Саманта в Совенке

— Я поищу. Но честно говоря проблема есть. Почти все в других кружках уже. Ладно бы на небольшую роль.

В этот момент налетел порыв ветра и вырвал листки из рук Саманты. Она кинулась подбирать но несколько уже закончили свой путь в лужах.

— ничего страшного. В библиотеке еще копии есть. Я схожу.

— Я тоже пройдусь. "Саманта, ты с нами?"

— "Что?"

— Как хочешь. "Я скоро вернусь."

Немного отойдя от сцены я приступил к расспросам.

— Что у вас за вражда с Ольгой Дмитриевной?

— да нет, с чего ты взял?

— Я думал тебя с Самантой поселят. А теперь ты будто в изгнании.

— Я тоже думала. Но потом все как-то неудачно вышло. Та шутка за столом, потом кампот.

Хм, так она не специально?

— Надо это исправить.

— Спасибо тебе за заботу. Но не надо меня никому навязывать. Все в порядке.

— Но ведь...

— Пожалуйста.

— Хорошо, как скажешь.

В библиотеке мы встретили Лену. Она сидела за столом читая одну из наших распечаток.

— Привет. Не хочешь в нашей пьесе поучаствовать?

— Не могу.

— Лена здесь Женю подменяет.

Лучше бы наоборот.

— Жаль. Нам актеров не хватает.

— Что поделать. Нельзя оставлять пустой библиотеку.

Сдалась она кому. Разве что Мурзилку хотят почитать. Но труды Ленина не утащат.

— Жаль да...

— Но ты хотя бы приходи посмотреть потом.

— Приду конечно.

Славя нашла нужную копию сценария на английском и мы пошли на улицу.

— Семен, а ты не хочешь сыграть Ромео?

— С чего бы мне хотеть такое?

— Ну а почему бы нет?

— Ты знаешь почему. Сама то его сыграла бы?

— Сыграю если понадобится. Но какой из меня Ромео. У меня и волосы длинные — не спрячешь...

— Я пошутил, зачем тебе...

— но кому-то придется его играть.

— да это изначально плохая идея. Кому-то... придется... целовать... её. А если это сфотографируют? Пойдет на обложку Нью-Анжелес таймс. Пионер совращает американскую принцессу.

— Смешной ты.

Вернувшись к сцене мы застали Женю за перепалкой с Алисой.

— Тогда я забираю гитару.

— даже не думай.

— но она вам тут не нужна совершено.

— Не твое дело. Весь реквизит остается тут и точка.

— Вы на ней будете играть?

— Играть для постановки будет Мику. На чем решать ей.

— Хорошо, захочет — заберет у меня.

— Чтобы ты с гитарой по всему лагерю таскалась? И где искать тебя потом?

— да какое таскалась?! В доме у меня будет.

— Никто не отдаст тебе её. Вещь попавшую в твои руки можно сразу списывать: или как сломанную или потерянную. Или все вместе сразу.

— ну и подавитесь.

Алиса прошла мимо даже не взглянув на нас.

Пожалуй эта бездельница тоже могла сыграть бы кого-нибудь. Но кто её заставит?

— так ребят. Я пойду еще актеров искать. А вы начинайте учить роли что ли. — произнесла Славя, передавая текст Саманте.

— Удачи.

Когда Славя ушла женя невозмутимо устроилась в тенечке с книгой.

— мы тогда тоже пойдем.

— но после обеда чтоб были тут.

Глава 5. Вечер.

Мы разошлись по домикам. Иногда каждому надо немного свободного времени для уединения. Или много.

Я прилег на кровать и осознал, что мне не хочется даже смотреть на пьесу.

Как бы свернуть это дело не расстроив Саманту? Никак наверное.

Но если этой затее суждено провалится не лучше ли убить её в зародыше?

Какое-то время я валялся и слушал музыку. Меня вырвал из полудремы стук в дверь. Это Саманта зашла за мной. Оказалось, сигнал на обед уже был.

* * *

На этот раз Ольги Дмитриевны в столовой не наблюдалось. Мы сели втроем за столик. Я, Сэм и Славя. Когда мы разобрали свои тарелки с подноса, я заметил краем глаза Женю. Казалось, она думала подсесть к нам но в итоге прошла мимо.

— Как успехи в поисках кадров?

— не очень. Никто не хочет учить большие роли.

— Может нам стоит сократить текст?

— Что-нибудь сократим, но не у главных персонажей. Там не так много на самом деле.

— И не забудь, что у нас два разных текста. Вырезаем — нужно синхронизировать и делать это придется тебе. Слушай, ты ведь на себе все тащишь. А Женя у нас как сварливая гардеробщица, только одежду не принимает. Не будь её, к нам бы уже весь лагерь записался. Никто с этой злюкой связываться не хочет.

— нет-нет, без неё ничего бы не вышло.

— А у нас ничего и не вышло пока.

— "А я после Артека пробовала приготовить дома борщ. И он был не плох. Почти как этот. Но он не получился красным. Не смогла найти свеклы. Положила туда помидоров. Не помогло."

— "Борщ без свеклы это не борщ. Это оскорбление!"

— Так тоже можно, но мы такой суп по другому зовем.

— "И как же? Надеюсь проще чем борщ?"

— "лучше не спрашивай."

* * *

После обеда мы собрались у сцены в прежнем составе.

— Не смогла найти нам Ромео. Простите. Один обещался, а сегодня прыгнул с лодочной станции при моем приближении. Во всей одежде.

— Скоро до самоубийств дойдет. — буркнула зло Женя.

— Надо что-то решать.

И опять все смотрели на меня.

— ладно, блин, уговорили.

В глубине души я знал, что этим кончится.

— Я возьму роль, если никто не против. Иначе без Рамео очень глупо все это будет смотреться.

Славя радостно кивнула, Женя флегматично что-то записала в блокнот. Саманта опять что-то уронила и искала за сценой. Но по возвращении выглядела довольной.

— А я тогда буду Меркуцио. Пока что. — довольно произнесла Славя.

Назначит еще несколько второстепенных персонажей, мы приступили к чтению по ролям.

Через некоторое время стемнело. Вдали послышались раскаты грома. Было решено продолжить под крышей библиотеки. Лена помогала.

— Входят леди Капулети и кормилица.

— Кормилица скорее: Где Джульетта?

Она клянется было нев... невинностью, звала.

— Джульетта где ты? Что за непоседа! Куда подевалась ярочка моя.

— Входит Джульетта.

— Входит Джульетта. — через пару минут повторяет Лена.

— Джульетта входит! — орет Женя на всю библиотеку.

— Ой! — появляется смущенная Саманта. "How new. New calls?"

— Тебя зовет мамаша. — Фыркает Женя.

— не груби. Давай по тексту. — Осаживает Женю Славя.

— "Madam? I m here."

— Это по тексту. Сама глянь. — ворчит Женя.

— "Wats is you will? Простите..."

так с горем по полам читали до ужина. Все устали. Сокращать пьесу было решено единогласно.

— Думаю на сегодня хватит. Мы еще посмотрим вечерком, что можно сделать с текстом. Верно Жень? Нашли себе работенку.

— Слышала Женя. Так что не строй никаких планов на вечер.

— Мои планы не должны тебя волновать!

— Это верно... и никого не должны. Никогда!

— Да тебя вообще ничего не волнует, кроме музыки своей. Когда книгу вернешь?

— Не дочитал еще. Чего переживать по пустякам.

— А мне казалось ты наоборот все близко к сердцу воспринимаешь.

— Да, подумаешь пьеса.

— Так, о чем я говорила?

— о том, что сегодня мы свободны.

— Свободны? Ну да. Спасибо, вы все молодцы.

* * *

Шел теплый грибной дождик. Сегодня в плату за вечернюю порцию пищи нужно было промокнуть. Ольга Дмитриевна была на месте. Сейчас Славя вернулась за столик к Жене. И они увлеченно что-то обсуждали.

— Какой дождь, да? Ну как дела с пьесой? Рассказывайте!

— Потихоньку. Проблем много но ничего критичного.

— Ты тоже играешь, Максим?

Она серьезно или издевается?

— "Он мой Ромео!"

— Хм. Неплохо ты разогнался. — Весь вид Ольги Дмитриевны показывал, что нас ждет приватный разговор на эту тему.

Я последний человек в лагере, кто хотел этого. Согласился, чтобы других не подводить. Снимите меня с роли. Сделайте одолжение. Но этот ответ я придумал несколько позже, а тогда ответил.

— М-да.

* * *

После ужина Ольга Дмитриевна объявила, что до конца ужина берет Саманту под свою опеку, а я могу занятся своими делами. К домикам вернулись все вместе.

Я достал Стругацких и завалился на кровать. А вожатая достала банные принадлежности.

— Похоже Саманта уже сильно к тебе привязалась?

— Не думаю. Она дружелюбна как и со всеми.

— Мне же не надо тебе говорить, что мы хотим избежать определенных ситуаций.

— Каких это?

— Если она в кого-то влюбится, мне придется вмешаться, будут слезы и драма. Это худший вариант конечно.

— А если не вмешиваться?

— Драма будет по окончании смены, но только сильнее. Может кончится большим скандалом. А кто будет виноват? Я.

— но ей всего тринадцать.

— ну да, как и Джульетте было. Максим, вот ты можешь мне обещать. Ну да, ты не можешь.

— оттолкнуть её во благо родины если придется? Ну у меня вообще-то Славя есть.

— примерно. Но это все пустое. Любовь побеждает обстоятельства. Шекспир, опять же.

— а обстоятельствами в данном случае буду я. Вечная ведьма, злая мачеха. За что мне все это?

Кажется она уже говорила что-то о сугубо своем, и отвечать не было смысла.

Это подтверждал тот факт, что она машинально запаковала только что распакованные вещи. Наконец она окончательно собралась и вышла.

Почитать или пройтись? Ведь пол дня в библиотеке просидел.

Меня смутно беспокоило поведение Шурика. Так что я решил проведать кибернетиков. Да и интересно было что они там ваяют. Если останусь в эотом мире сам на кибернетика пойду учится. Ольга Дмитриевна услышав мои сетования о потере памяти пр ударе головой пообещала связаться с моим отцом и передать меня с рук на руки на железнодорожном вокзале в Знаменске.

Оба кибернетика были на месте. И мое появление вызвало изрядный переполох.

— привет. Что конструируем?

— Да Робота. Ты же видел её.

Я пригляделся перед ними была очередная коробка с проводами. Робот был задвинут за край стола.

— Похоже на бомбу, а робот будет её закладывать, да? — решил пошутить я. Серега усмехнулся.

— Пожалуй, мы бы тут и бомбу из пластида собрать смогли бы. Но это всего лишь измерительный прибор.

— прибор так прибор, что скажите по поводу этого?

— Я достал из кармана мобильник, и положил на стол. Спасибо за зарядку кстати.

Электроник долго изучал раземы, потом открыл чехол. И долго изучал сенсорный экран. Я приложил свой палец к датчику и телефон разблокировался.

— пальцами по экрану води и тыкай.

— ого! Это радиотелефон. Японский наверное. Видел что-то похожее в журналах, только там клавиатура настоящая а не электронная как у тебя. Дорогой наверное. Хотя я не понимаю зачем он тебе ведь он нет сигнала пишет.

— музыку слушать как на плеере. А сигнала и вправду нет. Парни я из будущего другого мира. Попал видимо в червоточину. Не знаю в общем. Засыпал у себя в автобусе, проснулся здесь.

— Ого. Ну понятно почему ты в теплой одежде приехал. У вас зима, да? А капитализм мы победили?

— Да середина зимы. А капитализм процветает и здравствует. — ну не рассказывать же им, что наша страна развалится на части в девяностые.

— Вот если бы твой теле фон и без базы звонил. Но когда-нибудь и такое смогут. Раздать всем такие это как... соединить весь мир!

— звучит весьма угрожающе.

— нет это здорово. Никто никогда больше не потеряется. Не останется один без помощи. Во жизнь будет.

— ну это уже совсем фантастика. Мы еще на марс на лифте не ездили.

Шурик даже на телефон смотреть не стал. Смотрел на меня и очень сердито.

— Это тебе Она подарила? Дорогая вещь наверное.

— нет мне его родители привезли из-за границы.

— а откуда именно?

— ладно парни он из моего времени. У нас там каждый ребенок с ними ходит уже.

— А показать тебе нашу работу? — перевел тему Серега.

— Шурик ревниво придвинул работу к себе.

— Я занят. Что-нибудь другое покажи.

Выход например.

— Хорошо. Вот у нас тут для робота...

Я остался послушать. Шурик постепенно перестал на меня косится и занялся спайкой проводов в коробочке.

* * *

Я вернулся домой когда уже стемнело. К моему возвращению Ольги Дмитриевны в домике не было. Я взял пьесу и отогнав посторонние мысли примерно час прилежно учил роль. Затем вернулась моя соседка по домику. Спрашивать как прошло купание я посчитал не приличным. Хотя подозреваю что наша баня привела Саманту в ужас.

Ольга Дмитриевна тоже была задумчива. Так что остаток вечера мы провели в молчании.

После отбоя я почти сразу погрузился в сон. И снилось мне что я Ромео, а Тибальд почему-то Лена. Тибальд-Лена, заколола Алису-Меркуцио, а я в ответ заколол её. Но когда я склонился над телом моей жертвой оказалась Джульетта. Затем надо мной начала возвышаться Ольга Дмитриевна в монашеской рясе.

Не вынося её укора я побежал по улица Вероны, а Ольга Дмитриевна преследовала меня, издавая страшный протяжный вой.

Я бежал дальше, пока не услышал вскрик — резкий как будто откуда-то извне. Я окончательно проснулся. Блин, похоже на улице орали. Тут же сев на кровати я оглянулся. Посмотрел в окно, потом еще раз вокруг себя. Ольга мерно посапывала на своей койке. Все было тихо и спокойно.

На часах было немного за полночь. Можно было попробовать снова уснуть, но меня не покидало чувство тревоги. Никак не получалось себя убедить что крик мне просто приснился.

Я решил выйти на улицу. В домике Саманты горел свет. Подойдя ближе я услышал всхлип внутри.

Я набрался смелости и постучал. Хозяйка мне тут же открыла. Саманта была заметно бледна.

— "не ты кричала? Что случилось?"

— "Этот вой. Ты его слышал?"

— "Что-то слышал, но не уверен."

— А я уверена. Он был такой протяжный и странный. И совсем близко.

— А где именно близко. С какой стороны?

Саманта указала на окно.

— "лес... Оно всегда там."

— "Не волнуйся. Сейчас все проверю."

— "Это обязательно? Только ты осторожней там пожалуйста."

— "Ага. Жди тут."

Самому было тоже не по себе. И все же я пересилил себя и неспешно обошел домик. Ничего примечательного мне на глаза не попалось. Стоило разведать опушку леса, но Саманта позвала меня обратно.

— "ничего"

— "Что это было? Как думаешь?"

— "В призраков я не верю."

Или верю. Не суть. Главное сейчас успокоить девочку.

— "Значит либо человек, либо животное. Кто-нибудь дурачится наверное."

— "Наверное. Но до сих пор страшно. Ничего не могу с собой поделать. Я вся дрожу до сих пор."

— "так потому что холодно сегодня. Давай-ка обратно в постель."

— "Эх. Ладно."

Я согласился посидеть с ней пока она не заснет. Но этого долго не происходило. Саманта все болтала без умолку. Со страху не иначе.

Тогда мне пришлось пригрозить, что уйду. Заснуть в гостях было непозволительно, ведь гнев вожатой страшен, а наказание неотвратимо.

Сошлись на том, что я буду ей что-нибудь рассказывать, а Саманта молча засыпать.