Спасти Ссср ч9

Впрочем, по США надвигались куда более страшные события, о которых — позже.

В Европе — история так же свернула в другое русло. После гибели Тэтчер и при слабости не объединенной Германии — первую скрипку начала играть Франция во главе с амбициозным и харизматичным Миттераном. Франция с ее имперским прошлым, ядерным оружием, связями с Африкой, авианосцами — готова была стать единоличным лидером объединенной Европы, реализовав программу Наполеона Бонапарта. В немалой степени это было вызвано негласными договоренностями с СССР и пониманием того что впереди — раздел рынка на полмиллиарда потребителей. Но не всем это было по душе, не всем.

А вот кризис в Турции удалось урегулировать. В стране высадились коалиционные миротворческие войска (Франция, Югославия, Болгария, Испания), благодаря этому удалось убрать насилие с улиц, прекратить погромы и грабежи. Освободили — без военной операции — американских дипломатов, правда США разорвали дипломатические отношения. Второе коалиционное правительство удержалось, во главе его в пятый раз встал Сулейман Демирель. Коммунисты не смогли сформировать предвыборный блок, перегрызлись и проиграли выборы в национальное собрание. В числе прочего — Демирель назвал одним из друзей Турции СССР, были восстановлены дипломатические отношения. СССР в качестве поддержки начал закупать в Турции дешевые овощи и фрукты — а в обмен бартером поставлять товары народного потребления.

Вот кто выиграл от кризиса Иран-Контрас — это Биби Нетаньяху. Кризис привел к падению лево-коалиционного правительства Израиля, перехода Аводы в оппозицию, досрочным выборам, разрыву сложно достигнутого "антиинфляционного" соглашения 1985 года с Гистадрутом и началу новых забастовок. Но Нетаньяху не только первый раз прошел в Кнесет, но и получил стратегическую должность министра иностранных дел.

Сейчас стоит вопрос о признании Израиля СССР и установлении дипломатических отношений. При этом — МИД категорически против, как и международный отдел ЦК. Причину они называют простую — тогда от нас отвернутся все арабские страны.

Какие, простите, арабские страны?

Египет — крупнейшая из таких стран — от нас и так отвернулась, и без признания Израиля. Страны Залива — мы только устанавливаем более — менее доверительные отношения. Страны социалистического выбора — простите, а не слишком ли много мы им отстегиваем, чтобы они еще и указывали нам как нам жить?

В целом, если проревизовать арабское направление, то у нас там — зияющие высоты. С одной стороны едва ли не половина стран региона считает СССР защитником, покровителем. С другой стороны — я то вижу, что это не более чем циничное юзанье, односторонний обмен. Мы им деньги, врачей, трактора, комбайны, помощь в стройках. Они нам — правильные слова. Нормально?

Отдельная тема — палестинцы. Мы их никогда не контролировали и не контролируем. И мы их не выселяли. Но почему-то палестинский трек считается крайне важным, хотя Советскому союзу пользы от него — ноль.

Так что...

Вопрос не в том, признавать Израиль или нет. Вопрос в том, на каких условиях признавать и что мы получим от этого взамен. Биби Нетаньяху — хитрый жук, договариваться с ним можно и нужно. Но надо понимать, о чем...

Ну и вернемся к делам скорбным — к политике. Потому что разработка новой "горбачевской" конституции фактически остановилась, и причина — непонимание и кардинальные расхождения между всеми участниками. Все же инерция слишком высока, и тот же Лукьянов, хоть и не знаток американской конституции, но инстинктивно понимает, что я предлагаю что-то чужое. Хотя это — в нашей обертке и формально очень похоже на наше.

Главный камень преткновения — это Верховный совет.

Дело в том, что американский Конгресс — это не европейский и не британский парламент. Это не Рейхстаг, не Национальное собрание, ничего подобного. Формально и там и там парламент, но функционал разный.

Главная задача американского Конгресса — распределение собранных налогов, в отличие от европейских парламентов, где главное — принятие законов, а бюджет — всего лишь еще один закон. Законотворческая функция американского Конгресса ограничена с одной стороны разделением полномочий между федеральными властями и властями штатов, а с другой стороны — тем что в США прецедентная система права и большинство правовых норм вырабатывается в судах, а не в парламенте. В США например не было и нет закона "О полиции", если вы совершили преступление — то вас будут судить по уголовному кодексу штата, а не США. "Вы имеете право хранить молчание..." — это из прецедента, не из закона, как и многое другое. Но вот в области распределения средств налогоплательщиков — Конгресс имеет практически безграничные полномочия, он имеет право оставить без денег что угодно и кого угодно, и так не раз и бывало. Потому-то Конгресс имеет и огромные контрольные функции и если, например директора ФБР или ЦРУ или министра обороны вызывают в Конгресс — то он идет. И отвечает на все вопросы, какие ему зададут. И ведет себя крайне скромно и приветливо. И всеми способами выражает готовность к сотрудничеству.

Теперь представьте, что Дмитрия Федоровича Устинова вызывают депутаты Верховного совета и начинают допрашивать на тему, зачем нам столько ракет средней дальности в Европе и нельзя ли их сократить в несколько раз или вовсе отказаться от этой программы. И зачем нам три семейства танков в производстве одновременно, нельзя ли сократить пару заводов.

Это надо понимать прошедшего ВОВ Устинова — что бы могло стать в таком случае. Он когда внедрял новую технику в семидесятых — дневал и ночевал в кабинете. Такие расспросы он бы воспринял как предательство.

Но это именно та схема, которую я хочу внедрить. До тех пор, пока люди не научатся контролировать деньги на всех уровнях, включая и высший, у нас так и будут самовластные властелины в министерствах и ведомствах, которые творят что хотят. Говорят, с Устиновым даже Брежнев не мог справиться. Оно и понятно — Устинов во время войны был наркомом — а Брежнев кем? Это поколение — все еще жило в неофициальной, но значимой для них иерархии войны.

Вообще, у нас многое осталось от Российской Империи. От самовластных министерств с самодурами во главе — до нашего "парламента". Верховный наш Совет похож на Думу куда больше, чем это принято признавать. Похож местом в системе. Собираются люди и начинают придумывать, как жить стране. Как жить простым людям. Отличие Думы от Верховного совета в том что Дума была изначально оппозиционна власти — настолько, что она не являлась ее частью, это было что-то вроде разрешенного политического митинга. Но именно это же самое — повторится и в 1989-1991 годах. Когда на Съезде будут разбирать, был заключен пакт Молотова-Риббентроппа, или не был заключен, в то время как страна будет лететь в пропасть с пустыми прилавками. Потом — Верховные советы проголосуют за ратификацию Беловежского договора о роспуске СССР — и украинский, и белорусский и российский**. О чем потом предпочтут забыть — конечно же, Ельцин предал, развалил СССР! Но никто не видит в этом провале системы — что парламент занимается не тем чем надо. Но и исполнительная власть никогда по своей воле не отдаст власти законодательной такие полномочия в области распределения средств и контроля за их расходованием.

Потому что тогда не получится воровать...

А что предлагает Анатолий Иванович? Это же уму непостижимо — Съезд имеет право принять к своему рассмотрению и решить любой вопрос. Вот так! Без конституции, без всего, поверх разделения властей. Любой!

А еще говорят, что в СССР нет демократии. А это что?

Просто Лукьянов не понимает, с кем и с чем он имеет дело. Привыкший к кабинетной работе и к научным дискуссиям с заранее очерченными рамками, ответственностью и подспудным страхом (скажешь что-то не то и станешь как минимум невыездным!) — он и представить себе не может, как он будет танцевать джигу перед разъяренным залом депутатов, где уже никто не боится, и никого ничем не проймешь.

Свобода, Анатолий Иванович! Народовластие как вы любите говорить.

Второе, что я пытаюсь добиться — это повысить роль судебной власти, прекратить "позвоночное право" и создать корпорацию юристов, которая в будущем сможет противостоять новой сталинщине и ежовщине. А то, что риск нового тридцать седьмого года висит над нами — в этом я убежден. Никакого системного противоядия — не создано.

Тут много чего надо делать. И создание Конституционного суда — как прообраза нового Верховного. И создание системы арбитражного судопроизводства — там изначально закладывается такая вещь, что судьями не смогут стать не только бывшие сотрудники правоохранительных органов, но и те кто закончил ведомственные учебные заведения. Формально это продвигается под предлогом специализации — для разбирательства хозяйственных дел нужны судьи с познаниями именно по хозяйственному праву. Но в будущем — если успею — я хочу начать десант этих "гражданских судей" в систему уголовного и административного судопроизводства. А Верховный суд — в итоге перебрать к хренам, убрать оттуда весь старый контингент. Потому что я понимаю — начни мы сейчас борьбу с врагами народа — и там появятся и новые Ульрихи и новые Вышинские. Люди, продавшие совесть. А может никогда ее и не имевшие. Им уже не объяснить что суд — не проводник карательной политики государства и они как юристы — должны защищать ЗАКОН.

А не государство.

И с Прокуратурой надо разбираться. Тут я хочу поступить, как позже поступят. Следствие выделить в отдельный следственный комитет, поддержание обвинения в суде — тоже. Оставшуюся часть — надо переподчинить Верховному совету и возложить всего две задачи. Всего две, но крайне важные. Первая контроль за расходованием бюджетных средств. И второе — борьба с коррупцией. Так — Верховный совет станет "зубастым" и получит реальные рычаги контроля исполнительной власти.

И что у меня из этого получается?

Ни-че-го.

Приходится признать, что политика — намного более инерционна, чем экономика. Может оно и к лучшему. Но в будущем эти вопросы неизбежно придется решать.

И да, забыл сказать. Этот год у меня — год Азии. Если получится. И приоритет — конечно же Китай. Эту дикую историю с враждой между двумя социалистическими странами — надо закончить как можно быстрее. Пока есть окно возможностей — через десять лет его уже не будет, Китай поймет свою мощь.

Ну и — Япония, Корея. Южная. Там еще все только начинается, по сути — везде кроме Японии. Из Японии можно получить огромные инвестиции, но что еще важнее — производственные технологии и системы качества. К Южной Корее можно пристроиться в вопросе технологического развития — по гражданским товарам мы сейчас примерно на одном уровне.

Ну а Китай это рынок сбыта практически безграничный.

Кстати как так получилось что АвтоВАЗ не имеет дочерних предприятий не только в Китае? Но и в Индии, где хинди-руси бхай-бхай, а основная машина до сих пор производится с пятидесятых годов без всяких изменений? Там и Москвич — как БМВ будет...

И давайте, раз уж встал вопрос про Индию, расскажу про нее кое-что.

Япония это хорошо. Китай — еще лучше. Но я прекрасно понимаю — реального союзничества с Китаем не получится. По многим причинам, в том числе — мы конкуренты. В том мире — такие удачные отношения России и Китая вызваны в том числе деиндустриализацией России. Если здесь этого не будет — то и сотрудничество будет куда менее удачным. И граница общая никуда не девается.

Потому у меня — в мыслях две страны. Первая — Бразилия или Бразилия с довеском в виде Аргентины. Вторая — Индия. Про нее — давайте и поговорим.

Мало кто знает — что такое "Британская империя" времен мандата. Она практически не изучается, нет работ по ней на русском. Это — время с 1919 по 1940 год, время, когда Британии были отданы во "временное управление" по мандату Лиги наций огромные территории. С ними надо было что-то делать, при этом ... страшная война буквально выкосила целое поколение британских колонизаторов. Все претензии на мировое господство остались под Сомме. Саму Британию сотрясали забастовки. Не был решен ирландский вопрос, в любой момент ирландцы могли снова восстать. По окончании войны — с европейских полей смерти начало расползаться по всему миру самое современное оружие. Студент с браунингом — сделался творителем истории. По отчетам британской разведки — в Гамбурге любой желающий мог купить что угодно, от жилетного пистолета до осадной гаубицы Шкода. До войны пулемет стоил примерно как коттедж в сельской местности, сейчас его можно было получить даже бесплатно. В обмен на обещание примкнуть к силам мировой революции.

Тогда британцы начали расселять по подмандатным странам известных им индийцев. Как людей уже хорошо известных, покорных, трудолюбивых. Так — индийцы в короткое время расселились от Ирака до ЮАР. Возникли даже идеи соправления...

Но Индия — это целый мир, это не одна страна, это скопище разных. Мы про них не знаем почти ничего. Расскажу про три из них.

Гуджарат — развитый портовый и промышленный штат. Это некое подобие индийской Одессы. Стратегические порты, некогда богатевшие на торговле хлопком, специями, ладаном и прочим. Именно отсюда стартовала колонизация, первым британским портом был Сурат. Но здесь англичан встретила уже готовая буржуазия со сложной экономической системой, помнившей еще римлян. Здесь уже были биржи, банки, торговые конторы, фрахт кораблей. Во времена мандата -именно гуджаратцы первыми поехали в подмандатные страны. Сейчас при населении штата в 5 % от всего индийского — гуджаратцы составляют треть индийской диаспоры. Они же — шестьдесят процентов индийского списка Форбс. Семьи Тата, Патель, Амбани.

Причин тут много. Накопление капитала здесь продолжалось столетиями. Никто ничего не терял, не проматывал — после смерти все решала община, все возвращалось в общину. В отличие от христианства — ислам поощряет торговлю и накопление. И здесь никогда не отдавали все состояние на нищих. Исламские торгово-кредитные купеческие общины Ходжа и Бохра — это готовые связи по всему миру, внебанковская сеть переводов Хавала, здесь ее контролируют именно эти люди. Крупнейшая промышленная фирма Индии — Тата, это Гуджарат. В США клану Патель принадлежит более двадцати тысяч гостиниц и мотелей. Причина проста — торгуешь не ты, торгует община. Если ты умный и пробивной — найдется и стартовый капитал и все остальное. Гуджаратцы похожи на наших старообрядцев.

И Махатма Ганди и Мухаммед Али Джинна — отсюда.

В южных штатах Индии живут дравиды. Это целая общность народов, особенностью является то что в их храмах брамины не только молились, но и занимались науками, астрономией, математикой. В отличие от гуджратцев они не мусульмане, а индуисты. Из всех — они первыми пошли на сотрудничество с англичанами и выучили язык. Они менее воинственны, чем северяне, ведь все вторжения в Индию до англичан происходили с севера.

В итоге — дравиды за счет почти поголовного владения английским, учености и трудолюбию — заняли стратегические позиции в глобальном IT. Практически все технологические компании США в 21 веке будут возглавлять дравиды. Здесь же будет Бангалор — индийская Силиконовая долина. Почти все индийские нобелевские лауреаты — дравиды. Отсюда же -все индийские шахматные чемпионы. По сути, дравиды — полная противоположность гуджаратцам — если первые за счет связей общины создают бизнес, то вторые встраиваются в чужой и за счет трудолюбия и знаний — рано или поздно возглавляют его. Это не Индия, это в мировом масштабе. Везде где есть индийцы.