Привет! Я буду твоим мужем

-Нэндэк! С тобою все в порядке?!— меня так стремительно подняли на руки и уложили на кровать, что даже голова слегка кругом пошла. Но слабость резко прошла, когда, ясно чьи, наглые руки освободили меня от одеяла и принялись ощупывать, даже ловить за ноги и неприлично задирать ночную рубашку! А я ведь мадам, то есть его, еще на пирсе предупреждала, что братья научили меня драться. Хотя какая там драка, когда рубашка оказалась у меня выше колен, а он упоенно изучал мои ноги, не забывая их при этом щупать, я просто вырвала одну и, не целясь, саданула ею. Попала по лицу.

-Нэндэк...?— клянусь, в его голосе было столько обиды, что сразу вспомнилось давешнее желание приласкать, а теперь и пожалеть. Глаза, оказавшиеся серыми, смотрели с непониманием и с детской ранимостью. Но меня так просто не пронять! Хочется надеяться...

-Не приближайся! — крикнула я, отползая к спинке кровати, при этом, не выпуская его с поля зрения. Только присев, готовая подскочить и удрать в любое мгновенье, и прикрыв, к счастью, довольно плотной ночной рубашкой, даже кончики пальцев ног, я смогла продолжить.— Твои. Резцы. Острые!— голос позорно сорвался на фальцет, но, чтоб ему рыбий жир, причина была веской!

-А, так ты об этом...— протянул горе-супруг, словно бы я просто мышь увидала.— Все не так, как ты можешь подумать, просто..— он сделал шаг, вернее попытался, но я завопила дурным голосом, ибо мои мозги ушли на прогулку, при виде двоих, явно не по-человечьи крупных и острых клыков, вместо их более безопасной резцовой вариации.

-Ты не получишь кровь невинной девы, монстр! Я вообще...это...и не дева уже, так что изыди! Моя кровь испорчена другим мужчиной и совершенно скверная! Даже ядовита, да, да, именно так! Я ем чеснок и пью воду, настоянную на серебре! — я врала наугад, все страшилки о кельторцах, услышанные в детстве от нянюшки и от подружек позже, сейчас ожили в моей голове и вовсю правили балом, отыскивая возможные пути спасения. Судя по выражению, которое приобрело его лицо, лучше бы я дала сожрать себя молча...

-Сейчас ты успокоишься, и я тебе все нормально объясню. — Почему то уже один только тон, которым это было сказано, заставил почувствовать себя, по меньшей мере, глупо.— Чеснок говоришь? Чеснок — это хорошо. Чеснок — это полезно. Болеть меньше будешь. То же можно сказать и о серебреной воде. А на счет остального...с чего ты взяла, что от невинной девы мне нужна именно кровь?— его голос приобрел интонации, которые без моей воли на то, окрасили щеки румянцем. Тем временем монстро-муж времени не терял и уже оказался совсем рядом, я только посильнее вжалась в деревянную спинку. Возвышающиеся надо мной габариты отрезали пути отступления и подавляли желание сопротивляться еще в зародыше. Его губы склонились к моему уху: — Тебе очень повезло, что ты совершенно не умеешь врать. Не шути так больше со мной, нэндэк. Мне сейчас итак, скажем так...нелегко себя контролировать. Не провоцируй меня своими необдуманными словами и поступками к решительным действиям. Я ведь могу и поверить. Или проверить. Но даже если ты и не соврала, я буду вынужден провести полный обряд очищения от скверны другого мужчины.— теплое дыхание щекотало мою шею, а вибрация его голоса превратила мои ноги в восковые свечки, по недосмотру оставленные на солнце. А еще я, абсолютно, совершенно, окончательно не понимала, куда испарился мой страх и что вообще со мной происходит?!!

Возможности выяснить не представилось, и я с некоторым облегчением выдохнула, когда он отстранился, но испытала разочарование, когда отошел к двери. Нет, я, конечно, знала, что мы, женщины — существа протиречивые, но прочувствовать это на своей шкуре, то еще удовольствие. -Встретимся через час, внизу. За завтраком. Там я отвечу на все твои вопросы, нэндэк.

И он ушел, оставив меня наедине со ступором и, не смотря на ранее утро, совершенно эмоционально измотанной и сбитой с толку. А как же обсуждение соглашения? Видимо рискну за завтраком. Если мужчина, которого я обозвала монстром и заехала ногой в лицо, захочет вообще о нем слышать и идти на уступки. Да уж, удачное начало семейной жизни. Я прямо точь в точь так и представляла себе первое утро супругов. А что это за нэн..язык сломать можно, нэндэк? Это он меня так по-ихнему дурой называет? Не удивлюсь, полная нэндэк...Хотя бы за завтраком надо предстать достойно. Вот же ж позорище. А с другой стороны, кто их, кельторцев знает? Может на завтрак коронным блюдом — я? В любом случае — пора готовится.

Привет от Крейга

Чего мне стоило выйти из комнаты и не грохнуть дверью так, чтобы она с петель слетела — одни боги знают. Моего спокойствия хватило только на время, достаточное для достижения комнаты, где остановился Грир. Так что я оторвался уже на его двери.

-Да чтоб тебя...волкодлак...три раза...-прокомментировал грохот захлопнувшейся двери, страдающий похмельем Грир. Его распатланная голова на мгновенье показалась из под подушки. Карие глаза великомученика смотрели с укором. Зря.

-Боюсь, Берта заревнует. И вообще, оставь, наконец, в покое волкодлака, эта тварь порой добрее тебя. А сейчас так и симпатичнее. — Злость во мне требовала выхода, а при рождении Грира сами боги сунули ему табличку с надписью "Хочешь спустить пар? Милости просим!"

-Что, первая брачная ночь не удалась? А орала она так, потому что во сне у тебя килт задрался?— мда, следовало дочитать божественное послание и с другой стороны таблички. Там наверняка дописано: "Не забудь тогда совок и веник. Зубы — нынче роскошь, зазря ими сорить".

-Она обозвала меня монстром. — Я решил все же излить душу.

-Значит, все-таки задрался...

-Нет, ты не понимаешь!— подобная эмоциональность была мне не свойственна, но душа просила утешенья, и за это я сейчас ненавидел и себя, и запечатление, и Грира, уже не такого больного, как минуту назад, и явно наслаждающегося происходящим. Только свою нэндэк я не мог ненавидеть или просто допускать ее вину.— Понимаешь, она проснулась раньше и, видимо, испугалась. Не могу ее винить, для кого радость проснутся с незнакомцем? Я решил ее успокоить и объяснить кто я, при этом миролюбиво улыбаясь. Действительно миролюбиво...

-Ага, — начал хохотать не обделенный смекалкой воин,— во все клыки! Ой, не могу, я знал что повеселюсь, не знал, что все начнется так рано. Но у вас, лэрдов, все не как у людей.

-Это не смешно! Знаешь, ЧТО она заявила? Что больше не дева и, что кровь ее испорчена другим мужчиной! МОЯ нэндэк! МНЕ! — я выдохнул, пытаясь взять себя в руки, ведь прекрасно видел ее ложь,— Правда она что-то там лопотала, что я не получу кровь невинной девы, но это к делу не относиться.

-Крейг, пойми бедняжку, откуда ж ей знать, что за "счастье" она заполучила на свою голову, нервы и прочие прелести. Кстати, о прелестях, у нее и вправду такая выдающаяся....эм, ну ты понял, как судачит Малец? Я там и сам что-то похожее углядел, только ж ты и разглядеть не дал, умчал с ней, как на пожар. — я не сразу понял о чем он вообще, а когда понял, все понял уже и он, по моих глазах, так как поспешил сменить тему — Я про бант. Говорят он красивый... пышный. Все, молчу, а ты прекрати хвататься за скин ду. Это все, что было?

-Перед этим она упала с кровати...а потом зарядила мне пяткой в нос.— Грир вопросительно поднял темную бровь — Я всего лишь хотел посмотреть, не ушиблась ли она!

-Ха! Лезть под юбки меровийской графской дочери, едва узнав ее имя! Да ты точно все мозги подрастерял! А она мне уже нравится...даже ни разу не завопила, что насилуют, бац, и получи, супруг, аванс на супружеский долг... — Грир все ржал, мне все больше хотелось ему заехать, но понимание, что он прав — не позволяло. Утешался лишь тем, как он болезненно морщился, борясь со смехом, взрывающим итак его больной, с похмелья, да и по жизни, мозг.

-У тебя есть расческа? — похоже, он заткнулся скорее от неожиданности.

-Чего?

-Расческа, говорю, есть? Через 45 минут я завтракаю с нэндэк. Мне надо привести себя в порядок. Моя Алейне не должна думать, что ее ндэк — нечесаный варвар.

-Так ты уже и так монстр...да прекрати ты хвататься за скин ду! Кинжал не решит все твои проблемы.

-С твоим языком он вполне справится. Расческа, Грир.

-Да у Мэйси должна быть.

-Тогда почему ты еще здесь?— он с видом, словно ослышался, уставился на меня. — Да, да. Пойдешь и возьмешь ее. А еще скажешь, чтобы принесли теплой воды, мне нужно избавиться от щетины.— Хорошо хоть вчера ванну принять успел, прежде чем пойти к Алейне. Смесь запаха мужского и конского пота — это не то, что сделало бы сон моей малышки слаще.— Мне напомнить тебе о вассальской присяге?

Грир встал, одеваясь и недовольно бухтя:

-Вот так, ты к нему, как к родному...учишь, присматриваешь, растишь, а он тебе...принеси расческу.

-То, что ты первый напоил меня и повел по шлюхам, еще не делает из тебя альтруиста. И вообще. Ты только на 14 лет старше. — Грир пробормотал что-то типа "Мало тебя порол в детстве" и уже открывал дверь, когда я окликнул.— Сапоги не забудь! Дашь парням, пускай сейчас же начистят до блеска. Может, в следующий раз, когда вас потянет позубоскалить на счет вашего лэрда и его нэндэк, заливаясь пойлом Броуди, вы два раза подумаете. Или станете делать это тише.

-Твою мать.— Было последним, что сказал Грир, поймав мои сапоги, со следами вчерашней непогоды, и покинув довольно скалящимся уже меня. А что, наивно было с их стороны думать, что их лэрд станет тихо страдать в одиночестве. Если уж весело, то всем.

Расческу мне все-таки принесли, как и блещущие идеальной чистотой сапоги. К тому времени я уже побрился и с грустью смотрел в зеркало. Мои волосы, вымытые вчера, но после этого совершенно не чесанные, сейчас представляли собой нечто. И это нечто вилось во все стороны, заставляя рычать сквозь зубы и клыки в попытках придать этому мало-мальски пристойный, а в идеале — мужественный вид. Долбаный. Одуванчик. С детства ненавидел эти завитки у лица, хотя позже девушкам даже нравилось. Может и Алейне понравится? Но у нас-то половина Кельтора кудрява, а у них, в Меровии, насколько помню, в моде длинные прямые волосы. Для всех. Черт, я по всем статям в пролете. Кудрявый рыжий монстр. Но ничего, лэрды Дэйбхидх никогда не сдаются! Плевать, она все равно будет моей. Она уже моя, просто плохо еще это осознает. Но ничего, у нее есть я для объяснений. А лучше — для демонстрации. В зеркале отразилась весьма недвусмысленная улыбка, вспомнились ее синие глаза и стройные ножки, которые я, честное слово стремился разглядеть только на ушибы и целость, но уж если представился случай... МакЛейн не упустит свое. Отец часто говорил, что это высказывание смело можно делать девизом клана. Думаю, он был прав и пора бы мне спустится вниз и доказать это.

Привет от Алейне

Как много для девушки один час для того, чтобы собраться? Я имею в виду, собраться так, чтобы в конце выглядеть хоть вполовину хорошо от образа нарисованного воображением? За час. Да он шутит?! Он вообще в курсе, сколько минут уйдет на нижнюю рубашку, панталончики, чулки, корсет, который еще и затянуть кому-то надо? Минут 20, не меньше, а это только нижнее белье, считай что голая, а уже умаялась! Потом рубашка-чехол на корсет, дабы защитить дорогущее орудие пытки и не менее дорогое платье друг от друга. А потом самое интересное — приспособить туго набитую ватой подушечку на нужной высоте и достаточно крепко, чтобы держать вес очередного изящного, эдак на килограмм полтора, банта и шлейфа. Вряд ли я почувствую себя комфортно, оставить ее посреди обеденного зала. Но это еще ничего, стоило порадоваться, что с собой у меня, так сказать, 'походной' вариант турнюра, некоторые модницы уже вовсю взялись сооружать турнюры, годящиеся для размещения и маленькой клумбы, не то что скромного банта, а кузнецы потирают руки в ожидании заказов. При этом спереди платье так сужали, практически на грани приличия (уж молчу, как 'удобно' ходить в этом), дабы подчеркнуть стройность фигуры (которую до этого замучили корсетом), ног и округлость бедер в частности, а сзади шлейф стал еще длиннее. Как бы грустно не было, но я знала, что мастера обогатятся, особенно после того, как в подобном увидели официальную королевскую фаворитку. Ведь есть столько желающих на сию должность... В некотором роде, я даже рада, что мне повезло избежать предстоящего безумия, моих нервов и сил на это бы не хватило. Ну вот, я начинаю мыслить позитивно, это хорошо! Правда весь позитив съедали быстро текущие минуты и отсутствие определенной сноровки для самостоятельного одевания.

К моему счастью, ко мне зашла молоденькая служанка, Долма, посмотреть, не проснулась ли я, и была бесцеремонно эксплуатирована. Где то в глубине души мне было стыдно отрывать ее от основных обязанностей, но ситуация 'я — корсет' зашла в тупик. Почему я не догадалась достать с чемодана щадящую версию с крючками спереди, а схватила тот, в котором прибыла вчера?! Вопрос глупый и риторический, так как времени было в обрез, а угадать в котором из пяти одинаковых чемоданов он лежит, мне часа явно мало. Девушка в целом хорошо справилась с ролью горничной для слегка истеричной, опаздывающей барышни. Правда, надо было видеть ее глаза, когда дело дошло до турнюра...

-А я еще не верила Мэйси и Джил ...-пробормотала она, помогая одеть, наконец, само платье. Выяснять, о чем она, я не стала, прикидывая в уме, какую прическу успею соорудить за оставшееся время.

Ровно в назначенное время, я уже выходила из своей временной комнаты (или нашей? Надо срочно выяснить!), затянутая в милое зеленное платье, с зауженными рукавами и тонкой серебристой окантовкой краев, в том числе банта и шлейфа, а также с вполне скромным вырезом и подобающе, к случаю, уложенными волосами. Судя по тому, как Долма косила глазом, скромным вырез считался исключительно для Меровии. Видела бы она бальные платья... Леди моей страны, вовсю пользовались возможностями корсета, ведь известно — если массу сжать в одном месте, она неминуемо проявится в другом. А еще мужчины смеют говорить, что женщины физики не знают. Ха! Знаем, когда это нам нужно.

Но, тем не менее, эти мысли сейчас служили для меня только отвлекающим маневром для самоуспокоения. Как все пройдет?! С чего начать?! Что спросить?! Хочу ли я знать ответы?! Вот это все орала приближающаяся паника. Я с усилием заткнула ей рот и спустилась с лестницы, отмечая насколько, против вчерашнего, сейчас он полон людьми и звуками. Монстро-муж стоял у одного из ближних столиков, был весел, чего не скажешь об окружающих его мужчинах, и сейчас менее всего напоминал монстра. Весь из себя мужчина, но с такими забавными кудряшками и ямочками на щеках, что я уже не так сильно дрожала при виде его внушительных габаритов. Пока он не улыбался шире, пугая окружающую меня действительность, парочкой клыков. Так, соберись, тряпка! Ты — дочь графа и графини Дюбуа! Честь семьи не должна быть посрамлена твоими испуганными криками или очередным обмороком! Хватит уже позора на мою голову, пора подать себя как подобает леди и просто внучке непробиваемого мастера Лорбе.