Возвращался поздно и немного во хмелю. Когда начался бал, слуги расставили у стен столы с вином и закусками и мне пришлось выпить несколько бокалов неплохого спиртного, благодаря за здравицы в свой адрес. Должность декана действительно оказалась значимой. Об этом говорил и титул герцога, и внимание со стороны множества совершенно незнакомых существ. Все они жаждали познакомиться со мной, привлечь мое внимание или, хотя бы, поклониться, пусть я стал только кандидатом с хорошим шансом пролететь. В общем, время провел весело.

Взял у привратника ключ. Днем его большие размеры при выходе из квартиры поставили меня в тупик. В карман не влезет, да и карманы скорее демонстрировали их наличии, чем позволяли что-нибудь положить в них. Как всегда, спасла Катенька, вручив его привратнику. Тот взял ключ как ценный дар и низко поклонился. Теперь, вернувшись, я просто взял ключ. Привратник жил здесь же, в небольшой комнатке на первом этаже и, как он сказал, был готов служить сиятельному вельможе круглые сутки.

На столе в спальной обнаружил свернутый трубкой лист. Развернул. Это оказался график моей работы. Да, перегрузка мне не грозила. Мне сообщалось, что декану желательно приходить в понедельник, а в остальном моя светлость вольна появляться на рабочем месте в любое время. Занятий нет, если сам не придумаю, что от скуки преподавать. Форма одежды повседневная, о парадных мероприятиях я буду извещаться заранее. Сам деканат работал с девяти до пяти кроме воскресения.

Все понятно, кроме одного — откуда появился график? Кто-то проник в квартиру или это магия? Если пища попадает непонятно как, то почему лист бумаги (точнее ее подобие) не может?

Так и не решив вопрос о происхождении, лег спать, кое-как устроившись на огромной кровати.

Утром, за завтраком из шести блюд (смотри, не растолстей!), я почувствовал, как словно кто-то деликатно пытается дотронуться до моих ощущений, чтобы связаться со мной.

— Да! — сказал громко.

Перед глазами возник мысленный образ Катеньки.

— Ваша светлость, вас просят быть к десяти у ректора. У входа в здание ректората встретит мажордом. Он проводит.

— В деканате есть срочные проблемы?

— Нет, ваша светлость. Кстати, вы нашли график работы декана? Я прислала его по магической связи.

Вот и решился вопрос о способе появления расписания. И думать ни о чем не надо.

— Из ректората я приду в деканат, — сообщил я и, узнав, что у секретаря больше ничего нет, отключился.

Помня о бытовавшей практике понедельничных совещаний, я думал увидеть деканов, которым ректор втюхивает очередную лабуду типа "вперед и ни шагу назад. Работайте больше и за меньшую оплату". Но ректор, к которой меня привел мажордом, была только с тремя собеседниками — бородатыми мужчинами с умными, немного истощенными лицами.

— Герцог, помните, я вам говорила о необходимости изучить ваш магический потенциал? — пояснила она причину вызова, — маги ордена целителей готовы провести необходимые ритуалы.

— Надо ли? — осторожно спросил я.

— Надо, — подключился к разговору самый старый из магов с седой рыжеватой бородой, — ее императорское величество определила наличие у вас больших магических возможностей, но мы должны провести официальную проверку, чтобы ни у кого не было сомнений. А то уже распространяются всякие слухи...

Пришлось смириться. Седоволосый, оказавшийся магистром ордена и графом, положил мне руки на голову. Я ожидал какую-то отдачу — там, жарко или холодно, или ощущение чужого разума в голове, как это сделала Катенька. НИЧЕГО!

Маг тоже оказался в затруднении. Судя по мокрому лбу, он приложил много сил. Но на вопрос Ангелы только развел руками.

— Я чувствую, что его светлость не обычный разумный из простолюдинов, но никак не могу связаться с его магией. В то же время моя магическая энергия уходит от меня широком потоком. Все, что я выделяю на исследование, впитывается герцогом как губкой.

Ангела подумала, протянула ко мне руку, прикоснулась к голове, ойкнула, словно задела горячую кружку или сковородку. Подумала, кивнула в такт своим мыслям. Медленно повернулась к магистру.

— Вспомните, граф, кто из магов не испытывает никакого постороннего магического воздействия?

Тот задумался. Оглянулся на спутников. Те стояли в раздумье, не находя ответа.

— Господа, — ласково, но в тоже время с угрозой произнесла Ангела, — я заставлю вас заново прослушать лекцию об антимагии.

Граф встрепенулся.

— Как же это я, — растеряно произнес он, — ваше императорское величество совершенно правы. Все совпадает. Впервые встречаю такое.

Я кашлянул, призывая народ поделится информацией со мной. Ангела поняла меня правильно, пояснила:

— У вас уникальное магическое умение. Ваш организм вырабатывает не магию, а антимагию. И, судя по той простоте, с какой вы поглощаете нашу энергию, ваш потенциал весьма велик. Положительной стороной ваших способностей является полная невозможность воздействовать на вас магией — ни файерболом, ни замораживанием, ни одно заклятие боевой и черной магии на вас не воздействуют. В нашем мире, где воюют, главным образом магией, вы становитесь страшным соперником. А с учетом вашего мастерства в бою на шпагах, я бы никому не советовала иметь вас во врагах!

Но к сожалению, имеются и негативные последствия: магия исцеления на вас тоже не может воздействовать. Остерегайтесь получить рану — ее придется лечить примитивными методами, как это делается в вашем мире. И все магические бытовые приспособления для вас могут работать только с помощью артефактов. Тривиллер, например. Что еще? — она задумалась, — антимагические способности проявляются так редко, что мне самой надо почитать литературу.

— Катенька сегодня с о мной разговаривала по мысленной связи.

— Да, — оживилась Ангела, — простейшие магические приемы нейтрального свойства могут сработать, но только в воздействии на вас с потерей тройного магического потенциала. Сами вы и их не сможете использовать. Что же, граф, — повернулась она к магистру ордена целителей, — подайте мне официальный протокол об исследовании герцога. Я направлю его отцу, пусть порадуется вместе с нами. Имперский университет, а, значит, и империя получали веский довод для своего существования.

Ангела милостиво улыбнулась мне и ушла. Целители, вежливо откланявшись, тоже. Я нашел взглядом мажордома и попросил его вывести меня из дворца ректора. Сам я еще путался в анфиладе комнат, количество которых казалось мне бесконечным.

Вышел на улицу и неспешно пошел к зданию родимого факультета. Учебный корпус в четырех этажах казался совершенно новым. Но в мире магии ничему верить не стоило. Магия за доли мгновения могла превратить любую развалину роскошный дворец.

Этот мир начал казаться более понятным, хотя я до сих пор не пришел в себя. Это как на Земле прилетаешь из России в совсем в другую страну, например, в Таиланд. Ничего общего, хотя вроде бы все знакомо. Сильный маг и довод империи. Я хмыкнул.

Глава 4

Принцип хирурга: зачем лечить болячку на руке примочками,

мучая больного, когда можно просто отрезать конечность.

Из записных книжек декана факультета

Ближе к обеду я все-таки до родного четвертого этажа, где находился деканат. В небольшой рекреации за две аудитории до него находилась группа студентов, лениво переговаривающаяся в ожидании начала занятий.

Наконец-то я увидел своих подопечных. Мое появление вызвало у них оживление. Девушки принялись прихорашиваться, парни, наоборот, начали трепать волосы и ухудшать вид одежды, представляясь мне бузотерами и хулиганами в надежде разозлить и совершить неразумный поступок.

Я принял надменный вид. Надо сразу показать, кто здесь главнокомандующий, а то эти студенты монаршей крови на шею сядут.

— Господа, при появлении декана студенты обязаны поприветствовать его.

Откуда я взял такое правило, сам не мог сказать, но реакция была сугубо отрицательной. Раздались возмущенные, нет, не крики, а только шепотки. Хотя их можно было прекрасно услышать. А самый, наверное, растрепанный, по национальности эльф, по характеру сволочь, вкрадчивым шагом направился ко мне, на ходу раздавая "комплименты:

— Козел, решивший считать себя деканишкой, помесь...

Я не успел узнать, чья же моя светлость помесь, потому что в этот момент ударил его в лицо. Коротко, почти без размаха.

Нельзя сказать, что я мастер кулачных боев, но в уличных драках учувствовал. Эльф, похоже, нет. Он совсем не был готов к такому сюрпризу, не прикрылся и в итоге в беспамятстве отлетел на кучку своих приятелей. Те принялись приводить его в сознание, а я пронялся скучающе ждать, всем видом показывая свое низкое мнение о своих собеседниках.

Через несколько минут эльф очухался и начал подниматься. На лице на лице наливался синяк.

— Козлом ты не являешься, — сообщил я ему, — у тебя синяк не той формы.

Эльф, наконец, взорвался.

— Я вызываю тебя на дуэль, — проревел он.

— Вас, — поправил я.

— Вас на дуэль, — бешенство вдруг исчезло, на лице появилось хитрое выражение, — шпаги и магия.

Я безучастно пожал плечами.

— Как угодно.

На лицах студентов появилось удивленное выражение, будто бы я должен смертельно перепугаться, отказать эльфу и спрятаться в углу за столом, скуля и причитая.

— Что здесь происходит? — появившаяся на шум из деканата Клавдия Николаевна строго посмотрела на студентов.

— Я вызвал декана, — слово декан эльф произнес презрительно, — на дуэль.

— Вы не посмеете..., — Клавдия Николаевна побледнела.

— Нет, отчего же, — я решил вступить в разговор, — я очень даже не против. Надеюсь, смерть на дуэли никак не наказывается.

— Нет, — Клавдия Николаевна так на меня посмотрела, словно хотела о чем-то предупредить, — только поединок должен проходить в официально отведенном месте, называемом арена, с секундантами и представителем мэрии. В этих местах есть магическая защита от разлетающихся заклятий. И сами они воздействуют, делая магию гораздо слабее.

— Тогда определите место и время, — обратился я к эльфу.

— На улице Медников, там есть арена для дуэлей. Два часа пополудни.

После обеда я хотел поработать в библиотеке. И поэтому возразил:

— Нет-нет, в два я занят, вас не утрудит в полдень?

Эльф согласился и добавил, что он берет на себя вызов представителя мэрии.

— Только я немного в затруднении.

Эльф ехидно заулыбался, ожидая поиска мной причин для отказа от дуэли. Я его огорчил:

— Я в городе недавно, поэтому не знаю, где это улица Медников. И у меня некого пригласить в секунданты.

Хорошенькая девушка с длинными каштановыми волосами охотно предложила свои услуги:

— Я вас поведу, если вы не против. И буду секундантом.

Я был не против, о чем и сообщил. И добавил специально для моего партнера по забегу на тот свет:

— Только постарайтесь не обедать. А то придется потом очищать ваше белье перед тем положить в гроб.

Эльф побледнел от открытого оскорбления. Как-то удивленно посмотрел на меня. Я ответил ему циничной улыбкой. Типа, не рано ли ты занялся сексом, мальчик, тебе еще двадцать два года и ты откровенный ботаник. Таким только на шестом десятке разрешается подумать о партнерше для ночных игр. Только подумать...

Мы разошлись, хотя я ожидал, что мой противник продолжит ссору. Но, по-видимому, произошедшего было достаточно для поединка, а особым умением развивать ссору в драку эльф не обладал.

В деканате мой заместитель заохала:

— Зачем вы связались с отпетым забиякой — графом Ле Тун, который и среди эльфов пользуется плохой репутацией, а уж другие разумные существа обходят его за несколько улиц. Убивает он редко, но так ославит на дуэли, что его противники вынуждены прятаться в своих поместьях от насмешек. Как же вы так, ваша светлость. Хотите, я свяжусь с ее императорским величеством, она может запретить дуэль.

— Зачем же, — я лениво пожевал губу, — право, не принимайте дуэль так близко к сердцу. Ничего личного. Просто, если я не покажу себя, мне придется уехать.

Клавдия Николаевна подумала, уважительно посмотрела на меня.

— Я как-то не подумала об этом. Дай вам Солнцеликий выжить сегодня.

Какие-то они тут боязливые. Женщины, что с них взять. Кстати о Солнцеликом. Он был единым богом большинства населения. Ему поклонялись все существа, а не только люди. Я, правда, несколько сомневался в его наличии, но благоразумно промолчал, пообещав богу быть хорошим мальчиком и умным политиком. В этом магическом мире и бог может быть вполне реальным. И к тому же сердитым и мстительным.

Я молодцевато притопнул каблуками о пол, подчеркивая свою готовность к бою.

В дверь постучали. Вошла девушка, предложившая себя в секунданты и сообщила, что мы должны выходить, если не хотим опоздать на дуэль.

— Королева Таринская, — представила ее Клавдия Николаевна, — правительница одного из крупных государств империи.

— Можно просто Антуанетта, — заскромничала королева, — стреляя в меня глазами.

Все никак не привыкну к существующему на факультете положению. Монарх на монархе. Интересно, а мой эльф в каком государстве правит? Желание сделать противнику побольнее, вплоть до летального исхода (я не признавался вслух, но он меня изрядно обидел, усомнившись в моем статусе декана), потихоньку начало улетучиваться. Вызову серьезный политический кризис в империи и встанут против меня ангелы и архангелы. Точнее, Ангела и Архангел II.

Так и пошли. Антуанетта оказалась двойной болтушкой — как королева, привыкшая, что ее не могут прервать, и как хорошенькая девушка, к которой все ластятся, особенно мужчины, чтобы вызвать улыбку на прелестных губках.

Получасовая ходьба привела меня к мысли о положительном значении холостяцкой жизни для мужчины в связи с отсутствием в ближайшем окружении болтологического механизма. Но наконец Антуанетта умолкла — мы пришли к месту дуэли. Нас ждали. Представитель мэрии — смешливый невысокий толстячок, при взгляде на которого могло создаться впечатление, что у нас состоится не смертоносная дуэль, а празднество. Секунданты, отошедшие от нас. И мы — двое дуэлянтов.

— Как твоя светлость, — фамильярно спросил эльф, — не обмочилась?

Это он мою титул не признает. Еще одно оскорбление. Пришел в себя. Или за час придумал одну тупую остроту? Ничего, у меня язык остался. А острить я научился еще в школе.

— Молоко-то вытер бы, молокосос, а то на губе что-то белое.

Эльф автоматически вытер губу, что вызвало некоторые смешки со стороны студентов и стремительно растущей толпы. Он зарычал и потребовал начать дуэль.

Представитель мэрии открыл рот, чтобы, как я понял, предложить последнюю попытку примирить стороны:

— Не хотят ли уважаемые дуэлянты примириться или...

— Нет, — крикнул эльф, — и убирайся с арены, или сначала я буду драться с тобой. Посмотрим на цвет внутренностей магистратских чиновников.

Представитель мэрии забыл, что говорил, и сбежал с арены. Секунданты только руки развели, даже не пытаясь снять напряжения в отношениях, а может, и не желая примирения.