикой.

Он ждал, но я больше не могла ничего сказать. Я и так глубоко в дерме, не хотелось бы и его еще туда втягивать.

Дрейк шумно вздохнул, приблизившись ко мне.

— Ты можешь нормально объяснить, что происходит?

— Нет, прости. Я нужна Аиде, нужна Адаму...

Он схватил меня за плечи, развернув к себе, и несколько раз встряхнул:

— Адам мертв, Риа, он умер, и ты больше ничего не можешь сделать для него.

— А вот в этом ты ошибаешься. Мутанты, которые напали на нас, уже атаковали несколько городов. Завтра они будут в Новом. Мы больше не можем притворяться, что то, что происходит сейчас, нас не касается. Это касается всех и каждого, Дрейк. Если ничего не предпринять, Брайан уничтожит всех, — я почти кричала, он же, напротив, был удивительно спокоен, словно, наконец, понял, о чем речь. Парень отпустил меня, но не сдвинулся с места.

— Ты — последняя. И я знаю, что ты была связана с Адамом, как были связаны наши родители. Но ты не можешь просто броситься в самую гущу событий. Какой бы крутой ты ни была, ты все же некс. Что именно ты сможешь предпринять, оказавшись в Новом?

— Я не знаю. Аида сказала, что я должна найти Адама.

Дрейк опустил голову и зажмурился, сцепив зубы.

— Ты все еще продолжаешь цепляться за Адама, как раньше цеплялась за возможность вернуть Шея, и всегда будешь это делать, хотя для него ты ничего не значишь. И, чтобы я не делал, это ничего не изменит. Я был полным идиотом, когда думал иначе, — он отступил на несколько шагов назад, высоко подняв руки. — Ты можешь идти, куда хочешь. Это твоя жизнь, и я не имею права останавливать тебя.

Я сжала губы, чтобы не расплакаться. Мне хотелось прикоснуться к нему, но я не могла даже сдвинуться с места, чувствуя себя ядовитым растением, которое убивает все, к чему прикасается.

— Ты можешь ненавидеть меня, но подумай о том, что случится, если Брайан выиграет в этой войне. Тогда погибнет все, что мы оба любим. Каждый мутант будет убит: мой брат, твои родители, все, кого ты знаешь или видел хотя бы раз в жизни. Ты готов позволить им умереть?

Когда он снова посмотрел на меня, его глаза были наполнены боли.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Мой язык прилип к небу, а сердце пропустило несколько ударов, когда я позволила своим губам высказать мысли Аиды:

— Я хочу, чтобы ты пошел со мной.

Его губы растянулись в резиновой усмешке, когда он произнес с сарказмом:

— То есть ты отшила меня, но при этом я должен стать твоим личным телохранителем, пока ты будешь пытаться вернуть своего мертвого почти-парня?

— Боже, это просто ужасно, когда ты так говоришь. Я не хочу, чтобы ты был моим телохранителем, и не собираюсь никого возвращать, только убить Брайана. Но самой мне, боюсь, не справиться. Ты со мной, или нет?

Пока он молчал, я ждала, опустив голову. Больше всего я хотела, чтобы он согласился, но при этом мне было ужасно страшно услышать положительный ответ. Да и было эгоистично с моей стороны даже думать об этом.

Я замерла, когда он сделал шаг ко мне и положил ладонь мне на щеку.

— Как обычно. Куда же ты без меня?

* * *

Новый был создан для того, чтобы дать начало новому миру, возродившемуся из пекла, подобно фениксу. И потому, вступая в границы его полуразрушенного, пустынного и безликого сознания, можно было предугадать судьбу того самого мира. Невозможно построить хороший дом на костях, как бы глубоко в земле они не были спрятаны.

Вдыхая пахнущий пеплом и цветом персика воздух, мы вошли в город, чтобы попытаться разрушить то, что раньше хотели сохранить. Или погибнуть, сражаясь.

Дрейк молчал, но мне было спокойнее уже от того, что я знала, что он рядом. Понятия не имею, что случится, когда я увижу Адама, или тело Адама, но сейчас я была полностью уверена в том, что чувства, которые я испытываю к нему, на самом деле не мои. Мы бы никогда не смогли быть вместе, и поэтому лучшее, что я могу сейчас сделать для него, — защитить его семью.

Меня терзала мысль о том, что снова все зависит от меня. На мгновение хотелось стать маленькой девочкой и зареветь, чтобы хоть раз кто-то сделал это за меня, взвалить эту ношу на чужие плечи.

Но я не могу.

Какой-то части глубоко внутри меня любопытно, сколько еще всего я смогу пережить, не свихнувшись, но большая часть страдает от боли, которую невозможно ничем заглушить.

Черт, просто хватит себя жалеть!

Сейчас нужно подумать о том, как я найду Брайана, и что сделаю, когда его найду. Мои шансы дожить до конца этого спектакля невелики, пережить его — практически равны нулю, но сейчас это последнее, что меня волнует. Мы все жертвуем ради тех, кого любим, и подобная жертва не является самой страшной. Во всяком случае, она добровольна.

Боже, пусть у меня хватит сил!

* * *

Убежища больше не существует. Все, что от него осталось, — несколько разваленных кирпичных стен и обломок металлической двери. Сила взрыва была такова, что осколки стекол расплавились, едва коснувшись земли.

Стоящие рядом дома превратились в безжизненные тени без оконных рам и крыш.

Пока мы добирались сюда, нам не встретилось ни одно живое существо, город выглядел необитаемым.

— Ты сможешь найти след? — спросила я, оглянувшись на Дрейка.

Парень стоял на два шага позади меня, рассматривая железные обломки.

— След? — переспросил он, выгнув правую бровь. — Это почти то же самое, что попытаться отследить кого в Хиросиме. Это место практически сравняли с землей. Если у твоего альтерэго есть идеи по поводу того, как нам найти Брайана, то сейчас самое время их озвучить.

Я проигнорировала колкость, пытаясь сосредоточиться. В отличие от Аиды, мне требовалась огромная концентрация, чтобы выйти с ней на связь.

Опустившись на корточки, я обхватила пальцами виски, пытаясь подавить сильную головную боль — побочный эффект нашей связи.

— Много серого цвета, голубые блики. Сильный ветер, красная антенна...Напротив дом с огромным шпилем...Ты знаешь, где это?

— Есть у меня одна идея. Самое высокое здание в городе — телестанция. Ты уверена, что Брайан там?

— Нет, но разве у тебя есть идея получше?

Хмыкнув, Дрейк подобрал с земли плоский кусок застывшего стекла.

— Ладно, тогда начнем с этого, пока у нас не появится еще какая-нибудь зацепка. Дай мне знать, если Аида сообщить тебя что-то новое.

Мы вышли на центральную улицу, и я зажмурилась, не веря своим глазам. Вся улица была завалена обугленными трупами, но при этом их одежда, казалось, совсем не пострадала. Склонившись над одним из тел, Дрейк закатал рукав куртки, обнажая причудливый рисунок на коже мертвеца, напоминающий елочку.

— Молния, — пробормотал он себе под нос.

Мы оба знали, что это значило.

— Адам, — сказали мы одновременно.

— Как думаешь, Дэйвон, правда, воскресил его? — спросила я.

Дрейк пожал плечами:

— Не знаю. Как бы нам не хотелось, чтобы это оказалось правдой, но я все же очень сомневаюсь, что брат стал бы делать все это по собственному желанию. Даже если он действительно жив, то Брайан контролирует его, — он шагнул ко мне, сильно сжав мои предплечья, его глаза впились в мои. — Ты уверена, что сможешь убить его, зная, что настоящий Адам все еще где-то там? Даже твое секундное промедление может стоить жизни нам обоим, и тогда придется забыть об идее спасения мира.

— Я сделаю все, что будет в моих силах, даю слово.

Глаза Дрейка вспыхнули, но он отступил, освобождая меня. Почему-то я не могла смотреть ему в глаза.

— Вон оно, — сказал Дрейк несколько минут спустя, указывая вверх. В этом здании было не меньше ста пятидесяти этажей, и вообще было невообразимо, что подобный гигант все еще существует после стольких лет, прошедших с развала "AlA". Оно было серым, но свет, отражаясь от зеркальных стекол, преломлялся десятками разных оттенков голубого. В нескольких метрах от него, почти вплотную, стоял еще один дом-гигант, с острыми шпилями антенн на крыше.

Мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы наложить две картинки одна на другую.

— Это именно то место. Брайан здесь.

Дрейк с сомнением посмотрел на меня.

— У тебя есть какой-то внутренний радар, позволяющий определить это?

— Не у меня, у нее.

Стеклянное здание было безупречным на вид. Ни одно из тысяч стекол не было разбито или хотя бы поцарапано. На двери не было замка, и мы вошли без труда. В городе давно не было электричества, и нам пришлось подниматься по лестнице на самый вверх. Преодолев половину пути, мне хотелось отгрызть собственные ноги, колени вот-вот норовили подогнуться от напряжения. Дрейку пришлось чуть ли не за руку тащить меня дальше.

На сто шестьдесят четвертом этаж, наконец, обнаружилась дверь, ведущая на крышу. Я по привычке сжала в руке пистолет, прекрасно понимая, что в данный момент толку от него будет немного. Пульс стучал, как бешенный, как и единственная мысль в голове: "слишком легко".

Крыша была пуста. И только обернувшись, я увидела его, сидящего на верхнем карнизе прямо над входом. Он был коротко стрижен и гладко выбрит, глаза такие же темные, как в моих воспоминаниях, точно та же улыбка. Мое сердце сжалось от боли и облегчения разом.

Улыбнувшись, Адам спрыгнул вниз, и на мгновение что-то белое скрыло его от моих глаз. Оказавшись на крыше, он раскрыл огромные бело-черные крылья, по форме напоминающие ястребиные.

— Риа, Дрейк, как я рад, что вы, наконец, пришли.

Его глаза, его голос...Но я отчетливо видела шрамы на его обнаженной груди и шее. Настоящий Адам не смог бы выжить после таких ранений.

И все же он шагнул к нам, приветственно раскрыв руки, остановившись всего в паре метров и сложив огромные крылья за спиной.

— Друзья, мои, — позвал он, и ответом ему был топот множества ног.

Дверь распахнулась, и на крышу ввалилась целая толпа Проводников. Окружив плотным кольцом и направив дула автоматов, мутанты заставили нас отступить в самый центр образованного круга.

Адам-Брайан усмехнулся:

— А вот и последняя часть головоломки. Аида превосходно исполнила свою роль.

6

— Ничего не выйдет, — я покачала головой, стараясь не смотреть на Аиду. Во время разговора я привыкла смотреть в глаза своему собеседнику, но сейчас ее ярко-красное платье, расшитое мелким бисером, ослепляло меня. — Я не могу просто заявиться в город и крикнуть: "Выходи, Брайан!". А даже если я и найду его, то что тогда? Ему подчиняются Проводники и сам Дэйвон. Так же нельзя полностью исключить Республику, ведь они все еще удерживают город. Я, конечно, отчаянная, но не идиотка. В одиночку мне с Брайаном не справиться. Если бы на нашей стороне были бы мутанты Города-4...

Аида нервно рассмеялась, пошевелившись, и красные солнечные зайчики запрыгали по поверхности стен.

— Ты требуешь слишком много. После того, как твой друг обошелся с ними, ты хочешь попросить их помощи? Между прочим, Город-4 сейчас так же вынужден отбивать атаки Брайановой армии, и, поверь мне, им приходится куда хуже, чем Аренсу. В Аренсе все же по большей мере обитают люди, и они не являются первоочередной целью Брайана. К тому же я даже не рассматриваю возможность того, что тебе удастся победить.

Забывшись, я посмотрела на нее, подумав на мгновение, что сейчас ослепну. Аида задумчиво моргнула, а в следующее мгновение ее платье утратило весь блеск.

— Ты ведь не думала, что я возложу на тебя такую миссию, да? — усмехнулась она. — Это наша война, моя и Брайана, и только мы можем ее закончить. Все, что от тебя требуется, — привести меня к нему. И да, — она щелкнула пальцами, — возьми Дрейка с собой. Возможно, тебе понадобиться его помощь.

* * *

Адам приблизился на два шага вперед. Его волосы отливали платиной в слабой свете, проникающим с улицы. Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как напряглись веревки, удерживающие меня.

— Неужели ты боишься меня, Риа? — почти что нежно спросил он.

Я сглотнула, глядя на нож в его руках.

Парень улыбнулся, проследив направление моего взгляда.

— Значит, тебя пугает этот нож? Очень зря. Ты ведь знаешь, что я не причиню тебе вреда, если ты отдашь то, что мне нужно.

Ублюдок Брайан! Ему ли не знать, что я не смогла бы сделать это даже если бы хотела. Впрочем, я и не хочу. Единственное, что мне остается, — верить Аиде и пытаться продержаться до ее прихода.

Брайан приложил лезвие к моему предплечью и чуть надавил. На коже остался узкий глубокий порез сантиметров пятнадцать в длину. За последние сутки моя чувствительность снизилась до того, что я даже не почувствовала этого. Мне казалось, что моя голова живет своей жизнью и никак не связана с телом.

— Не понимаю, — покачал головой Брайан, разглядывая нож. — Неужели ты действительно верила, что Аида защитит тебя? Тогда ты еще глупее, чем я думал вначале. Я, не моргнув глазом, избавился от Адама, затем от Кана. Ты, правда, думала, что я тебя пожалею? Мне, конечно, жаль, но ты должна понимать, что интересы общественности стоят выше моих собственных.