Зерно Ненависти

11

Выбравшись, наконец, из подземелья, Джувенел некоторое время просто стоял, запрокинув голову в небо и наслаждаясь свежим воздухом и долгожданной свободой.

— Спасибо, отец, за то, что я остался жив, — прошептал молодой человек.

После смерти самого родного ему человека эти слова стали своеобразной традицией. Всякий раз, выбираясь из очередной передряги, Джувенел благодарил Руфорда за то, что тот обучил его рунной магии.

— Все, с воздаянием почестей покончено? — ироничный голос вырвал мага из размышлений об отце. — Может, приступим ко второй части сделки?

— Да, конечно. Не хочешь представиться?

— Если тебя это так интересует, зови меня Клэмертом. Свое имя можешь не называть — мне оно без надобности.

Джувенел пожал плечами.

— Где твое тело? — сухо осведомился он.

— Немного дальше.

Рунный маг двинулся в путь, ориентируясь на голос Клэмерта. Вокруг простирались безлюдные места — на многие лиги вокруг не было ни одной деревни, не говоря уже о крупных городах. Джувенел хотел побыстрее выполнить свою часть сделки и отправиться в ближайший трактир, чтобы наесться и выспаться. В подземелье нгемахов он был лишен и того, и другого.

Долгая дорога начала утомлять. С тоской рунный маг вспомнил о своем коне, убежавшем, когда чернокожие твари напали на Джувенела. Пешая прогулка сейчас была не слишком кстати — использование магии вымотало рунного, но он упрямо шел вперед.

В скором времени Клэмерт приказал ему спуститься в довольно глубокий овраг и после недолгого его исследования маг наткнулся на скелет человека.

— Проклятье! — вырвалось у Джувенела. — И это ты называешь телом?

— Не твое дело, как я его называю. Да, я умер довольно давно, но ты же слышишь мой голос, верно? А ведь ты не дагуэр. Это означает, что для меня еще не все потеряно. — Говоривший начал раздражаться, заметив нерешительность молодого человека. — Просто дай мне немного своей энергии и отправляйся куда глаза глядят!

Джувенел снова бросил взгляд на кости. Все это было очень странно. Когда он помогал отцу, отдавая энергию и вылечивая его рунами, тот находился при смерти, но все же еще был жив. Как можно было вернуть к жизни скелет, рунный не понимал. Но сделка — есть сделка, если бы не Клэмерт, он до сих пор бы гнил в подземелье. Так что, отбросив сомнения, молодой человек кивнул.

— Хорошо. Что мне нужно сделать? Просто прикоснуться к костям?

— Этого будет недостаточно, я уже пытался. Ты же говорил, что уже проделывал нечто подобное, догадываюсь, что для этого ты задействовал руны. Так повтори! — нетерпеливо отозвался Клэмерт.

Маг нарисовал две руны-метки жизни и опустился на колени рядом со скелетом. Вспомнил, как отдавал энергию отцу и почувствовал щемящую тоску. Тряхнул головой, отгоняя воспоминания, и несколько брезгливо положил ладони на человеческие кости.

Джувенел чувствовал, как его энергия перетекает в скелет. Хотя он и был уверен, что это бессмысленно, не останавливался до тех пор, пока не понял, что еще немного — и он совершенно обессилит. Маг отнял руки, прерывая заклинание, и попытался подняться.

И рухнул обратно на колени.

— Что происходит? — еле выдавил Джувенел.

Весь мир вращался вокруг него, а перед глазами плавали темные круги. Жизненные силы стремительно уходили из него.

— Пре... кра... ти... — произнес рунный маг, едва слыша сам себя.

Скелет перед ним начал обрастать плотью. Кожа была розовой, как у младенца, хотя на вид оживающий человек был на несколько лет старше Джувенела. Появились темные волосы, брови, ресницы. Магу оставалось лишь бессильно наблюдать за воскрешением, хотя и зрение уже начало подводить. Драгоценная энергия утекала, и молодой человек понимал — осталось ему немного.

В тот момент, когда мертвый Джувенел рухнул лицом в землю, оживший Клэмерт открыл глаза.

12

Лидерин буквально влетела в дом, испуганная и совершенно сбитая с толку. Даноя, увидев состояние дочери, растерянно замерла в дверях.

— Малышка, что-то случилось?

— Случилось, — выкрикнула Ли, высвободив отливающую золотом прядку и показывая ее матери. — Ни у одной менакеры нет таких волос! И животные! Они всегда слушались меня, а сегодня...

Голос девочки сорвался. Подняв глаза на ошеломленную ее всплеском Даною, Ли еле слышно произнесла:

— Они правы, да? Мой отец не погиб на войне?

— Малышка, я... — женщина попыталась оправдаться, но сдалась, увидев заплаканные глаза девочки. — Рейфорд действительно погиб, сражаясь с герхантами, ты тогда была слишком маленькой, чтобы помнить его.

— Он не был менакером? Ведь у меня совершенно нет дара.

— Был. Но он не был твоим настоящим отцом, — на одном дыхании произнесла Даноя. Путей для отступления не осталось.

Она подошла к дочери и обняла ее, дрожащую. Уткнувшись в пахнущие красящей травой волосы, женщина заговорила.

— Твой настоящий отец — Аблейд Деваин, и он... латоэр. Мы познакомились на их земле, Аноррайет, когда я отправилась туда для выполнения определенной миссии. До твоего рождения я входила в Совет Острова, и мне было поручено уговорить латоэров войти в Альянс кланов. Аблейн был единственным из золотоволосых, кто хотя бы просто выслушал меня. Я провела там долгое время, пытаясь убедить латоэров в достоинствах вступления в Альянс, но они холили свою оторванность от остального мира, и политика их абсолютно не интересовала.

После нескольких дней, проведенных в Аноррайет, я поняла две вещи — то, что моя миссия провальна, и то, что я больше не представляю своей жизни без Аблейна.

— Ты осталась там? — спросила Лидерин, размазывая по лицу слезы.

Даноя печально покачала головой.

— Нет, конечно, нет. Никто бы не позволил мне остаться на земле латоэров. Чужаков там не любят. Если бы я не являлась представителем Совета, меня бы за ограду вообще не пустили, — женщина вздохнула. — Мы были молоды, и приняли отчаянное решение — сбежать в лес и жить там. Мы с Аблейном поселились в домике в лесу и жили там, наслаждаясь обществом друг друга. Аблейн постоянно наведывался в свое селение, чтобы старейшина не думал, что он оставил родную землю.

Разумеется, никто не знал о наших отношениях. Несмотря на некоторые сложности, мы были счастливы... до того момента, когда я поняла, что беременна. Не думай, я упивалась мыслью о том, что вскоре на свет появишься ты, но жизнь в лесу больше не входила в мои планы. Мне нужны были лекари, знахарки, у меня была работа, которую я оставила ради Аблейна.

В итоге... я сказала, что возвращаюсь в Глабери. А твой отец... он не смог оставить Аноррайет, долго сомневался, кормил меня обещаниями. Как бы мне не было тяжело, я понимала — ради твоего будущего мне нужно было вернуться, а с ним или без него... — Даноя отстранилась и посмотрела на дочь. В ее взгляде была такая тоска, что Лидерин почувствовала комок в горле. — Я сделала свой выбор и, воспользовавшись отсутствием Аблейна, сбежала из леса в Глабери. Место в Совете я потеряла — меня не было слишком долго, и с этим мириться не стали. Потом я встретила Рейфорда, замечательного мужчину, который стал мне дорог. Он и воспитал тебя. Он всегда был рядом с нами.

— Но так нельзя! — выкрикнула Лидерин, вырываясь из объятий матери. — Ты должна была сказать моему отцу, что уходишь! Что, если все это время он искал тебя, а я... даже никогда его не видела!

Даноя встала, скрестив руки на груди.

— Ли, ты слишком мала, чтобы судить о таких вещах. Я приняла тяжелое, но единственно правильное решение — ради тебя.

— Но ты могла рассказать мне правду! — негодовала девочка. — Вместо этого ты перекрашивала мои волосы — они ведь золотистые, верно? И мучила меня, зная, что мой дар никогда не проснется, просто потому, что его нет.

— Он может проснуться! — нервно возразила Даноя. — Ты — полукровка, и тебе от меня могут достаться магические способности. Именно для этого, я, как ты выражаешься, мучила тебя. А насчет правды... Ли, пойми, я хотела, чтобы у нас была крепкая семья — ты, я и Рейфорд, но его смерть все изменила. Было слишком поздно открывать тебе правду, да и зачем? Отца ты все равно не найдешь.

Лидерин вскинула голову, в ее глазах плескалась злобная решимость.

— А вот и найду! — дерзко отозвалась она и кинулась к двери.

— Ли! — отчаянно крикнула мать, бросаясь вслед дочери.

Девочка была проворнее. Выскочив за порог, она побежала в сторону городских ворот. Имперские стражи проигнорировали промчавшееся мимо дитя — неподалеку раскинулось озеро, где часто играли малыши. Лидерин, добежав до озера, останавливаться не стала. Отсюда был виден огромный лес, разделяющий Глабери и Аноррайет.

Девочка оглянулась — Данои нигде не было видно. Преисполненная решимостью, Ли направилась к лесу.

13

— Может, все-таки стоит предупредить твоих... — Хелея задумалась, вспоминая слово.

— Керенас, — подсказала Эва. Затем покачала головой, — нет времени. Неизвестно, сколько Долина будет водить росахов по ложному следу. Если у них не хватит терпения, они могут ринуться на поиски ключа и опередить нас. А я хочу принести его советнику — вдруг император посчитает, что Шеадаран может пригодиться людям.

— Думаю, с этим Шеадараном Древних не все так просто, — отозвалась элкари. Несмотря на отдых в придорожной таверне, выглядела она неважно. Как она призналась Тени, причиной тому было не только вынужденное путешествие после долгого отшельничества — элкари редко вели насыщенную городскую жизнь, предпочитая добровольное затворничество. Воспоминания о пленении росахами еще были слишком свежи, и это не давало ясновидице покоя.

Эва понимала — ее терзал страх возможной встречи с бывшим мучителем. Тень пообещала самой себе — ясновидицу она защитит любой ценой. Элкари были народом, практически не умеющим постоять за себя. Магия высасывала из них все соки, их кожа была настолько бледной, что казалась практически прозрачной — Тень видела переплетения голубых жилок на руках Хелея. Все элкари были очень худы, казалось, их сил иногда едва хватало на то, чтобы просто двигаться, не говоря уже о том, чтобы держать в руках оружие и достойно сражаться. К тому же, их паутинная магия привлекала охотников на сокровища, не гнушавшихся ничем ради достижения своей цели. Поэтому неудивительно, что подавляющее большинство элкари скрывались от остальных кланов, предпочитая спокойное уединение.

Оставшееся время до города хладных, где находилась часть ключа, Эва и Хелея преодолевали молча, погрузившись в размышления. Конь Тени, Сумрак, бодро вез задумавшихся девушек, пока перед ними не раскинулся величественный город-государство. Город-изо-льда.

Эва спешилась и помогла Хелея последовать ее примеру. Привязав Сумрака, Тень вошла в город. Мгновенно стало прохладнее. Не удержавшись, Эва провела рукой по стене ближайшего дома, чувствуя, как замерзают пальцы. В свете солнца Город-изо-льда, как его называли люди, сверкал всеми красками, но... не таял.

Магия льда, и то, как с ее помощью хладные создали один из самых красивых городов на острове Древних, завораживала. Прозрачный лед в домах служил окнами, лед стен разнообразных оттенков — от голубого до синего, был гораздо темнее природного и не позволял заглянуть внутрь домов, разгадать их тайны. Искры солнечного света, отраженные в домах, слепили глаза до слез. Девушки остановились, пораженные холодным великолепием Города-изо-льда.

По своим делам спешили хладные — высокие мужчины и женщины со светлой кожей, будто покрытой инеем.

Элкари сплела паутину и, после недолгого вглядывания в нее, двинулась вперед. Эве оставалось только следовать за ясновидицей. Та после долгих блужданий по мощеным дорогам, покрытым изморозью, привела их к высокому ледяному зданию с высоким шпилем.

— Половина ключа там, — коротко объяснила Хелея.

Тень открыла дверь и тут же принялась растирать обожженные холодом пальцы. Солнце, согревавшее их снаружи, скрылось и стало ощутимо прохладнее. Эва заметила, как Хелея, поежившись, обхватила себя руками. Она была в легком платье и холод, идущий от ледяных стен, явно ее не радовал. Тень сняла плащ и протянула его элкари, оставшись в кожаных брюках и блузе на шнуровке. Хелея, благодарно улыбнувшись, накинула плащ на плечи.

В помещении было довольно много хладных, собравшихся в круг и что-то оживленно обсуждающих. Девушки, переглянувшись, подошли ближе.

— Мы должны собрать совет города и решить, что нам делать дальше, — убеждал один из хладных своих соплеменников.

— Я предлагаю не медлить и не ждать, пока на нас нападут. Нужно найти этого мага раньше, чем он вернется с сонмом игнисов! — довольно резко отозвалась хладная с прекрасными голубыми волосами, доходящими до талии.

— Вот как, Адхеда? Может быть, ты сможешь сказать нам, где именно искать мага? Или знаешь способ, как войти в город игнисов без последствий?

— Прошу прощения, — вклинилась в разговор Эва. — Что-то случилось?

Хладные входили в Альянс Кланов наряду с людьми, а керенас действовали не только в интересах Империи, но и всего Альянса. Если хладным грозила опасность, Тень считала своим долгом доложить об этом советнику императора.

Повисла тишина. Хладная, которую назвали Адхедой, повернулась к ней и довольно высокомерно оглядела с ног до головы.

— Нам не требуется ваша помощь, если вы об этом, — холодно произнесла она. — Ну а если вы спрашиваете из чистого любопытства, то удовлетворить его мы не сможем.

— Адхеда! — одернул ее хладный.

Его ярко-голубые, как льдинки, глаза встретились с глазами Эвы. Он сказал подчеркнуто вежливо:

— Спасибо за беспокойство, но у нас все в порядке. Вы что-то хотели?

Остальные с интересом смотрели на элкари и человека. И хотя кроме интереса в их взгляде сквозила нешуточная тревога, и Тень могла бы помочь, она решила не вмешиваться в происходящее.

— Нам нужен некий артефакт в виде половины круга, хранящийся у вас, — объяснила она.

Реакция хладных превзошла все ожидания. Толпа опять зашумела, что-то обсуждая на родном языке, а Адхеда выкрикнула:

— Вы заодно с ним!

Эве показалось, что хладная готова наброситься на нее. Не дожидаясь этого и абсолютно не понимая происходящего, Тень сняла перчатку и вскинула руку, продемонстрировав татуировку, сделанную накануне ее первого задания. Двойная молния — знак того, что она стала полноправным членом отряда Керенас.

Это несколько утихомирило хладных.

— Эта вещь представляет интерес для Совета Острова, — спокойно заявила Эва. Девушка была уверена в этом, а проверять данное утверждение пока не представлялось возможным — время играло против нее.

— Вот как? — заинтересовалась Адхеда. — Боюсь, что она представляет интерес не только для Совета.

— Что вы имеете ввиду? — недоумевала Эва.

— Я объясню, — подал голос хладный, дав знак Адхеде. — Оставьте нас наедине. Когда я приму решение, я созову всех обратно.

Голубоволосая красавица попыталась возразить, но, заметив взгляд хладного, лишь кивнула, поджав губы. Она направилась к выходу из дворца и за ней потянулись остальные.