В молчании прошло где-то полчаса. Ролана, очевидно, все переживала пожар, а я, не смотря на все заверения пилота о безопасности полета, боялся лишнее движение сделать. Пусть даже и языком.
Рассвет вовсю хозяйничал на этой земле. Есть интересный вопрос: а Земля ли это? Если отвлечься от всей предыстории, то под ногами (лапами?) родная планета. Солнце еще низко над горизонтом. Свет распадается на отдельные лучи и скользит по верхушкам деревьев, не отличающихся, на первый взгляд, от своих земных собратьев. Нормальный смешанный лес средней полосы или юга Западной Сибири. Только чуть синее листва и иголки. Или так кажется в утреннем свете? Похоже на конец лета или самое начало осени. Листва уже тронута желтизной, но еще попадаются ярко-зеленые деревья.
Лес закончился. Редкие островки кустов и одиноких деревьев окружены возделанными полями. Трудолюбивый народ. Следов сельскохозяйственной техники не видно — только узкие (двум телегам не разъехаться) проселочные дороги вдоль пашен, да и ряды (с высоты полета летучки) кривовато идут для механической вспашки. Если нет тракторов и комбайнов, то надо сильно постараться, чтобы вспахать, засеять и содержать в порядке такие огромные площади. Если только их здесь не полтора миллиарда, как китайцев.
Впереди из-за горизонта вырастал город. Высокие крепостные стены, защищающие центр, мощные закрытые башни в узловых точках обороны, ров с широким подъемным мостом и обширный пригород. Выглядит как поясняющая картинка к теме "Позднее средневековье" в учебнике истории. Но так казалось издали. Вблизи картина менялась. Мост опущен, хотя утро только-только наступило. Вплотную ко рву подступают пригороды. Стало понятно, что навряд ли это учебник средних веков, скорее новой истории. Укрепления выглядели неухоженными или невостребованными. Период, когда они уже не нужны, но историческим памятником еще не стали. Пригород за рвом выглядел капитальным. Широкие мощеные улицы, солидные двух— и трехэтажные каменные дома. Слишком серьезно для пригорода, который защитники крепости всегда стараются сжечь перед подходом неприятеля. Или им некого бояться, или крепостные укрепления стали ненужными из-за развития артиллерии, как это было у нас. Похоже одновременно и на семнадцатый и на девятнадцатый века нашей истории. Ну уж явно не двадцатый век с автомобилями и небоскребами. Буржуазная Европа во всей своей красе — для России слишком чистые улицы проносились под нами.
Летучка устремилась в пригород. Тихонько зашла на посадку во двор двухэтажного дома. Дом явно не из бедных, да и стоит на центральной улице — длинной, широкой, ведущей прямо к опущенному мосту через крепостной ров.
Несмотря на ранний час, во дворе нас уже ждала какая-то женщина. Ничего экзотического. Ни длинных седых волос, ни костяной ноги, ни крючковатого носа. Подозреваю, что это тетушка Эрпа и есть, хотя подсознательно ожидал чего-то сказочного, раз у нее племянница — практикующая ведьма.
Посадка мягкая. Да никакой посадки. Остановились в воздухе. Зависли. Опустились вертикально вниз. Замерли на земле. Хоть хвост успел размотать. А то бы так и сидел бы с хвостом, обмотанным вокруг летучки. Все. Мы на земле. Я жив! Как мало надо для счастья простому коту. Только сейчас понял, насколько напряженно чувствовал себя в воздухе. Даже не смог гордо спрыгнуть, а сполз и вытянулся прямо на земле — лапы не держали.
— Ролана, доченька моя, у тебя получилось? Скорее в дом, пока никто не видит! А где сам принц?
— Ничего у меня не получилось, не появился принц. Появился вот этот. Зовет себя котом.
— Это не кот, это манул. Часть предсказания. Я не говорила тебе об этом. Посчитала излишним. Он должен был появиться вместе с принцем.
Манул? Знаю такое животное, видел в зоопарке. Красивый зверь. Особенно впечатляет взгляд — мыслитель, уставший от всего суетного. Взгляд воина, уверенного в себе. Стивен Сигал в мохнатой шкуре. Хотя описание повадок и привычек манула совсем не героическое. Пуглив, основной способ обороны — затаиться. Боец еще тот!
— Тетушка, манул же мифическое животное? Их не бывает. В старинных балладах, конечно, говорится о манулах, как о верных спутниках странствующих рыцарей, но в реальной жизни их нет? Для меня манул такая же выдумка, как Четвероногая Лошадь Последнего императора или лохматая собака.
Куда я попал... четыре ноги у лошади для них экзотика.
Хотя, пока это не самое интересное. Настораживает цепочка: предсказание — принц — манул. Им нужен принц в каких-то глобальных целях или так, для себя? Придется спасать мир или жениться на девушке? Надеюсь, что от манула этого не потребуют. А вот если задуматься... меня ведь можно считать и человеком, и котом. Так сказать, два в одном. Тем более веская причина не распространяться о прошлой жизни. Сначала выясним все подробнее, тогда примем решение.
— Тетушка, а в предсказании сказано, что манул говорящий?
— Нет, конечно, это же животное.
Сама ты животное, вот ни за что ни про что, не разобравшись... С другой стороны, она же ничего не знает. Я еще ни разу рта не раскрыл. "Кхе", когда сползал с летучки, не считается.
— А этот разговаривает, его Сергеем зовут! — Вот же болтливый мой язык!
— Зачем представлялся? — мелькнуло в голове, — сложно будет доказывать, что зверь, просто зверь.
Тетушка, похоже, не услышала последней фразы девушки, огорченная отсутствием принца.
— Пойдемте в дом, а то скоро начнут просыпаться соседи. Вас никто не видел над городом?
И все это уже на ходу, подталкивая Ролану в дом руками, а меня подпинывая ногой. Тетенька переставала мне нравиться.
— Ой!
Ха, оказывается, кошачьи рефлексы у меня развиты как надо. Совершено непроизвольно я царапнул тетушку Эрпу, пытающуюся придать мне ускорение ногой под хвост, за эту самую ногу.
— Извините, я непроизвольно, — попытался смущенно оправдаться, хотя внутренний голос заливался счастливым смехом.
Лучше бы молча еще раз поцарапал. У тетушки выдержки оказалось гораздо меньше, чем у девушки. Ролана бухнулась в обморок только после того, как стрельнул закурить. Эрпе стало достаточно факта говорящего кота. Она опустила руки, встала по стойке "смирно" и завалилась на спину. В последний момент Ролана еле успела подхватить бесчувственное тело. Только это спасло несчастную от сотрясения мозга. Теперь уже девушка волокла за руки тетушку в дом. Поднять и нести ее не под силу и здоровому мужчине. Эрпа явно не изнуряла себя диетой и фитнесом.
С заднего крыльца мы вошли в дом и плотно заперли дверь. По сравнению с самим домом, двор крошечный. Небольшой пятачок земли, засаженный травкой и загроможденный какими-то крохотными строениями. Слева от входа находилась кухня, справа — склад-подсобка. Потом коридор уходил в большой зал. Мне это сильно напоминало таверну или кабак. Если Европа, то таверна, если Россия, то кабак. Судя по чистоте улиц, все-таки Европа.
Лестница рядом с кухней вела на второй этаж. Точно, классическая таверна. Наверху, наверное, комнаты для постояльцев, внизу гостиничный ресторан. Евроремонта не наблюдалось, хотя грязь и паутина тоже не попадались.
Небольшой мотель хорошего хозяина. Последним усилием Ролана взгромоздила тетушку Эрпу на одну из скамеек в зале. Классическое заведение, каких немало показывают в исторических фильмах. Четыре длинных лавки у единственного, но большого, окна, каменный очаг и стойка находились у противоположной стены. Саму стену за стойкой украшали многочисленные полки. На них выставлены разнообразные бутылки, кувшины и глиняные стаканы изящной формы.
Климат, похоже, здесь не суровый. Как на Диком Западе дверь из салуна сразу на улицу. Окно стеклянное, а не слюдяное или из бычьего пузыря, как можно было ожидать после крепостных стен и рва с водой. Правда, оно креативненько так упиралось в глухую стену соседнего дома.
О генеральном плане застройки города здесь пока не слыхали. Построили дом, потом построили еще один. А куда выходят окна, кому это интересно. Хотя усилия архитекторов еще не панацея. Например, окна в торце моего дома на Земле, как и в это таверне, упираются в глухую стену соседнего дома. Расстояние между ними не превышает метров семи-восьми. Вот тебе и пожизненный пейзаж из серой кирпичной стены. Мечта пессимиста. Пока я осматривался и сравнивал причуды строителей из разных стран и эпох, тетушка очнулась.
— Ролана, предупреждать надо. Я уже старая женщина, а у тебя манул говорящий. Ты уже взрослая девушка, должна же понимать.
— Тетушка, я же вам сразу сказала, что он говорящий, — девушка удивленно подняла брови.
— Не сказала, только спросила, бывают ли они говорящие, — сварливо заспорила Эрпа.
— Я вам не мешаю? — поинтересовался манул.
Женщины смутились.
— И откуда же у нас взялся говорящий манул? — быстро оправившись от смущения, подозрительно спросила Эрпа.
Было бы замечательно, если бы в этой стране знали лыжи. "Катался на лыжах, потом очутился у вас", — вот ответ, достойный еще пары-тройки обмороков. Мне бы тоже стало не по себе, если бы Марс Небольшое отступление. Марс — мой самый любимый и самый замечательный немецкий овчар на свете. Мир его праху. Надеюсь, его душа в собачьем раю., во-первых, заговорил, во-вторых, рассказал о том, что умеет кататься на лыжах.
Итак, наступил момент истины. Или сейчас, или никогда. Признаваться в своей двойной сущности, или нет? Не знаю, вот Ролане я бы, пожалуй, и признался, а вот тетушка Эрпа... нет, вполне возможно, что она — замечательный человек и прекрасно относится к людям и животным, но...
— Ага. Из великой любви ногой под зад, чтобы быстрее шел, — злопамятно напомнил внутренний голос.
Это и определило выбор.
— Даже не знаю, что вам и рассказать. Я ничего не помню о прошлой жизни. Очнулся в лесу, неподалеку от избушки. Шел на запах набучи.
— Фу, как вспомню, так вздрогну! — вставил внутренний голос.
— В избушке встретил Ролану. У меня всё, — если кто-то может более кратко или более складно соврать, прошу попробовать.
Тетушка пристально смотрела на меня. Ролана на тетушку. Тетушка жила дольше, поэтому склонна верить меньше. Но ловить меня не на чем. Явной лжи не было, а умолчание... оно и есть умолчание, каждый волен додумывать сам. Если бы я начал плести о заморских странах или лыжных прогулках, то тут да, меня можно ловить либо на вранье, либо на явном сумасшествии. А так... почти нет информации для размышлений.
Мюллер обдумывал версию Штирлица, ой, нет — Эрпа обдумывала рассказ манула. Результатом раздумий стали скептически поджатые губы и сузившиеся глаза. Но фактов и улик для обвинения не хватало. Похоже, временно мне поверили. Настало время и самому кое-что выяснить:
— Нельзя как-то подробнее рассказать о принце, предсказании, манулах? Неплохо бы еще узнать о вашей стране, людях, обычаях. Для общего развития.
— Ты ничего об этом не знаешь? — удивилась тетушка.
— Нет, откуда, я же ничего не помню о себе и окружающем мире, — продолжим косить под общую амнезию.
— Великий воин и вождь, объединивший под своей могучей дланью все племена прухов, жил две тысячи лет назад, — нараспев начала Эрпа. — Его звали Норэлт Великий. После многих десятилетий победоносных войн, интриг и побед он одолел всех врагов и создал великую империю от моря и до моря...
— Тетушка Эрпа, ничего, что так фамильярно? Так вас зовет Ролана, а как у вас принято для посторонних я не знаю. А нельзя как-то менее пафосно и более кратко рассказать предысторию нашей с вами встречи?
Эрпа запнулась, потеряла ход мыслей. Такое впечатление, что мне наизусть зачитывали какую-то историческую летопись или официальную историю страны. Для меня же это звучало как голос за кадром на фоне титров фильма "Конан-варвар".
Тетушка быстро справилась с растерянностью и продолжила. Рассказ получился долгим. Пришлось даже прерываться на завтрак. Интересный момент для человека в теле кота. Весь предыдущий опыт говорил, что надо сесть за стол, взять ложку и степенно, или наоборот, торопясь и чавкая, кушать. В этом мире никто кота за стол сажать не собирался. Да и в моем так делают только плохие хозяева животных. Мне вывалили похлебку из каких-то злаков и мяса в глубокую миску и поставили рядом со столом.
— Дожили... на полу питаемся, — мрачно гнусавил внутренний голос.
— Не хочешь, не ешь, а я вот проголодался после лыж, прогулок по лесу и полетов на летучке.
Классический случай раздвоения личности. Разговоры — это хорошо, а вот кушать, действительно, хочется. Я стоял перед миской на полу и раздумывал. Пахло вкусно. А как есть? Лапой черпать? Смешное и неэстетичное зрелище — лапы грязные и мохнатые. Попросить ложку? Манулова лапа, наверное, не приспособлена для этого. Получиться еще смешнее и грязнее. Должны же у тела быть инстинкты! Вон Эрпу я как ловко за ногу тяпнул, сам осознать не успел, что делаю. Так, погрузимся в рассказ об истории Норэлтира и расслабимся, авось все само собой получится.
Получилось. Буквально через несколько минут я слушал рассказ о Великой Норэлтирской революции и вовсю уплетал вкуснятину из миски. Прямо мордой, без ложек, вилок и лап.
Свое повествование Эрпа закончила почти к обеду. К этому времени я уже знал все основные события истории, обладал знаниями по экономике и географии это страны.
Норэлтир — так загадочно и необычно назвал Норэлт свою империю. Свежо и оригинально, не правда ли? Сергей, живу на улице Сергея, в городе Сергей. Где-то так звучали местные названия для постороннего наблюдателя.
С другой стороны, земная история тоже изобилует примерами городов, названных в честь правителя. Да что далеко ходить, Петр I основал город Санкт-Петербург и сделал его столицей государства. Или вот другой пример — империя Александра Македонского и многочисленные Александрии. Основал империю своего имени, основал пятнадцать Александрий и один Александрополь. И ничего, безо всякой ложной скромности.
Вкратце историю Норэлтира можно пересказать за несколько минут. По сравнению с историей Европы довольно скромно и скучно. Без великих завоеваний и потрясений.
Огромный материк. Разрозненные племена кочевников и земледельцев. Вождь по имени Норэлт объединяет кочевников и захватывает все поселения земледельцев. Выдающийся человек для своего времени. На дворе классический первобытнообщинный строй, а у него полноценный штаб, войско разделено по отрядам. Железная дисциплина и даже некое подобие устава. Кочевник основывает империю и называет ее в свою честь Норэлтиром. Близкие друзья вождя превратились в богатых землевладельцев, став родоначальниками дворянского сословья.
Штаб его армии стал называться Ближним Кругом. В него впоследствии стали входить только самые богатые и влиятельные люди империи.
Внешних врагов нет, климат мягкий, два-три урожая в год. Стимулов для бурного развития военного дела и, как следствие, науки и промышленности нет. Унылая эволюция сельского хозяйства и расширение городов. Все события истории древнего мира и средних веков Норэлтира можно поместить в один тоненький учебник.
