Великий Переход или Новый Бъакътун

Себе и Полине Сашка приготовил манную кашу, на воде, естественно. Готовил на масляном нагревателе, сооружённом из консервных банок. Кинул в кашку по кусочку масла и по ложке варенья. Растолкал Полинку. Нехрен спать, впереди много дел. Мог бы, конечно, и не кормить Полинку, ведь у неё есть батончики, но если в запасах осталась крупа и немножко масла, то их надо съесть, а то пропадут продукты. Вот с питьевой водой затык, но пока ещё немного воды оставалось в Сашкиных запасах. Угу, Сашка тот ещё куркуль.

В Сашкиных планах на первом месте стоял пункт прочитать опекаемой особи лекцию, как выживать в сложившихся условиях, а потом провести практические занятия. Ещё не успела Полинка доесть манную кашку и запить её горячим чаем с вареньем, как Сашка начал учить её жизни: опекун он над Полинкой, или погулять вышел; пусть девчонка балду не гоняет, а начинает соображать. Блаженна жизнь, когда живешь без дум, но это не про нас.

Полинке пришлось, сидя на кровати и сложив ладошки на коленках, слушать своего мудрейшего опекуна. Вот только опекунстововать над ней ему оставалось всего несколько часов. Разглядывала Полинка Сашку Апраксина с таким интересом, будто на нём написана формула Quinta essential.

Опекун, честно говоря, Полинке понравился: рядом с ним она чувствовала себя комфортно и как за каменной стеной. Теперь, при свете дня Полинка более подробно рассмотрела Сашку. Парень среднего роста, ну, возможно слегка выше среднего на один-два сантиметра; спортивно скроен, носит очень короткую причёску; лицо простое, но не отталкивающее. Когда он переодевался в свежее бельё, то Полинка заметила развитые руки и мощный пресс на животе парня. Сразу видно — опекун сильный парень, и не только физически. У него в квартире всё разложено аккуратно, нет грязи. Ещё он умный и хитрый: говорит так, что смысл сказанного становится понятным — раскладывает всю информацию по полочкам. Нам в школе учителя хуже объясняли, чем этот Сашка Апраксин. Наверное, он такой умный потому, что успел до Великого Перехода отмотать полтора курса в Пензенском универе. На кого он там учился, не сказал, только признался в собственном раздолбайстве: якобы учёба для него вторична, а спорт и развлекуха первичны. А где его семья? Как оказалось, семья, состоящая из отца, матери и сестры Ники, забралась в свой старенький "Фордик" и уехала на Новый год, на юг Краснодарского края, где в одном из посёлочков около моря жили дед и бабка по отцовской линии. Пустая квартира оказалась в полном распоряжении Сашки, страстно желавшем "оторваться" в свободной квартире с друзьями на праздники. Угу, оторвались. А что с друзьями?

— Друзья не доехали, — с грустью сообщил Сашка. — Я рано вырвался из Пензы, здесь готовил поляну, но тут грянул катаклизм. Ну, ты помнишь, с чего всё начиналось.

— Почти не помню, — призналась Полинка. — Всё, как в тумане. Помню только непрерывные причитания мамки, темноту, страх и жуткий холод. В себя пришла только сегодня, когда рассеялся дым в сознании.

— Но, браслет-то ты сообразила надеть, — показал Сашка на Полинкин браслет, надетый на левую руку.

— Это я сообразила, когда двадцать второго декабря появилась перед глазами надпись, предлагающая надеть браслет.

— Инфу с Коммуникатора читала? — стал уточнять опекун.

— Почти не читала, — пожала плечами девчонка. — Говорю, жила, как в тумане.

— Тогда слушай дядю Сашу: в любую свободную минуту читай информационные блоки в Коммуникаторе. Как прочитаешь один блок, так откроется новый, ещё и монетками поощрят. Чем больше читаешь, тем больше знаешь. Вот только не надо заниматься самокопанием, иначе можно прийти к пониманию бессмысленности бытия и к гнилым философским идеям. Какая наша с тобой главная задача? Ищем ключ к замочной скважине на двери, ведущую в мир волшебных возможностей. Книгу про Буратино читала? Вот-вот.

— Начну читать, — пообещала Полина. В голове Полинки закрутились шестерёнки, лёд тронулся, и что-то начало проясниваться.

— Но, есть затык, — охладил её рвение Сашка. — Читать край как надо, но времени нет — приходится бегать на задания. И ещё один нюансик: у всех в их Коммах разный набор информационных блоков. Поэтому надо делиться инфой с людьми, которым доверяешь. Ты информацию — тебе информацию. Вкурила?

— Я тебе доверяю, — призналась Полинка, глядя на Сашку с нескрываемым обожанием.

Четырнадцать лет девчонке, — бросил на подопечную взгляд Сашка. Возраст, когда гормоны рулят. Ох, и намучаюсь я с этой Полинкой. За что мне эти сорок пять килограммов счастья?

Так-то она ничего, симпатичная на мордашку девчонка, в моём вкусе: худенькая, но и женские прелести уже вполне проклюнулись. Сиськи и попка на месте. По её попе так и хочется шлёпнуть ладошкой, но это непедагогично. Девчонка, на мой взгляд, умненькая — её глазки наполнены чистым светом, а не мутные, как у особей, ранее живших в пространстве между Интернетом и реальностью. Надо девчонку загрузить работой по самую макушку, чтобы вот это обожание в её взгляде стереть. Сейчас она должна думать о выживании, а не о шашнях с опекунами.

— Если доверяешь, то признавайся, сколько у тебя QE и какой рейтинг? — распорядился Сашка, хотя, как опекун он знал, что у подопечной рейтинг равен 99 единиц.

— У меня тысяча QE, — сообщила Полинка. — Рейтинг 99.

Уф, с облегчением выдохнул Сашка: значит, девчонка, не совсем дура, кинувшаяся тратить драгоценные QE.

— Тогда слушай и мотай на ус, или на что хочешь, на то и мотай, — начал свою лекцию Сашка.

— Ещё недавно мы благополучно жили в первом четвертичном периоде кайнозойской эры. Катаклизма началась 22 декабря с приходом на Землю пришельцев. Откуда они взялись? Хрен знает — может они с Плутоновой Бездны прилетели, возможно, от сырости завелись, то неведомо. Есть версия — это всё происки Архиврага или Древнее Зло пробудилось на нашу голову. Наука молчит по этому поводу. Как однажды сказал старина Софокл: "Как страшно жить, когда от наших знаний нихрена нет пользы".

Пришельцы мгновенно изуродовали физику нашей планеты. Они сразу же уничтожили электрогенерацию, оставив только статическое электричество и молнии. Генераторы теперь вырабатывать электроны могут, но электроны тут же рассеиваются в пространстве. Наша цивилизация базировалась на электричестве, теперь электричества нет. Это значит — света нет, подачи воды и газа нет, интернета нет, радио не работает, телевидения нет. Телефонов тоже нет. Заводы, поезда, машины, самолёты и корабли остановились. Когда-нибудь, наверное, начнём перемещаться на паровозах, но их надо расконсервировать. О станках и сварочных аппаратах надо забыть. Чтобы люди не дурили, пришельцы одномоментно превратили все радиоактивные металлы в обыкновенное золото. Нет теперь на земле ядерного оружия, да и другого нет. Они лишили нас огнестрельного оружия: порох есть, но инициирующие вещества для возгорания пороха пропали, даже обыкновенных спичек теперь нет. Хорошо хоть остались газовые зажигалки. То есть, сражайтесь людишки, если хотите, оружием шестнадцатого века. Пришельцы уничтожили все запасы химического оружия — это, скорее всего, к лучшему. Кроме этого, они модифицировали несколько десятков видов земных бактерий и вирусов, таких как ретро вирусы, вирусы гриппа и ковида, натуральной оспы. Уничтожили возбудителей чумы, сибирской язвы, туберкулёза, гепатита, лепры, эболы, сифилиса, гонореи, тифа, бешенства и ряда других микроорганизмов, вредящих людям, животным и растениям. Наверное, это хорошо, но точно я не знаю: микробиология дело тёмное.

— Возможности чужих, — проговорил Сашка. — Страшная, доложу тебе, штука.

Вот так заканчиваются тучные года и начинаются невзгоды. Не захочешь, но поневоле поверишь в звезду Полынь. Ошибаются те разумные особи, думающие во время благополучных времён, что навсегда избавились от невзгод. Это не так: невзгоды уже поджидают глупых особей, зря уповающих на удачу. Госпожа Удача — девушка капризная, она просто так не улыбнётся, она сто раз подумает с кем флиртовать. Удача влияет на Судьбу, а судьба — она злодейка. Она как качели в детском парке: то ты наверху, то внизу, то вообще с них кубарем летишь, да так, что косточек не соберёшь. Люди не имеют свободы выбора в этой не самой совершенной Вселенной. Случайность и выбор — это поповские бредни. Люди, в большинстве своём, желают просто плыть по течению жизни. Большинство плывут, как брёвна на лесосплаве, другие по извилистым мутным речкам, для некоторых и болотная жижа кажется жизнью. Некоторые особи барахтаются в полынье бытия, как то самое, на букву "г". Когда-то в нашей стране провели опрос. Социологическое исследование показало — восемьдесят пять процентов населения вполне счастливы. Надо понимать, остальные пятнадцать процентов, на момент опроса, находились в трезвом состоянии.

Самое страшное произошло в самые первые часы и дни после Великого Перехода. Даже представлять не хочу все ужасы, обрушившиеся на людей и домашних животных. Люди, находящиеся на тот момент в самолётах, кораблях, подводных лодках, скорее всего, погибли. Множество людей застряло в лифтах и в остановившихся поездах. Толпа "дальнобойщиков" и туристов оказались на дорогах или в городах, но далеко от дома. Что творилось в больницах, домах престарелых, интернатах — об этом даже думать не хочется. А тюрьмы, изоляторы и колонии для заключённых? Да что колонии для зеков, если не пойми что творилось в армейских казармах. Ещё надо учитывать людскую дурость: пришельцы сразу предупредили: "Не наденете браслет — умрёте через пять дней". Но, вспомни, как у нас всё происходило: ночь, вдруг перед глазами появляется надпись. Наверное, многие проигнорировали непонятное требование надеть браслет, появившийся из пустоты в радиусе одного метра от человека. Браслет не надели, или потеряли, или его у них украли, следовательно, люди не подключились к Коммуникатору. Не подключившись к Коммуникатору, не поймёшь, что происходит, и как выбираться из этой ситуации. На дневной стороне планеты, наверное, ситуация лучше сложилась, но я не очень в это верю. Обращение пришельцев выражалось в письменном виде, а сколько на Земле людей, не владеющих грамотой, сколько детей, сколько выживших из ума стариков, сколько религиозных фанатиков и сумасшедших. Человечество, что называется, попало — хоть лезть в петлю, причем сразу всем скопом. Короче говоря, пришельцы слили человечество быстро — только булькнуло. Прикинь Полинка — пришельцы по своему беспределу даже закрыли Киргизский театр оперы и балета. На святое покусились. Они не скрывают, что считают нас горой навоза. Если бы великий Данте жил в наше время, он бы не писал про ад, а написал бы поэму о Новом Бъакътуне.

Мне мой Коммуникатор, в одном из блоков информации, сообщил статистику о погибших людях и животных: после пяти контрольных дней население планеты сократилось на один и семь миллиардов человек, погибло несколько сот миллионов животных. Через следующие пять дней погибло ещё около миллиарда человек. Без всяких войн и эпидемий.

— Нам, Полинка, ещё здорово повезло, — грустно проговорил парень.

— Чем же? — прошептала девчонка, смотря на Сашку, круглыми от неприятных подробностей глазами.

— Во-первых, мы из страны, привыкшей к потрясениям. Наша бывшая держава — это одна шестая часть света и три четвёртых тьмы. Мы народ стойкий. Как мы выживали — то государственная тайна. После недавнего катаклизма мы оказались в маленьком посёлке, в трёхкилометровом защитном радиусе, где жёстко исполняются законы пришельцев. Плохо тем, кто сейчас находится вне радиусов, но совсем плохо в больших городах, ибо выжить в многоквартирном доме без электричества и воды чрезвычайно трудно, даже если дом находится в радиусе.

— Что произойдёт дальше? — дрожащим голосом произнесла Полинка.

— Селекция, — утвердительно кивнул парень. — Выжившим людям предстоит преодолеть очередную ловушку, заключённую в стартовых QE. Уверен — многие люди, столкнувшись с неимоверными трудностями, побегут тратить стартовые QE на сиюминутные потребности. Хандра погубит людей быстрее, чем самые страшные неприятности.

— А куда надо тратить QE? — задала вопрос девчонка. Этот вопрос от неё Сашка давно ждал.

— Вот это — самое главное, — Сашка даже ближе подсел к девчонке. — Надо понять, чего собственно хотят пришельцы. Они особо и не скрывают, что им нужны артефакты, коих, как оказалось, на нашей Земле очень много, а на их планетах — очень мало. Соображаешь? Если у дикарей есть что-то ценное, то это ценное надо у дикарей обменять на бусы и зеркальца, причём жизнь самого дикаря ценности не имеет.

— Что такое артефакты? — переспросила Полина.

— Ага, и с чем их едят, — подмигнул Сашка девчонке. — Артефакты — это оставшиеся от древнейшей цивилизации вещи. Невидимые для человека вещи, но очень ценные для пришельцев. За артефакты они готовы поделиться с нами своими технологиями. Те чудесные вещи, что мы уже от них получаем — это не волшебство, а, как говорят сами пришельцы, — это технологии.

— Как же нам увидеть невидимое? — тема заинтересовала Полину.

— Подумай сама, — развёл руками Сашка. — С помощью технологии пришельцев, разумеется. Но эти приборы стоят прилично для нас. Думаю, и пришельцам такие приборы обходятся не дёшево, иначе бы они их даром раздавали всем подряд. Вот для того они и устроили селекцию: останутся только те, кто способен выживать в тяжёлых условиях, при этом он должен приносить пришельцам пользу без существенных затрат с их стороны. Экономика рулит. Если при этом человеческая популяция лишится миллиардов особей, пришельцев не интересует: они воспринимаю нас как инвазивный вид. Честно говоря, Сашка и сам, оглядываясь по сторонам, давно считал — людей на планете слишком много. Но, даже не в численности людей дело, а в слишком большом количестве у нас дураков и вырожденцев. Жадные и прожорливые дураки, продолжают плодиться с неимоверной скоростью: больше того — они лезут во власть, отталкивая в сторону и затаптывая нормальных людей. Беда это наша: люди, которые должны принимать таблетки, принимают законы и руководят нами. Напринимали столько дурных законов и так вывернули ситуацию, что простые люди перестали понимать фейки и анекдоты: они думают — это новости. Замечено, чем ближе государство к падению, тем больше законов оно изобретает. Смотрите, сколько бумаг должны, например, оформлять участковые врачи, вместо лечения людей. Для строителей тоже придумали кучу дурацких законов. Для чего? Для разбазаривания средств вестимо. С врачами вообще, как в анекдоте. Бумаг у них много, но они хоть как-то справлялись до оптимизации. После оптимизации закрылась куча больниц и поликлиник, а врачей в "бесплатной медицине" осталось мало: часть сбежало в платную медицину, часть просто сменило профессию. Ничего, сказали дураки — мы вам дадим компьютеры и жизнь у народа и у вас, у докторишек, улучшится. Теперь, с внедрением компьютеризации, лечить людей врачам стало совершенно некогда: им бы за пятнадцать минут, отводимых на приём пациента, успеть бы набить кучу букв на клавиатуре. Вдруг выяснилось, что дорогущие компьютеры не умеют лечить людей, а лечит доктор, умеющий вникнуть в проблему пациента, но доктору вникать некогда: он один, а больных целая очередь в коридоре. Ещё вдруг выяснилось, что здравоохранение — это чрезвычайно затратное дело, и если всё делать по уму, то нужным людям ничего не обломится в карман.