К черту! — произнесла про себя Элин, а вслух вежливо ответила:
— Спасибо, — и располагающе улыбнувшись, добавила: — Обязательно приезжайте еще, мы с мамой всегда будем рады видеть вас.
— Не обещаю, но постараюсь. Спасибо за приглашение.
Не исключено, что мы встретимся совсем скоро. И не один раз, подумал про себя гость, откланиваясь. Черт возьми, совсем не исключено.
Эвелин вышла его проводить.
— Извините, Хар, это я виновата. Но когда касаешься этой темы, девочка совершенно теряет над собой контроль. Надеюсь, что эпопея с экзаменами закончится ничем и Элин постепенно успокоится.
Она грустно вздохнула. Адмирал улыбнулся:
— Эви, а вашу дочь интересует в жизни что-нибудь еще, кроме космодесанта?
— Вы, конечно, шутите, Хар.
Она подняла подбородок и в упор взглянула на него своими дивными глазами. Потом, слегка смутившись, отвела взгляд.
— Скажите, — осторожно начал Адмирал. — А что сказали после комплексного теста, ну того, который проходят перед выпуском из колледжа?
И который она, конечно, не проходила, подумал он. Интересно, Эви знает или догадывается? Эвелин подняла на него глаза. Знает, решил Адмирал. Однако ответила она совсем другое.
— Она очень разносторонний ребенок и это ей, видимо, мешает. С детства прекрасно рисует, долго занималась танцами. Призер последней юношеской Олимпиады по компьютерной обработке данных. Потом, у них колледж с медицинским уклоном. Врач-наставник говорила мне, что у Элин прекрасные задатки и из нее может выйти отличный детский врач.
Они медленно прошли по дорожке. Подул ветерок, вкусно запахло свежей зеленью.
— Вы не поверите, но ее за уши не оттащишь от детей, она с таким удовольствием с ними возится. И они ее тоже очень любят. Я так хотела, чтобы она стала врачом! Если бы у нее было хоть чуточку больше благоразумия...
— Ну, я прекрасно помню, что в ее возрасте мы тоже были не слишком благоразумны...
Он замолчал, испытующе глядя на нее. Эвелин тоже посмотрела на него и слегка дрогнувшим голосом сказала:
— Вы ведь до сих пор ничего не забыли, Хар? Прошло столько лет...
— Нет. Я прилетел сразу, как только мне позволили и привез горячие пожелания от всех остальных. Думаю, что ребята откликнутся, как только вы их позовете.
— Спасибо. Я тоже очень хочу всех увидеть. Хочу сказать... хотя теперь это совсем не важно... Возможно... Нет, не так. Я была тогда не совсем права. Вернее, совсем не права.
Она махнула рукой.
— Да ладно, чего уж там. Я просто была молодой и круглой дурой. Если можете, простите меня.
Адмирал сделал протестующий жест.
— Прекратите, Эви. Мне нечего вам прощать. И вы опять не правы. То, что вы говорите сейчас, для меня очень важно.
Они посмотрели друг другу в глаза и немного помолчали. Затем гость вздохнул и осторожно продолжил, возвращаясь к прежнему разговору:
— Мне кажется, ваша дочь просто не учитывает некоторых очевидных вещей. Вы же знаете, я знаком с этим не понаслышке. В училище, кроме всего прочего, огромные физические нагрузки и...
— Увы, Хар, это вы недооцениваете этого чертенка. Я думаю, что моя дочь просто помешалась! Это-то ее как раз совсем не пугает! Наоборот. Она тратит на тренировки все свободное время. Элин кандидат в мастера по комплексному вождению, бегу, стрельбе и плаванию. Кроме того...
Она горестно вздохнула и продолжила:
— На последних городских соревнованиях по боевым искусствам, это было как раз перед Новым Годом... Ее наставник запретил ей участвовать, но она ослушалась его. Ее противником в одном из последних боев к несчастью оказался курсант из училища. Он позволил себе какую-то совершенно невинную шутку...
— И что же? — с интересом спросил гость.
— Парня увезли с сильным ушибом голени, переломом двух ребер и подозрением на сотрясение мозга. Был жуткий скандал, у нее чуть не отобрали сертификат. Кончилось тем, что Элин дисквалифицировали на год и запретили продолжать участвовать в соревнованиях.
— Даже так?
— Да. Я думаю, что несчастный парень просто не ожидал ничего подобного и от неожиданности...
— Вы случайно не помните... фамилию этого курсанта? — осторожно поинтересовался гость.
— Конечно, помню. Курсант Даркин, первокурсник. Мы ездили навещать его в медцентр, — она сурово сдвинула брови. — Я заставила Элин поехать с собой! Очень хороший, милый мальчик, мне было так неловко перед его родителями...
— Ваша дочь посещает какую-то школу? Не знаете, какой у нее квалификационный уровень?
— Да, то есть нет. Там, где она занимается, никаких поясов не дают. По-моему, это называется нин-дзюцу, черт его знает, что это такое! Простите, Хар... Я всегда была далека от всего этого. Насколько я понимаю, это какое-то древнее многоборье, да?
— Вы правы, это действительно что-то в этом роде... — гость заинтересовано посмотрел на нее. — И давно она увлекается... этим многоборьем?
— Давно. Незадолго до смерти Дэвид отвел ее к своему наставнику и тот согласился взять девочку. Я была против, но их было двое против одного. Скоро двенадцать лет, как она постоянно летает к нему. После этого случая он страшно разгневался и сильно наказал ее. Только я не знаю, как именно. До меня ведь доходит только то, что дочь сама соизволит мне рассказать. Но уверена, что попало ей изрядно.
Она вздохнула.
— Я не хочу зря жаловаться, Хар. Элин прекрасная девочка, ласковая и заботливая. Но что касается упрямства... Тут она вся в отца!
— Вы в этом уверены? — невинно спросил Адмирал с легкой улыбкой.
Эвелин не выдержала и рассмеялась.
— Да ну вас.
Они прошли еще немного.
— Вы знаете, когда Дэвид уже твердо знал, что ему осталось совсем немного, он мне однажды сказал: Знаешь, Эви, Элин — отличная девочка, но наверное, с мальчишкой тебе было бы намного проще.
— Боюсь, э... Дэвид в некоторой степени был прав, — Адмирал наклонил голову и решительно попрощался: — К сожалению, Эви... Вы разрешите мне называть вас так?
Она утвердительно кивнула.
— Мне очень не хочется уходить, но действительно пора. Желаю всего самого доброго. Было очень приятно познакомиться с Элин и вновь увидеть вас.
— Мне тоже... приятно было увидеть вас снова, Хар.
— Это правда? — он испытующе посмотрел на нее.
— Да. Вы можете приезжать, когда захотите. Я всегда буду рада видеть вас.
5
Еще через полчаса Адмирал уже был вблизи одного из столичных аэропортов. Его здесь уже ждали. Сопровождающий, внимательно оглядев экран охранной системы, провел его на отдельную площадку и распахнув дверцу скоростного гравилета, сам сел впереди. Получив разрешение диспетчера, автопилот плавно поднял машину и та сразу стала резко набирать скорость и высоту.
Адмирал включил защитное поле, наглухо отделившее его от пилота и охранника в одном лице, достал кристаллы и не теряя времени, начал просматривать текущие материалы. Внезапно он улыбнулся, вспомнив Элин. Да, старый друг его молодости сейчас наверное иронически ухмыляется там, наверху, в космической черноте...
После получаса полета гравилет завис неподвижно, а затем упал в посадочную воронку на крыше огромного знания, одного из целого комплекса строений, занимающего значительную часть искусственного острова, расположенного недалеко от континента. Створки диафрагмы массивного люка тут же захлопнулись. Через некоторое время, после прохождения обряда обязательного контрольного сканирования — система ни для кого не делала исключений, прошел разрешающий сигнал и площадка вместе с машиной плавно опустилась на нижний, защищенный уровень. Только тогда бесшумно открылся боковой проход. Адмирал забрал свою папку с материалами, прошел к лифту и войдя в свой кабинет, кивком ответил на приветствие помощника, бросив ему на ходу:
— Я планирую пробыть у себя до вечера, можете разблокировать доступ. Свежие сводки пришли?
Тот утвердительно кивнул и сразу принялся оживлять терминалы сети в кабинете.
Сев на привычное место, Адмирал внимательно просмотрел и прослушал последние сводки, затем, заранее вздохнув, взялся за изучение материалов от внутренней службы безопасности. Опять то же самое! Он с силой потер ладонью лоб и нахмурился. Придется отстранять от работы всю группу. В прошлый раз возникла настоятельная необходимость слетать и посмотреть самому, чтобы убедиться лично. Он не хотел принимать решение вслепую. К сожалению, увиденное убедило его в том, что аналитики, как всегда, правы. И вот опять...
Проблема возникала с пугающей регулярностью раз в два-три года и другого решения у нее, к сожалению, не было. Очередной гений предлагал провести какой-нибудь сумасшедший эксперимент и начинал бомбардировать заявками руководство. На этот раз речь шла о работе с Фагами на живом объекте. Никакие доводы, основанные на тщательном компьютерном анализе, о крайней опасности подобных экспериментов, до автора идеи не доходили. Очень трудно управлять коллективом, состоящим из одних звезд.
Он вздохнул.
К сожалению, по самой сути Проекта, ему нужны были самые светлые головы и команда прогнозистов старательно отыскивала именно таких. Он сделал пометку на экране против трех фамилий из списка. Вот и опять появятся вакансии... Адмирал встал и по старой привычке начал не спеша расхаживать по кабинету. Ему всегда лучше думалось на ходу.
Скверно не это, а совсем другое. Частота подобных случаев постоянно растет. Он прав, дальше откладывать нельзя. Да и прогнозы сети становятся все тревожнее. Простых вычеркиваний очень скоро окажется недостаточно, далеко недостаточно. Нужна спецгруппа для мгновенного реагирования, так что пора начинать пробивать решение. Даже если его поддержат, что далеко не факт, до ее создания пройдет немало времени.
Будешь бороться с прогрессом с помощью коммандос? Удачи тебе парень, в очередном безнадежном предприятии, произнес внутри ехидный голос.
Адмирал упрямо потряс головой. Конечно, даже в случае успеха, в самом лучшем случае они получат только несколько лет передышки, не более. Помочь радикально лобовое решение все равно не сможет. Но он не собирался дарить виртуальному противнику даже одного дня.
С каждым днем в нем росло и укреплялось мрачное предчувствие, что рано или поздно Проект завершится грандиозной катастрофой. Он гнал от себя подобные мысли, но они возвращались с тревожным постоянством. Этот гигант разросся настолько, что стал почти не управляемым. Однако складывать в бессилии руки Адмирал не собирался. Пока он на этом посту, его долг делать все возможное и даже невозможное. Но одновременно надо готовиться к коренной реорганизации работ. Кто воплотит ее в жизнь, он сам, или его преемник, не так уж и важно.
А пока необходимо заняться группой. Если она даст возможность выиграть хоть пару лет, то и тогда дело того стоит.
Адмирал сел и вызвал на терминал набросок сметы расходов на строительство еще одного комплекса: автономного центра, с полигонами, оборудованием, на содержание персонала и вздохнул. Понадобятся огромные ресурсы и чтобы их обосновать, одной интуиции маловато. Опять начнутся дежурные упреки в расточительстве и плохом управлении.
Он отвернулся от экрана. Давным-давно, когда Проект еще только зарождался, он представлял собой маленький научный центр с руководителем-администратором и несколькими научными заместителями, по каждому из направлений, с достаточно скромным бюджетом. Практически все тогда работали на чистом энтузиазме. Как легко и приятно, должно быть, было руководить этим центром. Проверка сумасшедшей модели, выдвинутой с помощью только что появившейся большой нейросети, казалось не займет много времени. Все молчаливо полагали, что центр просуществует десяток лет и тихо распадется, как множество других направлений, которые рождались в то непростое, полное потрясений время.
Однако гадкий утенок и не думал умирать. Правда, в прекрасного лебедя он так и не превратился. За годы извилистого развития Проект вымахал так, что теперь скорее походил на страшного, ненасытного монстра. Он сменил массу названий, все с одинаковым смыслом: Щит, Заслон, Плотина, Преграда, Зеркало. И так далее и тому подобное, пока, наконец, не стал просто Проектом. С большой буквы.
За сто двадцать с лишним лет развития эта махина имела теперь в своем составе все, что имеет среднего экономического веса планета. От огромного количества научных центров, до собственного производства спецвооружений и развитой системы внутренней и внешней безопасности.
Руководитель Проекта по своему положению давно уже номинально обладал такой громадной властью, что хотя формально находился в прямом подчинении у Председателя Совета, о реальном распределении сил начинали задумываться многие. Даже слишком многие, подумал Адмирал. Особенно те, у кого неуемная жажда власти мирно соседствовала с довольно убогим интеллектуальным потенциалом и кто спал и видел, как прибрать такую власть к рукам.
За этот пост шла постоянная жестокая грызня. Он никогда не был суеверным, но был тринадцатым по счету руководителем Проекта и если бы смог продержаться еще пару лет, то мог претендовать на установление рекорда по продолжительности пребывания на посту. Больше десяти лет на этом месте пока находились только двое из всех его предшественников. И оба не дожили до отставки.
Наконец, после трех с половиной часов напряженной работы, Адмирал решил дать себе маленькую передышку. Вызвав на связь помощника, он попросил:
— Разыщите Харанского, это не срочно. А когда закончу разговор, сразу пригласите моего заместителя. Пусть захватит все материалы по направлению "Дубль".
Автомат соединил их почти сразу, Петер оказался у себя в кабинете, в училище.
— Привет, Старик. Ты сейчас не слишком занят? Сможешь уделить мне пару минут?
Собеседник ответил своим глубоким проникновенным басом:
— Если даже члены Совета Федерации вытягиваются перед вами в струнку, что же остается делать мне, несчастному отставнику! Внимательно и почтительно слушаю вас, Адмирал.
— Перестань, это даже не смешно. Лучше послушай, знаешь, у кого я сегодня был? Никогда не угадаешь. Навещал семью Дэвида. Ребенок уже совсем взрослый, в этом году кончает колледж.
— Да что ты говоришь? Разрешили? Неужели наша снегурочка оттаяла? Эвелин сама тебя пригласила?
— Да, сама разыскала и пригласила.
— Надо же! — Петер развел руками. — Значит, мир? Как она, все такая же красивая? А Графу ты уже сказал?
— Он сейчас далеко, на каком-то очередном конгрессе. Какой смысл зря дергать нуль-связь? Вернется, сообщу обязательно. Может, тряхнем стариной и как-нибудь соберемся все вместе, в живую?
— Я только за. Всем нам есть, что вспомнить. Надо будет обязательно послать ей поздравление. Жаль, я не знал, что ты поедешь.
— Я передал привет и от твоего имени, не переживай.
— Спасибо, — Петер вздохнул, а потом с легкой грустью продолжил: — Неужели у Дэвида уже такой большой ребенок? Впрочем, не зря говорят, что чужие дети растут быстро. А ведь кажется, что все было только вчера. Летит время и оглянуться некогда... Мне до сих пор иногда снится эта чертова планета, будь она неладна. А тебе?
