— Кланница? Тут?! И ты еще живой после встречи с ней? — встрепенулась Тимергардэ, — с чего ты вообще взял, что она не самозванка? Да конечно среди аборигенов самоубийц нет, но пришлым-то все равно, что наврать. Сегодня они здесь, а завтра их и след простыл.
— Она чуть не укоротила меня на голову Досколом, который хранится у меня, — сознался Лаиентр.
— Тем самым, который у тебя лежит на подставке в спальне? — Расхохоталась она. — Поделом тебе. Ты, выходит, кланницу к себе в постель тащил? И как не по зубам, но по шее?
— Я не уверен, что она кланница, но Доскол признал ее, хотя она выглядела удивленной. В общем, она предложила священный поединок. И заявила свои права на твою покупку.
— Ты прошляпил кланницу, а я буду терять экзотический лакомый кусочек? Нет, ну каков нахал, — женщина театрально закатила глаза.
— Я возмещу.
— Чем интересно знать? Деньги меня не интересуют. На покупку у меня были далеко идущие планы. В конце концов, это уникальный материал для экспериментов.
— Я отдам тебе половину Центральной лаборатории в пользование на три месяца в любое время на твой выбор.
— Хорошо, я подумаю, ступай.
— Мне необходим ответ сейчас и организацию самого поединка берешь на себя. Ты любишь этим заниматься.
— Хорошо, я согласна, но и девчонку, если окажется самозванкой и останется жива после тебя, отдашь мне.
— Договорились, — невинно улыбнулся ла-ан, направляясь в сторону двери.
— Чувствую, ей не выжить, — пробормотала женщина, провожая его глазами.
Глава 4.
Следующий день с Досколом мы провели весело и непринужденно. По мнению Доскола, а по моему мнению это был ад. Он гонял меня, издевался и ехидничал как мог. Впрочем, это не умерило моего пыла. Уж очень хотелось заиметь хоть какое-то преимущество в этом сумасшедшем мире.
Тренировки сводились к двум направлениям: попытки продиагностировать мое физическое состояние и, так сказать, духовное — возможность ментального управления тем же Досколом. Он вроде бы разумное оружие, но все его функции зависят от хозяина.
Если с физическими способностями, относительно этого мира, мне не было равных — все было весьма и весьма плачевно, то с управлением моим новым помощником еще как-то клеилось. Все сводилось к концентрации внимания и материализации желаемого в пределах возможного.
Для того, чтобы придать моему оружию нужную степень разрушительной мощи, требовалось сконцентрировать собственное желание что-нибудь разнести и закрепить его в сознании в фоме визуального образа . Конечно, в сложные многокомпонентные системы вроде автомата он не превращался. Как мне объяснили, ввиду наличия в составе разных веществ. Но при этом Доскол возможно превратить в подобие того же автомата, но ни гильз ни тебе пуль. Он просто наносил повреждения соизмеримые с ущербом от применения задуманного оружия. И тут была маленькая хитрость. Если представляемым оружием хозяин никогда сам не пользовался, то и побочных эффектов от него не было: ни тебе отдачи, ни синяков от приклада. Этим я бессовестно пользовалась.
В тот же день заявился сияющий ла-ан и подтвердил все наши опасения. Будет поединок, просто так отдавать мне моего Барсика никто не собирался. К тому же, по слухам он превратился в красавца — мужчину в самом соку. Тем более, надо спасать такой экземпляр.
После визита Лаиентра я застыла в кресле с Досколом в руках. Последний на этот раз имел форму недлинного обоюдоострого меча. Мы вели мысленную беседу.
— Если на поединке у меня шансов практически нет, то остается только одно, — начала я.
— И что же? — спросил Доскол, предвкушая авантюру.
— Надо убраться отсюда до поединка, вместе с ценным призом, — буркнула я.
— И как ты это планируешь организовать? — уточнил Доскол.
— Надо действовать и быстрее. Война план покажет. Для начала необходимо посмотреть на оплот матриархата в этом мире, — хмыкнула я, — но для этого нам нужна информация о многих вещах, а у тебя, как я поняла, весьма обрывочные и устаревшие данные.
— Но я знаю, где их взять, — сказал Доскол.
— И долго ты планировал об этом молчать?
— Ты не спрашивала, а сейчас к слову пришлось. В общем, слушай.
В форме служанки, которая пришла ко мне с обедом, я бесшумно скользила по коридору. Если мешок с небольшим ситечком для глаз можно назвать формой. Среднестатистическая чалма, ни дать ни взять, унылого темно-синеного цвета. Служанка тихо почевала в бельевом шкафу, где еще слон бы уместился. Благодаря Досколу я немного сориентировалась в пространстве и теперь шла в сторону покоев для тихопоедаемых дам. Иначе пройти в сторону информационного хранилища было невозможно.
Видимо, дворец был разделен по стилям и цветам, в зависимости от жильцов, расположенных в той или иной его части. Отсек с гаремом, как я его обозвала, был мрачноват и сдержан. Невзрачные стены коридоров цвета вялого салата и двое из ларца перед главным входом.
Зеленые молодцы в одних набедренных повязках (и что у них тут за мода такая, мужики в мини, бабы по мешкам?) поигрывали смесью секиры и копья. Как у этого оружия с балансировкой проверять не хотелось. Кожа охранников была покрыта мелкой чешуей, которая плотно облегала и выглядела как защитный костюм. Лица, с позволения сказать, были почти человеческими без чешуи, если бы не змеиные глаза с вертикальными зрачками.
Перед входом я замешкалась. И один из охранников осклабился:
— Новенькая кажись, — прошипел он и ухмыльнулся.
— Чего тебе? — рыкнул второй, отрываясь от созерцания топора.
— Э-э-э — содержательно начала я.
— Бэээ — передразнил Доскол, — повторяй за мной.
— Я по поручению лиены Аскердау в хранилище с перечнем предметов, — бесцветным голосом пробубнила я и ткнула в нос зеленым молодцам скомканный лист.
— Ну, раз так, мы тебя, конечно, пропустим, — начал первый.
Я попыталась пройти мимо.
— Но как быть с платой за проход? — оскалился второй, преграждая путь.
— Анепошлибыуыммум, — зажевала я рвущееся ругательство.
Пока я боролась с собственным языком, первый охранник завладел моей передней конечностью. И тут дали о себе знать накопленные стресс и злость: со всего "нечаянно" я наступила деревянным башмаком ему на ближайшую ступню и добавила, не вынимая из-под накидки, Досколом по надкостнице.
Охранник приглушенно взвыл. Второй глядя на него, заржал и пропустил меня.
Струйки пота текли по спине под чалмой. Я старалась степенно идти, а не убегать. Получалось плохо, скрывшись за поворотом, сорвалась на бег. Когда выдохлась — остановилась.
Оперлась на Доскол и попыталась отдышаться.
— Ну что ты так дергаешься, все прошло нормально, даже хорошо. Прежде чем скакать как сумасшедший заяц, могла бы спросить у меня совета. А то теперь ты вся в мыле, а нам еще идти и идти, — начал он.
— А сразу сказать не судьба? — огрызнулась я.
— Хочу тебе напомнить, что я могу разговаривать с тобой, только когда ты меня касаешься.
— Тогда надо что-то придумать, чтобы мне не приходилось все время таскать тебя в охапку.
— Можно подумать это МНЕ надо.
— Ну нет, — смутилась я, — просто для удобства.
Через некоторое время раздумий Доскол был превращен в массивные наручи. И мы продолжили путь. Пара плохо освещенных коридоров и мы попали в оранжерею. Там прогуливались несколько девушек с отрешенными взглядами в однотипной одежде. Бледные, ничего не выражающие лица, заторможенные движения и полное отсутствие реакции на внешние раздражители — на меня никто не взглянул. Я прошмыгнула через нестройные ряды. За дверью, ведущей из оранжереи, стояла также пара зеленых молодцев. Тут обошлось без приключений. Спустя еще несколько коридоров, помещений, мы, наконец, добрались до массивных дверей со стражей.
На сей раз это были не зеленые товарищи. Передо мной явилась мечта женская — две штуки.
— Подбери челюсть и утри слюнууу, — ехидно пропел Доскол.
— Подумаешь, уж полюбоваться не дадут.
А посмотреть было на что. Выше меня на голову, полные хищной грации и стати, идеальные спортивные фигуры. Пропорциональные красивые черты лица. Золотистые длинные волосы собраны в высокий хвост. Видимого оружия нет, но это никак не умаляло ощущения опасности. Эти два блондина неуловимо напоминали ла-ана.
— Все равны как на подбор, где же дядька Черномор? — мысленно пошутила я.
— Ммм... а ясно. Интересный у вас там фольклор, — хихикнул Доскол, — "дядька" уже уехал к Тимергардэ, еще не вернулся. Наверное, заключили договор и поделили тебя и шкуру твоего Барсика. Ты подходи к ним. Только придется кое-что сделать. Постарайся расслабиться и не сопротивляться, я потом всё объясню. Времени мало.
Тут меня охватила слабость, потом головокружение. Через время я не руководила своим телом. Им завладел кто-то иной.
Я подошла к охране и молча кивнула. Один из стражей пристально посмотрел мне в глаза, точнее было бы сказать, в ситечко мешка на мне надетого. Но судя по взгляду фиолетовых глаз, ему этого хватило. После второй протянул руку и провел перед лицом. Кто-то, управляя моим телом, подал ему мою ладонь. Удивительно, но наручи куда-то исчезли. Несколько секунд спустя второй отпустил мою руку и кивнул. Меня пропустили.
Как только закрылась дверь за нашей спиной, способность управлять своим телом вернулась и от неожиданности я плюхнулась на пол.
— Охх, оказалось непросто, но твой мозг цел и ты все еще со мной. Это неплохой результат, не находишь? — раздался голос Доскола.
На руках начало проступать золотое свечение. Появились наручи.
— Ты что сейчас делал, а? — зашипела я.
— У нас с тобой было только что частичное слияния, лапуля, — промурчал Доскол.
— Я ненадолго составил одно целое с тобой, иначе бы не удалось сымитировать личность служанки и наличие в ее сознании поручения. У кланниц нечто подобное возможно только после полудня медитаций и зовется это боевым трансом. При неправильной подготовке можно сойти с ума или просто умереть, — довольно закончил он.
— Ну, спасибо, конечно, что предупредил заранее и спросил согласия, — начала я.
— Если бы ты знала, то испугалась и ничего бы не вышло. И даже если бы отказалась твой удел — умереть в священном поединке или сгнить в гареме этого вампирюги. Эта охрана, к слову, вампиры его рода. Они обладают колоссальными возможностями, и нам повезло, что от нас не ожидали такой наглости и не стали ковырять сознание псевдо служанки немного глубже, чем я мог имитировать. Нам налево.
Мы вошли в огромную залу. Полки, уставленные книгами, свитками, стопками листов. Пахло старой бумагой. Тишина, рассеянный свет.
— Это все не то, видимо, мы зашли в хранилище с черного входа. Нужно найти отделение с современными накопителями информации, не знаю, сможешь ли ты воспринимать с них сведения. Иначе весь путь бесполезен.
Я бежала как заяц, мелькали отделения, комнаты, полки.
Начало покалывать в боку и перехватывать дыхание в пересохшем горле, но Доскол продолжал меня подгонять. Пролетая мимо очередной комнаты, я развернулась, и увидела, что в ней есть еще одна дверь. За ней оказалось сравнительно небольшое помещение, наполненное сосудами со светящимися разноцветными бусинами.
— Вот те в углу. Там вся планировка всех зданий города, в том числе и старая с указанием всех путей коммуникаций, — направил меня Доскол.
Я взяла в руки сосуд с голубоватыми мерцающими бусинами и собралась идти.
— Ты что делаешь? При переносе их мгновенно заметят, они фонят специфичной магией за версту, — прошипел он, — сейчас попробуем считать с них информацию.
Доскол долго молчал, но я не надоедала. Пусть думает. Прошло некоторое время, но результатов не было.
— Ты там не уснул случайно? — потеряла терпение я.
— С тобой уснешь, как же, — проворчал он и хохотнул, — в общем, они должны раскрываться каким-то образом при тактильном контакте с пользователем, но я не знаю стоит ли на них специфическая защита и не оторвет ли тебе руки, если ты достанешь накопители из сосуда. Или он просто "сдохнет", во время не санкционированного использования и сюда примчатся твои блондины.
— Блондины эти такие же мои, как и твои, — буркнула я, — и что теперь делать?
— Не знаю, времени в обрез, вынести их отсюда мы не можем.
— Остается только рискнуть, — прошептала я и выхватила один накопитель из сосуда.
Голубоватая бусина продолжала светиться у меня в руке, но немного ярче, чем в сосуде. Свечение стало сильнее, окутало мою кисть и сменило цвет на золотистый. Последовала вспышка и в руке осталась лишь тонкая сморщившаяся оболочка накопителя. А вот с кистью руки произошло что-то интересное. Теперь ее покрывали мелкие золотистые чешуйки. Ногти отрасли по три сантиметра и покраснели.
— Сюда идут! — завопил Доскол.
Я подпрыгнула от неожиданности и тут в мозгу четко вспыхнуло знание, что за шкафом слева есть небольшой рычажок, открывающий потайную дверь.
Через секунду я уже спускалась вниз по лестнице, стена позади бесшумно закрыла проход. И мы остались в полной темноте.
— Давай я посвечу, — предложил Доскол, — показывай, что там у тебя с рукой.
Я осветила кисть руки. Руки там уже не было. Скорее пятерня гуманоидоподобной рептилии.
— Ситуевина, — всхлипнула я.
— Частичная трансформация, это интересно, немножко расползлась почти до локтя и остановилась, — почти мурлыкал он, — похоже, процесс запустила магия накопителя.
— Это все очень интересно, но что, вашу мать, мне с этим делать?!!!
— А ничего. Пока ничего не делать. Сейчас идем обратно в наши апартаменты.
Переругиваясь и шутя (когда смешно, тогда не страшно) мы дошли до потайной дверцы, ведущую в ванную.
Едва я отряхнулась от пыли и паутины, достала служанку из шкафчика, и принялась приводить ее в чувство, в дверь постучали. Доскол быстро "переплавился" в свою прежнюю форму, руку я замотала чадрой. Больше сделать мы ничего не успевали.
Вошел Лаиентр. При виде открывшейся картины левая бровь почтенного жреца поползла на лоб, а лицо посетила ехидная усмешка.
— Даже так? — просил он.
— Ну, понимаете, личная жизнь не устроена, все норовят слопать резерв жизненных сил. А ролевые игры так затягивают, всегда испытывала слабость к униформе, — брякнула, отстраняясь от полуголой служанки, — она была не против.
Служанка молчала (хвала кляпу). Послышалось приглушенное похрюкивание Доскола.
— Может, тогда продолжим вместе? — плотоядно усмехнулся жрец.
— Вы думаете, есть форма служанки Вашего размера? — промурлыкала я.
Ла-ан хохотнул.
— Если вопрос только в этом, сладкая моя, то будет, — продолжил он, беря меня за руку (единственную теперь уже — вторая-то лапа), — мне нравятся женщины с фантазией.
— Мм, звучит весьма заманчиво, только вот не хочется перед поединком силы терять.
— Ну я же могу не забирать у Вас энергию, тем более, что сейчас я не голоден, — настаивал ла-ан, поглаживая мои пальцы.
— Умеете Вы уговаривать, — томно взглянула на Лаиентра, — служанку возьмем?
— Меня не забудьте, я хочу это видеть, — постанывал со смеху Доскол.
