Книга 1. Железом и кровью. Часть 1

И снова в колчане лежало семь стрел!

Еще два эксперимента: результат тот же.

Надо было возвращаться в лагерь и поблагодарить Анастасию. Я снова огляделся по сторонам: вроде бы свидетелей моим экспериментам не было.

-Вот и славно!

Я дошел до того места, где взорвалась первая стрела: яма была по колено.

-Ничего себе! — я залез в неё и огляделся.

Тушки крабов разбросало шагов на десять. В свете луны я увидел, что из некоторых из них вытекает густая голубоватая жидкость. Я приблизился и присел у одного из дохлых крабов.

Странная у них кровь.

-Ну как? — от звука чужого голоса, я аж подпрыгнул.

Сзади стояла Анастасия Яхонтова.

-Что это с ними? — я указал на голубоватую мерцающую жидкость, вытекающую из-под панциря.

-Никто не знает, как воздействует близость с астралом. У некоторых существ появляются необратимые изменения... Ну да ладно! Крабы как крабы. Расскажи-ка лучше, как прошла встреча с покровителем. "Пощупал"?

-"Пощупал", — кивнул я. — Признаю, что был не прав.

Друидка тепло рассмеялась.

-Ты спрашивал — какой мне толк от того, что я помогаю тебе. Скажу: я вижу тебя. И вижу что-то необычное. Туманное. Но это "что-то" настолько мощное, что я, Анастасия Яхонтова, прямо говорю — тебе уготована великая участь. Не знаю добрая она или худая, но великая, способная изменить весь наш мир.

Ого! Вот это она загнула.

-Святой Арг тебя принял. Но я и так видела, что он твой Покровитель. Тебе лишь надо было пробудиться. Пройти обряд. Я думаю, что ты сейчас ощущаешь какие-то изменения в себя. Ты их не осознаёшь до конца, но на неком тонком духовном уровне всё равно чувствуешь.... Я лишь одно не могу понять, что за сила ведёт меня, требуя, чтобы я помогла тебе "пробудиться". И это... страшно... и странно...

Она жестом предложила подойти на край берега.

-Правда, он красив? — вдруг спросила она у меня.

Я посмотрел в фиолетовую прозрачную даль астрального моря, выделяя в ней какие-то туманные скопления.

-Никогда не задумывался, — честно ответил я.

-Говорят, что Астрал это созидающее и разрушающее начало... В сущности это одно и то же. Наш мир — Сарнаут — один из этапов существования Астрала. Олицетворение того периода, когда Творчество взяло верх над Разрушением... Но мир обречен как на рождение, так и на гибель. Созидающее начало слабеть, а разрушающая ипостась обретать силу.

Она присела, жестом предлагая и мне сделать то же самое.

-Тысячи лет назад, когда наш мир — Сарнаут, еще не был расколот на аллоды, существовал Конклав сорока великих магов. И были между ними семеро, которые возглавили этот Конклав. Так образовался Совет во главе которого встал Великий Маг Скракан. Но после ужасного катаклизма Астрал разрушил наш мир. Маги были единственными, кто мог хоть как-то противостоять ужасному Катаклизму. И двенадцать из них поплатились своей жизнью.

И вот однажды, оставшиеся в живых Великие маги обратили внимание на одну интересную особенность: в астрале появились странные по своей сути магические "волны-приливы". Тот, кто вступал в союз такой "волной", обретал какие-то необычные способности.

-Маги долго гадали над природой "волн", которых насчитали двенадцать разновидностей, пока великие маги Скракан и Найан не поняли, что это отголоски Искр двенадцати погибших магов — Арга, Ферра, Ирсена, Лекса, Ульфа...

Тут Анастасия стала перечислять всех великомучеников. Потом она на какое-то время замолчала.

Я посмотрел на друидку. Она как-то пустым взглядом всматривалась в астрал. Мне показалось, что она увидела там что-то... или кого-то...

Взгляд её был странен. Да и само поведение мне показалось необычным, как для друидки.

Да и почему друидку тянет к церковным делам. Она ведь язычница! Её вера иная!

Я посчитал, что наша с Анастасией беседа подошла к концу. Да и отвлекать её от созерцания "астральных приливов" не хотелось. Но едва я отошел на пару шагов в направлении лагеря, как из-за южных дюн вышла небольшая группа людей.

Шли они очень тихо, явно стараясь не выдавать своего присутствия и не шуметь почем зря. Это уже настораживало. При этом они по очереди по двое несли какой-то продолговатый предмет. Уже когда они поравнялись со мной, я увидел, что это старый корабельный сундук. В таких обычно капитаны перевозили свои нехитрые пожитки, или хранили карты и навигационные приборы.

Один из группы остановился возле нас: он внимательно осмотрел мою персону, словно выискивая что-то, а потом перевел взгляд на Яхонтову. Скорее всего, он её узнал, поэтому напряженность в его позе спала, и незнакомец двинулся следом за своими товарищами.

Думаю, это были разведчики из войска Лиги.

Я проводил их взглядом, и не спеша поплёлся в лагерь. Надо было где-то переночевать, а утром с первыми петухами выйти на охоту в березовую рощу...

4

Солнце еще не встало. Небо едва-едва заалело.

Я вышел к опушке березняка. Дальше вниз простиралась заболоченная речушка, поросшая камышом. Пытаясь определить направление ветра, я осторожно высунулся из кустов дикого шиповника. Засаду следовало делать именно здесь: всё указывало на это — рядом вода, отличный зеленый луг с сочной травой, хороший обзор. В общем, идеальное место для пастбища.

Ветер дул со стороны воды и это было мне на руку. Я ещё раз осмотрелся и залёг в кустах. Осторожно сорвав пару ягод, я неспешно вытянул две стрелы, и стал ждать. Перед выходом из лагеря я взял у Сивояра десяток обычных стрел: ведь согласитесь, что с заклинаниями "Огонь" и "Взрыв" я нормально не поохочусь.

Ждать пришлось долго. Я уже и подрёмывать начал, когда лёгкий хруст ломающейся ветки вернул меня в этот мир. Организм напрягся, словно перед боем. Я аж дышать перестал.

Левее, шагах в двухстах на опушку березняка вышел настоящий красавец: ветвистые рога, лоснящаяся шерсть, стройные мускулистые ноги... Просто сказка, а не животное.

Олень очень долго и осторожно осматривался и принюхивался. Меня тут же посетила мысль о том, что слова о "непуганых стадах" — миф... И правда: а вдруг тут хищники есть? Волки, к примеру?

Бык сделал один шаг и остановился. Не обнаружив опасности, он уверенно, но быстро, направился на водопой, выбирая участки пооткрытей.

И тут я пожалел, что так хорошо засел в зарослях шиповника: двигаться в них было необычайно тяжело. Да ещё и к тому же больно: шипы впивались во все незащищенные места, вызывая бурю негативных эмоций. Но едва стоило выбраться из колючек, как охотничий азарт взял своё.

Чтобы сократить расстояние между мной и животным, я решил прокрасться к камышу, и под его прикрытием подойти как можно ближе. Пользуясь условиями местности, я выполнил эту операцию за короткий срок и вот уже сидел за большой кочкой. Позиция была очень удобной, надо было только выждать момент и верить в свою удачу.

А охотник должен в неё верить, иначе добычи ему не видать.

И я ждал. Ждал пока он подойдет к воде, пока напьётся, фыркая во все стороны от блаженства.

Стрелять можно было и отсюда, но ветер мог всё испортить. Да и бить надо было наверняка. Второго шанса могло и не быть. А раненое животное могло уйти далеко и мучится... Но я ведь не изверг. Если уж назвался охотником, то смерть должен нести лёгкую и быструю.

Олень забрёл в воду и, оглядевшись по сторонам, "затрубил". Голосок у него был что надо!

И тут быку ответили: какой-то самец принял его вызов. Звук шёл со стороны леса, как раз где-то оттуда, где я делал свою засаду.

Бык просто остолбенел. Его эмоции так и читались: кто посмел бросить вызов? Он выбрался на берег, наклонил голову и выдал такой рык во всю мощь своих лёгких, что даже птицы на ветках затихли.

Да-а, с таким красавцем мало кто смог бы потягаться.

Ответный клич был послабее. Это и я, не будучи оленем, понимал. Скорее всего, вторил совсем ещё молодой самец, у которого ещё и рога не окрепли.

Я встал на колено и приготовился. Мой бык шёл быстро и вот уже до него шагов семьдесят. Какие-то мгновения и он пересечет ту точку, откуда возврата не будет.

Открытый левый бок, потеря внимания — это шанс. Это удача.

"Ра-аз... Д-ва-а..." И тут второй самец снова затрубил. Совсем близко, но как-то странно. Бык остановился и замер, не дойдя до заветной черты совсем чуть-чуть.

Фальшь! В голосе противника явно проскользнула фальшь.

-Ёлки! — и тут я понял, что если не выстрелю сейчас...

Додумать не успел: тетива коснулась подбородка и я отпустил стрелу. Всё случилось в тот момент, когда бык сделал резкий скачок в сторону и бросился бежать. Стрела ушла в "молоко". А затем туда ушла и вторая.

Из кустов шиповника выскочила огромная фигура, вовсю размахивающая пращей над головой. Это был Первосвет. Он ужасно ругался и при этом кривлялся.

Первый камень даже не долетел и до половины пути.

-Лопух! — досадно буркнул я, выходя из камыша. Искать стрелы не было смысла.

Первосвет явно не ожидал меня увидеть. Я поправил колчан и, молча, направился к горе-охотнику.

-Как он меня определил? — чуть не плакал гигант-переросток. И я вдруг исполнился к нему жалостью: он напомнил мне маленького мальчика, у которого только что на глазах сломалась самая любимая игрушка. — Я же по всем правилам: с подветренной стороны, да ещё лежал не шелохнулся...

-Сфальшивил ты, парень! — я подошел ближе. — Манок сам делал?

-Угу, как батяня учили.

-Н-да... Ну ладно.

-А ты сейчас куда?

-На запад, к горной гряде. Думаю, что там у них лежбище.

-А можно и мне с тобой? Вдвоём-то как-то...

Я аж остановился. Не найдя что ответить и потому рефлекторно пожал плечами.

Мы вернулись к тому месту, откуда олень впервые вышел на опушку. Следы тоненькой цепочкой, то теряясь, то вновь появляясь, уходили на запад. Я присел над одним из них — очень четким и характерным в виде небольшого сердечка.

-Ну что? — пробасил Первосвет.

-На запад, как я и думал, — ответил я поднимаясь.

И мы, молча, отправились к горной гряде. Солнце уже высоко поднялось над облаками и окрасило верхушки берез в золотисто-розовый оттенок.

-Сивояр, смотрю, тебе так ничего и не дал? — спросил я.

Первосвет отрицательно мотнул головой.

-Ладно, не переживай. Что-то придумаем. Ты, кстати, тоже новобранец?

-Угу. А ты тоже? А чего не по форме одет?

-Пропало желания служить, — криво усмехнулся я, чувствуя, что отчасти говорю правду. Мне даже самому вдруг стало удивительным то, что при всей своей кошачьей независимости, меня угораздило вступить в войско Лиги.

Хотя... хотя... кто его знает, кем я был до своего беспамятства.

Я остановился: а чего, собственно, я об этом раньше не задумывался. Ведь должен был я кем-то быть!

-Ты сам откуда? — повернулся к Первосвету.

Тот вдруг отскочил как ошпаренный, и я успел увидеть, как в кусты юркнула лесная гадюка.

-Вот же..! Их здесь, что грязи! — Первосвет хотел было выругаться, но глянув на меня, сдержался. — Я из Слободки, что в Темноводье... Валирский удел.

-А-а-а.., — потянул я, слабо представляя, где это.

-У нас там со службой туговато. А в Новоград, сам понимаешь, не так легко попасть. Вот староста и предложил мне отправиться к Клементу. Говорил, мол, там сейчас набор начали...

-Ясно. Затянуло же тебя в такую даль.

Я снова присел: на небольшой полянке ясно виднелись свежие следы оленей. Скорее всего тут прошло несколько самочек.

-Говорят, что сегодня ночью разведчики снова нашли корабельный сундук на астральном берегу, — вдруг сказал Первосвет.

-Чего? — не понял я, поскольку углубился в свои размышления.

Треск раздался откуда-то слева. Мы проследили направление и увидели сразу трёх олених. Быстро определив ветер, я жестом указал Первосвету место его засады и тот бесшумно для своей комплекции скрылся в зарослях.

Я тоже двинулся в обход. Пару раз мимо шуркнули дремавшие на солнце гадюки, что заставило меня быть еще аккуратнее.

На позицию я вышел минут через пять. Олени по-прежнему стояли на той же полянке, медленно перебирая ногами и обрывая зеленые листочки с кустов.

Слегка отдышавшись, я поднялся на колено и взял лук наизготовку. Отсчитав такт, я спустил первую стрелу, и она ушла с тихим свистом, виляя хвостом из стороны в сторону.

Выстрел был точен, как никогда: животное сделало рывок вперед, но тут же рухнуло на землю, чем спугнуло остальных своих подружек.

Откуда-то из-под земли вырос Первосвет со своей пращей. Он так угрожающе ею замахал, что даже я впал в легкий ступор. Животные жалобно закричали, пятясь назад. Камень, словно молния, вырвался из пращи, и от удара одна из самок кувыркнулась на месте.

Мы бросились каждый к своей добыче, радуясь как дети.

Я вытянул сакс и закончил судорожные потуги оленихи встать на ноги. Через минуту ко мне подошел Первосвет, несущий на своих огромных плечах совсем не легкую тушку.

Да, силёнкой его батька с мамкою не обделили.

Я срубил несколько тонюсеньких березок и кинул сверху на ветки тушу оленя. Первосвет отказался от этого: ну да с его силушкой свою добычу он мог и на плечах до лагеря отнести.

И мы тронулись в путь.

Признаюсь, что первую половину пути я намучился, да так, что уже хотел уже бросить всё к... Но та часть характера, которая звалась упрямством, заставила тянуть волоком ветки с оленем дальше.

Очередного привала я ждал как дара Тенсеса. Сделав глоток из эльфийской фляги, я передал её Первосвету.

-И чего тебя на охоту потянуло? — спросил я, пытаясь отдышаться.

-Так еды в лагере не хватает, вот я... Помнишь, Пышки говорили...

-А я думал, тебя десятник послал.

-Да я... никак не могу... Понимаешь, из моего отряда я один-то и остался. А прибиться к кому всё как-то не выходит. Как тогда началось перед присягой-то...

-Стой! А ты меня там не видел?

-Тебя? Да... не помню. Я вообще-то и своих не особо запомнил. Там новобранцев было столько.., — ответ Первосвета мне не совсем понравился. Я интуитивно почувствовал в его словах какую-то фальшь.

-Жаль.

-А что?

Признаваться, что у меня отшибло память, не хотелось. Да и что-то подсказывало мне, что этого не следовало бы делать.

-Ладно, заболтались мы. Давай за работу.

Вторую часть пути мы преодолели чуть быстрее, но уже у самого лагеря дорогу нам преградило несколько солдат, судя по всему, это были часовые.

-Стой! Кто такие? — выскочил вперёд маленький рыжий паренёк со свеженьким узором десятника на вороте.

-Свои, — буркнул я, останавливаясь.

-Какие такие "свои"? — он подошел ближе и занял позу что-то типа "руки в боки".

-Тебе чего, парень, заняться нечем? — выступил вперед Первосвет, всё еще держащий на плечах оленя.

-Э-э! Да ты не груби! Я здесь для того и поставлен...

-Послушай, десятник, — примирительно начал я, — пока мы тут пререкаемся — мясо портится.

Рыжий подошёл к моей добыче и присел на корточки.

-Так-с! — он почухал за ухом и вдруг выдал, указывая на тушу: — Это оставляй, а второго проноси.