Эльф Кленолесья

— Амара, ну что ты за глупые бабкины сказки повторяешь?

Девица упрямо насупилась.

— Я не тебя спрашиваю а эльфа! Маменька с детства остерегала: "не ходи в лес, а то эльфы поймают и морковь засадят.

Отец умудрился покраснеть еще сильнее, беспомощно развел руками. Зато кузнец захохотал громогласно:

— Что эльфы, люди бывало тоже не прочь девице морковь всадить, даже и не огородники ни разу.

— Ага, или хотя бы хрен! — донеслось из распахнувшихся дверей весело. Вильям улыбался во все зубы, стискивая горлышко бутыли, через плечо наши мешки.

Девушка беспомощно переводила взгляд со смеющихся на хохочущих. Свела брови и напустилась на ухмыляющегося кучера:

— Ты ещё что всё стоишь тут, болван! Лошадка не кормлена!

— Аха-хах, лошадка! Морковью...

У кузнеца от хохота аж ноги ослабли, он без сил привалился к стене, держась за живот. Ещё несколько физиономий высунулись из окон и дверей посмотреть на веселье. Амара, вырвала поводья у опешившего кучера и потащила лошадь к стойлу.

Ох как же зря она это делает. Кучер совсем не зря мялся в сторонке. Я прямо таки ощутил как напряглись кони, которых девушка совершенно зря игнорирует и похоже хочет втащить послушную каретную лошадь между этими грозными боевыми тварями.

Внезапно я очень четко, словно заглянул в будущее, увидел что сейчас будет и воскликнул:

— Быстро остановись!

Крикнул по эльфийски, одним словом: "аланэлас!" Лучше бы молчал... Девушка лишь недоуменно обернулась, продолжая тянуть лошадь за собой. И пары лишних шагов хватило, чтобы сжавшийся как пружина конь отчаянно взбрыкнул, защищая своё, как он полагал, законное место, обеспеченное хозяином.

Наверное воин бы увернулся бы от тяжелого копыта, даже девица возможно смогла бы, но она оглянулась и через миг подкова с густым хрустом, как топор в пень, врезалась ей в спину. Платье взвилось как крылья испуганной бабочки и девушка ударилась в тележную лошадь, та ржанула и скакнула назад. Захлёстнутые поводья дернули запястье и рука неестественно вывернулась. Но молча, после удара девица уже была без сознания.

Все потрясенно замерли, даже мой дурной конь испуганно всхарпнул и присел, дрожа задними ногами, понимая что натворил.

Никогда я не пожелаю ни одному эльфу увидеть, как быстро радостные улыбки людей превращаются в страшный звериный оскал. А именно это происходит прямо сейчас, в это мгновение. Эльфы веками тренируются чтоб научиться длить минуты размышлений, могут за миг написать красивый стих... так и я сейчас, внезапно понял как это делается, хоть никогда раньше и не получалось. Теперь я ловил взглядом весь процесс искажений лиц. Но помочь мне это знание не могло никак, и вместо восторга постижения лишь наполняет живот холодным ужасом и слабели ноги. Язык же и вовсе словно сковало судорогой.

— Эльф натравил коня! — воскликнул кучер.