Желание

— Шен, погоди. Я не собиралась тебя обвинять и...

— Хватит, Лети! Я уже по горло сыт этими разговорами. Иди лучше к Марилен — она точно выслушает тебя, еще и расскажет, как плохо упасть в глазах общества.

— Шен, зачем ты так? Думаешь мне легче твоего? — сердито крикнула я.

Он опустил голову, потом проговорил тише:

— Прости. Ты права, я слишком увлекся незаконными играми. Думал, что этому не будет конца. Втянул и Хейли, и тебя. С "Сиянием" нельзя связываться.

— Кем ты был для них?

Шен помедлил с ответом.

— Уже нет смысла скрывать, Шеннард.

— Помощником. Устраивал перевозки оружия, помогал спрятаться, прикрывал своим именем от полиции. Много всего, Лети. Хейли тоже принимала участие.

Я запустила руки в волосы.

— Какой кошмар, Шен, какой ужас... Если тебя поймают, то...

— То убьют, — закончил он. — Для "Сияния" и падшие, и власти — все враги. Хотя, — он как-то оценивающе на меня взглянул. — Тебе тоже ничего хорошего не светит после того, как ты спуталась с Тайлером.

— Придержи язык. Я не путалась с ним.

— Брось, Лет. Иди расскажи это Марилен — она будет в восторге! Можешь говорить, что угодно, но ты тайно встречалась с ним несколько раз и неизвестно, чем вы там занимались. Уверен, Райвен будет безумно рад узнать некоторые подробности. А со временем он точно узнает и тогда...

— Заткнись! — бросила я брату. — У самого рыльце в пушку.

Шен развел руками.

— Не зря мы брат и сестра, да, Лети?

Я не стала больше слушать Шена и ушла.

Хватит с меня и собственного самоедства. Чужой яд вот совершенно ни к чему. И так ясно, что мы по уши в дерьме, зачем еще устраивать соревнование, кто больше натворил.

За день я дважды подходила к кабинету Эриха, и каждый раз он говорил, что очень занят. Марилен так же совершала вылазки с тем же успехом. Кастелли-старший смотрел какие-то бумаги, кому-то звонил, но похоже большого проку это не принесло.

Марилен все еще пыталась наладить связи с внешним миром, звонила своим подругам, в благотворительный фонд, в фирму, занимавшуюся подготовкой свадьбы. Везде получала вежливые сухие ответы и разговоры не длились дольше пяти минут. В благотворительном фонде, носящем имя Кастелли и вовсе было пусто. Только охранники, обязанные круглосуточно находиться в роскошном здании, отвечали на звонки. А все те дамы, которые так пеклись о благополучии низших ступеней, прослышав о возможном падении Кастелли, спешили покинуть тонущий корабль.

Обед не состоялся, поскольку каждый предпочел остаться у себя. Ужинать и вовсе не хотелось.

Я хотела позвонить Райвену, но его номер оказался недоступен. Лиа знать не знала, что твориться, потому что была отрезана от всего мира и находилась в глубоком творчестве. Звонить Луизе-Мари я просто не решилась.

Ближе к вечеру, к нашему дому подкатил серый автомобиль и из него выскочил невысокий плотный мужчины средних лет. Его лысина сверкнула в лучах прожектора и тут же скрылась в доме. Я бегом бросилась вниз.

— Господин Шерри, у вас есть новости?

Рихард Шерри, один из клерков в офисе отца, торопливо достал из кармана платок, отер лоб и перевел дыхание.

— В вашем доме слишком много ступеней, леди Летиция, — сказал он. — Эрих примет меня?

— Конечно, примет. Я надеюсь, вы нам что-то сообщите?

Рихард часто закивал.

— Боюсь, леди, у меня плохие новости. Прошу вас, позовите всех.

Звать никого не пришлось, поскольку приезд Шерри уже сам по себе был событием. Через три минуты мы всей семьей сидели в кабинете отца, а наш гость взволнованно стоял посреди кабинета.

— Я приехал сюда неофициально, — говорил он как бы извиняясь. — Флат запретил мне это делать, чтобы не мешать ходу расследования. Но я просто не мог, господин Эрих. Вы очень помогли мне и не мог оставить долг неоплаченным.

Чем именно помог Эрих, ни я, ни Марилен и уж тем более ни Шен, не знали.

Рихард достал из-за пазухи какой-то конверт — большая редкость для этого мира. Бумажные носители только для важных документов и, кажется, внутри именно такие.

— Это доставили пару часов назад в трех экземплярах. Мне удалось стащить один для вас. Леди Летиция, я ни в коем случае не осуждаю вас. Это личное дело каждого и...

— Дайте мне взглянуть, — не выдержала я и подбежала к столу Эриха. — Не может быть...

Тень, мелькнувшая в переулке прошлой ночью, мне не мерещилась. Она была реальной, из плоти и крови. Именно эта тень стала виновницей того, что сейчас в моих руках были черно-белые снимки лучшего качества, чем я видела когда-либо. На них был сохранен и разослан всем наш с Тайлером прощальный поцелуй.

— Лети, кто это? — лицо Марилен вмиг изменилось. Кажется, она вот-вот заплачет. — Я спрашиваю тебя. Кто это мужчина? Когда это случилось? Лети!

Она стала рыться в снимках, рассматривать один за другим, потом вскрикнула и бросила их на стол. Кроме моих фотографий, в конверте были еще изображения Шена и Хейли.

Эрих сидел с непроницаемым лицом и молчал.

— Господин Кастелли, — осторожно вступил Рихард. — Есть еще одно. Выписаны ордера на арест Летиции и Шеннарда. Их обвиняют в пособничестве антиправительственной организации "Сияние", — затем он повернулся к Марилен и как бы извиняясь добавил: — Мужчина, изображенный на снимке с Летицией, один из активистов, Тайлер Гиллерти. А вас, Эрих, возьмут под домашний арест до окончания следствия.

— Лети... — Марилен бессильно всплеснула руками. Она хотела сказать что-то, но не смогла. Просто громко заплакала и опустилась в кресло.

— Кто это, Шен? — спокойно спросил Эрих, разглядывая Хейли. Казалось, его одного не тронули печальные вести.

— Моя девушка, ее зовут Хейли и она шестой ступени.

— Шестой? — вскрикнула Марилен. — Ты спутался с девкой из трущоб?

— Марилен, успокойся, — жестко сказал Эрих.

— Все из-за тебя и твоей потаскухи-сестры, — продолжал она. — Из-за вас мы погибнем!

Ее оскорбление тут же отскочило от меня, не оставив никакой обиды. Марилен можно было понять, ведь только что мир, который она так долго и упорно создавала, окончательно рухнул. На ее месте, я бы вела себя так же, наверное.

— Вам нужно торопиться и что-то сделать, — сказал Рихард. — Думаю, скоро здесь будет полиция.

Эрих встал и пожал его руку.

— Благодарю вас, Рихард, в оказали огромную услугу.

— Рад отплатить вам хотя бы таким способом. Мне пора. Нужно вернуться в офис — я ведь уехал тайно. Держись, Эрих.

Он быстро вышел.

Мы остались в кабинете, где на мгновение повисла мертвая тишина, прерываемая только всхлипами Марилен. Она наконец-то забыла обо всем приличиях и дала волю чувствам.

— У нас мало времени, — тихо заговорил Эрих. — Шен, твой "Миракл" на ходу?

— На ходу.

"Миракл" — один из трех автомобилей Шена. Самый быстрый и самый дорогой. Коллекционная модель, которую стоит иметь больше ради показухи, чем для поездок. Шеннард выезжал на нем всего пару раз и вряд ли кто-то узнает машину.

— Отлично, — Эрих рассеянно окинул глазами комнату. — У нас примерно полчаса. Возьмите самое необходимое и спускайтесь в гараж. Я сделаю так, чтобы вас выпустили.

— Охрана скорее всего предупреждена, — сказал Шен.

— Предоставь это мне.

— Эрих? Эрих, что ты задумал? Лети, Шен, стойте! — кричала Марилен.

— Отец? — я посмотрела на Эриха, но тот только покачал головой.

— Не задавай вопросов, Лети. Или вы уйдете, или отправитесь на эшафот. Я не смогу вытащить вас из-за решетки.

Я быстро кивнула и выбежала из кабинета.

Сборы были мгновенными. Я переоделась, засунула что попалось под руку в рюкзак, схватила теплую куртку и спустилась вниз.

Эрих ждал нас в гараже.

— Держи, — он подал мне небольшую тканевую сумку. — Здесь деньги и документы. Надеюсь, когда-нибудь вы сможете вернуться и вернуть все, что останется.

— Я готов, — Шен спустился следом за мной. — А Марилен?

— Я дал ей снотворного, иначе она неизвестно что устроит, когда сюда нагрянет полиция. Охрана пропустит вас и откроет ворота. Нам повезло, что они еще не знают. Шен, Лети, вы знаете правила — не пользоваться телефонами, рядом с браслетами держать магнит и не сталкиваться с патрулями. Главное, бегите как можно дальше.

— Но куда нам идти? — спросила я.

— Не знаю. Как можно дальше отсюда, Лети. Это единственный шанс спастись.

— А как же ты?

Эрих мрачно улыбнулся.

— Со мной ничего не случится, обещаю, — он погладил меня по щеке и обнял. — Береги себя, Лети.

Я сделала огромное усилие, чтобы не заплакать. Все произошло так стремительно, что только сейчас поняла, как же тяжело расстаться с Эрихом, который за все время стал мне отцом.

Было безумно тяжело и страшно, потому что мы уходили в неизвестность. У нас был шанс из тысячи, но его стоило попробовать.

— Все-все, время не ждет. Шеннард, — Эрих обняла брата, похлопал по спине. — Идите.

Я нырнула в сверкающий автомобиль и ворота гаража медленно поползли вверх. Взглянула на Шена, когда тот крепко сжал мою ладонь.

— Мы справимся, Лети.

"Миракл" плавно двинулся на выезд. Хмурые охранники провожали нас недовольными взглядами. Сегодня никто не спросил, куда мы собрались.

Когда ворота резиденции были позади, Шен что было сил нажал на газ и свернул куда-то на лесную дорогу, прочь от автострады.

— Куда мы едем? — спросила я, глядя как бешено подскакивает стрелка на спидометре.

— В Нижний Город. Только окружным путем. Нужно забрать Хейли, а дальше будет видно.

Я подняла голову и взглянула сквозь стеклянный люк на крыше. Над нами на фоне темного неба мелькали, качающиеся от ветра, макушки огромных сосен.

* * *

Время как будто остановилось. Мне казалось, что мы мчимся по лесной дороге уже целую вечность.

Шен молчал, не сводя глаз с дороги. Его руки уверенно держали руль. Мощный двигатель "Миракла" ревел диким зверем и его ворчание немного успокаивало. Я почему-то решила, что на таком автомобиле можно будет уйти от погони, если та надумает увязаться следом. Но, к счастью, позади никого не было.

Я машинально поправила тонкий магнитный браслет. Он должен блокировать сигнал по которому меня могут разыскать.

Глупость какая! Проводить сложную процедуру вплавки, навсегда сохраняя информацию о человеке на его запястье, чтобы потом все это стало бесполезным от одного-единственного магнита. Выходит, у любой системы есть недостатки.

Пару раз нам приходилось останавливаться и полностью отключать огни, оставаясь в полной темноте. Это случалось, когда в небе проплывал гудящий штурмовик. Слишком велика была вероятность, что нас заметят.

Лесная дорога была ровной, хорошо укатанной техническими машинами, проезжавшими здесь на лесозаготовки. Ехать по ней было легко. Единственное, чего я боялась — заблудиться. Карта, загруженная в бортовой компьютер, хранила только официальные трассы. Использовать навигатор нельзя — он связан с сетью и нас могут засечь. Правда, Шен уверял, что все отлично знает, и я верила.

Пока Шен сосредоточенно вел машину, я взяла сумка, которую дал Эрих, и изучила содержимое. Десять новеньких пачек валюты, папка с бумагами и электронная записная книжка.

— Здесь все основные документы фирмы, — сказал вслух, просматривая список загруженных документов. — А здесь... — я открыла папку. — Шен, это завещание.

Я встретилась с братом глазами.

— И кто наследник? — бесцветно спросил он.

— "...разделить между моими детьми Шеннардом и Летицией Кастелли..." — не без удивления зачитала я. — Я думала отец назовет тебя. Ведь так обычно делается.

Уголок рта на лице Шена чуть-чуть приподнялся вверх.

— Думаешь, Эрих всегда играет по правилам?

— Нет, — я сложила документы в сумку и сунула на заднее сидение. — Теперь я точно знаю, что нет.

— Куда ты хочешь поехать? — спросил Шен.

— А есть выбор?

— Перед тобой вся империя — выбирай. Хотя, нам бы лучше смыться из этой паршивой Ллерии. Юг, север, запад, восток — все наше. Мы абсолютно свободны.

В голосе явственно слышалась горечь. Я поняла, что Шену так же паршиво, как и мне и он так же пытается это скрыть.

— Так куда, Лети?

— В Альянс, — уверенно сказала в ответ.

Шеннард не удивился.

— Пожалуй, этот холодильник не самой плохой вариант. Ты знаешь закон о границе Северо-Западного Альянса? Нет? Любому, кто пересекает ее и добровольно заявляет, что хочет принять гражданство, дают убежище и защиту. Им нужны люди и этим пользуются.

Я подумала не о гражданстве, а о заснеженных вершинах Йерских гор и далекой общине шаянов.

— Погодим с этим вопросом, Шен, — ответила, глядя из окна на показавшиеся вдали огни города. — Сначала нужно отсюда выбраться. Где находится Хейли?

— В самом конце Двести восемьдесят шестой. Восточные трущобы.

— Не слишком роскошно, — заметила я.

Дома, выстроенные в таких районах называли крысиными норами. Старые полуразвалившиеся, с дрянной канализацией и дырами в крышах. В этих кварталах постоянно водились грязь, нечистоты, полчища грызунов — средневековье да и только. Городские власти давно постановили отправить все под снос и даже подписали приказы. Но людей, живущих там несмотря ни на что, было некуда переселить и властям пришлось смириться с существованием грязного пятна на карте города.

Шен ничего не ответил на мое критическое замечание. Стоит ли говорить еще раз о том, что найти человека в трущобах гораздо труднее. Ежедневно туда прибывают толпы новых жителей, которым это позволено. А уж в преддверии зимы и вовсе — низшие ступени и те, кто не имеет их вовсе ищут пристанища, чтобы пережить холода.

Ангресс, наверное, как и все Ллерийская империя, несмотря на высокий уровень развития, практически лишены среднего класса. Тех, кто называется срединными ступенями мало что отличает от низших либо высших. Они или богаты, или бедны, но с правами богачей.

Этот мир насквозь парадоксален и просто прохвачен какой-то внутренней неправильностью. Я удивляюсь, как он до сих пор держится на той тонкой ниточке, что связывает все вокруг.

Мы приближались к городу, все еще двигаясь по редеющему лесу, вплотную подступившему к трущобам. Лес пытался отвоевать себе украденные когда-то территории, а люди были рады его визиту, уничтожая деревья для отопления жилищ.

— Шен, здесь не будет патрулей? — спросила я, настороженно рассматривая мир за окном.

Брат покачал головой.

— Не знаю. Лети, не спрашивай ни о чем.

Крысиные норы полностью оправдывали свое название.

Безликие обшарпанные дома. Многие заброшены, зияли черными провалами окон. В других горел свет, из труб на крышах вырывался дымок — знаки присутствия людей.

На перекрестке стояло несколько человек, одетых в старые поношенные вещи. Они грели руки у металлического бака, в котором горел огонь, смеялись, о чем-то говорили.

— Шен, похоже, им плевать на комендантский час.

— Это отверженные, Лети, — ответил он. — Что еще с ними могут сделать власти? Бросить в тюрьму — так это им на руку. Получить питание и крышу над головой.