— Тяжкие повреждения? Вы же сказали, что в порядке. — Вцепился мужчина в первое попавшееся противоречие. О! Я тоже так делаю, когда надо выгадать время для собирания мыслей в кучу.

"Ну нет, такой поблажки он не получит."

Ага, нечего было меня до заикания своим конем доводить.

— Я в порядке. Большей частью. А вот отдельные части моего тела — не очень. Один ценный орган, дюже пострадал от соприкосновения с землей. А он крайне необходимый для моей теперешней деятельности. — И видя, что "клиент" запутался окончательно, пояснила. — Для учебы.

— К-как? Разве вы головой ударились.

— Головой? Ха! — Фыркнула я. — Она то причем? Чтобы целыми днями в библиотеке просиживать, важно выносливую часть пониже спины иметь. И желательно неповрежденную.

Похоже, собеседник осознал таки, тщетность надежд на разумную и наполненную смыслом беседу со мной. И сдался, пробормотав виновато.

— Простите. Признаться, я не знал о запрете на быструю езду. Я в Дакоране редко бываю. Когда пять лет тому назад уезжал отсюда, ничего подобного не было.

— Это все из-за богачей. Им, видишь ли, громкий шум отдыхать мешает. Несколько раз поплакались, вот наместник законом и разродился. А как давно, не знаю. Сама еще года в Дакоране не прожила.

— Главное, что закон правильный. А причины его появления не суть важны. Даже если бы никакого закона не было, мне не стоило носиться сломя голову по темным улицам. Я виноват. Простите.

Вот теперь он точно готов! Деморализован, растерян и по уши в чувстве вины. Буде моей целью пожива, с него неплохо удалось бы стрясти. Тут главное вовремя слезу пустить и кучку бедных родственников приплести, чуть было не лишившихся единственной поддержки и отрады (меня). А дальше только карман подставляй. Типчик то не из бедных: одежда богатая, коняга породистая...

Перспектива быстрого обогащения заманчиво маячила перед глазами. Но не долго, по обыкновению сменившись образом укоризненно взирающей матери.

Вот так всегда... Ладушки. Удовлетворюсь моральной компенсацией. За несколько мгновений моего страха, бедолага получил сполна. Возможно даже с лихвой. Сама знаю, что общение со мной после подобных инцидентов — хуже тюремного заключения.

— Да ладно. — Великодушно простила я. — Переживу. Глядишь, удастся под столь благовидным предлогом выдавить из учителя пару дней передышки. Хотя вряд ли... Наставник, увы, тоже убежден, что голова для учебы нужнее.

При упоминании об этой части тела, рука незнакомца потянулась к ушибленному о щит лбу. Нащупав шишку, он болезненно скривился. Чем разбудил во мне так сладко задремавшего в последние месяцы целителя.

"И что ему не спится?"

Маме спасибо. Она так долго и тщательно взращивала во мне нужные качества, что одним пинком от них не избавишься. Даже некромантским...

— Наклонитесь чуток. — Велела я, в очередной раз, поддаваясь состраданию.

— Что?

— Лоб свой покажите.

Как ни странно, он повиновался. Опрометчивый поступок. Разве ж можно подставлять беззащитную голову чуть не угробившему тебя человеку?

"Похоже, удар по голове с последующим общением с хамоватой ведьмой — здравости рассудка ну никак не способствует..."

Однозначно...

Я ощупала шишку. Хорошая такая, на пробивающийся рог похожа.

— Славненько. Постойте немного не шевелясь.

Сосредоточив в пальцах целительную силу, я направила ее на красный, пульсирующий вырост, снимая боль и воспаление. Ясное дело, у самой лоб тут же принялся саднить и болезненно подергиваться. Когда собственные ощущения стихли, я отняла руку.

— Лучше? — Спросила скорее для формальности, нежели из любопытства.

Мужчина удивленно пощупал все еще видимый "рог".

— Больше не болит.

— Прекрасно. К утру шишка спадет. Но чтоб наверняка, купите в аптеке цветки совки луговой и измельченный корень жигры. Две ложки первого и ложку второго залейте половиной стакана кипятка. Дайте настояться четверть часа. Воду слейте, а гущу заверните в чистую ткань и приложить к поврежденному месту. Сделаете все как надо — даже синяка не останется. Одно условие — проделать все в течение ближайшего часа. Иначе толку никакого. Поняли?

— Да. Вроде бы. Так вы целитель?

— Иногда. Когда не просиживаю штаны в библиотеке и вообще нахожусь подальше от Фанаира. Здесь я практиковать права не имею.

— А. Так вы ученица.

— Угу. Мага-погодника.

Мои объяснения только сильнее запутали бедолагу. Не было нужды в великих мыслительных талантах, дабы понять это по его недоумевающей физиономии. Пришлось подробнее разжевывать.

— Целительству меня мать обучила. И даже собиралась перед гильдией словечко замолвить, дабы меня в лекарские ряды официально приняли. Но решила обождать малость, чтоб я точно определилась чего от жизни хочу. Точнее — чтобы повзрослела, наконец.

"Долго же ей ждать придется..."

— Так и не случилось мне официальной бумагой обзавестись. Да не беда. Все одно здесь с гарлионского цехового знака толку не много. Надо местный экзамен сдавать. А для этого мало того, что ходатайство обучившего тебя наставника требуется, так еще и денежку плати. Обойдутся! У меня сейчас времени нет. А по завершении учебы я, скорее всего, домой вернусь. И на кой мне тогда тутошняя висюлька?

Пока незнакомец переваривал информацию, я наклонилась за сумкой. Несколько свитков умудрилось высвободиться из общей кучи и раскатиться по мостовой. Пришлось отлавливать юркие трубочки по камням и запихивать их в холщевое нутро авоськи. Мужчина меж тем вернулся к своему коню. Но забираться в седло не стал. Подхватив животное под уздцы, он вновь подошел ко мне.

— Спасибо вам. За шишку. Ну, то есть, за то, что полечили ее.— Незнакомец смутился и слабо улыбнулся.

— Пустяки. Ерундовое дело.

— Меня зовут Дор. Доран Лоэну.

— Рина. Только не говорите, что вам очень приятно. Чтобы находить удовольствие в подобных происшествиях, надо быть не в себе.

— По крайней мере, это внесло некоторое разнообразие в мою жизнь.

— Вам видней. — Буркнула я, пытаясь найти застежку на сумке. Но вместо нее палец нащупал приличных размеров дыру. Пряжку вырвало "с мясом". Вот же гадость! Зашивать придется...

— Вы позволите вас проводить? — Поинтересовался Дор, не ведая о "великих" проблемах, терзающих меня в тот момент.

— Не стоит. Я хочу еще немного прогуляться.— Отмахнулась я, предвкушая "счастливые" часы в компании иглы.

А, ну его, этот замок к карликам! Новую сумку куплю. Десяток медяков — не те деньги, чтобы пальцы себе колоть.

— Одна? По темным улицам? Это может быть небезопасно. Грабители и прочее... — Не унимался недобитый щитом мужчина.

— В Дакоране? Вы шутите! Здесь промышлять грабежом — самое опасное занятие. Вместо вожделенного кошелька можно огрести по полной. Если на мага нарваться. К тому же, у меня есть основания предполагать, что от простого грабителя я как-нибудь отобьюсь. Вам же следует как можно быстрее заняться своим лбом. Фиолетовые синяки, знаете ли, не лучшее украшение.

— Вы уверены?

— Насчет синяков — абсолютно. В остальном же, положусь на удачу. Думаю на сегодня судьба исчерпала свой запас подлянок для меня.

— Что ж, удачи вам. — Он развернулся и легко вскочил в седло. Его конь всхрапнул, опасливо покосился на меня и нетерпеливо переступил ногами. — Может еще увидимся.

— Как знать. — Я посторонилась, давая животному дорогу. Доран слегка сжал пятками бока скакуна и тот послушно двинулся вперед. Шагом!

Проводив их взглядом, я обернулась к злосчастному особняку. Собственно, надежда удовлетворить таки свое любопытство была основной причиной отказа господину Лоэну.

Увы. Напрасные чаяния. Все плошки горели, а слуги в обозримом пространстве не наблюдалось. Странно... Мы с Дором такое представление прямо перед воротами устроили.... Бесплатное зрелище с доставкой на дом и никакого интереса? Видать строгие у здешнего хозяина правила. А раз так, то вряд ли слуга стал бы со мной откровенничать. Послал бы куда подальше. А что приличным девицам в том "подальше" не место, его нисколько не озаботило бы.

"И кто же тут приличная?"

Уже и помечтать нельзя...

* * *

Неудовлетворенное любопытство, порванная сумка и отбитое седалище поубавили стремления любоваться окрестностями. Еще и живот напомнил о своем желании почаще получать провиант. Всецело согласившись с ним, я заспешила домой. На сей раз по обочине.

На крытой террасе учительского дома, маячила знакомая фигура. Имар. Еще один ученик мэтра Делема.

Стоило мне ухватиться за кованый прут калитки, как Имар ломанулся на встречу.

— И где ты шляешься по ночам? — Завел он свою любимую песню.

О нет, заботой или беспокойством обо мне тут и не пахло. Просто, этот великовозрастный шалопай по уровню любопытства целую дюжину кошек за пояс заткнет. А уж такого таланта к собиранию и распространению сплетен не у всякой рыночной торговки сыщешь. Самородок просто. Борец за общедоступность информации. Всю энергию этому занятию отдает. На магию почитай сил уже не остается. Парню двадцать пять стукнуло, а он все еще в учениках ходит. И чего наставник с ним нянчится? А впрочем, это понятно. Мало того, что все новости благодаря Имару в числе первых узнает, так еще и папочка этого сплетника — Второй придворный маг. А благодарность таких людей ценнее койлов.

Хотя, это мое мнение. С учителя станется и более возвышенными идеями руководствоваться. У Имара благоразумия и ответственности еще меньше чем у меня. Возможно, учитель надеется рано или поздно взрастить в нем столь необходимые для мага качества. Но думается мне — напрасная трата времени. В сим запущенном случае необходимо радикальное решение проблемы. А именно — вмешательство мага из Школы Разума. Но тут проблема. Об адептах этой Школы уже века три ничего не слышно. Да и триста лет назад их всего два было. Так что видать оставаться Имару шалопаем до конца дней своих...

— Ринка, ну? Чего молчишь?

Тщательно затворив за собой калитку, я окинула внимательным взглядом двор — вроде как порядок проверяю. Можно подумать мне есть до этого дело. Ничуть. Тем более, что надзор за презентабельностью дома и прилежащих владений вверен служанке Орите. Бойкая старушенция. Все дедкам глазки строит, хотя по возрасту ей впору кавалера на погосте подыскивать. В общем, в вопросах соблюдения чистоты и порядка мои усилия без надобности. Тем паче толку с меня как помидоров с березы. Но вот время потянуть и тем самым Имарово любопытство помучить — отличный способ.

— Ри-и-ина-а-а... — Заскулил оболтус.

— Гуляла я. — Безапелляционно отрезала зловредная ведьма и гордо прошествовала к дому. С приличной скоростью, между прочим. И все равно этот дотошный прыщ догнал меня на пол пути к спасению — высокой деревянной двери.

Заступив дорогу своим длинным тощим тельцем и заглядывая мне в глаза, он полюбопытствовал.

— А с кем?

— С высоким, красивым брюнетом. И с конем его. — Буркнула я в ответ и сделала попытку обойти препятствие. Но этот пакостник знал, где встать. С обеих сторон дорожки топорщили свои колючие ветви здоровенные кусты роз.

Гадство!

— Ринка, ну врешь же!

— Слушай, чудо, когда я говорю, что гуляю одна — ты не веришь. Чистосердечно во всем признаюсь — тоже лгуньей обзываешься. И что же мне делать?

— Бери меня с собой. Вместе погуляем.

— Э, нет. Ни! За! Что!

— Почему?

— У меня слишком хорошая память.

— А это тут при чем?

— Видишь ли, дорогуша, я еще помню прогулочку, устроенную тобой в первые дни моего пребывания в Дакоране. Помнишь, ты пообещал познакомить меня с городом? И что? Мы не столько достопримечательностями любовались, сколько со всеми встречными поперечными новостями обменивались. Точнее, ты лясы точил, а я идиоткой рядом стояла и все это слушала. У меня уши к вечеру так распухли, что чуть в дверях не застряла.

— Зато в тот день ты о Дакоране узнала больше, чем с кем другим за целый год.

— О, да! Это были ценные знания. Кто с кем шашни крутит. Какая лошадь пришла на скачках первой. Какие ставки делались. Кто сколько проиграл. И, конечно же, самое важное — от кого беременна леди Мариоль. Да, без этих сведений Дакоран так навсегда и остался бы для меня загадкой.

— Будешь издеваться, я обижусь. — Выпятил губешку Имар.

— И чем мне это грозит? Несколькими днями тишины и покоя? Воистину, я этого не переживу!

— Вот не стану рассказывать тебе последние новости...

— А не лопнешь? Эвон как тебя распирает. Даже не поленился навстречу выбежать.

— Не бойся, перетерплю.

— Вот и славненько. Терпи дальше. — Подытожила я, обдумывая пути прорыва. Наскоком взять не удастся. Имар хоть тощий, но сильный.

"Хитростью надо..."

Какой?

"Для начала усыпить бдительность и отвлечь разговором."

Он сам кого хочешь отвлечет и усыпит. И все же...

— Ты не скажешь, так Орита поделится. А то вечно ты старой женщине все удовольствие обламываешь. — Решилась я на глупость, в кой-то веки, осознавая всю ее глубину и фатальность. Ну да, глядишь, боги смилостивится и мне таки удастся в дом прошмыгнуть. Под зорким оком наставника Имар ведет себя куда сдержаннее.

— Орита? Ей сейчас не до тебя. К мэтру его бывший ученик в гости приехал. Орита ему ужин собирает. А потом гостевые покои в порядок приводить пойдет. — Судя по довольной физиономии Имара, это и были главные новости. Хотя надежды, что они единственные следовало задушить в зародыше. Сейчас надобно особую осторожность проявить, как при пересечении газона, где горожане своих домашних любимцев выгуливают. А то вляпаться можно... С Имаром даже хуже. Как начнет пересказ всех обстоятельств ученичества незнакомого гостя под руководством мэтра Делема... Прощай тогда ужин. Придется несчастной ведьме Рине из Гарлиона торчать в этом саду до зари. Вряд ли Имаровы фонтан красноречия и океан информации иссякнут раньше.

Нет. Умываться утренней росой и встречать рассвет на этой дорожке в мои планы не входит. Тем более до этого момента еще дожить надо. А в обществе Имара сие маловероятно. Мысли о самоубийстве возникают уже на втором часу его вдохновенного трепа. Боги, а я еще на Огала бочку катила, болтуном дразня. Да менестрель просто тихоня и молчун рядом с этим ужасом.

Надо вырываться!

— Тебе что совсем не интересно? — Поинтересовался претендент на главную роль в моих ночных кошмарах. На ближайший вард как минимум! — Зря. Бывший ученик мэтра — боевой маг на королевской службе. Приехал с самой Андаррской границы. Представляешь, сколько он новостей знает?!

Упоминание об Андарре разбудило интерес. Впрочем, не столь сильный, дабы погибать из-за него молодой. Особенно, когда впереди замаячила надежда. Я таки придумала план побега!

— С самой Андарской границы? Неужели? — Я качнулась влево, якобы намереваясь протиснуться в узкую щель между кустом и Имаром. Сплетник отреагировал, как и ожидалось — дернулся в туже сторону. Зазор справа расширился достаточно, чтобы проскользнуть в него, оставив на шипах лишь несколько клочков ткани. Этим я и воспользовалась, рванув, что было сил. Попутно еще легонько Имара плечиком толкнула. И разве виновата я, что он с прежнего движения на ногах не утвердился? Ничего, разок с розами наобнимается, глядишь, в другой раз поостережется мне путь заступать.