— Да точно встретитесь, — встрял другой. — Разойдетесь ли, вот в чем вопрос.
Меня словно тупой иглой кольнули. Можно было даже на секунду выглянуть в Долину, но я и этого не стал делать. Так понял, что проем исчез, а вместе с ним та связь, что протянулась между нами, когда древняя вещь только пробудилась. Вот и исполнил Хенигас свое обещание.
Я коротко глянул на своих защитников и кивнул. Они сразу повеселели.
— Отлично. Значит, теперь ты с нами. Привратником, конечно, никогда не станешь. Сам понимаешь, должность исключительно для избранных, ну а в остальном поможем, чем сможем. Учеников, правда, у нас раньше никогда не водилось, но отчего бы не начать.
— Что я должен делать? — просто спросил я.
— Пока ничего. Мы бы с тобой познакомились, да у нас имен нет. Хранители, привратники, Удерживающие врата, как только нас не называют. Нам, по сути, все равно. Так что, маг, обращайся как хочешь. Как тебя звать, мы уже поняли. Обучать будем на месте. Но не здесь, ты уж прости. И знаешь...
Старший из них на секунду задумался и тут его внезапно озарило, да так, что даже пальцами прищелкнул от удовольствия.
— А лучше вот что. Есть у нас на примете одна Арка. Охраняют ее трое братьев. Обычно, кстати, приходится по четверо, а то и больше на одни Врата, и сменяемся через сутки, но им просто не повезло. Сколько помню, всегда троицей Врата удерживали, и подослать ведь некого, все при месте — не убавишь, не прибавишь. Тяжело там, лишний человек не помешает, пусть даже не истинный хранитель, а всего лишь маг. Они и этому будут рады. Главное, Хенигас тебя там точно не достанет. Нечего ему в том мире делать, понимаешь? Так что вот туда-то мы тебя сейчас и переправим.
Я слушал и кивал, плохо понимая, хорошо это или плохо. Они ограждали себя — это совершенно ясно, а вот чем это обернется для меня — еще вопрос. В любом случае собственное будущее представлялось сейчас даже не туманным, нет, оно казалось бездной, наполненной ядовитыми змеями. Один неосторожный шаг — и Арлин, ученик Сеедира, перестанет существовать.
За размышлениями я не заметил, какими выжидающими взглядами смотрят на меня привратники. Слабые потоки Силы трепетали в воздухе, отражая их волнение и заставляя окончательно теряться меня, обычно непомерно бойкого на язык. Я с трудом раздвинул губы, изобразив улыбку такую бледную и неуверенную, что только при очень сильно развитом воображении ее можно было принять за согласие. К счастью, привратники обладали именно им, а потому большего от меня не потребовалось.
Они сверкнули улыбкой, куда более широкой и искренней, чем у меня, и махнули рукой, указывая на Врата.
Приглашение было совершенно очевидным.
— Э-э, спасибо, — пробормотал я, не зная, как толком выразить свою признательность.
— Удачи, маг, — откликнулись в ответ привратники, наблюдая, как я послушно бреду к Вратам, шагая с такой настороженностью, будто на том конце меня ждет, самое меньшее, нацеленное в грудь острие меча.
А в следующий миг я захлебнулся мраком, забарахтался словно в водовороте не в том привычном черном пространстве, что приходилось видеть раньше, а в нечто ином, похожем на водопад прозрачных брызг. Прежде, чем до меня дошло, что это привратники каким-то особым образом воздействуют на мой переход из их мира в мир своих братьев, прошло несколько малоприятных минут внезапного, сковывающего страха.
С трудом взяв себя в руки, я со странным, тягучим чувством погрузился в водопад чужой Силы и прикрыл глаза, ощущая как магия прохладными каплями омывает лицо. Три шага — и вот я уже по другую сторону от него, за много-много миров от своих заступников. Еще один — и под ногами не зыбкий мираж, а твердая земля и по обе стороны две огромные каменные глыбы, отполированные так, что можно запросто использовать их вместо зеркала. Но любоваться своей вытянутой физиономией я не стал, тем более, что меня здесь уже поджидали.
Привратники застыли в нескольких шагах от меня да не вдвоем, как я думал, а сразу полным составом. Неуловимо похожие на своих собратьев, они с каким-то хмурым интересом оглядели меня с головы до пят и несколько минут просто ошарашено молчали. Я, также успев приноровиться держать рот на замке, ограничился тем, что скользнул по ним любопытным взглядом и незаметно увел его в сторону.
Незнакомый мир, мрачный и настолько чужой, что это ощущалось физически, приветствовал меня глубокой ночью. Иначе с чего бы еще плотная завеса мрака скрывала от моего взгляда все, что находилось за спинами троих привратников да и то лишь потому, что около Врат свет был. Призрачный, неверный, он исходил от каменных глыб, мешая незваным гостям тайком пробираться в этот мир. А потому я стоял, совершенно открытый для пристальных, изучающих взглядов, тогда как лица их обладателей находились в тени.
Нескоро тихий шорох одежд всколыхнул застывшую ночь.
— Значит, ты маг, — полуутвердительно произнес один из хранителей, по-видимому, главный. — Интересно... Нет, мы, конечно, против ничего не имеем, но все же надеялись, что братья пришлют молоденького привратника, кого-нибудь из новеньких.
— Учитывая, что новеньких вообще давно не появлялось, надеялись мы зря, — поддержал его другой.
Я несколько раз неосознанно кивнул, но вовремя себя одернул. На фоне последних событий нервы начали понемногу сдавать, и невозмутимость давалась мне все с большим трудом.
— Вообще-то братья могли нас и предупредить, — подал голос еще один, в нахлобученном на лысину капюшоне. — А то как получается — ждите, к вам идет долгожданная помощь! Мы тут на радостях губу раскатали. Ждем, аж дрожим от нетерпения. Как-никак отсутствие еще одного брата нас всех загоняет в гроб уже очень долгое время. — Он тяжело вздохнул. — А ну их всех, пусть маг, хоть что-то... Кой чему обучим, авось как-нибудь протянем. Ты ведь одиночка? Как зовут?
— Арлин, ученик Сеедира, — осторожно ответил я.
Хранители живо переглянулись. В неясном свете их глаза сверкнули, как вспыхнувшие звезды на темном небе.
— Да-а,— протянул один. — Жаль, нет теперь Сеедира, ведь так? Иначе и тебя бы здесь не было. Нет и его ближайших друзей и еще очень многих. Вот нынче какова жизнь. Ну, проходи, Арлин, осмотрись. Мир этот называется Убежище. Списков у нас нет, потому как мир пуст. Здесь бывают наплывы временных гостей, но больше года — и то очень редко, раз в пару тысяч лет, никто не задерживается. Тебе у нас с непривычки сначала покажется скучновато, но ты быстро поймешь, что затишье — это лишь видимость. Вместо списков у нас вечный приказ — никого лишнего не пускать. Убежище для тех, кто потерял последнюю надежду когда-либо вернуться в свой мир. Иногда мы укрываем здесь тех, кто был насильно выдворен за Врата более сильным противником. Они пережидают здесь момент, когда кажется, что будущее безвозвратно потеряно, собираются с силами и либо возвращаются обратно, дабы поквитаться, либо с нашей помощью ищут себе другой мир, где они могли бы существовать в относительном спокойствии. Вот и все наши обязанности.
— Просто на первый взгляд, а? — искоса глянул на меня первый хранитель. — Казалось бы, живем мы тут себе, забот не знаем. Дрыхни хоть круглые сутки.
— Да, похоже на то, — неуверенно ответил я, не вполне понимая, где же здесь подвох.
Привратник будто подслушал мои мысли:
— А подвох в том, что спокойно в Убежище не бывает никогда. Даже ночью. Сегодня вот тихо, но вместо привычных событий — ты, Арлин. А теперь хочешь узнать, как все обстоит на самом деле?
— Хочу, — с готовностью ответствовал я.
— В наш мир лезут все, кто не попадя. — Привратник клацнул зубами как волк. — И говорить каждому, что у нас есть приказ, смысла нет. Это давний общеизвестный факт, но сюда все равно рвутся так, будто Убежище — единственный из оставшихся миров. Мы выпроваживаем гостей, и очень часто это нелегко даже для нас. Что такое истинный сон мы забыли давно, потому как через раз удерживать Арку приходится всем троим. Прут гости как к себе домой, ломятся во Врата, сопровождая свое появление такими всплесками магии, что когда-нибудь Арка просто не выдержит. Вот тогда-то мы и отдохнем. А пока сутки напролет милые беседы с гостями. Так что попал ты, Арлин, в самый веселый мир из всех. Не понимаю, правда, что это вдруг братья решили нам одиночку подсунуть?
— Ко мне Единые наемников подослали, — ляпнул я прежде, чем подумал, а стоит ли это делать.
— А-а, — понимающе протянул привратник. — Тогда ясно.
Двое хранителей рядом неожиданно зыркнули в сторону Врат и напряглись. Я тут же отодвинулся от блестящих камней подальше, памятуя, как в прошлый раз Хенигас едва не достал меня мечом, сунув его наугад в Арку.
— Никак, братья, опять лезут, — хрипловато сказал один из привратников, и в его руках появился длинный тонкий меч, слегка изогнутый и заточенный с одной стороны.
Другой хранитель вместо одного меча держал два.
— Эй, Арлин! — крикнул он. — Умеешь пользоваться? Держи. — И бросил один мне.
Я сдуру подставил руки и подивился, как это лезвие не попало мне по пальцам.
Виновато покосившись на хранителей, честно признался:
— Вообще-то никогда раньше оружие в руках не держал.
А если точнее, то весь мой опыт обращения со всем этим сверкающим арсеналом ограничивался созерцанием стен княжеской оружейной.
Привратники ничуть не удивились. Лысый на миг оглянулся, коротко проинформировав:
— А раньше у тебя и жизнь другой была.
— Ага, — без особой радости согласился я, даже не зная, как правильно держать здоровенную железяку, то и дело норовящую вырваться из моих неловких рук и вонзиться острием прямо в ногу.
Не знаю почему, но до этого мне всегда казалось, что мечи должны быть несколько легче, а тут такая тяжесть, что впору бороздить его за собой по земле. Я некстати вспомнил телохранителей молодого князя, вечно стоящих по обе стороны от трона в эдаких красивых и в то же время угрожающих позах, и попытался их воспроизвести. Что получилось — не знаю, как-никак себя со стороны видеть не дано, но и без того почувствовал себя крайне глупо.
Поверхность Врат заколебалась, и я перехватил меч поудобней, приготовившись к страшному вторжению, но вместо шквала магической атаки в мир неторопливо шагнул незваный гость со скучающей улыбкой на таком знакомом лице. Привратники разом помрачнели. У меня вообще челюсть отвалилась до колен, а меч вывалился из рук и тяжело шлепнулся на землю. Хорошо, что плашмя.
— Слышь, Хенигас, ты-то чего здесь забыл? — В усталом голосе хранителя послышался явный намек на угрозу. — Заняты мы, не видишь, что ли? Так что если у тебя ничего важного — шагай обратно. Или, может, нам еще и тебе приказ зачитать?
— Обойдусь, — отмахнулся тот. — А чем это вы тут заняты?
Наемник скользнул взглядом по четырем силуэтам. Хотел уже отвернуться, но ему помешала одна мелочь. Он не сразу понял, как это смог насчитать четырех вместо обычной троицы. Его взгляд медленно вернулся. Я сверкнул широкой улыбкой, хотя мне и пришлось для этого приложить все свои силы. Фактически я просто растянул губы, но при здешнем освещении и это вполне сошло за радостное приветствие.
Хенигас смотрел так странно, что я едва смог подавить в себе желание опрометью кинуться мимо него к Вратам, а потом вдруг неожиданно улыбнулся в ответ, причем так легко и искренне, словно в отличие от меня ему это ничего не стоило.
— Арлин! Часа не прошло как мы расстались, а ты уже на новом месте. Да каком! Хороший мир — Убежище, не находишь?
— Еще не знаю, Хенигас, — осторожно ответил я, решив, что отмалчиваться как-то не очень вежливо. — Не успел еще осмотреться.
— Ну, времени для этого у тебя будет хоть отбавляй. Особенно теперь. Я пришел навестить вас, привратники, не просто так. Есть одна интересная новость от Единых. Как раз для вас. Поглядели они на Убежище, прикинули, сколько оно уже пустует и решили вдохнуть в него жизнь. Вы знаете, им давно уже хотелось иметь укромное место для сборов да и вообще для жизни, но приходилось скитаться из одного мира в другой. И вот взглянули они на Убежище. Уютный мир, свободный, что самое главное. Почему бы и не занять?
— Этот мир для... — начал было возражать ему хранитель.
— Да знаю, знаю, — поморщился Хенигас, прервав его довольно невежливым взмахом руки. — Нечего повторять.
— Тогда также должен понимать, что он никогда не пустовал. В любой момент кому-нибудь может понадобиться...
— Да прекрати, наконец, — холодно обрубил он. — Не дурак, все знаю и понимаю. А если у вас есть какие-то возражения — выложите их Единым. Они скоро пожалуют, так сказать, для обустройства. Вот и испортите им новоселье, только, смотрите, не перестарайтесь. Мне-то ведь что было велено — передать. Я и передал. А претензии уже не ко мне.
Хенигас бросил косой взгляд в мою сторону и хмыкнул.
— А заодно объясните им, что вот он делает здесь. И главное, в каком качестве. Привратником быть не может. Он им не родился. А магов вы себе никогда не брали.
— Ты кое-что упустил из виду, наемник, — ледяной тон старшего привратника полностью соответствовал выражению глаз гостя. — Не так давно Единые разрешили нам формировать отряды для поддержания порядка в отдаленных мирах. И если ты помнишь, никто не указывал, из кого именно. Оставили на наше усмотрение.
Хенигас помрачнел.
— Да, было такое, — признал он. — Я, кстати, выступал против, но Единые меня не послушали. Что ж, сами виноваты. В следующий раз не будут так небрежно относиться к моим словам. — И тут же с издевкой поинтересовался: — А что, теперь отрядом называют одного человека?
— Ну, надо же нам с кого-то начинать, — пожал плечами привратник по правую сторону от меня.
— Хорошее начало, — саркастически отозвался Хенигас. — С таким уже сейчас понятно, что ничего доброго из вашей затеи не выйдет.
Он не глядя ткнул в меня пальцем.
— Вот он долго не протянет, пусть вы даже и приняли его в свои ряды. И знаете, почему? Единые не позволят. Они приказали убить его, но раз вмешались вы — то теперь это целиком их задача. Я всего лишь наемник. За драки с привратниками мне не платят.
— А ты попроси.
— Вот еще. Людей своих гробить.
— Приятно, что ты так заботишься о своих. Не думай, что мы хуже.
— И не собирался.
Хенигас отвернулся, прищурившись на темную гладь Арки. За ней смутно улавливались слабые всполохи и далекий, будто бы свистящий, шепот.
Что-то приближалось.
Звуки нарастали, становясь ближе и отчетливей. Золотистые всполохи, поначалу едва уловимые, прорвались сквозь заволновавшуюся пелену мрака, осветив пространство перед Вратами молниеносной яркой вспышкой. Арка, сначала тихо подрагивающая, затряслась сильнее. Через миг каменные глыбы заходили ходуном, и мы непроизвольно отшатнулись назад, ища защиты в непоколебимом спокойствии ночи. Единые без ложной скромности ломились как к себе домой, да не поодиночке, а все разом, если судить по производимому ими эффекту. Похоже, решили явиться во всем своем магическом великолепии. А оно, насколько мне помнилось по обрывкам тех сведений, что изредка доставались от Сеедира, должно было стать поистине впечатляющим.
