мэр города у них самый настоящий барс из благородных, именем Ффараст Неплохослышащий, приехал сюда от моря года три назад и с тех пор наводит порядок,
супруга мэра Грреа Тонкоухая — тоже барс, да и дети у них все барсы, настоящая благородная голубых кровей семья (сказано было с благоговением, с воздеванием глаз вверх),
что мама его живёт здесь недалеко (взмах правой лапой), и зарабатывает на жизнь белошвейкой, а отца у него нет,
что зарабатывает парень на жизнь (серьезный взгляд, чтобы мы не подумали, что заработок от нас такой уж для него необходимый), помогая на рынке с раннего утра, когда разгружаются подводы, ну и вечером из залежавшихся продуктов он набирает в семью на еду,
что пьяница Оттгоро мог бы выбрать и трактир получше, чтобы напиваться, тогда и название города было бы куда благозвучнее,
что дома у них, в нижней части города, строят в основном из деревянных плат (крест на крест сбиваются рейки а пространство заполняется стружкой, всё проклеивается), что дома выглядят так красиво по той причине, что Ффараст приказал все дома в принудительном порядке покрыть внахлёст крашеной черепичной травой (имеет широкие до пары футов (3) листья длиной в пару метров, после высыхания они становятся пористыми и легко впитывают краску, прокатав между валками такой крашенный лист получают искомую черепицу),
что все мастерские мэр, своей милостью, вынес за пределы городской черты, вниз по реке,
что рынков у них три,
что торгуют на них разным товаром, один рыбный, как самый пахучий, находится рядом с рекой и туда ещё топать и топать, а еще есть рынок делового товара и рынок обыкновенный, с овощем и мясом всяким,
что мать у него вообще — то лиса,
что банда членом которой он является, скорее всего амулет оставит ему, но сильно постарается "пожить за его счёт",
что трактиров у них восемь, из них пара для благородных, именуемых хотэлями, там, говорят всё, что только не захочешь — то и получишь, потому и хотэль, там и переночевать за деньги можно, по слухам нумера в хотэлях просто "мэрские",
что он не понимает зачем вообще эти хотэли, потому как для этого дела (жест рукой с намёком на половые отношения, сделанный с подростковой непосредственностью) у них есть: во первых, дома благородных дам, во вторых, несколько общественных "площадей отдохновения", куда его пока по малолетству не пускают,
что улица зовётся "Подорожная" и, говорят, здесь стоял раньше пост службы поборов и грабления народа (так он назвал то ли таможенную, то ли налоговую службы, а может и всё разом),
и, наконец, что улица выходит на перекрёсток Сомнений.
Мы дошли до означенного перекрёстка, знаменующего собой окончание нижнего и начало среднего города, дальше по улице Желаний дома шли уже намного богаче, а на улице появились первые деревья. На перекрёстке стояла чаша фонтана с довольно свежей водой, предназначенной для бытовых нужд. Как говорится, не пахнет и на том спасибо.
Странным показалось, что на перекрёстке не было, как обычно бывает на перекрёстках, торговых или иных заведений, потому спрашиваю:
-Уважаемый проводник, а почему на перекрёстке нет ни таверны, ни борделя, даже на худой конец лавочки, хотя бы и с хлебом?
— С чем лавочки?
Да, позабыл совсем, что хлеба на Жемчужном Мире днём с огнём не найдешь, ну не сеют нреки, они в основном садоводы, да рыбаки, так бы было правильно назвать их труд по добыче еды. И огнём они пользуются при приготовлении пищи пореже раза в два чем на Земле матушке. Салатоеды, одним словом.
-Да, так, не бери в голову, так называется один плод которым обычно торгуют в местности откуда я родом,— поясняю, заменяя сложный Земной продукт, на вариант, который будет понят в данной местности,— основной продукт для питания, как бы поточнее объяснить, без него и еда не еда, у нас говорят: "хлеб всему голова", стало быть, главный.
— Ну, понятно, так площадь с одной стороны слишком мала, а с другой именно тут постоянно проходят шествия в дни полных лун,— прояснилась мордочка койота проводника.
— А что особого в этих шествиях.
Подключается к разговору молчавшая до этого Хво:
— Так, это, родной, стыдно не знать, церква что кланяется великой Дуге, они каждый месяц, как только очередная луна торчать посреди неба начинает, так всю ночь ходят, ибо поверье у них, что именно в этот день великая Дуга начинает исполнять пожелания истинно верующих. Правда в ту ночь под руку им не суйся, так в обычные дни смирнее их не найти, а так, высунулась было я, поспрошать у нас в посёлке, так в нос огребла без разговоров.
— Ага и лавок на своём пути, хотя бы и закрытых они не терпят,— добавляет Лысый Чудик,— Пробовали уже, но как только ставят лавку, так жизни ей до первого шествия, громят и жгут всё, а за чем и по какой такой причине, так то их богу известно.
Наш проводник замолчал, наверно воспоминания, связанные с этими шествиями были у него не самыми лучшими.
Далее наш путь пролегал по нескольким пересекающимся улицам в обход верхнего, самого богатого города, начали попадаться и лавки, и мастерские с вывесками, похоже мы давно уже свернули с традиционного пути шествующих "Святой Дуги".
В конце — концов мы вышли на площадь, освещенную прямыми лучами местного Солнца, именем Батт, и этот Батт палил нещадно, сказывалась близость к основному экватору на лёгких Землях (5).
— Площадь найма,— объявил проводник,— тута с раннего утра набирают на поденную работу,— тычок левой лапой,— только сейчас уже все разошлись и те, кому не везёт, все сейчас в трактире,— взмах правой конечностью,— только там без денег делать нечего, а там вон,— показывает на небольшую группу нреков обшарпанной наружности,— те у кого денег и на трактир нет. Ну ладно, давай сюда амулет,— обращается молодой проводник к моей подруге.
Выдра снимает амулет, взвешивает на лапе и бросает койоту, тот ловит амулет, надевает на шею, смотрит на зеленую искру внутри, щелкает по нему когтем и быстро сматывается, теряясь из виду.
— Ну что подружка, пойдём счастья пытать?
— А то, так только у столбов похоже счастья нет.
— Почему, это, ты так считаешь?
— Так грустные все, будто вшу давили полдня, да не додавили и она их упорно жрёт. Потому они и таковы, что нет у них вариантов, даже самых никаких. Предлагаю сразу в трактир двинуться, там глядишь и народец при деньгах, может и перепадет деньга — другая.
— Только ты забываешь, что нет денег у нас, и в трактире нам быть до первого заказа,— чешу в голове, а получать в ухо желания у меня нет, о чём и сообщаю своей подруге.
Выдра фыркает, хватает меня за руку и тащит к дверям трактира, иду не сопротивляясь, потому что мою подругу, ежели ей что в голову втемяшится не переубедить, пока сама не окажется по уши в "результатах своих смелых экспериментов".
На двери трактира криво весит вывеска "Трахтир — Изыск" и ниже табличка "дабро пажаловать если есть хоть нет, а иначе хода нет" и криво приписано, "палучишь па морде, вышибала Йэх".
Внутри трахтир оказался небольшим. Скромный, невеликий зал и нависающая над столиками стойка из неструганных, но полированных досок, за которой стоял угрюмого вида боров. В зале, освещенном светом из трёх окон выходящих на площадь, сидело нреков пять или шесть. Хво сразу побежала к стойке бара и не давая хозяину заведения прийти в себя с ходу заявила:
— Хозяин, не найдется ли у тебя хорошо оплачиваемой работёнки для мага?
Боров, в застиранном, видавшем виде халате-хафе(6), неспеша обернулся и медленно произнося слова произнёс:
— Хоох, стал быть магиня, и без денег, а лицензия у тебя есть?
— Так не я магичу, братан, так мой кореш может и очень даже весьма. А что лицензии нет, так это только для начальства важно, что деньги твои обирает. Но два хороших нрека всегда смогут договориться,— подмигивает подружка, и подтягивает со стойки к себе одну из кружек.
Хозяин посмотрел на меня прищурив глаза:
— А ты что, немой?
— Ну почему же, уважаемый, всё так и есть, кроме денег, правда. Но если нужно чего поправить, ты скажи и всё будет сделано быстро.
— Так, подумаем, вообще-то ничего не надо, но если ты сумеешь для меня провернуть одно дело, то пожалуй мы и договоримся, иди-ка за мной,— и боров, повернувшись, ведет меня к двери, которая открывает нам спуск в холодный подвал.
Подвал встретил нас запахом прели, а когда мы дошли до конца коридора, то за очередной дверью запах гнили и разложения стал такой силы, что необходим был бы противогаз, чтобы без проблем зайти в это помещение.
— У меня есть одна проблема,— начал хозяин,— поставщик, чтобы внутренности у него все сгнили, поставил мне партию тухлых мясных плодов и успел получить деньги до того, как была проверена вся партия. Так вот — убытков я не терплю, а найти того малого будет затруднительно, потому у тебя "маг" есть два варианта, либо ты мне ищешь поставщика, или все тухлые плоды должны стать свежими.— Боров ухмыльнулся, знает, что сделать тухлое свежим не по силам ни одному магу. Хоть и звучит проще, чем поиск неизвестного субъекта.
— Подожди хозяин в стороне где-то с полчасика,— киваю в ответ и, дождавшись пока боров выйдет из подвала и закроет за собой дверь на засов, достаю свою трубочку и затянувшись сосредоточиваюсь на плодах и их связях с миром.
Грязно-зелёные нити, сплетающиеся в клуб, с характерным привкусом распада и разложения, истончающиеся в будущее. Взгляд в прошлое говорит, что у искомого объекта было некоторое количество контактов с нреками, а вот и ближайший красный контакт с грязно — розовой нитью, это и есть связь с виновным за поставку гнилого товара. Осторожно подтягиваю нить и выглядываю на промежуточный слой между изнанкой и реальностью. Проверяю связь с реальностью данной нити и узнаю, что виновный за состояние товара сам боров— хозяин, а не поставщик. Есть повод задуматься, получается что, либо он хочет моими лапами отомстить поставщику, либо хочет просто поглумиться надо мной. Дело в том, что попытаться восстановить свежесть товара можно несколькими способами в различных магических техниках, но все они имеют некоторые, так сказать, побочные эффекты. Вот возьмём, например, самую распространённую у нреков элементальную магию, можно восстановить на базе ещё оставшихся уже разрушенные структуры, насытив и возместив их отсутствие элементальной энергией. Но тут очень трудно не перенасытить или наоборот — недодать энергии. В первом случае плоды будут просто взрываться в руках, а во втором случае, будут вести себя подобно воздушным шарам. Про темных магов я молчу, форму, запах и цвет они восстановят, но пользы от такого фрукта будет мало, как от мумифицированного. Вот владеющие жестовой магией, расположив в должное время нужные ингредиенты и, прочитав нужное "заклинание", могут восстановить плоды, повернув для них время вспять но, во-первых долго придется подбирать место и время колдовства, за это время плоды окончательно сгниют и в землю обратятся, а во вторых затраты как финансовые на ингредиенты, так и магические, просто несоразмерны с ожидаемой выгодой. О прочих вариантах скромно умолчу. Впрочем, я — то, как маг "основ" сложности в восстановлении плодов не вижу, достаточно подтянуть сеть из прошлого и заместить ею текущую, закрепив парой стежков, нитей вероятности синего цвета. Образовавшийся карман неопределённости просто прошиваю, теперь все будут считать, что о хранимом грузе просто долго не вспоминали, минимальные последствия и невеликие затраты труда и сил. Вздыхаю кладу трубочку на место и любуюсь результатом — несколько ящиков свеженьких, только что собранных плодов.
Поднимаюсь по лестнице и стучу в дверь, она распахивается и оттуда навстречу мне лезет морда хозяина заведения.
— Готово? Ну и где преступник?
— Я предпочёл второй способ решения проблемы, с вашего разрешения, прошу убедиться, плоды восстановлены,— киваю на ящики с плодами.
Кабан подошёл к ящикам, поводя носом, не поверив, взял один, другой, потом разломил один из плодов, ковырнул ножом и попробовал на вкус.
— Похоже действительно маг, а предыдущий говорил, что восстановление практически невозможно, выходит врал?
— Да не врал, тут много зависит от того, какую из областей магии вы используете, вот и мой коллега не смог этого, но зато он ведь смог найти поставщика?
— Не твоё дело,— буркнул трактирщик,— иди наверх и бери свои еду и питьё, как договорились и не вздумай ляпнуть чего, а не то мой вышибала мозги вправит быстро, от него ни один маг не уходил.
Вернувшись в зал застаю иную картину, достойную описания: пока я занимался гнилыми плодами, Хво успела развести хозяина на бочонок с креплёным пивом и достаточно большое блюдо с жаренным мясом (плодовым конечно), чтобы накормить и четверых до сыта. Судя по глазам выдры, она уже оприходовала кружек четыре-пять креплёного, а выпяченный живот говорил о изрядном количестве еды поместившийся там. Аккуратно присоединяюсь, и беру кружку с пивом добавляя туда немного своей магии, которая превращает пиво в сильно разбавленный морс, (прошу прощения у почтенной читающей публики, лемур, коим был я категорически не употреблял спиртного, да и другим не советовал). Потихоньку начинаю ковыряться в тарелке, запивая из кружки прохладным напитком.
Это действо происходило под следующий аккомпанемент:
— Оооо, Дабби, ддарагой.— возглас пьяной выдры,— гля, ребя, мой кореш явился. Знакомся,— попытка показать на хорька средних лет,— во, Паря Рожа. Хорррь... ,— взгляд в кружку,— ...йок. Знает где работу искать.— Задумчиво,— для мага...
Поворачиваюсь и смотрю на представленную личность: в помятой, не слишком чистой одежде, в шапке с пером серого цвета, хорёк оказался довольно неприметной личностью, после такого представления, правда, морда у него была скукожена, как будто он съел пару лимонов.
— Дабби Армит — лемур,— представляюсь,— попал в город лишь сегодня, в поиске работы и места жизни.
— Пари Рожог — хорь, на "хорька" — буду бить морду, свободный охотник на подработке,— наклоняется ниже — ежели нужно кого или чего специфического найти, там травы особой или девочек помягше, то это ко мне.
— Так что вы можете сказать по существу?
— Бесплатно? Ну, по дружбе могу посоветовать походить по ратушной площади и почитать и послушать, что там вывешивают да говорят, а здесь только на дешёвую подённую работу устраиваться, работа не для мага.
— А как с недорогим жильём?
— Так там и объявления о сдаче жилья, работа будет — сможешь и за жильё заплатить.
— И как добраться до этой площади?
— Как выйдешь иди мимо работяг в сторону, где вверху кольцо храма сияет, не спутаешь, а может кто и по пути прибьётся. — Хорь встал и потянулся,— ну ладно, мне пора,— удачи,— и мгновенно, так что мало кто заметил, выбежал из зала наружу.
— Держи его, Йэх, он не заплатил за жратву,— завопил кабан. Из угла появился бык в летах, с мощной грудной клеткой. Весь его вид говорил, что это и есть искомый местный вышибала.
— Не беспокойся, уважаемый Того, этого Пари я знаю, обязательно вернётся и расплатится, слишком заинтересован, здесь у него один из его "кабинетов".
