Авантюристка поневоле

Впрочем, Сенис оказалась права, и упражнение действительно помогло отвлечься от грустных мыслей.

Глава 2

Прошло ещё несколько дней, но беспокойство к Эллиа не возвращалось. Она занимала себя упражнениями, чтением книг, прогулками и мечтами, как за ней вот-вот приедет выбранный Храмом супруг. Такой же, как и у них, мужественный, красивый, сильный и конечно, знатный и богатый. Ведь по-другому быть и не может, наставницы же тщательно подходят к выбору женихов воспитанницам.

Наконец, где-то через неделю после выпуска, госпожа Сенис вызвала Эллиа к себе. Обрадованная девушка чуть ли не бегом поднялась к кабинету и вошла с радостной улыбкой.

— Присядь, — кивнула Сенис на стул.

Эллиа послушно опустилась, сложила ладони на коленях и выжидающе посмотрела на главную наставницу. Вот сейчас она скажет: "Собирайся, за тобой муж приехал"...

— Эллиа, поскольку ты у нас немного особый случай, прежде чем я передам тебя супругу, хочу задать один вопрос, — начала Сенис, и её слова несказанно удивили воспитанницу Храма.

— Я слушаю, госпожа, — Ли наклонила голову.

— Ты действительно хочешь выйти за того, кого мы тебе выбрали? — Сенис внимательно глянула на Эллиа. — Твои родные ведь действительно тебя любят, Элли, — голос всегда строгой наставницы смягчился. — А твой отец теперь богатый человек, наши деньги помогли ему хорошо подняться, и он передал в Храм для тебя очень неплохое приданое, — Эллиа знала об этом, мать рассказала, да и отец написал в письме. — Его хватит на то, чтобы полностью оплатить твоё обучение, если ты не захочешь выходить замуж, — продолжила Сенис. — А ещё, твои родные всегда ждут тебя домой, Эллиа. И ты, в отличие от остальных наших выпускниц, можешь сама решить свою судьбу, — женщина соединила кончики пальцев, не сводя с девушки взгляда. — Так как?

Ли задумалась. Да, как ей и пообещал отец, связи с родными она не теряла. Отец еженедельно присылал письма, а Риолла регулярно, дважды в год, приезжала вместе с братом — на него в силу малолетства запрет на посещение не распространялся. Мачеха привозила подарки, делилась нехитрыми домашними новостями, расспрашивала, как тут самой Эллиа живётся, и радовалась, что падчерице нравится. Подружки девушке даже немного завидовали: к ним никто не приезжал — продали в Храм и забыли. Ли щадила их чувства и особо не распространялась о своей семье, и когда Риолла приезжала, Эллиа уходила к ним в гостевой дом.

А сейчас ей предлагают самой выбрать, выйти замуж или вернуться. Ли даже слегка растерялась. С одной стороны, если она откажется от брака по выбору Храма, то дальше сама сможет найти себе спутника жизни, по своему вкусу и желанию — отец её точно не будет неволить. С другой... Заплатит Эллиа за обучение, вернётся домой, в маленький тихий городок. О, нет, никто её ругать не будет, конечно, обрадуются, и отец ещё приданое выделит. Но что ждёт девушку там, дома? Ли нахмурилась сильнее, углубившись в мысли. Такого мужа, как в Храме, она там точно не найдёт, придётся выбирать из местных дворян, далеко не таких привлекательных и сильных, а здесь — здесь супруг уж точно будет обладать властью и не из последнего захудалого рода. Невесты из Храма стоили дорого.

И потом, если уж говорить про любовь, кто сказал, что Эллиа не сможет полюбить выбранного жениха или ей будет с ним плохо жить? Он точно богат, могущественен и знатен. Ну и всяко не какой-нибудь плюгавенький и плешивый сморчок с колышущимся пузиком. А даже если и не полюбит, то он-то уж будет любить супругу — зря, что ли, она восемь лет училась? Ли подняла голову и посмотрела в глаза Сенис.

— Я согласна на выбор Храма, — твёрдо ответила девушка.

Пусть она и любила отца и мачеху, но возвращаться в родной город ей больше не хотелось. Да, Элли хотелось большего, чем скучная семейная жизнь в провинции, и она не собиралась отказываться от шанса. Ведь именно для этого Риолла уговорила отца всё же отправить дочь в Большой Храм на обучение. Сенис удовлетворённо кивнула.

— Я рада, — произнесла она. — Мне бы не хотелось, чтобы ты возвращалась в семью, — вдруг откровенно заявила главная наставница, и брови Эллиа поднялись. — Ты на моей памяти одна из самых талантливых учениц, Ли, но найти мужа тебе было не так-то просто, — уголок губ Сенис приподнялся в усмешке. — То, что ты поддерживала связь с родными, в глазах многих являлось скорее минусом, чем плюсом. Мужчины, которые к нам обращаются, предпочитают, чтобы за женой не тянулся шлейф из родственников, — насмешливо добавила женщина. — Впрочем, для герцога Изенроха твоё общение с семьёй не явилось помехой для заключения договора.

Эллиа навострила ушки: герцог — это очень хорошо! Насколько она слышала, у подружек в мужьях выше графов никого не было, а имя этого герцога она даже слышала. Рэнол де Изенрох, один из приближённых его величества, сильный маг, весьма знатен и чрезвычайно богат. И поговаривают, женщины от него без ума... По крайней мере, по слухам, которые долетали и сюда, в Храм, стоявший в отдалении от столицы.

— Иди, собирайся, — между тем, Сенис продолжила. — Скоро за тобой приедут. Я пока подготовлю необходимое. Как соберёшься, поднимешься ко мне.

Из кабинета главной наставницы Эллиа вышла повеселевшая и воодушевлённая. Она поедет в столицу! И даже наверное попадёт во дворец Императора! С таким-то мужем! Девушка счастливо улыбнулась, зажмурилась и закружилась в коридоре, тихо рассмеявшись и раскинув руки. Риолла оказалась права, уговорив отца отправить её сюда, определённо! Как же ей повезло, что у нее такая мачеха! Напевая себе под нос, девушка поспешила в свою комнату, собирать немногочисленные вещи. Интересно, какой этот герцог? Жгучий брюнет с пронзительными чёрными глазами, как у Тавии? Или как блондин-граф с обаятельной улыбкой, который увёз смешливую Иррию? Занятая мыслями о предстоящей встрече с женихом, Эллиа быстро справилась со сборами, бросила прощальный взгляд на комнату, восемь лет служившую ей домом, и без сожаления закрыла за собой дверь. Впереди её ждала новая жизнь.

С сумкой на плече Эллиа направилась в кабинет наставницы, постучалась и вошла, услышав разрешение. Увидев же, кто сидел рядом со столом Сенис... Девушка с трудом справилась с эмоциями. Мужчина лет сорока с небольшим, довольно внушительной комплекции, с заметным животиком и лысиной, круглым, улыбчивым лицом и маленькими глазками с интересом смотрел на Эллиа. А та в первый момент подумав, что у наставницы какой-то посетитель, и она пришла раньше, буквально остолбенела когда Сенис обратилась к мужчине:

— А вот и наша Эллиа, принимайте.

Девушка недоверчиво уставилась на толстячка, не веря своим ушам. Это... её муж?.. О, боги, да как такое могло случиться?! Она уже готова была решительно отказаться от такого подарочка Храма, но вовремя прикусила язык. Сама же всего лишь час назад согласилась, и в глазах Сенис такое непостоянство лучшей ученицы, как она сама выразилась, будет выглядеть мягко говоря не слишком хорошо. Но возмутиться всё же стоит — что это такое, всем женихи, как женихи, как на подбор, а ей, Эллиа, какой-то... мало того, что старый, так ещё и фигуры никакой! И с лысиной! Однако Сенис не дала ей сказать ни слова.

— Что ж, предлагаю совершить обряд, и можете увозить, — главная наставница встала и вежливо улыбнулась толстячку.

— Да, конечно, госпожа, — тот поспешно встал, смешно отдуваясь, и засеменил к застывшей Эллиа. — Вы прелестны, дитя, — тепло произнёс он и взяв безвольную руку девушки, поднёс к её губам.

Прикоснулся всего лишь на миг и тут же отпустил к облегчению Ли. Она с трудом удержалась от желания спрятать ладонь в складках юбки.

— К-как обряд?.. — вырвалось у Эллиа, но Сенис уже взяла её под локоть и потянула к выходу из кабинета.

— А ты против? — женщина покосилась на воспитанницу, и той почудились в её голосе нотки предупреждения.

Не дождавшись ответа от ошарашенной Эллиа, Сенис потянула её за собой, и толстячок — у Ли никак не укладывалось, что это и есть герцог де Изенрох, ну не может такого быть! — поспешил за ними. Они вышли во двор храмовой школы, пересекли его и переступили порог часовни богини Лайнис. Там уже ждала жрица в традиционных длинных одеждах песочного цвета. Часовня выглядела очень уютно: небольшая, с цветными витражными стёклами, резными деревянными панелями внутри, скамейками для отдыха, полочками для подношения. Статуя богини, целиком из драгоценного красного дерева, стояла в небольшой нише, одетая в такие же песочные одежды, как и жрица. Удивительно молодое лицо улыбалось, а глаза, казалось, излучали любовь и доброту. Сенис подвела Эллиа к жрице, толстячок встал рядом. Девушка покосилась на шёлковый платок в руках служительницы Лайнис, и удивилась, когда её будущий супруг аккуратно обернул им свою ладонь и только после этого взял немного дрожавшие пальцы Эллиа.

— Приветствую, дети мои, — глубоким, звучным голосом произнесла жрица и начала обряд.

Ли ощущала себя странно, воспринимая происходящее словно со стороны. Она отвечала необходимые слова, глядя прямо перед собой, почти не чувствуя, что её держит за руку герцог Изенрох, а эмоции не торопились выходить. Всплеск возмущения, испытанный в кабинете Сенис, погас, и Эллиа опомниться не успела, как уже оказалась замужем за толстячком, а на её тонком запястье защёлкнулся массивный золотой браслет, украшенный разноцветными драгоценными камнями. Магия тут же скрыла застёжку, и теперь его мог снять только супруг Эллиа.

— Пройдёмте, дорогая, — толстячок — назвать его мужем Ли не могла пока даже в мыслях — заботливо подхватил девушку под локоть и вывел из часовни.

А во дворе уже стояла большая дорожная карета, на которую кучер прилаживал небольшой сундук Эллиа с вещами.

— Удачи, девочка, — Сенис обняла бывшую ученицу, потом отпустила и отступила на шаг.

Ли немного заторможено кивнула и забралась в карету, устроилась на сиденье, обитом малиновым бархатом, достаточно широким и удобным. На него даже лечь можно было при желании. К стене крепился столик, как заметила Эллиа. Герцог забрался за ней, устроился напротив, вытащил платок и аккуратно промокнул лысину.

— Уф, жарковато сегодня, — непринуждённо заметил он и обмахнулся пару раз. — Вы не против, дорогая, если я посплю немного? — толстячок вопросительно глянул на девушку. — Всю ночь ехали, боялись опоздать, и я немного устал, — с нотками извинения добавил герцог.

— Н-не против, — кратко ответила Эллиа, чуть запнувшись, а пальцы между тем теребили тяжёлый браслет, непривычно оттягивавший руку.

— Благодарю, — он оживился. — Если захотите перекусить или попить, в сиденье ящик, там фрукты и фляги с охлаждённым морсом. Всё свежее, благодаря магии.

— Спасибо, — пробормотала Эллиа, невольно тронутая такой заботой.

— Мы сегодня к вечеру доберёмся до Бисана, это городок тут неподалёку, — продолжил объяснения герцог, — там переночуем в лучшей гостинице, и вы сможете как следует отдохнуть. А потом поедем дальше, — он вздохнул, закрыл глаза и прислонился к обитой мягким бархатом стенке кареты.

После чего, буквально в считанные мгновения уснул. Эллиа смотрела на его расслабленное лицо, а толстячок уже начал даже тихонько похрапывать во сне, так крепко его сморило, и пыталась осознать произошедшее. Откинувшись на спинку сиденья, она недоверчиво покачала головой. 'И это мой муж?!' Все мечты растворились в суровой реальности, которая оказалась так не похожа на мужественных красавцев, забиравших её подруг. Эллиа прикрыла глаза, сдерживая невольные слёзы разочарования. Как же такое может произойти? Почему она? Почему именно ей настолько не повезло? Девушка метнула суматошный взгляд в окно, где уже потянулись поля и небольшие домики ферм, и сильно прикусила губу: её посетило желание распахнуть дверцу кареты и выпрыгнуть прямо на ходу — будь, что будет! Да хотя бы в Храм обратно вернуться, к Сенис, и пусть она злиться сколько хочет, но она твердо намерена отказаться от этого брака.

Боль в судорожно стиснутых пальцах слегка отрезвила Эллиа, она крепко зажмурилась, а затем, делая глубокие вдохи и выдохи с трехсекундной паузой между ними, досчитала до ста, как и рекомендовали поступать наставницы чтобы добиться кристальной ясности сознания и суметь посмотреть на ситуацию отстранено, трезво оценивая все плюсы и минусы, и лишь затем открыла глаза. За эти несколько минут паника отступила бесследно, а в её в памяти всплыли слова одной из наставниц: не можешь изменить ситуацию, измени отношение к ней. Обряд проведён, браслет на её руке, она теперь замужем, и это не изменить. Значит, стоит найти во всем случившемся хорошее, а там глядишь, не всё так плохо окажется, как на первый взгляд показалось. Эллиа открыла глаза и начала внимательно рассматривать спящего супруга. И чем дольше она на него смотрела, тем больше плюсов она находила в сложившейся ситуации.

Не слишком красив, да, не мужественен — зато женщины не будут волочиться, и соперниц можно не опасаться, и её любить будет сильнее. Зато родовит и богат, приближён к королю, сильный маг — всё это в целом является достаточной компенсацией отсутствию красивого тела и лица. Она ведь тоже когда-нибудь состарится, а не останется вечно молодой и красивой. На руках конечно вряд ли сможет её носить — тут Эллиа невольно улыбнулась, представив картину, как муж, отдуваясь, пытается осуществить это, зато точно сможет поднять ее в воздух своей магией. Наверняка будет щедрым, да и человек не злой — о последнем говорили морщинки в углах глаз, как у человека, который много улыбается, значит, характер лёгкий, покладистый. Что уже немаловажно. Ну а касательно супружеских обязанностей...

Девушка прикрыла глаза, на её лице появилась усмешка. Как говорили наставницы, не стоит по одной только внешности судить по возможностям мужчины в постели. Далеко не всегда те же мужественные красавцы могли достойно показать себя в ней. Так что... 'Пожалуй, сверху будет удобнее всего, — решила Эллиа. И ему, и ей. — Что ещё? Ну, сзади точно, а дальше посмотреть надо...' К моменту, когда они подъехали в наступающих сумерках к большой трёхэтажной гостинице в Бисане, девушка смотрела на сопевшего герцога уже почти с умилением, про себя называя его своим толстячком. Ничего, несколько месяцев физических упражнений, и всё решаемо. А уж уговорить мужа заняться своим внешним видом она сумеет.

Едва карета остановилась и Эллиа уже собралась будить герцога, как он проснулся сам. Встрепенулся, потянулся, потёр глаза и выглянул в окно.

— Славно, славно, — супруг разулыбался, открыл дверь и вышел, протянув ей руку. — Прошу вас, дорогая.

Элли неспешно покинула карету, опёрлась на предложенный локоть, и они поднялись по крыльцу к входу в гостиницу. Едва они переступили порог, к ним сразу подбежал хозяин, опрятно одетый мужчина средних лет.

— Милорд, миледи, что пожелаете? — он почтительно склонился.

— Самый лучший номер, будьте так любезны, — ответил герцог, и Эллиа возрадовалась.

Как она и думала, муж оказался щедрым.

— И лёгкий ужин принесите, — продолжил между тем герцог. — Ещё пожалуйста сауну и массажистку, и служанку посмышлёнее, — он оглянулся на Эллиа. — Леди себя в порядок надо привести, — супруг улыбнулся.