Темная Кровь

— Так и должно быть, — спокойно ответил малефик. — Рен, скажи ей!

— Что сказать? — спросил некромант, сдерживая смех. — Выглядит действительно смешно.

Йен нахмурился, но промолчал. Рукава и штанины Кайта едва закрывали локти и колени, напоминая детский костюм, что и стало причиной смеха этой парочки. Юноша осмотрел себя. Черная, с серебром, ткань плотно облегала его тело. Лунное серебро улавливало магические потоки, позволяя чувствовать их в разы сильнее. Маг интенсивно подвигался, проверяя, не стесняет ли костюм движений. Кайт был словно вторая кожа.

— Зачем тебе вообще этот костюм? — спросил Рен. — Ты не владеешь стихийной волшбой, даже мне он не помог лучше чувствовать Смерть.

— Это не для меня, — произнес Йен, и некромант вопросительно поднял бровь. — Точнее, не совсем для меня. Сам увидишь, когда все будет готово.

— Надеюсь, ты не будешь ходить в таком виде? — обеспокоилась дриада. — Мне будет стыдно рядом с тобой!

— Успокойся, — проворчал Йен. — Кайт надевается под одежду.

— Ты же знаешь, что будешь уязвим для атак эльфов? — уточнил Рен. — Костюм проводит энергию. Нужна защита.

— Я знаю, — кивнул юноша, натягивая штаны поверх Кайта. — Защита будет.

Йен вытащил из сумки маску и вновь принялся рассматривать ее. Что-то его беспокоило. Ритуал прошел немного не так, как он планировал. Маска пошла трещинами, и, хоть нити крови надежно скрепляли части вместе, темные полосы тревожили его.

'А вдруг не получится?' — подумал он.

Юноша перевернул маску и всмотрелся в красные письмена, горящие магическим огнем. Свечение знаков говорило о том, что кровь все еще жива, и Алирра все сделала правильно.

'Не испортить бы!'

— Что ты все рассматриваешь эту жуть? — поежившись, спросила девушка. — У меня от этой штуки мурашки по коже!

— Ты чувствуешь в ней магию крови? — удивился Йен.

— Немного, — призналась дриада. — Я чувствую... Будто дерево страдает, — она указала на поверхность маски. — Из-за той Силы, которую ты поместил в него.

— А ты, Рен, чувствуешь что-нибудь необычное?

— Вроде нет, — юноша прислушался. — Нет, точно нет.

— Значит, искра магии крови прогрессирует в тебе, сестренка.

— Лишь бы не случилось чего, — погрустнела девушка.

— Не волнуйся, — Йен обнял сестру. — Пока я рядом, можешь не бояться магии крови.

Малефик убрал маску в сумку с выведенными рунами, призванными скрыть ее от чужих глаз. Любой, кто посмотрит на нее, не обратит внимания.

— Нам пора идти, — сказал Йен. — Нужно успеть добраться до постоялого двора до темноты, если не хотите спать на земле.

— Далеко еще? — спросил некромант.

— Примерно дней пять пути.

— Возвращаться в Талларан — плохая идея, — проговорил Рен. — Нас обоих ищут.

— Не думаю, что они ждут от нас такой наглости, — улыбнулся малефик. — Пройдем у них под носом, пока они прочесывают границу Нирина и Нортена.

— Не недооценивай магов, Йен.

— Я и не собирался, — юноша пожал плечами и накинул плащ.

Они вышли из леса и повернули на запад, шагая по широкому тракту. Раньше на этой дороге было не протолкнуться из-за множества купеческих обозов. Но из-за событий в Нирине желающих торговать с эльфами поубавилось, и тракт опустел.

— Почему ты не взял с собой своего коня? — спросила дриада. — Кай наверняка обиделся.

— Что-то мне подсказывает, что он необычный конь, — пробормотал Йен. — Уж слишком он умный для животного. К тому же, он смог добраться до Ронора. Сам! Нет, что-то с ним явно не так. Наверняка учитель провел с ним несколько ритуалов.

— Зря ты так с ним, — возразила Алирра. — Мне он понравился.

Йен улыбнулся, но ничего не ответил. Он не стал отвечать, что Кай мог стать обузой, случись схватка. И терять такое прекрасное животное из-за случайности он не хотел. Уж лучше пусть живет с Горхом, в безопасности и без забот.

Через шесть дней они прибыли в Дерибар, маленький городок, расположенный недалеко от границы Талларана с Халаном. Прошло уже больше семи лет, а Йен не смог найти отличий. Разве что появились новые лица. Юноша вдохнул воздух родного города и улыбнулся. Скоро он встретится с отцом!

Его немного потряхивало. Он не видел своего отца так долго, что начал забывать, как он выглядит. Он шел по главной улице мимо знакомых домов и смутно знакомых людей, постаревших, изменившихся. Никто из них не узнал его, не остановил, чтобы поздороваться или просто удивиться, что он, наконец, появился.

— Волнуешься? — спросила Алирра. — Думаешь, он злится?

— О чем это ты? — удивился Рен.

— Семь лет назад я ушел из дома, чтобы учиться в Академии Сил, — ответил Йен. — Написал письмо и слинял, пока отца не было дома.

— Уверен, он обрадуется твоему появлению.

— Вот уж не думаю, — поежился юноша. — У нас с ним были сложные отношения.

— А он не прогонит меня? — тихо спросила дриада.

— Что ты! — удивился он. — Конечно, нет! Он точно примет тебя как родную дочь! А если и нет, — добавил он. — То мы здесь все равно надолго не задержимся.

Несмотря на волнение, юноша был в приподнятом настроении. Он знал, что получит от отца знатную взбучку, но все равно был рад предстоящей встрече. Однако когда Йен увидел свой дом, настроение его резко изменилось. Сорвавшись на бег, он быстро оказался около покосившегося забора и не смог поверить своим глазам.

Весь двор зарос сорняком, пустые окна с разбитыми стеклами провалами темнели на кое-где почерневших стенах. Парень влетел в дом, срывая покосившуюся дверь с петель и крича:

— Отец! Валан! Ты здесь?! Ответь!

— Йен! — воскликнула Алирра, следуя за братом. — Это и есть твой дом?

В соседней комнате послышалось какое-то шевеление и тихие ругательства. Дриада тут же замолчала и подобралась, готовясь к схватке. Йен быстрым шагом зашел в отцовскую мастерскую, откуда и слышался шум, и увидел незнакомого человека в старых лохмотьях, лишь отдаленно напоминающих одежду. Не успев опомниться, он оказался прижат к стене, а рука малефика с силой сживала его горло.

— Кто ты такой? — прорычал он, поднимая грязное тело вверх. — Что ты тут делаешь и где мой отец?

— Кха-кх, — изо рта бездомного вырывался лишь хрип, и Йен ослабил хватку. — Ч-что происходит? За что?

— Где мой отец? — юноша использовал каплю магии и сжал сердце несчастному.

— Я-я не знаю, — заикаясь, проговорил он. — Я тут всего пару месяцев живу и никого не видел. Прошу вас, господин, не убивайте меня!

Йен разжал руку и отступил от упавшего на пол человека. Злость и страх за отца душили его и мешали рационально мыслить. Он был готов убить этого нищего, потому что он попался под горячую руку, но сдержался, почувствовав, что тот говорит правду.

— Проклятье! — прокричал юноша и ударил кулаком по стене. На деревянной поверхности осталась внушительная вмятина.

Надеясь найти что-то, что поможет ему понять, куда пропал отец, и что произошло с его домом, Йен принялся исследовать кабинет отца.

— Как вас зовут? — мягко спросила Алирра, садясь рядом с бездомным.

— Ф-фисек, моя госпожа. Я правда ничего не знаю, клянусь вам! И сейчас же покину вас.

— Сиди уж! — рявкнул Йен. — Здесь больше ничего не осталось от моего дома. Скажи, — он присел и взглянул нищему прямо в глаза. — Кто-нибудь приходил сюда? Может, крутился рядом с домом постоянно?

— Никто, господин! Говорят, хозяин дома не появлялся уже много лет, все самое ценное растащили воры и соседи. Никому нет дела до этой заброшенной хижины.

— Кто-нибудь еще мог бы знать, куда пропал твой отец? — тихо спросила дриада.

— Есть один человек, который мог бы помочь, — задумчиво ответил юноша. — Эй, Фисек, травник Харинор все еще живет около моста?

— Д-да, господин! Он много помогает таким как я, если хотите, я могу отвести вас к нему.

— Не нужно, — отмахнулся Йен. — Сами найдем дорогу.

Малефик развернулся и зашагал в сторону выхода. Алирре и Рену ничего не осталось, кроме как молча последовать за ним. У самой двери Йен остановился и, не оборачиваясь, сказал бездомному:

— Можешь жить здесь и дальше, но не смей превращать это место в свинарник.

Оказавшись на улице, юноша вышел на дорогу и быстрым шагом направился в сторону моста, перекинутого через большой овраг.

— Кто такой этот Харинор? — спросил Рен, догнав товарища.

— Местный травник и лекарь. Люди любят его, но считают немного странным из-за его 'пророчеств'. Именно он заметил во мне магию и зародил идею уйти в Академию Сил.

— Пророчеств? — испуганно спросила девушка. — Он видит будущее?

— Я так не думаю, — Йен покачал головой. — В детстве я считал, что он просто притворяется, чтобы к нему не лезли взрослые. Сейчас же мне кажется, что употребляет не те травы.

Около моста Йен увидел знакомую маленькую хижину травника, лекаря, а также единственного человека, у которого можно было купить хоть какие-нибудь алхимические ингредиенты в Дерибаре. Перескочив через невысокий забор, маг постучал по двери. Изнутри дома послышался невнятный старческий голос и тихое шарканье.

— Кого это принесло так поздно? — недовольно спросил старик через дверь. — Лавка закрыта, приходите утром.

— Харинор, это я! — громко произнес юноша. — Йен. Сын Валана.

— Йен?! — не поверил травник. — Не может быть! Я думал, больше никогда не увижу тебя, парень.

Послышался звук отпираемого запора, и дверь со скрипом открылась. На пороге стоял сухой старец с длинной седой бородой. В детстве Йен думал, что именно так и выглядят все маги.

— Здравствуй, Харинор, — улыбнулся юноша. — Ты почти не изменился. Борода только сильнее поседела, — добавил он.

— Йен, — пробормотал травник. — Это и правда ты. Кто твои друзья?

— Это Рен, мой товарищ, и Алирра — моя сестра. Харинор, я пришел, чтобы спросить о моем отце...

— Ах, старый дурак! — Харинор ударил себя по лбу. — Ну, конечно же, ты пришел, чтобы узнать о Валане! Проходите скорее!

Травник посторонился, пропуская гостей, и закрыл дверь. Внутри его дом напоминал скорее небольшой сад. Повсюду стояли кадки с различными растениями, а их сушеные экземпляры висели под потолком. Алирра, как только увидела все это, сразу пришла в восторг.

— Как красиво! — воскликнула она. — Это же авран и молочай. И чистотел! Как много всего!

— Девушка разбирается в растениях? — улыбнулся старик.

— Она дриада, Харинор, — устало произнес Йен, жестом останавливая травника, готового разразиться кучей вопросов. — Скажи, что ты знаешь о моем отце, а потом мы поговорим.

— Да-да, конечно, — быстро проговорил он. — Садитесь, я сейчас!

Харинор скрылся в глубине дома, и оставил троицу осматриваться. Дриада ходила между растениями и цветами, что-то двигая, поворачивая и вдыхая в растения больше жизни. Рен смотрел на нее с неприкрытым восхищением. Для него, мага смерти, давать жизнь вот так просто — было сродни настоящему чуду. Он с радостью вдыхал аромат магии, и тревога, наконец, покинула его. Йен же остался равнодушным. Его сейчас заботило лишь исчезновение отца.

Харинор вернулся через несколько минут. В руках у него был пожелтевший конверт.

— Это дал мне Валан, когда уходил, — произнес он, протягивая парню конверт. — Сказал, если вернешься, отдать тебе. Не думал я, что придется ждать тебя семь лет.

Дрожащей рукой Йен взял письмо и в тусклом свете свечи впился взглядом в неровные строчки.

'Йен, ты отправился опасное путешествие. И, как твой отец, я должен привести тебя обратно. Но, раз ты читаешь это письмо, ты вернулся домой раньше меня. Если тебе повезет, отделаешься лишь одним наказанием. Тебе не повезет, это я обещаю. Ты ослушался меня, поступил необдуманно и подверг себя опасности. Когда-нибудь мы будем вспоминать эту историю со смехом за семейным столом, но до этого момента ты еще должен будешь дожить. Это будет непросто. Твой отец, Валан Орсин'

Йен чувствовал себя паршиво. Когда он был совсем юнцом, он и подумать не мог, что его отец, этот домосед до мозга костей, отправится вслед за ним, чтобы вернуть его домой. Юноша сжал руку с письмом в кулак, сминая бумагу.

— Он оставил это семь лет назад? — прохрипел он. — И так и не возвращался?

— Так и есть, Йен, — ответил старик. — Валан однажды пришел ко мне посреди ночи, наказал передать этот конверт тебе, когда ты вернешься, и ушел. С тех пор о нем не было слышно.

— Почему? — глаза малефика покраснели и загорелись внутренним огнем. — Почему ты не остановил его?

— Откуда же мне было знать, куда он отправился, — пятясь назад, пробормотал травник. — Я не успел ничего у него спросить.

— Йен, успокойся, — некромант положил руку ему на плечо. — Этот старик ни в чем не виноват.

— Д-да, — юноша потряс головой. — Извини, Харинор. Я не хотел тебя напугать.

— Ты все-таки стал магом, парень, — улыбнулся травник. — Только не тем, каким хотел, да?

— Как видишь, — Йен развел руками. — Дар, что ты во мне увидел, напоминает, скорее, проклятье.

— Не говори так! Этот Дар защищает тебя. И этих двоих тоже, — Харинор кивнул на Рена и Алирру. — Будто темное покрывало укрывает вас.

— О чем ты говоришь? — не понял Йен.

— Послушай меня! Я вижу смерть! И кровь! И в центре всего этого вы двое! — он поочередно указал на малефика и некроманта. — Но картинка нечеткая, она дрожит и меняется. И причина этому — твой Дар.

— Успокойся, Харинор, — мягко проговорила Алирра. — Это все из-за большого количества растений вокруг. Некоторые из них ядовиты, они могут вызывать галлюцинации.

— Я знаю, о чем говорю, девочка, — сердито ответил травник. — Он, — узловатый палец уперся в Йена. — Принесет перемены в этот мир.

— Ты бредишь, старик! — Йен сверкнул красными глазами. — Я не собираюсь ничего менять в этом мире.

— Отрицай, сколько хочешь, но это твоя судьба.

— Судьбы не существует, — Йен кивнул Рену, и тот взял Алирру под руку. — Спасибо, что сохранил письмо моего отца. Это много для меня значит. Сожалею, но нам пора уходить.

— Не ищи его! — зашептал Харинор, взяв Йена за локоть. — Он сам тебя найдет, и лучше тебе быть готовым к встрече.

Юноша вытащил руку из цепких пальцев старика и быстро зашагал прочь, постоянно оглядываясь. Рен и Алирра шли чуть впереди, и некромант что-то тихо говорил ей на ухо. Йен поравнялся с ними и увидел слезы на щеках сестры.

— Лирра, ты чего? — удивился Йен.

— Мне страшно. А вдруг он и правда видит будущее?

— Это невозможно! — воскликнул малефик. — К тому же, ты сама сказала, что он отравился ядовитыми растениями.

— Может, он и сумасшедший, — сказал Рен. — Но я бы на твоем месте поостерегся и держал ухо востро.

'Может ли это быть правдой? Дар предвидения? — задумался Йен. Он оглянулся назад и потряс головой. — Нет! Это всего лишь бредни старика!'

Ночь они встретили в дороге. Шли молча, никому не хотелось заводить разговор. Было темно, но полная луна неплохо освещала путь, выхватывая три силуэта из тьмы. Йен шагал, опустив голову и натянув капюшон на самый нос, не желая смотреть на своих спутников. Он раздумывал о словах Харинора.