Путешествие в Иное Пространство

"Я же говорил, что твои суеверия тебя погубят!" — отчитал я его, отчасти забавляясь его откровениями, отчасти удивляясь им. — "К тому же мы уже зашли так далеко".

"Это не страх, — возразил дроид. — Это то, что ты, наверное, назвал бы печалью. Похоже, я всё-таки кое-что узнал о человеческой природе. Мог бы и не знать! Но это ещё не всё. Мне кажется, что ты отказываешься от возможности обрести настоящее счастье ради сомнительной награды, которую, скорее всего, никогда не получишь".

"Ты же знаешь, я не люблю, когда ты изображаешь из себя психолога-любителя. К тому же я не понимаю, о чём ты".

"Почему ты здесь со мной, а не с кем-то из органических коллег?"

Тьма, казалось, давила со всех сторон. Я не мог выбрать менее подходящего момента, чтобы Квенин начал задавать неуместные вопросы.

"Дроиды отлично справляются со множеством задач". — Я хотел, чтобы это прозвучало убедительно и он сменил тему, но вышло легкомысленно. — "По крайней мере, ты всегда мне это говоришь".

"Ты используешь юмор, чтобы уйти от ответа, который не хочешь давать".

"Верно, пойми намёк".

"Если ты не можешь рассказать об этом дроиду, то кому вообще можешь?"

А он любопытный и хитрый.

"В отличие от того, что показывают в голофильмах, людям не нужно постоянно делиться своими сокровенными чувствами".

"Опыт и многовековые исследования показывают, что глубокие и содержательные разговоры полезны. Я хочу сказать, что у тебя много друзей и коллег, которых ты ценишь, и один или два из них относятся к тебе с особой теплотой. Насколько я понял, ты даже не спрашивал их. Если бы ты следовал старым чандриланским обычаям, то уже был бы женат".

"Они бы отказались, и были бы правы. То, что мы делаем, то, где мы находимся, — это... безумие. Я бы не стал просить кого-то другого рисковать жизнью и здоровьем..."

"Кто-то, возможно, ухватился бы за возможность учиться, познавать мир и пускаться в приключения, как ты любишь выражаться".

"Квенин..." — Я почувствовал, что у меня начинает болеть голова, — "люди — сложные существа".

"Кто бы говорил".

"Они с жаром дают обещания, а потом делают всё наоборот. Они непостоянны и ненадёжны. Точно так же, как идти задом наперёд — всегда плохая идея, так и полагаться на то, что говорят люди, — плохая идея. Я знаю, что ты мне сейчас скажешь: что я слишком обобщаю..."

"Мне кажется, ты меня с кем-то путаешь. К тому же разве ты только что не защищал своих органических собратьев, называя их бедными заблуждающимися простаками?"

"...Дело не только в этом. Жизнь скоротечна. Я понял, что лучше всего проживать её, ни к чему не привязываясь".

— Понимаю. Значит, ты не просто историк, а джедай из Старой Республики. Надеюсь, ты взял с собой световой меч.

— Я попросил тебя прийти, потому что твоя жажда знаний сильнее, чем у кого бы то ни было... и потому что я тебе доверяю.

— Я ценю это, Гекс... — Через несколько секунд он добавил: — Знаешь, был, по крайней мере, один органик, которому ты мог бы довериться и который не отказал бы тебе.

— Смотри! Это что, свет в конце туннеля?

— Ты забываешь, что я не ребёнок. Я знаю тебя уже много лет. Ты имеешь такое же право на личную жизнь, как и я, но я чувствую, когда человеку кто-то нравится и когда он отвечает взаимностью. Есть признаки... учащённое сердцебиение, румянец на щеках, расширение зрачков, выброс феромонов. Ты можешь этого не замечать, но дроид точно заметит. Нам всем это кажется ужасно забавным.

— И ты ещё удивляешься, почему в галактике так мало свободных дроидов! Послушай, это был мой выбор, правильный или нет, давай на этом и остановимся. "Работа", которой я занимаюсь, требует от меня не жалеть времени. Это то, на чем я женат. Так что в этом смысле ты для меня как ребенок

"Какой особенный", — парировал он. — "Но я совершенно серьезен. Учитывая, что ты в довольно приличной физической форме..."

"Значит, ты не бросишь это дело?"

"Дети — они такие упорные! И с эстетической точки зрения..."

Я начал думать, что, возможно, не так уж и плохо упасть и расшибить себе голову, в конце концов...

"благодаря достижениям в области питания и здравоохранения за последние несколько столетий", — продолжал он, — "не говоря уже о твоем собственном образе жизни, у тебя все хорошо получается. Это означает, что у тебя еще много времени... но не слишком много!"

"Спасибо, Квенин. Это, э-э-э... все это очень полезно".

Квенин был хорош в том, чтобы видеть то, чего не видели другие, — даже слишком хорош, на мой взгляд. Большинство дроидов отбрасывали данные, которые они считали тривиальными — причуды органиков имели значение только в том, как они влияли на дроидов, которым приходилось быстро учиться, как лучше не обижать своих хозяев. Квенин не делил на категории. Он сопоставлял. То, что я с головой ушел в работу, отговорки, которые я придумывал, чтобы не ходить на светские мероприятия, и то, как я скрывал неловкость, когда не мог ее скрыть, — все это было воспринято мистером Умником как "вполне типичное поведение" одинокого взрослого человека определенного возраста, который чувствует себя белой вороной в мире пар и троек (а в случае с некоторыми расами — и не только). Самым раздражающим в его наблюдениях было то, что он был прав.

К счастью, он решил оставить эту тему и больше ничего не говорить, хотя я подозревал, что по возвращении он собирается установить какую-нибудь нелепую программу для поиска пары или, что еще хуже, попытается заставить меня чаще выходить из дома. Где же эти монстры, когда они так нужны?

"Если мы вернемся домой, я подумаю об этом, если тебе так будет спокойнее".

"Это, несомненно, тебя развлечет!"

"Что ж, тогда мы должны развлекать наших детей".

Диалог во тьме

Попытки Квенина отвлечь меня от унылого окружения завораживали. Это была очень человеческая реакция, хотя я бы ему об этом не сказал. Многие до сих пор не верят, что дроиды способны на настоящие, эмоциональные переживания. Они считают, что это притворство, заложенное в их программу, и лишь немногие учёные делают карьеру, доказывая обратное. Я не собирался вступать в Лигу Симатрума или Фронт освобождения механизмов, но знал, что отрицание способности других существ испытывать радость или печаль — одна из причин, по которым их так легко порабощать, эксплуатировать и уничтожать. Поэтому я решил никогда не причинять вреда разумным существам, если, конечно, они сами не попытаются меня убить!

"Зачем сюда привезли оссерианцев?" — спросил я. — "Они с таким же успехом могли бы восстановить некоторые здания на поверхности или построить новые".

"Возможно, чтобы защититься от токсичности окружающей среды. Живя так глубоко под поверхностью, оссерианцы были бы в безопасности. К тому же у них был бы доступ к природной геотермальной энергии планеты. Или, может быть, те, кто жил наверху, представляли опасность. Как бы то ни было, я не думаю, что их привезли сюда, чтобы убить".

"Хорошо, значит, их тайно переправили под землю, чтобы сделать рабами? В Иномирье, должно быть, есть, ну не знаю, тысячи миров, пригодных для жизни, а может, и больше. Почему именно этот? И почему именно они?"

"Если у тебя есть какая-то теория, я весь внимание".

"Помнишь, как доктора Ксатан и Ну-Ар обнаружили на Сеуле 5 надпись, указывающую на то, что изначальной родиной людей был Нотрон?"

"Как мы знаем, на языке таунгов это слово означает планету, которую позже назвали Корускантом", — добавил Квенин. — "К чему ты клонишь?"

"Ну, мне кажется, или у тебя тоже закрадывается подозрение?"

— Это всего лишь ты.

— Ну, это явно мир людей...

— Опять ты за своё? — раздражённо сказал дроид. — Таких миров полно.

— Да, но большинство из них многонациональные. Я не вижу в архитектуре следов нечеловеческих цивилизаций. Что, если это и есть прародина людей?

— Гекс, это всего лишь один город в одной стране на одном континенте очень большой планеты.

— Я знаю, но что, если?.. Ты же сам всегда говоришь, что официальная версия — это смесь ошибок и лжи, а согласно официальной версии, первые люди были связаны с батальонами Желла и победили коренное население планеты, таунгов...

— ...которые называли свой мир Нотроном, — согласился дроид. Прожектор на его опускающемся куполе продолжал гипнотически освещать ступени подо мной, описывая круги, словно блуждающий огонёк или рыба-удильщик, заманивающая добычу в пучину. — Что тебе известно об этимологии этого слова?

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сбросить оцепенение и сосредоточиться на вопросе:

"Я не уверен; возможно, нейтронное повреждение, вызванное оружием, которое уничтожало живые существа, но оставляло их здания нетронутыми. Люди Желл, возможно, хотели сохранить базовую инфраструктуру, одновременно вытесняя таунгов".

"Слабое предположение", — признал Квенин. — "Над твоей лингвистикой нужно поработать".

"Расскажи, пожалуйста", — попросил я, старательно избегая гипнотизирующего, головокружительного созерцания света, окружающего тьму.

"Во-первых, никто не называет мир в честь того, что его разрушает. Кроме того, Нотрон, по-видимому, назывался так до начала конфликта. Существует гораздо более древнее происхождение суффикса этого слова, протоосновное определение, означающее "трон".

"Ты имеешь в виду — на оригинальном языке желлов", — уточнил я.

"О котором мы мало знаем. Нотрон кант, по-видимому, является предшественником Мандо'а. Некоторые утверждают, что бейсик произошел от него, но это не соответствует действительности. В любом случае, само слово "нотрон" не является оригинальным для "Нотрон кант", но соответствует слову из старотионского языка".

"Я понимаю, к чему ты клонишь", — сказал я, уловив суть. — "На тионском языке "трон" означает трон. То есть "Нотрон" означает "без трона" или "безвластный"?

"Именно так я и думаю, но это лишь часть вопроса. Нотрон — это эгалитарное общество, в котором люди не преклоняются перед королём или правителем, но зачем таунгцам было использовать человеческий язык?"

"Они бы не стали. Кроме того, это означает, что тионский язык появился ещё до основания Тиона".

"Несомненно. Возможно, "Нотрон" — это перевод слова, которым таунгцы называли свой мир. Судя по всему, у желлов была жёсткая иерархия и милитаристский уклад. Они бы не стали так называть свой мир, что подтверждает вашу гипотезу о том, что люди пришли не с Нотрона, а появились здесь позже с целью усмирить местных и колонизировать мир. Так откуда же они взялись?"

"Мне нужно немного передохнуть", — сказала я, прислонившись к холодной каменной стене. — "Приглуши свет немного".

Квенин сделал, как я просил. Я глубоко вздохнул, сел на ступеньки и сделал несколько больших глотков воды из одной из бутылок в рюкзаке, а затем съел энергетический батончик. Так-то лучше. Через минуту я продолжил: "Хорошо, но мы говорим о том, что противоречим почти всем учёным-людям в галактике, которые утверждают, что они эволюционировали вместе с таунгами на Корусанте. В конце концов, планеты огромны. Они могли тысячелетиями жить бок о бок, не встречаясь друг с другом. Возможно, человеческое название Нотрона просто не сохранилось..."

"Но люди были победителями. И ты же не веришь каждому учёному в галактике. Иначе нас бы здесь не было".

"Ты опять про червоточину", — сказал я.

"Ты так и не объяснил, откуда ты знал, что мы пройдём", — заявил Квенин.

"Тут нет никакой загадки. Просто факты говорили в пользу этой теории, а не в пользу господствующей".

"То есть ты хочешь сказать, что решил рискнуть жизнью, основываясь на своём выводе о том, что научное сообщество ошибается в вопросе аномальных космических явлений?" — недоверчиво спросил дроид.

"Были и другие факторы", — признал я, доедая банку питательной пасты со вкусом блумфрута и снова чувствуя себя самим собой. — "Доказательств того, что гравитационные силы уничтожают всё, что в них попадает, попросту нет. И существует слишком много неофициальных сообщений о кораблях, проходящих через "червоточины" и появляющихся по всей галактике. И все же, первое утверждается как факт, в то время как второе не принимается во внимание.

"Итак, наша следующая поездка будет в скопление Мау?"

"Ты знаешь, что я не это имел в виду. Я просто хочу сказать, что мы не можем говорить абсолютными категориями".

"В таком случае, можно только предположить, что Нотрон — это место, где эволюционировали люди, благодаря надписи на Сеуле 5 и более ранней гипотезе, выдвинутой Инсмотом Боуэном, которую поддержал престижный Оброанский институт. За все прошедшие годы не было получено никаких подтверждающих доказательств. Никто не знает, откуда появились люди."

"Итак, мы, возможно, пришли отсюда", — заявил я, вставая и снова начиная спускаться".

"Это большая натяжка", — заметил Квенин, включив прожектор. — "Есть предположение, что Татуин мог быть родиной людей, но, как и в случае с твоей гипотезой, это не очень хорошо подтверждается. С точки зрения дроидов, это не поддается расчету".

"В нашей древнейшей литературе, дошедшей до нас, используются названия Терра, Земля и Уртха..."

Квенин задумался: "Земля Зрека, скорее всего, находится в другом измерении. Кроме того, было несколько планет под названием Терра и одна Земля в системе Фат".

"Помнишь ту пару дуро, которая считала, что их похитили и увезли на Уртху?"

Я усмехнулся. Мы оба знали эту сенсационную историю из "Галактических сплетен".

"Дуросы верят, что их тени могут оживать и преследовать их".

"Это неймодианцы верит в такое", — поправил я.

"Какая разница?"

"Раз уж мы здесь, стоит поискать доказательства, которые подтвердят или опровергнут эту гипотезу. Чего бы я только не отдал за хорошо сохранившуюся библиотеку!" — воскликнул я.

"Полагаю, это лучше, чем лететь в бесконечную тёмную дыру... Ой, погоди! Мы всё ещё летим в неё!"

"Надеюсь, это ненадолго".

Никогда ещё я так не радовался турболифтам, как в тот момент.

"Вот о чём стоит задуматься: как человеческая жизнь могла развиться в этом измерении? И как вы все попали в наше измерение до того, как был изобретён гипердвигатель?"

"Если уж на то пошло, как таунги сбежали с Нотрона на Рун после того, как их разгромили батальоны Желла?" — возразил я. Гипердвигателя не было ещё сто восемьдесят тысяч лет! Не расстраивайся, если у тебя нет ответа. Даже у великого Манакса его не было. Ни у одного историка нет".

Квенин издал неприличный звук: "Манакс, по крайней мере, был готов признать, что они знают не всё".

— У тебя под рукой его речь? — спросил я, радуясь, что странное головокружение, которое я испытывал, похоже, прошло. — Включи этот отрывок.

Квенин подчинился:

"Мы не знаем ни одного вида, способного путешествовать в гиперпространстве двести тысяч лет назад. Это оставляет нам несколько возможных объяснений, ни одно из которых нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Возможно, таунги умели перемещаться со скоростью, превышающей световую, и вторглись в Центр Империи. Или, возможно, таунги были коренными обитателями Корусанта, а захватчиками были желлы. Возможно, даты неверны и конфликт на самом деле произошел гораздо позже, когда Ядро исследовали старейшие виды в галактике. А может, его и вовсе не было."