Битва за Котелок

Кроме того, я предсказуемо обосрался с определением состава британского стрелкового взвода межвоенного периода. Оказывается, взвод Смита организован по мануалам 1928 года, и состоит из четырех отделений (капрал + шесть человек), два из которых вооружены винтовками и гранатами и считаются стрелковыми, а еще два объединяют пулемет Льюиса с четырьмя стрелками, и считаются пулеметными. На круг выходит 4*7=28 человек, плюс звено управления: лейтенант, взводный сержант, ординарец лейтенанта и вестовой.

Сон второй

Фаза 1.

Смит посмотрел на часы и увидел, что уже почти час ночи; следовательно, он проснулся больше часа назад. Это никуда не годилось; впереди был тяжелый день и ему следовал отдохнуть. Перевернувшись на другой бок он попытался отбросить мысли о своем предыдущем сне, и вскоре снова отправился в землю грез. Правда, он так и не погрузился в спокойный, освежающий сон, который ожидается от здорового юноши в расцвете лет и с чистой совестью. Что сказать, здоровый юноша не должен употреблять чрезмерные количества омаров под майонезом.

Едва ему удалось забыться, как он снова оказался участником еще одного яркого сна.

Стоит пояснить читателям, что второй сон лейтенанта во многих отношения повторял первый, и до определенной точки все детали совпадали полностью. На протяжении всего сна нашего героя преследовало дежавю; конечно, он не понимал, что все окружающее всего лишь сон, но смутно узнавал людей и места.

Тем не менее, было и одно существенное отличие: тогда как в первом сне Смит подходил к решению задачи с пустой головой, теперь он наслаждался уверенностью и смутным впечатлением, что ему однажды уже случалось защищать мост в похожих условиях. Но главное, в его памяти намертво отпечатались полученные им полезные уроки, которые он так или иначе извлек из предыдущего опыта.

Снова Смита вызвали в штаб батальона, снова он получил те же самые инструкции от комбата, и снова он въезжал в деревню котелок.

— Так себе местечко, тар-щ командир, — заметил сержант Мочало.

— Точно, — коротко ответил Смит, которого больше занимало предстоящее дело, чем обсуждение красот и достопримечательностей Котелка.

— Прикажите взводному вестовому направиться в почтамт вместе с проводником, и пусть найдут телефон; я хочу направить в батальон отчет о прибытии. И пусть проводник опросит местных жителей и выяснит, видели ли они бронемашины неподалеку.

Предстояло сделать множество дел, и Смит терялся с чего начать. Но мост очевидным образом был первоочередной задачей. Взяв с собой сержанта Мочало и капрала Подкладкина, он отправился на осмотр переправы.

— Не хотелось бы наткнуться на бронемашину, выезжающую из-за перекрестка, а, тар-щ командир? — весело заметил Подкладкин.

— И я того же мнения, — Смит шутку не оценил. — Вообще подумал я, что мы, пожалуй, отправимся на разведку на вашей противотанковой таратайке; ссадите-ка пару людей, чтобы освободить место нам с сержантом.

Вид моста слегка шокировал его. Как так, неужели он никогда не видел этого места раньше? Конечно нет, он никогда не бывал в Руритании. Тем не менее, и этот балочный мост с насыпью через болота, рощицы деревьев на левом берегу, и дома с видом на берег с небольшими садиками у фасадов, все казалось смутно знакомым.

— Расположите транспортер у перекрестка, — начал Смит, — спрячьте его за изгородью насколько возможно, но убедитесь, что простреливаете мост. Я пришлю отделение, чтобы устроить заграждение на другой стороне моста, а когда закончу с остальными приготовлениями, то подыщу новую позицию для орудия, где мы его установим.

— Когда прибудет остальной расчет, можете сами поискать подходящую позицию, но не перемещайте туда орудие без моего ведома. Предупредите людей быть начеку, поскольку бронемашины могут появиться в любую минуту.

Затем Смит и взводный сержант второпях осмотрели мост.

Кроме самого моста, предстояло перекрыть еще три дороги. Если выделить по отделению на каждое заграждение, это займет весь его взвод целиком и не оставит никого в резерве. А еще нужно было выставить дозор.

Смит обсудил свои мысли с сержантом Мочало.

— Не могу понять, зачем нужно перекрывать остальные дороги, тар-щ командир. Ведь проводник сказал, что от Кельна до Хомбурга нет никаких мостов или бродов, кроме нашего, а малый хорошо знает местность. Лучше дайте людям немного отдохнуть и позавтракать.

— У нас будет достаточно времени на завтрак и отдых, когда мы должным образом укрепим деревню. Я не хочу рисковать. Возможно, других переправ здесь и нет, но противник может прорваться через мосты в Кельне или Хомбурге. Также нельзя исключать, что несколько машин могут быть переправлены на плотах.

— Ну и вдобавок, — продолжил Смит, — мы не можем быть уверены, что бронемашины уже не прорвались на этот берег. Возьмите отделение, и немедленно займитесь заграждением у противоположной стороны моста. Я раздам приказы остальным.

Смит определенно не хотел, чтобы его взводный сержант помыкал его решениями. Сержант взглянул на него с удивлением, но очевидно решил, что лучше не спорить, а подчинится.

Следующим шагом была организация дозора. Короткий осмотр показал, что церковная колокольня предоставляет прекрасный обзор. Два человека были направлены туда, с приказом внимательно осматривать местность вокруг, и поднять тревогу в случае приближения бронемашин. Для этого им выдали старый жестяной таз и короткий железный пруток.

После чего он собрал командиров отделений незанятых отделений и объяснил свой план обороны.

Два пулеметных отделения получили приказ выставить заграждения на дорогах в Кельн и Хомбург, стрелковое отделение занялось дорогой на Лобстербург. Для простоты все четыре позиции получили названия: блок Мост, блок Кельн, блок Хомбург и блок Лобстер.

Отправив три отделения на сбор материалов и установку заграждений, Смит возвратился к мосту. Было видно, что посланные сюда люди проделали хорошую работу: они стянули на дорогу несколько тяжелых телег, крепко скрутив их проволокой.

— Этого хорошее начало, капрал, — сказал Смит командиру отделения, — но вам лучше укрепить препятствие старыми плугами, боронами, и всем что сможете найти: бронемашина сможет протаранить его, а танк пройдет наверняка. Нет такой вещи как слишком толстое и слишком прочное заграждение.

В этот момент появился капрал Подкладкин, и вернулся к вопросу о позиции для противотанковой пушки:

— Я все никак не могу определиться, следует ли мне установить пушку в одном из домов стоящих у перекрестка, или же за той низкой кирпичной стеной в саду. Будет непросто поместить пушку на деревянном полу в помещении, но я думаю это возможно. За стеной, конечно, будет проще, и мы сможем соорудить укрытие в полный рост с помощью мешков с песком. Не взглянете, тар-щ командир?

Вместе они осмотрели дом и сад.

— Все не то, — отметил Смит. — Я сильно беспокоюсь по поводу сада, у вас есть хорошее прикрытие со стороны моста, но вы слишком уязвимы здесь для флангового огня из машины, прорвавшейся со стороны Кельна или Хомбурга. С этой точки зрения дом надежнее, так как закроет вас и с боков. Но и дом меня не слишком устраивает. Если противник твердо намеревается захватить эту переправу, он наверняка доставит сюда артиллерию; и у него не займет много времени определить, из какого дома вы ведете огонь. Вся улица прекрасно просматривается с противоположного берега. Я боюсь, что у вашего расчета будет совсем мало времени чтобы укрыться, если начнется бомбардировка. Мы должны придумать что-то еще.

Шоссе Кельн-Хомбург шло параллельно реке, примерно в 100 ярдах от нее. Вдоль левого берега шла плотная лесополоса, с густыми пятнами подлеска и кустарника там и сям. Сама дорога, как и любая другая в сельской местности, была обрамлена довольно плотными живыми изгородями. У самой реки, по обе стороны от дороги на Фидлтон, стояло по паре домиков.

Смит с капралом Подкладкиным осмотрели левую пару строений. Домики были почти полностью скрыты от западного берега деревьями, кустарником, и живой изгородью вокруг хозяйского сада, но тщательный осмотр показал, что орудие здесь не поставить. Ни мост, ни к западу от него отсюда вообще не просматривались. Но перейдя к другой паре строений, они быстро нашли подходящее место. И здесь садик был окружен живой изгородью, но в одном месте через изгородь был проделан проход, и оттуда шла тропинка прямо к реке. Весь подлесок на расстоянии пары футов вокруг тропы был расчищен от подлеска, а среди лесополосы образовался проход из-за двух упавших от старости деревьев.

Сквозь проход в изгороди пушка хорошо простреливала мост и около 100 ярдов дороги к западу от него.

Немедленно Смит решил, что это место будет почти идеальной позицией для противотанкового орудия, прекрасно замаскированной от наблюдения противника. Нужно немного поработать лопатами и уложить мешки с песком, и расчет получит хорошее укрытие от пулеметного огня.

Снова вернувшись к мосту, он обсудил с капралом Ивасьевым, командиром отделения на блоке Мост, позицию его людей, с которой они должны будут прикрыть огнем заграждение на случай, если противотанковое орудие будет уничтожено или по какой-то причине не сможет открыть огонь. Подходящее место было вскоре найдено на небольшом пригорке среди подлеска, к югу от дороги на Фидлтон. Отсюда хорошо просматривалось и простреливалось само заграждение, но позиция стрелков было бы трудно засечь с дороги. Здесь поместили троих солдат, приказав им немедленно начать окапываться, чтобы защитится от пулеметного огня.

Кратко пояснив свой выбор позиции, Смит приказал капралу самостоятельно выбрать похожую позицию с другой стороны дороги для оставшейся части отделения, предупредив, что она не должна быть слишком близко к противотанковой пушке. В противном случае ее может накрыть огнем, предназначающимся для противотанкистов.

Позже он лично проверил найденное место, и утвердил выбор Ивасьева.

Теперь Смит был уверен, что мост надежно прикрыт от внезапного удара, и его оборона будет крепким орешком для противника, когда тот попытается занять переправу.

Котелковая битва, 2/2.

Осталось еще две фазы, авторское предисловие и эпилог. По объему текста где-то 20%. ДБНТВА до середины недели будет готово.

Фаза 2.

Теперь настало время проверить остальные блокпосты. Смит решил сперва направится к блоку Кельн, так как с этого направления противника следовало ждать в первую очередь, если часть его бронемашин уже пересекла реку.

Шоссе на Кельн шло строго на север от деревни примерно на 400 ярдов, потом делало резкий поворот вправо, и вновь направлялось в сторону севера двумястами ярдами далее. Смит уходил по шоссе все дальше, и не видел никаких признаков ведущихся работ. Едва достигнув изгиба шоссе, он был удивлен, увидев огромный автобус, поставленный поперек дороги сразу за поворотом — одну из тех машин, что доставили их сюда из Лобстербурга.

— Какого черта здесь происходит? — воскликнул Смит, — Неужели эти мерзавцы настолько обленились, что не могут пройти пешком и нескольких сотен ярдов?

И тут появился капрал Ткаченко, командир пулеметного отделения, назначенного на блок Кельн.

— Эй, капрал! Чем вы, черти, тут занимаетесь? Ради всего святого, зачем вы пригнали сюда этот автобус, и почему он торчит посреди дороги?

— Такое дело, тар-щ командир, — немедленно отозвался капрал, — я прикинул, что сбор материалов для заграждения займет какое-то время, и будет нелишним выставить что-нибудь в качестве временного заграждения, на случай если бронемашины появятся раньше, чем мы будем готовы — да хотя бы этот автобус. Пара моих людей с Льюисом присматривают за дорогой — вон там.

— Толковая мысль, капрал, и совершенно верная. Я не подумал об этом. Теперь, где вы собираетесь выставить заграждение?

— Я думаю поставить его прямо перед изгибом шоссе, тар-щ командир. Тогда оно может стать неожиданностью. Если поставить его посреди поворота, противник заметит его с двухсот ярдов, и у него будет время остановиться и отвернуть.

— Капрал Ткаченко, я вижу, что у вас есть мозги, и более того, вы не стесняетесь ими пользоваться. Верно говорите! Можете продолжать работу. Только убедитесь, что все ваши люди будут надежно укрыты, как от пуль, так и от наблюдения. Любая бронемашина, которая налетит на заграждение, обязательно ответит огнем.

Смит убедился, что дело здесь находится в надежных руках. Он пошел обратно, намереваясь посетить позицию на хомбургской дороге. Едва он проделал сотню ярдов, как увидел это заграждение на другой стороне деревни, настолько ровным и прямым было шоссе. Внезапно его осенило: обе эти позиции будут взаимно просматриваться с расстояния в 700-800 ярдов. Но если так, то бронемашина, пусть и задержанная одним заграждением, сможет простреливать другое с тыльной стороны. Огневые позиции солдат все равно будут в стороне от дороги, это правда, но вероятность попасть под огонь с тыла сильно осложнит дело. По зрелом размышлении, все-таки стоит поставить блок Кельн посреди поворота.

Возвратившись к капралу Ткаченко, Смит быстро изложил свои соображения, и приказал перенести заграждение к дальнему концу дорожной извилины.

Затем он посетил пост на лобстербургской дороге. У здешнего командира отделения тоже оказалось вдоволь смекалки и здравого смысла. Стоит заметить, что и его задача была сравнительно простой. От него требовалось всего лишь перекрыть проезжую часть дороги, и объехать заграждение стало бы невозможно из-за домов, с обеих сторон обступивших шоссе. Эти дома обеспечивали прекрасное укрытие для охраняющих дорогу солдат, надежно скрывая их от глаз вражеского пулеметчика. Смит порадовался было способностям своих подчиненных, и отправился к блоку Хомбург.

Дорога на Хомбург была совершенно прямой насколько хватало глаз. Место, которое выбрал для начала работ командиром отделения капралом Грызуновым, было свободно от застройки. Поиск материалов для заграждения трудностей не представлял, так как неподалеку располагалась ферма.

Смит убедился, что препятствие сделано прочно и надежно, оно наверняка остановило бы бронемашину или даже легкий танк.

Обочины дороги заросли травой примерно на четыре фута в каждую сторону, затем следовал кювет глубиной около двух-трех футов. К своему отвращению Смит увидел, что позиция пулемета расположена прямо на полоске травы, с правой стороны и примерно в 40 ярдах позади препятствия, остальная часть отделения расположилась по другую сторону дороги.

— Капрал Грызунов, на два слова, — Смит отозвал командира отделения слегка в сторону, — Я крайне невысокого мнения о ваших приготовлениях. Располагать ваших людей на дороге совершенно бессмысленно. Представьте себя на месте командира вражеской бронемашины, пытающегося прорваться в Котелок. Представьте, что вы катите по дороге на скорости за 30 миль в час, и внезапно замечаете препятствие впереди, скажем, в 400 или 500 ярдах. Как вы отреагируете?

— Думаю, остановлюсь и поверну назад, тар-щ командир.