2. Письмо на украинском языке, исполненное на полулисте белой канцелярской бумаги красителем синего цвета, начинающееся словами: «22 грудня 1977 р. Добрий день, друже Василю!»… и заканчивающееся словами: «…2) п’ять чистих поштівок». Автор письма сообщает, что у него и других были проведены обыска. Упоминает Тихого, Руденко и других осужденных лиц. Документ в целом идейно-вредного содержания.
3. Письмо на русском языке, исполненное красителем фиолетового цвета на одном листе бумаги в линейку, начинающееся словами: «Багдарин 25.12.77 Дорогой Василь!»… и заканчивающееся словами: «…А тут ты вряд ли поможешь». Автор документа упоминает Шабатуру, Григоренко, Марченко. Указывает, где они находятся в настоящее время.
Документ идейно не выдержанный.
4. Машинописный текст, исполненный под копирку черного цвета на 16 листах белой стандартной бумаги, начинающийся словами: «Заключний акт наради з питань і співробітництва в Європі…» и заканчивающийся словами: «Соціалістичної… республіки Югославії Йосип … Тіто Надруковано в газетах «Правда» і «Известия» 2 серпня 1975 р. …» Текст документа исполнен на украинском языке. В тексте имеются дописки слов, букв, исполненных от руки синим красителем, но не влияющих на содержание документа. Отдельные слова зачеркнуты, а взамен им дописаны другие. Часть слов написано на полях листов.
Документ официальный, публиковавшийся в нашей прессе.
5. Письмо на 2 листах бумаги из ученической тетради в клеточку, исполненное красителем синего цвета на украинском языке, начинающееся словами: «20.12.77 р. Валю дістав сьогодні…» и заканчивающееся словами: «…тепер майже не кульгаю». Автор письма описывает о себе, о том, что он получил травму, но сейчас ему лучше. Одновременно упоминает 1972 год, когда он был арестован и якобы в то время органы советской власти ущемляли его интересы.
В целом документ идейно-вредного содержания.
6. Рукописный текст, исполненный красителем фиолетового цвета на 2 листах белой бумаги размером 12,5 х 18,5 см, начинающийся словами: «Члену Президиума Верховного Совета СССР Расулу Гамзатову … Стуса…» и заканчивающийся словами: «…молодых человеческих жизней».
В этом документе автор возводит заведомо ложные измышления, порочащие советский, государственный и общественный строй. Так, он клеветнически утверждает, что в СССР якобы существует «беззаконие и насилие», что результатом этого явилось якобы необоснованное привлечение к уголовной ответственности его и его товарищей Валентина Мороза, Вячеслава Чорновола, Ивана Светличного, Ивана Дзюбы. Этих лиц, осужденных за государственные преступления, он старается показать как «представителей украинской интеллигенции», якобы пострадавшей за свои убеждения.
С враждебной позиции автор также заявляет, что в Советском Союзе, якобы, «томятся сотни людей по тюрьмам и лагерям».
В целом документ клеветнического характера.
7. Рукописный текст, исполненный красителем синего цвета на одном листе белой бумаги размером 12,5 × 18,6 см, начинающийся словами: «преступников против человечности…» и заканчивающийся словами: «…бремя ложится все же на нас». Автор документа (Стус) описывая о себе, одновременно упоминает украинское «диссидентство». Стус заявляет, что «задачи украинского «диссидентства» значительно сложнее, нежели русского». Здесь же автор заявляет, что «отклонение украинской интеллигенции от точного исполнения своего долга у нас началось давно. Многие столетия нещадного террора и подкупа разложили ее костяк…» Далее в документе утверждается, что в местах заключения «костяк почти каждой зоны состоит преимущественно из украинского материала…»
Данный документ по своему содержанию идейно вредный.
8. Открытый почтовый конверт, на лицевой части которого от руки написан адрес: «Магаданская область, Тенькинский р-н, с. им. Матросова, до востребования Стусу Василию». Отправителем значится: «252030 г. Киев-30, ц/о № 30, до востребования, Маринович Мирослав Франкович». Имеется штемпель: «Киев 15 04 77 18», «им. Матросова Магадан, обл. 27 04 77 15». В конверте имеется письмо на одном листе белой стандартной бумаги, исполненное красителем синего цвета, начинающееся словами: «Шановный Василю. Пише до Вас…» и заканчивается словами: «…На все добре! Мирослав». Автор письма сообщает, что у него был обыск, а поэтому он не смог передать книги для жены Стуса. Обещает это сделать позже.
Письмо идейно-невыдержанного содержания.
9. Письмо, исполненное на трех листах белой бумаги в линейку, красителем красного цвета, начинающееся словами: «Шановна пані Ганно! Кілька днів тому…» и заканчивающееся словами: «…отделения языка и литературы приблизно 745 р.». В документе упоминаются Стефания, Анна, Галина, Вячеслав и другие.
Документ бытового характера.
10. Рукописный текст, исполненный красителем синего цвета, на одном листе белой бумаги в линейку, начинающийся словами: «Побувавши в роз’їздах, пересвідчився що…» и заканчивающийся словами: «… минуле, прагнучи того». Текст на украинском языке. Посредине листа, вверху над текстом, учинена цифра таким же красителем «3», а на обратной стороне листа, над текстом учинена цифра «4». Как видно из документа, это часть текста, в котором затрагиваются вопросы бытового характера.
11. Рукописный текст, исполненный красителем синего цвета на одном листе белой бумаги, размером 12,7х19 см, начинающийся словами: «будуть /программа-максимум…/» и заканчивающийся словами: «…Проте не подобає нам рюмсати». Текст на украинском языке. Автор письма упоминает такие имена: Стефания, Попадюк Любовь, Михаила Г[орыня], Олесю и других. Кроме бытовых вопросов автор касается в документе и деятельности В. Мороза, осужденного за антисоветскую деятельность. Документ идейно-вредного содержания.
12. Рукописный текст, исполненный красителем синего цвета на одном листе белой бумаги, размером 12,4 х 18,4 см, начинающийся словами: «Уважаемый Петр Григорьевич, обращается…» и заканчивающийся словами: «…ни одной украинской книги, журнала, газеты». Автор документа пишет, что он «бывший узник Мордовских лагерей», ныне находится в ссылке. С учетом таких условий он не намерен «сидеть сложа руки» — даже при ограниченных возможностях…». Далее заявляет: «…я даю согласие… и Вам, как представителю демократического движения, на свое участие во всех начинаниях, способствующих делу прогресса в вопросах обеспечения человеческих прав и прав народов на самостоятельное решение своей судьбы…»
В документе автор предлагает «москвичам» представительство «украинских интересов» в Москве, где, как он заявляет, «имеется куда более удачный форум, нежели в Киеве». Это способствовало бы, как утверждает автор документа, «…их большей консолидации и действенности…»
Возводя клеветнические измышления, порочащие советский государственный и общественный строй, автор документа утверждает, что украинский народ якобы «лишен права въезда в родные места». Украинских националистов, которые вели вооруженную борьбу против Советской власти, а в настоящее время отбывают наказание, автор документа называет «участниками партизанского движения на Западной Украине», сожалеет, что они «лишены права выезда на Украину…»
Далее он заявляет, что украинцы лишены своего родного языка, клеветнически утверждает, что на Украине «…в магазинах не найдешь ни одной украинской книги, журнала, газеты».
В целом документ носит клеветнический характер.
13. Рукописный документ, исполненный красителем синего цвета на одном листе белой бумаги, размером 12,5х18,5 см, начинающийся словами: «Уважаемый Петр Григорьевич! Ваше имя…» и заканчивающийся словами: «…социализма, врагов гуманизма и…»
Описывая о себе, автор заявляет, что его якобы необоснованно осудили, а в настоящее время «уже 9 месяцев “исправляют”». Клеветнически утверждает, что на Украине якобы были «репрессии творческой интеллигенции», о чем он писал в своих открытых письмах до осуждения.
В этом же документе автор клевещет на советские органы правосудия. В целом документ носит клеветнический характер.
14. Письмо на одном стандартном листе белой бумаги, учиненное красителем фиолетового цвета, на украинском языке, начинающееся словами: «Пустомити, 30 вересня 1976 Добрий день…» и заканчивающееся словами: «…До скорої зустрічі на Волі. Ваш Іван К…». Правее текста простым карандашом написано (на поле) — «290053, Львів-53, Наукова, 110/33 І. Кандиба». Других дописок в тексте не имеется.
Автор документа, описывая о своей жизни и работе, одновременно утверждает: «…Світ ще на так низькому рівні, що все в основному вирішується силою — з позиції права, а не сили права…» Документ идейно-вредный.
15. Лист белой бумаги размером 10х14,6 см с рукописным текстом, исполненным на украинском языке черным карандашом, начинающийся словами: «І прийде і згуртує й поведе…» и заканчивающийся словами: «…у воду зоряну й гряде».
Стихотворение из жанра интимной лирики.
16. Фотокопия рукописного текста на украинском языке, исполненного черным красителем на трех листах бумаги размером 10 × 11,5 см, 9,6 × 11,8 см и 8,7 × 11,8 см. Документ начинается со слов: «Шановні земляки-краяни! Ми неодноразово намагалися…» и на третьем листе заканчивается словами: «… можуть розповісти Вам п. Мих. та п. Ол.».
В письме автор от имени украинцев, находящихся в заключении, сообщает, с какой радостью они готовились встретить осужденного за антисоветскую деятельность Валентина Яковлевича, но позже разочаровались, т. к. он начал клеветать на «наилучших, проверенных людей», требовать от них слепо подчиняться ему.
Автор письма, сообщая об этом, стремится довести, что такие люди, как Валентин, создают неблагоприятные условия для их «общего дела». Документ идейно-вредного содержания.
17. Самодельная тетрадь из белой стандартной бумаги на 54 (условно пронумерованных) листах с рукописным текстом на украинском языке, исполненным простым карандашом и красителем зеленого цвета. Текст на первом листе начинается словами: «Заперечення процедурного порядку: 1. Обшук на моїй квартирі…» и заканчивается на обороте листа № 54 словами: «…и нападением на слона е1». Оборотная сторона листов №№ 8, 14, 15, 17, 24, 25, 26, 27, 31 записей не имеет, листы тетради под № 16, 18—23, 32—46 чистые, без пометок и записей. Текст представляет собой черновые записи, сделанные Стусом во время предварительного следствия по его предыдущему уголовному делу, отдельные выписки из клеветнических документов, которые ему вменялись в вину, заметки с его опровержениями оценок, которые были даны следствием его документам; имеется ряд стихотворных набросок. На оборотной стороне листа № 47 есть текст на русском языке.
В записях и заметках автор проводит мысль о том, что он осужден якобы необоснованно. Утверждает, что на Украине будто бы существует нечеловеческое отношение к творческой интеллигенции, пытается оправдывать лиц, проводивших антисоветскую деятельность, а судебные процессы в отношении такой категории лиц называет «несправедливыми» (л. 4).
Отстаивая свое утверждение о якобы его невиновности в проведении антисоветской деятельности, за что он был привлечен к уголовной ответственности, автор в записях продолжает допускать нездоровые суждения о нашей советской действительности. В частности, он пишет: «Окремі мої думки і висловлювання могли бути витлумачені зацікавленими людьми в антирадянському дусі, але це вже не моя вина…» (л. 28).
Продолжая излагать свои мысли о якобы безосновательном привлечении его к уголовной ответственности, автор заявляет: «…меня арестовали по подложному обвинению в причастности к делу бельгийского туриста Добоша» и считает это «грубым сценарием» (л. 47).
В целом данные записей по своему содержанию являются идейно-вредными.
18. Самодельная тетрадь без обложек из белой стандартной бумаги на 60 листах (условно пронумерованных) с рукописным текстом, исполненным простым карандашом на украинском языке. Текст на обороте листа № 30 начинается со слов: «У цім безхліб’ї і бездоллі…» и заканчивается на листе № 31 словами: «…перевали порожнеч». На лицевой части листа № 30 имеется текст, исполненный простым карандашом, мало видимый и неразборчивый.
Текст представляет собой два лирических стихотворения упаднического характера.
19. Ученическая тетрадь в клеточку на 6 листах (условно пронумерованных) с рукописным текстом, исполненным фиолетовым и синим красителями на украинском языке. Текст на лицевой обложке тетради начинается со слов: «Нотатки до …О білий світе…» и заканчивается на внешней стороне задней обложки словами: «…віддані на офіру за віддаємось офірі».
В своих черновых записях автор касается литературных вопросов, упоминая при этом Антоненко-Давидовича, Зерова, Бердника. При этом употребляет слово «самиздат». Имеются отдельные выдержки из статьи И. Дзюбы, в которой он осуждает свою враждебную деятельность. Кроме того, в тетради имеются отдельные заметки в отношении И. Калинца, осужденного за антисоветскую деятельность, перечисляются враждебные документы, изъятые у него, и фамилии лиц, проводивших по данным документам экспертизу.
В целом заметки в этой тетради идейно-вредного содержания.
20. Общая тетрадь в клеточку на 48 листах (условно пронумерованных) с рукописным текстом на украинском языке, исполненным синим красителем. Текст представляет собой отдельные стихотворения, написанные в черновом плане, и начинается на первой странице со слов: «Пожухле листя опадає з віт…» и заканчивается на 35-м листе словами: «…моєї всевідради всеглядно постає». На листах №№ 4, 36—48 записей не имеется.
