-А как же чай с пирожными? — всполошилась женщина.
-Позже, мать на ход ноги попьем, — решительно заявил полковник, — всё, Саня вставай и пошли ко мне в кабинет.
Небольшая комната, служившая полковнику кабинетом, была погружена в уютный полумрак. Свет шел только от настольной лампы с зеленым абажуром и двух маленьких настенных бра над кожаным диваном, где и расположились оперативники.
-Ну что давай рассказывай, что еще у налетчиков выяснил, — спросил Морозов.
-Значит так, банда состоит из четырех человек, главарь по кличке Сомоса, — начал свой рассказ парень, — на дело пошли трое, так как ещё один член банды, некто Хан сейчас не в городе, должен вернуться через пару дней. Грабили отъезжающих за границу на постоянное место жительства, отбирали деньги, золото и драгоценности, вещи никогда не брали. Наводку получали от какой-то знакомой в ОВИР, но её знает только Сомоса. Так как ограбленные сами не сообщали в милицию, то и дел никаких не было. Единственное исключение, десять дней назад они ограбили семью Левашовых на Крестовском, там тихо не прошло, одной из пострадавших стало плохо с сердцем, поэтому соседи вызвали милицию. Бандиты тогда успели скрыться, но приметы их пострадавшие сообщили, и они совпадают с нашими налетчиками. Да и сам паучок это нападение подтвердил.
-Паучок? — удивился полковник.
-Ну да, Вы когда на него взглянете, сами поймете, откуда такое прозвище, — кивнул Николаев.
-Так, ты на нём свою эмпатию испытывал? — пристально взглянул на него крестный.
-Нет, конечно, обошелся простым наездом, ну и на пару точек ему нажал аккуратно, он и поплыл, — сообщил парень, — но это всё без протокола, пусть следователь с ними сам разбирается. Второго вообще не трогал, мужик крепкий, просто так не расколется.
-Ладно, завтра после операции переведём их в СИЗО, дальше ими пусть Сысоев занимается, — кивнул мужчина, — ты мне вот что скажи, если у нас всё пройдет штатно, что предлагаешь с этим Михой делать?
-Да надо будет предложить ему сотрудничество, — твердо заявил Николаев, — Миха с блатными тесно связан, они ему охотно краденное тащат, поэтому через него можно будет ценную информацию получать. Да и на Галере он авторитетом пользуется, а то у нас там шелупонь одна.
-Брать сам планируешь? — прищурился Морозов.
-Обязательно, — кивнул Александр, — мы с Хиппарем старые знакомые. Когда-то даже почти дружили, но потом наши дорожки разошлись. Поэтому к десяти утра туда подъеду, посижу с ребятами.
-Хорошо, тогда пойдем чай пить и отдыхать, — сказал мужчина.
-Дядь Сереж, а вы по поводу женитьбы серьезно или шутили так? — спросил Николаев.
-Да нет, Сань не шутил, — вздохнул полковник, — если всё у нас сейчас срастется, то по Северо-Западному направлению будет создана специальная группа, которая будет заниматься скандинавскими странами. И Великобританией. И твоя кандидатура в эту группу будет одной из первых. Ты же у нас языки знаешь, права у тебя есть, партийный, так что в загранработу тебя однозначно включат. Но вот без жены тебя там всё время тормозить будут, это как в МИДе, если нет супруги, то и фиг тебе, а не работа в посольствах. Так что реально думай, вокруг столько девушек нормальных, да и вроде не было у тебя с ними проблем никогда. Да и пора тебе с твоим кобелячьим образом жизни заканчивать, побегал и хватит.
-Еще один поводок мне на шею, да? — хмыкнул парень.
-Так, — строгим тоном произнес Сергей Иванович, — ты говори, да не заговаривайся. На тебя и так из-за твоих выходок косятся. И если бы просто косились, а то ведь и болтают всякое. Мне секретарь парткома уже всю плешь про тебя проел. А в новой группе коллектив хороший подбирается, да и глаза народу ты меньше мозолить будешь, а это нам обоим в плюс. Уразумел?
-Так точно, — кивнул парень.
-Ну, а если так точно, то пошли чай пить и разбегаемся, — кивнул начальник.
Тот же день. Москва. Павелецкий вокзал. Десять вечера.
Фирменный скорый поезд N 31 "Москва — Тамбов" был уже подан под посадку. Ваня показал проводнице свой билет и прошел внутрь вагона. Купе было обычное четырехместное, в нём ещё никого не было, поэтому парень быстренько переоделся в спортивный костюм и разобрал свою постель на верхней полке. И стал ждать попутчиков. Их оказалось только двое, немолодая семейная пара, занявшая оба нижних места. Ещё одна верхняя полка осталась незанятой.
Время было позднее (поезд отправлялся в половине одиннадцатого), так что на разговоры никого не тянуло. Зашла проводница, ещё раз проверила билеты, напомнила Ваниным попутчикам, что они сходят в Мичуринске, куда поезд прибывает около шести утра, потом принесла всем чай. Попили его на сон грядущий и Глуздев отправился спать на свою полку. Правда сна у него не было, так и продремал он всю дорогу под монотонный стук колёс.
Вечер того же дня, квартира Шерифа.
Вернувшись домой, Александр выложил из блокнота на стол все три рисунка и некоторое время довольно внимательно изучал их. С одной стороны сходство, безусловно, присутствовало, с другой оно не было таким уж несомненным. Что, впрочем, Шерифа совсем не смущало. Уж больно характерным был нагловатый прищур голубых со стальным отливом глаз парня.
-Ну что, а ведь ты попал, пацан, — неожиданно негромко произнес Николаев, — тем более, что ходишь ты где-то совсем рядом. А это моя территория и различным прохиндеям здесь не место. Хотя то, что ты этого козла как смог проучил, тебе обязательно зачтется. Но играешь ты с огнем. Ладно, завтра день очень непростой предстоит, поэтому пора на боковую.
Однако заснуть быстро не получилось. Только голова парня коснулась подушки, как он тут же вспомнил слова крёстного про женитьбу. И сон, как рукой сдуло.
-С женой это точно настоящая засада выходит, — чуть мрачновато подумал парень, — никто из моих бывших подружек на эту роль точно не подходит. Да и на горизонте сейчас никого не наблюдается. Уже полтора месяца, как я абсолютно свободен. И что мне теперь делать?
-Хотя, — тут его взор внезапно затуманился, — была ведь одна классная девчонка. Медичка. С ней я бы действительно мог всерьёз замутить. Она хотя и не местная, но правильная. А её бывший приятель настоящий придурок. И она тоже должна сейчас быть свободна. И пока никто другой к ней не успел подвалить, надо мне это самому сделать. Решено, в эти выходные я к ней в общагу и заскочу. А там, где наша не пропадала!
Улыбнулся мечтательно и моментально заснул.
Пятница 17 марта. Тамбов. Начало восьмого утра.
Иван прошел сквозь здание вокзала, миновал привокзальную площадь и направился к троллейбусной остановке. Купил у водителя талончики на проезд, прокомпостировал один из них и занял место у окошка. Ехать ему предстояло довольно долго, сначала до автобусной станции, а потом и до небольшого пригородного поселка. Там проживала его давняя знакомая, о которой в Ленинграде никто не знал. Да что там в Ленинграде, его тамбовский приятель тоже был не в курсе их знакомства. Пять лет назад, когда Космонавт впервые приехал в этот город по делам, внезапно оказалось что его местный партнер Вовка Царев, умотал куда-то на несколько дней. А у парня на руках был товар, да и вообще он в Тамбове тогда больше никого не знал. Увидев откровенную растерянность в глазах парня, разбитная симпатичная вахтерша тут же дала ему адресок, где он сможет остановиться на несколько дней. За недорого. Так Ваня и познакомился с тетей Марусей, родной тёткой той самой вахтерши. И все последующие годы он останавливался именно у неё, более того, та регулярно передавала ему в Ленинград через знакомую проводницу различные гостинцы. Не бесплатно, конечно.
В Лесхозе ничего за прошедший год не поменялось. Тётя Маруся встретила парня как всегда, доброжелательно, хотя и удивилась его столь раннему приезду. Обычно тот приезжал в мае или вообще летом. Но комнату для него она приготовила быстро и вскоре Иван довольно уютно там устроился. И у него появилось время, снова не спеша всё обдумать.
"Итак, что мы имеем, — про себя произнёс он, — то, что мне в Ленинград до конца лета не стоит возвращаться, это факт. Но и на больший срок задерживаться точно не стоит, иначе все мои прежние наработки пойдут прахом. Желающих на моих клиентов и сейчас полно имеется, да и поставщики точно уйдут. Имеющийся товар в Ленинграде сбывать опасно, значит надо будет попросить тётку аккуратно всё с моей квартиры забрать. Сам ей звонить не буду, а передам записку через Игорька. Он все равно в Питер каждый месяц мотается, вот пусть и отвезёт от меня весточку. Игорёк сам из Мичуринска, про мои здешние дела с Вовчиком не знает. А вот с тёткой хорошо знаком, она ему комиссионные товары постоянно сбывает. Причём Гарик у нас всеядный, берёт практически всё. А вот дальше, хочу я или не хочу, придется мне к Царю обращаться. Так как здесь в Лесхозе хорошо, но скучно. А светиться в Тамбове лишний раз точно не стоит. По крайней мере, в ближайшее время. Значит, надо будет с Вовчиком договариваться, чтобы он меня к своему дяде в Первомайское отвёз. У того там настоящая усадьба с несколькими большими домами. Со всеми удобствами. Телевизор, баня, и вообще".
Под вообще, Ваня имел в виду свою прошлогоднюю хозяйку. Сноха дядьки Павла, Елена позапрошлым летом овдовела. Муж её, старший сын Митрича, по пьяни пошёл с приятелями купаться и утонул. И речка там вроде небольшая и неглубокая, а вот поди ж ты! А то врут, что пьяному море по колено, а тут здоровенный мужик чуть ли не в луже утоп. Не иначе как русалки утащили! И осталась вдова одна с двумя малолетними детьми. Вот к ней Митрич и определил в прошлом году парня на постой. А дальше всё было как в сказке: накормила, напоила, в баньке попарила, и спать уложила. К себе под бочок. Правда, в итоге проживание обошлось Ване гораздо дороже, чем им самим планировалось. Но оно того стоило. И готовила Елена хорошо, и в постельных делах толк знала. Так что Космонавт в прошлом году оторвался по полной программе, и в этом году рассчитывал на продолжение банкета. Тем более, что Вовчик от неё приветы постоянно передавал и говорил, что в гости его ждут.
"Значит так, — подвёл итог своим размышлениям Глуздев, — недельку здесь перекантуюсь. Пока с Царем свяжусь, пока он с дядькой договорится, пока я в Мичуринск сгоняю. Тайничок у меня здесь имеется, сберкнижки и большую часть бабок в нем оставлю. А потом и в Первомайское отправлюсь, на заслуженный так сказать отдых".
Пятница 17 марта. Ленинград. Красноармейская улица.
К зданию своей бывшей школы Александр подошёл с некоторой робостью, абсолютно не характерной для Шерифа. Причина была банальна и заключалась в учительнице английского языка Эльвире Хабибульевне. Несмотря на прошедшие с момента выпуска парня долгие десять лет, его бывшая классная руководительница так и не простила ему решение стать милиционером. И при встрече обязательно язвительно проходилась и по нынешней карьере Александра и по его умственным способностям. И это при том, что относилась она к Николаеву очень хорошо, парень это прекрасно знал.
Войдя в школу, Сашка на минуточку остановился, — "Ну, что, куда теперь? К директору или в учительскую"?
Тут он бросил мимолётный взгляд на Доску Почета школы, на которой когда-то красовался и его портрет, и замер. На него, весело, с чуть нагловатым прищуром, взирал тот самый пацан, которого он собирался искать. То, что это был именно он, не было никаких сомнений.
"Андрей Соколов, 10 "А", победитель районной математической олимпиады", — удивлённо прочитал он.
-Какие люди и без охраны, — внезапно раздалось у него за спиной, — что, Саня, свою фотографию ищешь? Так сняли её давно, она теперь у меня в альбоме выпускников хранится.
Александр улыбнулся, — доброе утро Татьяна Анатольевна. Сто лет вас не видел. А у вас я смотрю, теперь и победители математических олимпиад появились. При мне такого точно не было.
-Андрею очень талантливый мальчик, — кивнула женщина, — но ты мне зубы-то не заговаривай. Ты же у нас милиция. Случилось что?
Николаев бросил взгляд по сторонам. Школьная раздевалка быстро заполнялась детьми, поэтому разговор надо было точно переносить в другое место.
-Давайте в вашем кабинете поговорим, — предложил он, — а то здесь становится шумно.
-Пойдём, — согласилась с ним директриса.
-Ну, я тебя слушаю, товарищ лейтенант, — строгим, почти официальным тоном начала разговор женщина.
-Ну, Татьяна Анатольевна, вы-то хоть не начинайте, — чуть смущённо произнес парень, — мне сегодня ещё с Эльвирой Хабибульевной встречаться предстоит. Тем более, что я к вам с неофициальным, так сказать визитом. Просто у меня в ходе одного расследования некоторые непонятки вышли.
-Расследования? — удивилась директриса, — а ты разве не помощником участкового теперь работаешь?
-Когда это было! — усмехнулся Александр, — я почти два года в Уголовном розыске работаю. И я уже старший лейтенант, надеюсь, что скоро капитаном стану.
-Ладно, говори, что тебе нужно, — решительно произнесла женщина.
-Есть у вас в школе такая девочка, Тамара Эберляйн, — начал Николаев, — у неё мама совсем недавно умерла. А она, как вы наверняка в курсе, проходит по одному очень интересному списку. Так вот, соседи сообщили, что у неё в последнее время было несколько ссор с её отчимом. Так вот меня просили выяснить, всё ли с ней сейчас в порядке. Не хотелось бы раньше времени детскую комнату милиции подключать.
-Проблемы точно были, — кивнула Татьяна Анатольевна, — но сейчас всё вроде в норму пришло. Учится она очень хорошо, занятия не пропускает, выглядит опрятно и аккуратно. Если нужны подробности, то можешь с её классной руководительницей переговорить.
-Это радует, — облегчённо вздохнул парень, — а то её отчим мне совсем не понравился.
-А ты всё в свои шерифские игры играешь, — неожиданно тепло улыбнулась женщина, — когда же ты, наконец, повзрослеешь?
-Никогда, наверное, — пожал плечами Николаев, — это мой район и я за многое здесь в ответе. Привычка — вторая натура.
-Пойдем тогда, а то до звонка всего двадцать минут осталось, — заявила директриса, — только классная руководительница Тамары сейчас точно в учительской. А там и Эльвира Хабибульевна наверняка присутствует. Не боишься?
-Пора нам зарывать топор войны, — неожиданно заявил парень, — что было, то быльём поросло. Тем более, что мне её помощь в самое ближайшее время потребуется. Я недавно шведский язык учить начал.
Школа четвертый этаж. Рядом с учительской. Несколько минут спустя.
-Не передумал? — чуть насмешливо произнесла Татьяна Анатольевна.
Александр решительно взялся за ручку и распахнул дверь настежь. Находящиеся там учителя, встретили вошедшего, совершенно по-разному. Вера Соломоновна тепло и добродушно улыбнулась парню, военрук сразу же шагнул ему навстречу и крепко пожал Николаеву руку. Молодые учителя, в том числе и Биссектриса, посмотрели на него с явным интересом, а вот "англичанка" поджала губы, явно собираясь сказать что-то язвительное. Но Александр её опередил. Стремительно шагнул вперёд и словно фокусник, непонятно откуда выдернул букет цветов. Встал на одно колено и склонил голову перед своей бывшей учительницей. Та замерла в некотором недоумении, а тут и директриса вмешалась в происходящее.
