Гарри стоял, зажмурившись, и боялся пропустить хоть слово. Это совсем, совсем другая история! Может и пророчество, о котором рассказывает Волдеморт, было другим? Может быть было ДВА пророчества?

— Знаешь, Поттер, незарегистрированных анимагов довольно много, — Волдеморт снова решил увести разговор в сторону, испытывая терпение своего противника. — Таково уж свойство человеческой натуры, добиваться своего любой ценой, а затем делать так, чтобы дураки из Министерства не извлекали из этого пользу... О! Ты согласен со мной? Я уже замечал, что у нас с тобой много общего... Как и ты, я презираю этих неудачников, работающих в Министерстве... Неудачники с амбициями... да, пожалуй именно такие люди стремятся там работать. Своих собственных талантов у них не хватает, а жажда власти захлестывает... Я уже говорил тебе о своей войне с Министерством, так вот, на самом деле, ее не было... Министерство изо всех сил стремилось привлечь меня на свою сторону, использовать меня для выполнения своих целей... Естественно, что их раздражало то, что я отказывался работать на них... Забавно, я слышал, что ты тоже последовал моему примеру...

Гарри еще сильнее зажмурился. Он почувствовал, что вот-вот сорвется. Нет, нет у него ничего общего с Волдемортом! Если бы сейчас здесь оказался Руфус Скримджер, то просто из чувства противоречия, Гарри бы согласился работать на Министерство! Волдеморт не прав! Ну разве же можно назвать милого и доброго мистера Уизли неудачником с амбициями?

— Да, дамблдоровский Орден доставлял мне тогда гораздо больше хлопот... Но их было мало, слишком мало... Еще немного, и я бы уничтожил всех. И тогда дорога к власти для меня была бы открыта... Ты помешал мне... Ты знаешь, что я на тебя совсем не сержусь? У меня просто нет для этого повода, ибо именно благодаря тебе я получил нужное доказательство моей бессмертности, а заодно и неоценимый опыт... За это можно было бы заплатить и этими тринадцатью годами скитаний. Что, в самом деле, значат эти годы, когда впереди у меня вечная жизнь?

Гарри захотелось хотя бы мельком взглянуть на Волдеморта. По его интонациям казалось, что он уже не замечает ничего вокруг, а просто высказывает вслух свои мысли... Рассказывает о хоркруксах, не подозревая, что его собеседник знает о них!

На мгновение на лице мальчика мелькнуло удовлетворение, но он тут же покрепче сжал веки, поняв, что Волдеморт не прекратил наблюдения.

— Что ты так дергаешься, думаешь, что из-за того, что министерские недоумки назвали тебя Избранным, ты получил надо мной власть? Что ты действительно сможешь одолеть меня? Не надейся! Сейчас в нас течет одна и та же кровь, и одна и та же защита, защита твоей матери, оберегает нас обоих. Но как только ты станешь совершеннолетним, ты потеряешь эту защиту. И тогда я просто раздавлю тебя... Мне надоели косые взгляды и все эти разговоры. Впрочем, у тебя достаточно времени, чтобы перейти на мою сторону. Вдвоем мы сможем совершить очень-очень многое...

Гарри слышал, что голос Волдеморта приближается. И вдруг шрам его взорвался нечеловеческой болью. Из глаз хлынули слезы, но, даже задыхаясь от боли, мальчик не открыл их. Внезапно боль кончилась, оставив лишь остаточные всполохи.

— Забавно, — прозвучал словно сквозь вату голос Волдеморта. — Несмотря на то, что в нас течет одна кровь, ты все же чувствуешь мои прикосновения... Интересно, а если я попробую думать не о том, как уничтожить тебя, а о чем-нибудь другом, ты тоже сумеешь это почувствовать?

Возникла пауза. Гарри не разжимал глаз и не видел, что делает его противник. Секунда плыла за секундой, но ничего не происходило. Затем он почувствовал, как что-то холодное уткнулось в его лоб. Он почувствовал состояние покоя и умиротворенности... А потом понял, откуда оно пришло: гигантская змея покорно обвивала его ноги, приятно скользя по ним, легонько сжимая и разжимая кольца, делая круг за кругом... На мальчика накатило совершенно неизведанное чувство спокойствия... Где-то далеко-далеко, из глубин сознания, вдруг поднялась мысль, которая нарушала это спокойствие. Гарри попытался отмахнуться от нее, но она настойчиво пробивалась и пробивалась: "сопротивляйся, сопротивляйся"...

И тут все кончилось. Гарри снова вспомнил, где находится. Потом понял, что, по-видимому, Волдеморт просто приставил к его лбу палец, закачивая свои эмоции. Мелькнула мысль: "значит, он до сих пор боится того, что я проникну в его мысли, и использует окклюменцию даже сейчас, когда я у него в руках и беспомощен".

— Похоже, ты не только почувствовал мои эмоции, но и увидел мою Нагайни, — сказал Волдеморт и в его голосе Гарри послышалось разочарование. — Мне будет не хватать ее, привязался к ней так, как не привя... Чему ты удивляешься? Разве не знаешь, что змеи — смертны? Впрочем, как и люди... все люди, кроме меня...

Гарри услышал шаги. Скорее всего, Волдеморт возвращался в свое кресло. Нагайни мертва? Но как же хоркрукс? Или в ней его не было? Дамблдор ошибся? Или Волдеморт успел перенести осколок своей души в другой артефакт? А можно ли это сделать, или душа должна все время храниться в одном и том же артефакте?

— Странно... Она позволила пережить мне новые чувства... Я знал страх и радость, жадность и упоение... А она... своей смертью она заставила меня... почувствовать печаль... Очень неприятное чувство... Пожалуй, впредь я воздержусь от того, чтобы привязываться к кому-нибудь смертному... Да, ты прав, — быстро сказал Волдеморт, увидев скептическое выражение лица мальчика. — Я только что предложил тебе перейти на мою сторону... Но это не значит, что я собираюсь привязываться к тебе. Мне нужен надежный партнер, соратник. И мне кажется, что ты сможешь реализовать все свои возможности, если мы будем работать вместе... Думаешь, я забочусь о тебе? Нет, я просто не люблю, когда пропадает добро... В том пророчестве ведь говорится, что мы сможем стать равными... Жаль, что ты не попал в Слизерин, тогда бы мы могли гораздо легче общаться. Я бы обучил тебя тому, что знаю, и эта учеба заняла бы гораздо меньше времени, ведь тебе не пришлось бы собирать информацию по крупицам. Поверь, я пока не знаю, сколь далеко распространятся мои амбиции, но они не будут малыми, это я тебе обещаю... Мне бы не помешал преданный человек, которому бы я смог доверить завоевание далеких стран... Да, для меня, но и ты сам бы не остался внакладе... О, я кажется обещал тебе рассказать о пророчестве... Извини, я не хочу, чтобы ты думал, что я не исполняю своих обещаний...

Волдеморт замолчал, а Гарри собрал все свои силы. Какими бы ни были те слова, которые сейчас прозвучат, он не должен открывать глаз!

— Близится тот, кто сравняется с Темным Лордом, — начал декламировать Волдеморт низким, с хрипотцой голосом. — Он родится в жалком доме, но в легендарном месте... И место это придаст ему сил бросить вызов Темному Лорду, если...

Гарри забыл обо всем. Это было другое пророчество! Похожее, но другое!

В этот момент он не открыл глаз лишь потому, что все внутри его требовало тщательнейшего анализа, работы мысли, для которой зрение было не нужно...

— ...Это все, к сожалению... Ни я, ни ты, ни кто-либо иной теперь никогда не узнаем, чем оно окончилось. И мы оба знаем, что оно уже исполнилось... По крайней мере, в той части, о которой мы знаем. Ты бросил мне вызов. Теперь тебе остается сравняться со мной. И в этом я готов помочь тебе...

=============== Глава 64. С глазу на глаз ===============

"Снейп не сообщил Волдеморту о пророчестве, произнесенном Трелони, — напряженно думал Гарри. — Это совсем другое пророчество... При чем тут место моего рождения?.. Дамблдор говорил, что Снейп не знал, каких бед натворит пересказ пророчества Волдеморту, но если это было другое пророчество, то о чем вообще говорил Снейп?"

Гарри беззвучно выругался. Все его мысли сейчас были заняты Снейпом. Но стоять тут, под взглядом Волдеморта и раздумывать о бывшем учителе — глупо. О чем же думать?

— О чем ты думаешь? — тихо спросил Волдеморт. — Мне почему-то кажется, что твои амбиции дремлют. Или тебя пугает мысль, что ты можешь сравняться со мной силой? Не пугайся раньше времени. Чтобы обучиться всему, что я знаю, понадобится не один год. Ты еще успеешь обдумать свое положение... — Нет? Тебя волнует не это? Так что же? О, понимаю! Это так трогательно! Ты, наконец, услышал его! Я и забыл, какое впечатление на меня произвело это пророчество... А ведь я был взрослым и сильным... Но хлопот оно мне доставило гораздо больше, чем тебе, поверь... Если бы ты знал, сколько легендарных мест мне пришлось просеять, прежде чем я добрался до тебя... Впрочем нет, я кривлю душой. Тебя даже не было в списке младенцев, которыми я заинтересовался... Случай... Как много в нашей жизни решает случай...

Ситуация, описываемая Волдемортом, еще сильнее отличалась от всего, что знал Гарри. Как же так? Ведь Дамблдор говорил, что Джеймс и Лили сделали Хвоста своим Хранителем только потому, что знали, что Волдеморт на них охотится! О каком тогда "списке младенцев" говорит сейчас Волдеморт?

— ...Но мне везет, везет во всем. Даже тебя смог найти, — продолжал между тем хозяин замка, словно не замечая, как быстро меняется выражение лица его пленника. — Поверь, для того, чтобы чего-то добиться, нужно просто этого очень захотеть. И тогда удача сама приплывет к тебе в руки. Если бы в тот вечер твой отец не заявился ко мне, если бы до этого мне не удалось завербовать Хвоста...

В голове Гарри что-то перевернулось. Отец? Явился к Волдеморту? Что за ерунда? Это Волдеморт явился к ним в дом!

Глаза мальчика непроизвольно распахнулись, но, в последний момент, он отвел взгляд и уставился на дерево за окном. Стоять с закрытыми глазами становилось уже невыносимым...

— Вроде бы события малосвязанные, но ведь я потрудился ради этого... И все получилось! Одно время я сожалел, что получилось именно так, но теперь понимаю, что удача и тут не отвернулась от меня. Ведь я познал, что есть бессмертие. Как никто другой...

Волдеморт замолчал, пристально вглядываясь в лицо мальчика. "Интересно, что именно взволновало его до такой степени? Хоть бы на мгновенье посмотрел на меня... Впрочем нет, еще не время... Не стоит уподобляться этому неврастенику, ведь я умею ждать... У меня еще много времени"...

— Тебя что-то тревожит, — снова заговорил он. — Я вижу... Не бойся, можешь спрашивать. Я ведь уже сказал тебе, что постараюсь доказать тебе, что мне можно верить...

Гарри кинул молниеносный взгляд на своего визави. Но Волдеморт был настороже. Он поймал мощнейший импульс ненависти, который заставил его брезгливо поморщиться: фанатики бывают полезны, но они совершенно не могут думать логически. Значит, нужно будет играть на его чувствах, а не пытаться пробудить в нем здравый смысл. Однако сколь бы мимолетен не был этот взгляд, Волдеморт сумел уловить ключевую мысль, волнующую подростка. Ну конечно, слезливая история о родителях! Как же он раньше не подумал! Да, скорее всего, именно здесь и удастся сломить сопротивление мальчишки...

— Что ты знаешь о своих родителях? — спросил он, удвоив внимание в надежде уловить любую, даже самую мельчайшую деталь, которая позволит быстро направить разговор в нужное русло. — Почти ничего? Так же, как и я... В этом мы тоже похожи. А вот в безрассудстве ты, конечно, отцу не уступаешь. Это то, что всегда умиляло меня в гриффиндорцах... Да... Кто бы мог подумать, Годрикова Лощина... Забытая богом и людьми деревушка... Ты знаешь, что название свое она получила в честь великого волшебника, Годрика Гриффиндора? Нет? Ты не задумывался об этом? Странно... В твоем возрасте меня интересовали любые сведения о своей семье, которую я только мог раздобыть...

"Да, у тебя не было необходимости с первого курса вести борьбу за выживание", — подумал Гарри. Затем вспыхнуло раздражение: почему никогда ему не приходило в голову, что место его рождения может быть связано с одним из основателей Хогвартса? Может, именно там и спрятал Волдеморт свой хоркрукс? Если, конечно, сумел раздобыть какой-нибудь артефакт Годрика Гриффиндора!

— Он был в Ордене Дамблдора, — продолжил Волдеморт, не дождавшись реакции противника. — Твой отец... И если бы не та роковая наша с тобой встреча, этому Ордену оставалось жить совсем немного. Я даже жалею, что не сумел привлечь Поттера на свою сторону, из него бы вышел замечательный Пожиратель...

— Нет! — неожиданно для самого себя выкрикнул Гарри и свирепо уставился на Волдеморта. — Мой отец никогда бы... никогда!..

Мальчик едва не захлебнулся своей яростью, но сумел взять себя в руки и снова отвести глаза в сторону. "Спокойно, спокойно, он ведь этого и добивается! Нельзя поддаваться на провокацию, мне еще нужно спасти Рона с Гермионой... и МакГонагалл", пытался внушить себе Гарри. Он вдруг вспомнил, как Луна рассказывала, что успокоиться можно очень быстро, если несколько раз глубоко вздохнуть и медленно выдохнуть. Он прикрыл глаза и сосредоточился на своем дыхании. Резкий глубокий вдох. Медленный выдох. Спокойнее, спокойнее, еще медленнее...

— Никогда? Ну почему же? Тебе никогда не приходило в голову, что ты оцениваешь события, как будто они происходят в черно-белом мире? А ведь мир полон красок... цветов и оттенков... За мной идет множество людей, которые понимают, что в моих идеях есть рациональное зерно... Юношеский максимализм... Да, да, конечно... Тут друзья, там — враги, и никакой середины... Я вижу, тебе неинтересны мои рассуждения. Ну что ж, скажи, о чем бы ты хотел узнать?

Увидев, что Гарри сосредоточился на собственном дыхании, Волдеморт задумался. "Не так уж прост этот мальчишка! Что-то в нем все-таки есть. Возможно, оставив на его лбу шрам, я оставил ему и свои способности? Может быть именно здесь и стоит искать рычаг, который позволит управлять им?"

— Да, родители... Я потерял своих даже раньше, чем ты... Моя мать умерла сразу после родов, не оставив о себе никаких воспоминаний. Я выжил и вырос в приюте. Ты же больше года находился под опекой своих родителей. Это не так уж мало... И родители твои были достойными людьми. Поверь, убивать их не входило в мои планы... Впрочем нет, твой отец, скорее всего, был бы обречен, он был слишком юн, чтобы понять, на какую сторону лучше перейти... А твоя мать... Она ведь могла жить до сих пор. Жаль, что она тоже оказалась фанатичкой... Впрочем, если бы все сложилось иначе, мы бы не могли сейчас наслаждаться этой беседой...

Лицо Гарри исказилось такой гримасой боли, словно Волдеморт применил к нему заклинание Круцио. Это развеселило хозяина. По комнате разнесся его сухой, отрывистый смех. Гарри внезапно понял, что сейчас он может посмотреть своему врагу в лицо, не боясь вторжения в свои мысли. Он понимал, что сейчас тот не сможет вытащить у него ни одной мысли, кроме мыслей о родителях.

— Почему ты убил моего отца? — спросил он, глядя в глаза Волдеморту.

— О, это была большая удача для меня, — с улыбкой ответил Волдеморт, прекратив смеяться. — Ты же знаешь, что такое война. Ничего личного, поверь. Он пришел в мой дом в качестве разведчика, но был разоблачен... Что еще могло ждать его? Либо переход на мою сторону, либо смерть. Он выбрал второе. Ну что ж, я уважаю чужой выбор.