Братство клинка

Что это именно повозка, пейли определила скорее интуитивно — вокруг не было видно ни зги, как широко девушка ни раскрывала глаза. Повозка большая и тряская...

— Ай! Вайка, слезь с моей головы!

Айена вздрогнула и тихо выругалась. Не заметить, что где-то настолько рядом ещё люди — верх безалаберности! В монастырь пора, за профнепригодность.

— Кто здесь? — вопрос был лишним — пейли прекрасно узнала голос, как и имя.

— Ой! Гёс Айен! Какое счастье! Когда вы рядом — нам ничего не страшно! Правда, Вес?

— Кх...гмх... Кхда! Ори, я чувствую на своём плече чью-то ногу. Не твоя? — в голосе пепельноволосой чувствовались лёгкие нотки недовольства вперемешку с возмущением.

— Ой! Точно моя. А я думаю — что за бревно в повозку с нами закатили?

— Нормально! Это я, что ли, бревно?

— Дамы! — от трескотни невольных товарок по несчастью голова у пейли разболелась ещё больше.

— А?

— Что? — отозвались подруги хором.

— Давайте потише — нашим похитителям совсем не обязательно знать, что пленниц...ки пришли в себя. Согласны?

— Мудрая мысль!

— Как я сама не подумала? — восхитились девицы.

— Дамы!

— Молчим, — за двоих ответила Веста, Орис лишь согласно мыкнула, от чего-то одновременно отплёвываясь.

— Солома! — наконец выдала она, правда на порядок тише, чем прежде.

— Итак. Кто что помнит?

— Ну...

— Уж и не...

— По очереди! Орис.

— Как спать легли. Всё. Потом что-то тяжёлое на голове с запахом нурских протираний. А кто у нас верит во всё, что ему говорят и портит кожу заморскими зельями?

— Я не порчу. Это для здоровья полезно и для сохранения молодости.

— Не рановато ли молодость хранить начала, а?

— И дух укрепляет!

— Ещё бы оно не укрепляло, так жжется, что хоть кричи!

— Тихо!

— Извините, гёс, — опять хором.

— Теперь Веста.

— Я укуталась в одеяло, — более собранная и спокойная девушка говорила обстоятельно и чётко. — Орка храпела. В бок больно впивался какой-то камешек, но искать и убирать было лень. Настырный комар над ухом всё зуде-ел, зуде-ел... Проснулась от Орриного вопля.

— Я не орала, я спросила, шёпотом, и предельно вежливо!

— Благодарю! — прервала попытавшийся было возобновиться спор Айена. — Ясно. Нас чем-то усыпили...

— И я даже знаю чем, — слегка ворчливо вклинилась Орис.

— Да?

— Да! Песчаной бурей — после неё башка трещит полдня. Ощущение у человека, на которого направлено заклинание — как мешком по голове. Пыльным. Но на спящих чары влияют немного по-другому. Вот мы и не заметили.

— Откуда столь точная информация?

— Так на нас наставница почти все из обратимых заклинаний испробовала. Для совершенствования техники и чтобы ученики прочувствовали на собственной шкуре, каково объекту воздействия, и не кидались магией без дела.

— Любопытная методика, — Айена невольно хихикнула. — Что ж. Способ воздействия понятен, но личности похитителей пока неизвестны. Хотя... Некоторые догадки имеются. Девочки, у вас оружие есть?

— Было, — неприкрытое сожаление в голосе. Орис согласно поддакнула подруге.

— Может, кто-то из вас умеет колдовать?

— Умеет. Но со связанными руками нет. О! Могу понос вызвать.

— Орис, это очень ценное умение, но нет уверенности, что нам оно в данный момент поможет — судя по изменившемуся звучанию колёс по дороге, мы въехали в город.

— Не останавливаясь у ворот? А стража? — голос Весты был полон сомнения.

— Это лишний раз доказывает верность моей догадки.

— Какой?

— Похититель — лицо влиятельное. По крайней мере в этом городе.

Повозка остановилась. Хлынувший внутрь поток солнечного света резанул по глазам, Айена едва сдержала ругательство и зажмурилась. Девушки на удивление тоже не проронили ни звука. Не забыли о договорённости притворяться беспамятными? Молодцы!

— Кого ты приволок? Поцему так много? — скрипучий голос с лёгкой картавинкой звучал недовольно. — Господин велел доставить ноза. Одного! На кой белесый сморт нам трое?

— Они были вместе, — с оттенком пренебрежения ответил второй невидимый оратор. — И надписей "я — нож" у них на лбу замечено не было. Свою часть уговора я выполнил, оплату!

— Какую оплату?! Какую ты хоцешь есё?.. Э-эх, ладно. Забирай, дусегуб! — едва слышный звон монет шелестнул в воздухе. — Цего вылупились, смортово отродье? Зыво тасите их в дом!

Айену схватили за ноги и не слишком деликатно поволокли по днищу фургона. Если так дальше пойдёт, придётся либо приходить в себя, либо зарабатывать совсем не желательные синяки и шишки. А то и повреждения похуже — ступеньки в доме наверняка имеются, а уверенности в том, что ради высоких гостей лестницы устлали ковровыми дорожками, нет.

Обошлось. Когда ноги, по ощущениям, перевалились через борт повозки, девушку взяли подмышки и уже таким манером потащили дальше.

Возгласов неугомонных подружек слышно не было. Подобная выдержка, тем более у столь юных особ, достойна всяческого уважения.

Пересчитав сапогами три седьмицы ступеней, Айена вместо знакомого стука башмаков о камень услышала лишь тихое шуршание — всё-таки ковры? Какие изыски.

Висеть на руках одной из воняющих потом неизвестных личностей было утомительно, Айена уже просто с жутким нетерпением ждала окончания пути, пусть хоть в пыточной.

Наконец движение прекратилось, скрипнула дверь, и пейли как мешок с картошкой зашвырнули в пахнувшее благовониями помещение. Падать было на удивление почти не больно — видимо, и тут ковры.

Вроде не пыточная и не традиционная темница, что странно. Айена прислушалась к ощущениям. К благовониям примешивался запах духов и пудры. Если бы не обстоятельства, девушка решила бы, что очутилась в женском будуаре.

Рядом шмякнулись ещё два подобных "мешка", и дверь закрылась. Резанул по нервам скрипнувший в замке ключ.

Выждав для верности сунги пять и изо всех сил попытавшись определить, одни ли они в комнате, пейли решилась открыть глаза.

Ничего себе. Не ошиблась, значит.

Комната утопала в коврах и подушках. Сквозь не слишком плотные желто-оранжевые шторы из двух здоровенных окон в помещение пробивался дневной свет. Мебель вокруг выдержана в заданном благовониями и расшитыми думочками шахском стиле — низенький лакированный столик, богато изукрашенный позолотой комод в углу и укрытая за цветастым полупрозрачным пологом кровать.

— Дамы, можно приходить в себя, кажется мы наконец-то одни.

Девчонки зашевелились и попытались сесть, что со связанными за спиной руками было непросто.

Айена, изогнувшись змеёй, поднялась на ноги и первым делом направилась к одному из окон. Носом отодвинув занавеску, выглянула наружу. Мда...

По двору шныряли рыл пять молодчиков явно бандитской наружности. Они таскали какие-то мешки, орали друг на друга, пинались и сквернословили.

— Девы мои дорогие, спешу вас порадовать — кажется, нам посчастливилось стать гостями разбойничьей гильдии.

— А-а!!

— Че?!

— Без паники. Давайте успокоимся. Однако темнеет — долго же мы были в отключке. — Айена ещё раз оглядела окрестности, удостоверилась, что местность за воротами ей насквозь незнакома, что неудивительно, и собралась было обыскать комнату — хоть визуально — на предмет обнаружения какого-нибудь оружия, как ключ в замке вновь заскрежетал.

— Замерли! — прошипела пейли, падая ближе к выходу и постаравшись дышать как можно поверхностнее.

— Так. Действительно трое. Вот объясни мне, Бевер, как один нож умудрился за ночь размножиться?

— Не могу знать, сеф! — рявкнул шепелявый разбойник, судя по манере речи, бывший солдат.

— А кто может?

— Колдун! — уверенно выдал подчинённый. — Это по его цасти!

— Ты поумничай ещё мне тут!.. Ох и непростая ситуация, — шеф ходил между пленниками, задумчиво сопя. — Главное — все под описание подходят. Пегие, безусые, и пострижены одинаково.

Когда это девчонки успели перекраситься? Айена была в недоумении. Насколько ей не изменяла дырявая память, Орис в момент их знакомства имела каштановые локоны, как и сама пейли.

— Ничего не поделаешь. Будем ждать заказчика. Пусть сам разбирается.

— А долго здать-то, сеф?

— Да вроде не очень, к завтрему наверное и прибудет.

— Как так? А на цём зе он так резво? Али в окрестностях околацивается?

— На магии он прибудет, на магии, дурень!

— А цо з в таком разе магией своей энтого ноза сам не насёл?

— Видать метки ножовой не было, ни волос, ни чего там ещё колдунам требуется. А у нас метка есть, оставили наёмники для быстрого вызова. Вот по ней-то заказчик и прибудет.

— Да вот и луцсе б не прибывал.

— Что ты мелешь, идиот?

— А цего? Как поглязу, он могусественный да страсный, цего ему в насей этой...резиденсии делать? Порцу есё напустит по злобе!

— Тьфу на тебя, кретина! А деньги нам уже за ножа не нужны, по-твоему?

— Да уз луцсе бы где в цисто поле хлопцев вывезли, а деньги церез посредников полуцили. Безопаснее так-то, сеф, тоцно говорю. Пецёнкой цую — будут нам неприятности от того заказцика! — Айена всей душой соглашалась с Бевесом, малый не дурак — таких гостей лучше дома не принимать.

— Пил бы меньше — и печень б не шалила! Хорош трепаться! Они почему до сих пор в беспамятстве?

— Так колдун постарался! Вырубил мосьно!

— Ладно. Пошли отсюда. К пленникам с завтрева приставить охрану, есть пить давать — заказчик велел доставить в добром здравии.

— Как сказете, сеф, всё будет в лутьсем виде!

Дверь за посетителями захлопнулась, раздался неизменный скрежет замка.

Как много интересного, оказывается, можно узнать, валяясь без чувств. Теперь Айена, кажется, начинала понимать кузин, больших любительниц падать в обморок. Крайне информативно!

— Ну что, милейшие мои барышни? Есть мысли что делать?

— Всех перебить и уйти овеянными славой! — патетично выдала Орис.

— Подождать заказчика — вдруг он хороший человек, освободит нас?

— Ты точно, Вайка, рехнулась! Говорила — прекращай свои притирания, на мозг они влияют!

— Спокойно, дамы. Думаю, попробовать бежать всё же нужно. Кстати, — внимательно присмотревшись в полумраке к девицам. — Почему вы обе обрели за ночь такой любопытный оттенок волос?

— Да, Ори, почему? — Веста скосила глаза на челку, затем уставилась на подругу.

— А чего сразу я?! — девушка обиженно насупилась. — Ну... — она старательно рассматривала узор ковра возле своей левой ноги. — Как вам сказать... В общем да, это я!

— Как? Что? Что ты сделала?

— Да когда все спать легли, я решила найти средство от кабанов, — Айена хихикнула — гарпун что ли? — И нечаянно просыпала пыльцу багряного цветка. Тут как раз такой вихрь налетел на поляну — думала все угли разметает!

— То есть твоя пыльца осела на наших волосах?

— Не моя — багряного цветка! Да, осела, — Орис вздохнула. — Она же только на волосы и действует так сильно.

— И долго мы такими, — Айена скосилась на торчащую из-за уха прядь, — красивыми щеголять будем?

— Пока волосы не отрастут.

— Ты пошутила?! — тут уже хор изображали пейли с Вестой.

— Не-ет. Зато волосы укрепите. Пока пыльца не вымоется — а этого не будет, я уже говорила — ни один волос с вашей головы не упадёт!

— Потрясающая новость!.. Ладно. Давайте дальше. Нам надо освободиться.

— У гёса Айена есть идеи? — осторожно поинтересовалась не оставлявшая попыток разглядеть свои ресницы во всей их красе Веста. И как не окосела ещё?

— Может быть, может быть...

— Значит так, — пейли осколком благополучно обнаруженного флакона из-под духов вдумчиво перепиливала путы на руках Орис. — Выбираться будем через окно.

— Прыгать? — коренастая девица оглядела себя с оттенком некоторой обречённости. — Я разобьюсь.

— Все разобьются, Орис. Если будут прыгать. Мы же полезем по верёвке.

— А где мы её найдём? Упрём? — в голосе прорезалась надежда и нотки азарта.

— Нет. Сделаем собственными руками.

— Пайль предлагает нам напрясть нитей из собственных волос? — Веста задумчиво обозрела голову подруги, после чего скептически покосилась на Айеновы волосяные роскошества. — Вы уверены?

— Нет, Веста, я не уверен. Я не собираюсь прясть из волос, — от такого предположения Айену слегка тряхнуло.

— Как же тогда?

— Дамы, оглядитесь, прошу вас. Вокруг просто невероятное количество пригодного материала.

— Ну... Ковры вроде толстоваты.

— Зато занавеси у кровати в самый раз. И главное — их много.

— И они тонкие! — Орис в панике заламывала уже освобождённые от верёвок руки. — Мы разобьёмся!

— Тише. Не разобьёмся. Ханские ткани потому так и дороги, что обладают чрезвычайной прочностью при невероятной тонкости и изяществе плетения.

— Да?

— Именно так и никак иначе. Начнем с кровати — Орис снимает полог слева, Веста справа.

— Я всё-таки убьюсь, — обречённо шептала кареглазая, перебирая пальцами получившуюся верёвку.

— Длины вполне хватит до земли, — попробовала успокоить соратницу Айена.

— Да. Но руки-то у меня слабые! — завопила, если шёпотом можно вопить, девушка.

— Ясно. Веста, иди сюда, — пепельноволосая послушно примостилась возле высунувшейся из окна пейли. — Видишь там слева небольшой воз? Вроде с сеном.

— Не думала, что у разбойников столько животины.

— Подозреваю, сено им необходимо для других целей — награбленное спрятать или самим беспрепятственно с оружием вьехать-выехать. Но нам это только на руку, — Айена обернулась к пепельноволосой. — Спускаешься вниз и ждешь меня, попробуем подтащить воз под окно. Будем ловить Орис.

— Поняла.

Весту удалось спустить без проблем. Пейли скользнула следом, беззвучно спрыгнула и поспешила к телеге.

В четыре руки, с трудом, с натугой, девушки все-таки придвинули воз на нужное место. Айена мимолетно порадовалась, что ничто во время их маневра в телеге не скрипнуло, не треснуло, и никто из хозяев не вышел во двор по разным надобностям. Кстати о надобностях...

— Орис, все готово. Лезь, не бойся. Как зависнешь над землёй — отпускай руки, поймаем.

Дальше всё пошло очень сложно. Девушка слезать отказывалась категорически, тихо, но проникновенно вопя, что умереть во цвете лет согласна, но не на вонючем разбойничем дворе. Пришлось, чтобы эта голосистая цветущая особа не перебудила всю округу, вновь влезть наверх и буквально выпнуть истеричку из окна. С тихим "у-ух-ё-п" девица упала в сено и затихла. Айена мирно спустилась следом.

Ну вот. Почти на воле. Не хватает кое-чего. И без этого чего пейли не намерена была уходить. Велев подругам ждать под телегой, Айена мышкой шмыгнула в здание.

Пнув дверь, девушка немного опешила — за деревянным препятствием кто-то явственно вскрикнул. Пейли обругала себя за дурацкую привычку, рванулась внутрь и тут же у порожка обнаружила мирно сползающего по стене мужика, блаженно закатившего глаза и на внешние раздражители уже не реагирующего.

Уложив беднягу как могла, Айена бросилась дальше. Так, если она хоть что-то понимает в стратегии размещения военизированных формирований — а понимает она не так много — оружейные должны находиться близко к выходу. Очень близко.