Лейтенант спасательной службы 2

Путь из точки А в точку Б лежит через большую Ж. Это истина непреложная. Конкретно сейчас она означала, что машина на убитом подобии дороги стерла, наверно, все днище. Алекс запоздало испугался, что их могут и отследить, но мать сказала, чтоб он не нервничал — идентификатор машины она заглушила. И вообще, они приехали... Машина резко затормозила, и все, толкаясь и мешая друг другу, начали выбираться.

Да уж, местечко. Берег реки, которая в паре километров ниже впадает в море. Там, собственно, и порт расположился, а здесь — так, неудобья. Рельеф подкачал. Поэтому, собственно, и пришел район в запустенье, а склады забросили. Но то здесь, то там, среди вконец развалившихся и не подлежащих идентификации руин торчали, как прыщи на заднице, неказистые, но крепкие сарайчики. В них рыбаки-любители, которых в любом прибрежном городе хватает, держали свои лодки.

Как раз сейчас один из этих адептов крючка и поплавка занимался тем, что выволакивал из дощатого строения неказистую посудину, дабы спустить ее на воду и отправиться куда-нибудь, чтобы отдохнуть душой. Алекс, несмотря на серьезность творящегося вокруг, ему даже позавидовал. Впрочем, ужас случившегося недавно уже отступил — мама рядом, а значит, все неприятности позади...

Хозяин сарая посмотрел на них чуть презрительно. Затем, видимо, узнал машину. Да уж, с такой скоростью из поля зрения Алекса еще никто не исчезал. Лодка, уже подготовленная к спуску, покатилась к реке самостоятельно и, с размаху влетев в реку, застряла там в полузатопленном состоянии. Хорошо еще, на пути никого не было, а то ведь парадокс жизни, как любил говорить их преподаватель обществоведения, еще никто не отменял: чем больше людей, игнорирующих технику безопасности, тем меньше людей, игнорирующих технику безопасности.

На сей раз обошлось. Мать пожала плечами, быстро подошла к соседнему сараю и ловко открыла здоровенный висячий замок. Распахнула ворота...

Да уж, столь затрапезного вида лодку, как та, что хранилась здесь, надо еще поискать. Впрочем, мать комплексами по этому поводу не страдала. Цыкнула на мужчин, и те, не думая перечить, ловко вытянули тележку, на которой покоилось транспортное средство, на улицу. Тележка, правда, выглядела донельзя ржавой, словно ее года два не трогали, но катилась притом мягко и бесшумно. Оставалось только дотолкать всю эту икебану до воды, но пластиковый корпус почти ничего не весил, дорожка, по которой ее скатывали к реке, на удивление ровной и утоптанной. В общем, справились.

— Все на борт!

— Я, конечно, извиняюсь, — отец Марека, подобно многим полякам, был человеком гонористым и свое мнение отстаивать умел громко, но сейчас он почему-то говорил тихо и невероятно вежливо, — но куда мы пойдем.

— Туда, — мать лишь рукой махнула.

— Бесполезно. В порту нас не укроют. Одно дело криминальные разборки, там да, но против гестапо они не пойдут.

— Трусы — мать презрительно скривила губы. — Плевать. Спрячемся в другом месте. На борт!

Приняв толпу народу, лодка заметно осела, но воду бортами черпать пока не собиралась. Двигатель заработал практически бесшумно — с тех пор, как научились делать достаточно емкие аккумуляторы, большая часть легкого транспорта использовала электрическую тягу. Как сели на электромоторы лет семьсот или около того назад, так никак с них и не слезут. А потом они рванули вниз по течению, да так, что всем стало понятно — движок здесь не чета тем, что обычно ставят на рыбачьи лодки. На таком хоть в гонках участвуй.

Шустро проскочив мимо порта, шумного, грязного, сверкающего в быстро наступающих сумерках огнями, лодка выскочила в море, лихо обогнув возмущенно загудевший на такое нахальство газовоз. Вот тут Алекс испугался, да и, судя по бледным лицам спутников, не он один. В реке невысокая волна даже толком не раскачивала перегруженную лодку, в порту и вовсе... Покрытая масляной пленкой вода там просто поднималась и опускалась, словно гигантская амеба. А в открытом море, да еще и пересекая кильватерный след корабля, их начало швырять, как игрушку. Пару раз даже воду бортом черпнули, но мать недрогнувшей рукой выровняла расхулиганившуюся посудину и направила ее вдоль берега на юг.

Плыли они недолго, с полчаса, вряд ли больше. Взрослых укачало страшно, да и из детей только Алекс держался стойко. Остальные же сидели с потухшими глазами, но от тошноты пока воздерживались — помогал холодный морской ветер. Потом заскочили в неприметную бухту. И здесь вновь настала пора удивляться — среди отвесно входящих в воду скал обнаружилось внезапно убежище. Точнее, вход в небольшой грот, за миллионы лет выдолбленный волнами в неподатливом камне. В прилов он полностью скрывался под водой, но сейчас, если напрячь зрение, можно было различить во мраке небольшой, едва на полметра возвышающийся над уровнем моря проход.

— Все пригнитесь!

Даже не пригнулись — распластались на дне лодки, иначе бы точно макушки посносило! Тем не менее, под скалу они проникли без потерь, и сразу же зажегся установленный на носу лодки мощный поисковый фонарь.

Здесь было невероятно красиво. Волнение внутрь не проникало, и спокойная, бирюзовая вода словно бы засветилась изнутри, бросая холодные отблески на стены и удивительно высокий, покрытый мелкими, слабо отблескивающими сталактитами свод пещеры. Не слишком масштабной, однако длинной, то и дело разветвляющейся. Как мать здесь ориентировалась, Алекс мог лишь гадать, но вела она лодку уверенно.

Пассажиры затихли — то ли в восхищении от открывшейся им картины, то ли просто от усталости. А может, просто дошли до верхнего предела удивления, и больше их мозг не воспринимал. Алекс читал о таком когда-то. Но зато дети оказались куда более открыты новому, и сейчас восхищенно крутили головами, разглядывая все новые открывающиеся им картины.

Нос лодки мягко раздвигал едва шевелящуюся воду. Алекс посмотрел — и удивленно присвистнул. Дно было как на ладони, притом что глубина здесь была метров пять, не меньше. Но — видать каждую песчинку, каждую ракушку, метнувшихся в сторону рыбешек, какую-то ползучую живность. Он жестом подозвал друзей, те посмотрели — и Светлана даже взвизгнула от неожиданности и восхищения. Марек держался спокойней, но, судя по тому, как округлились его глаза, тоже пребывал в полнейшем восторге.

А вот мать не обращала на красоты пещеры ни малейшего внимания. Она была вся сосредоточена на управлении лодкой, ведя ее вроде бы не спеша, но притом довольно шустро. Безошибочно выбирая повороты, она все дальше уходила от моря.

Пещера все больше удивляла Алекса своей длиной. А еще тем, что цвет воды менялся. Она становилась все менее прозрачной, все более темной, уже не поражая яркими красками. Остальные уже немного утомились и не реагировали, Изабелла и вовсе уснула, уютно пристроив голову на колени брату, а вот Алекс, которого мать и работники ее фитнес-центра натаскали, в том числе, подмечать мелочи, обратил внимание. А потом на очередном повороте лодка подняла небольшой веер брызг, и подросток, машинально слизнув пару упавших на лицо капель, с удивлением почувствовал, что вода почти пресная.

Об этом он сказал матери. Та лишь кивнула:

— Здесь впадает в море подземная река.

Это какая же река должна быть... Впрочем, через пять или десять, Алекс давно потерял счет времени, минут лодка остановилась, и Мать заглушила мотор.

— Все, прибыли.

— Это куда? — поинтересовалась Эмилия. Или Лийса? Из остальных взрослых финка первая пришла в себя, да и вообще держалась уверенней всех, даже мужа. — Здесь же ничего нет.

Мать лишь пожала в ответ плечами — мол, все есть, просто ты не видишь. Потом встала, развела руки в стороны:

— Сезам, откройся!

Пару секунд ничего не происходило, а потом стена внезапно дрогнула и в ней словно бы прорезалась, очерчивая квадрат, темная щель. Правда, не меньше половины этого квадрата оказалась ниже уровня воды, но видно было отчетливо. С едва слышным шелестом здоровенная каменная — или замаскированная под камень — плита ушла на полметра вглубь скалы, а затем столь же бесшумно скользнула вбок. За ней была кромешная темнота, но уже через секунду она вспыхнула ярким белым светом, бившим, кажется, со всех сторон и не дававшим ни одной, даже самой маленькой тени шанса появиться здесь. Лодка медленно вплыла в открывшийся проем, и Алекс вначале почувствовал, а затем, обернувшись, увидел, как плита начинает плавно вставать на место.