Наследник ордена защитников 2

— Будет тебе медик, не беспокойся.

* * *

Когда пришло время, Кася показалась взломщикам, и была она в ипостаси Дракона. Как ни странно, ни страха, ни даже неприязни в их глазах даже на миг не появилось. Оба смотрели на нее с восхищением. Она дала им насладиться зрелищем, потом на миг ее фигура расплылась, и она предстала в образе девушки. И вот тогда-то парни рты и поразевали.

— Позвольте представить вам Касю, полное имя — Атикасирра. — Насладившись зрелищем физиономий парней, Антон добавил жару. — Она моя девушка, так что не пяльтесь, и подберите слюни. И да, в образе драконы тоже была она. Кася целитель, и знает о человеческом мозге столько, сколько все медики империи не узнают и за сто лет.

* * *

— Да, воздействие на мятежников было произведено через нейросеть, теперь в этом можно не сомневаться.

— Доказательства? — Спросил император, вперившись в Антона напряженным взглядом.

— Винт?

— Эээ… На ком можно продемонстрировать?

— Ну вот хоть на нем. — Антон ткнул пальцем в слугу, который не вовремя решил принести прохладительные напитки. — Он не псион, я это чувствую, так что вполне подойдет.

— Ладно. Сейчас он поставит поднос и запрыгает на одной ножке. — И слуга именно это и сделал.

— Как видите, — Антон обвел взглядом всех собравшихся, — с помощью определенных команд мы теперь можем воздействовать на людей. И проделываем мы это с помощью функционала, встроенного в нейросеть. Причем сомнений в том, что это изначально делалось для управления людьми, нет ни малейшего. Вот только на псионов этот функционал почти не действует. На слабых еще оказывает влияние, а на сильных приказы не влияют никак. А вот второй функционал, который предназначен для долговременного внушения, воздействует на всех. Я говорю о внушении, что корпорация нейросеть — идеально лояльное империи предприятие, нападать на ее офисы никак нельзя и вообще ей надо создать режим максимально благоприятный.

— Так. — Сказал император, глядя Антону прямо в глаза. — Понимаю. Конечно, ваши выводы еще раз проверят другие, тоже достаточно компетентные люди… — Договорить он не успел. Сразу несколько человек из тех, что собрались, чтобы выслушать доклад, завалились со стульев на пол. — Что это с ними?

— Они в коме. — Ответила Кася, которая тут же не замедлила проверить упавших. — И привести их в чувство не удается.

— Я засек сигнал, а потом нейросети всех присутствующих попытались нас выключить! — Доложил Винт. — Похоже, они знают о том, что мы знаем!

Как оказалось, сигнал нейросетям пришел не только во дворце. Вырубились вообще все, кто не обладал хотя бы зачатками пси. А это было более трех четвертей жителей империи.

— Нам объявлена война. Результатом этого сигнала стало множество катастроф и неисчислимые смерти людей. — Сказал император, когда они снова собрались почти в том же составе, к ним прибавилось только несколько сильнейших псионов империи. — Какие будут предложения?

— Нужно произвести разведку на других наших планетах. — Тут же заявил начальник имперской безопасности Шароус Калени.

— Да нихрена! — Зло ответил ему псион Арион третий. — Надо лететь к их логову, на Сирон. Там мы сможем накрыть всю шайку, я уверен.

— И кого же мы туда пошлем? — Ядовито осведомился Шароус.

— Совет псионов выделил сильнейших для выполнения этой задачи. — Отрезал Арион.

— Антон, сколько человек ты сможешь перевезти на своем корабле? — Спросил император. — Я надеюсь, ты нам не откажешь в таком деле, ведь только ты можешь переместиться в нужное место достаточно быстро.

— Пятьдесят человек могу разместить со всеми удобствами. Сотня может прожить на корабле месяц, хоть это будет уже не так просто. А перевезти в трюме одноразово могу и пять сотен человек.

— Хорошо. Сколько у тебя псионов, Арион?

— Малый круг, двадцать человек. Все категории Альфа.

— Хорошо. Нам понадобятся бойцы, я думаю.

— Предлагаю отряд Серебряных соколов. У них три автономные группы по семь человек. — Опередив явно что-то желавшего сказать Шароуса, вмешался Джиус.

— Они своевольны и любят трактовать приказы как хотят! — Шароус надул щеки.

— Это так. Но приказы они выполняют всегда, и возвращаются живыми оттуда, откуда другие бы не смогли.

— Так. — Сказал император, у которого это слово, похоже, было любимым. — Берем твоих Серебряных. И малый круг псионов. Еще мы с сыном. Итого сорок три человека.

— Ну а я приглашаю с нами Джиуса, мы с ним хорошо сработались. — Подытожил Антон. — Когда будете готовы к вылету? И да, припасов бы съестных догрузить. У меня, как и сказал, на месяц хватит, но тогда будут армейские рационы.

— Я займусь, через час все будет на борту. — Ответил Джиус. — Доставим с торговой станции, там как раз разгружается грузовик с Поленги, они производят лучшие картриджи для синтезаторов в империи. Как раз и Серебряные успеют подтянуться. Куда, кстати?

— У меня достаточно браслетов, чтобы забрать такое количество людей откуда угодно.

— У Серебряных снаряжение довольно громоздкое. Они сами к твоему кораблю прилетят, так будет лучше.

— Тогда оставлю тут для остальных нужное количество браслетов. Их надо просто надеть на руку и коснуться зеленого прямоугольника, и человека перенесет в приемную зону. Сам отправлюсь на корабль прямо сейчас.

— И я с тобой. — Джиус спокойно кивнул.

Глава 4

спасти имперцев

Планета Сирон, расположенная в одноименной звездной системе, была окружена полем подавления. Во всяком случае, так его назвали Лири и Кася, сделав это практически одновременно. На вопрос, что это такое, стала отвечать уже только Лири, пояснив, что это поле, создаваемое псионическим или псионическо-техническим методом, подавляет внутри себя всю техническую активность. Не работает электроника, и даже простейшие электромоторы. Взрывчатые вещества не взрываются, а только вяло горят. Также замедлены некоторые химические процессы.

— А телепортироваться на поверхность мы можем? — Спросил Антон. Он еще не понимал глубины проблемы, вставшей перед ним.

— Нет, координаты не определяются, как и в случае с матерью роя. И еще, способности псионов на поверхности будут очень сильно подавляться. Конечно, все зависит от личной силы, но сопротивление будет колоссальным.

— Жаль. А я хотел телекинез для спуска использовать.

— Боюсь, из этого ничего хорошего не выйдет.

— А если расстрелять отсюда главное здание корпорации? — Спросил принц Стилиос, кровожадно сверкнув глазами.

— Спокойно, сын. — махнул рукой император. — Понимаю твою неприязнь к этим скотам, но если мы разрушим инфраструктуру, то помочь нашим людям не сможет уже никто.

— А как же Винт с Проуном? Они же смогли освободить от внушения одного из слуг? И они обещали поработать над вирусом, который массово будет освобождать людей от внушения.

— Успеют ли эти талантливые ребята, я не знаю. Но все равно, использовать аппаратуру и наработки наших врагов, если это получится, будет наилучшим решением.

— Но как туда попасть?

— Есть пара мыслей. — Антон повернул голову к Лири и спросил. — А простейшая механика там работает?

— Конечно.

— Тогда надо провести несколько экспериментов.

Как оказалось после заброса нескольких простейших устройств в зону действия поля подавления, один из старейших вариантов ракетного топлива, состоящий из водорода, кислорода и органических газов, горел вполне нормально и создавал хорошую тягу. Определив это, буквально за час Антон создал массивный корпус с короткими толстыми крылышками, который должен был суметь доставить его на поверхность. Корпус был сделан из очень тугоплавкого металла и покрыт пластинами, испаряющимися от высоких температур, чтобы выдержать нагрев и не сгореть при входе в атмосферу. Первичное его торможение должно было осуществляться реактивными двигателями, затем специальными пластинами, выдвигающимися из корпуса и крыльев, а также элеронами. А уже потом в дело вступят несколько последовательно выпускающихся и отстреливающихся парашютов.

Ощупав еще несколькими простенькими дронами границу поля подавления, Антон устроился в посадочном модуле.

— Соробо, давай!

Большой корабль разогнался, отпустил посадочный модуль, который удерживал буксировочным лучом, и резко затормозил, чтобы не попасть внутрь поля, а посадочный модуль отправился к поверхности. Теперь Антон с Касей были предоставлены сами себе. Надо сказать, что все время подготовки к посадке шли споры, кто именно должен лететь, и сколько человек. Серебряные настаивали, что лететь должны они, и не меньше одной семерки, на что Антон резонно ответил, что такой большой посадочный модуль создать не сможет, на одного то человека даже будет все непросто. Тогда ему сказали — на одного, так на одного, у нас есть отличный пилот, он и полетит. Антон снова возразил, что с тем управлением, которое он может сделать, обычный человек просто не справится, сил не хватит. Его попробовали высмеять, что он, мол, считает себя сильнее профессионалов, имеющих военные импланты? Антон снова пояснил, что импланты в поле подавления нормально работать, скорее всего, не будут, а потом завязал узлом толстый кусок металла, который ни один из профессионалов с имплантами даже чуть разогнуть не смог. Потом показал несколько связок приемов с мечом, от чего все присутствующие изрядно впечатлились, а ведь работал он далеко не на максимальной скорости. На этом, слава создателю, споры и закончились.

Граница поля подавления отстояла от поверхности почти на четыреста километров. Разгоняли Антона под углом, чтобы он мог затормозить и выпрыгнуть из кабины как можно ближе к нужной точке. Особо сложные маневры он закладывать не мог, так что полет вообще должен был идти по прямой. Прозрачное стекло на первых порах было закрыто защитной металлической пластиной, но когда манометр показал расчетное давление снаружи, Антон потянул за рукоятку сброса и увидел приближающуюся планету. Концерн «Нейросеть» выбрал отличную планету, на большей части которой был теплый и приятный для человека климат, а сила тяжести равна 0,97 стандартной, что было на тридцать с лишним процентов ниже привычной Антону. И еще, планета была красива. Сине-зеленый шар, с небольшими вкраплениями желтого, черного и красного, большие материки, расположенные, по большей части, в зоне экватора, все это создавало ощущение уюта. Сразу было понятно, что там, на поверхности, все не так уж и плохо. Вот только одно беспокоило Антона — его расчеты не совсем совпадали с реалом.

Посадочный модуль, уже вошедший в плотные слои атмосферы, постепенно сносило влево. Он потянул за рычаг, отвечающий за вертикальный хвостовой стабилизатор, чтобы компенсировать снос, но тот отчего-то не хотел слушаться. Антон потянул сильнее, покачал рычаг, снова потянул. Никак, заклинило, похоже. Это было странно, систему шестерен он изготавливал, точнее выращивал из нанитов, самым тщательным и аккуратным образом, потом проверял, но вот же хня какая. Покачав рычаг снова, Антон потянул сильнее, и рычаг вдруг резко сдвинулся в крайнее положение, а потом хрустнул и остался в руке Антона! Это было уж совсем ни в какие ворота. Антон делал всю механику из толстых и надежных деталей, ведь от этого зависела его жизнь. Внутренне похолодев, он подвигал остальные рычаги, но все остальное работало нормально. Вот только посадочный модуль теперь снова отклонялся от нужной траектории, теперь уже вправо. Постаравшись выровнять полет за счет крена, Антон понял, что у него это не получится, и это было плохо. К завершению полета его траектория уйдет от нужной точки на десяток километров, не меньше. Конечно, это не самое худшее из того, что могло случиться, но все же не слишком хорошо.

«Дайте ка мне». Услышал он мысли одного из псионов малого круга, которые постоянно поддерживали с ним связь. «Парень, наоборот, еще больше забирай вправо, на большой расширяющийся виток спирали. Если правильно рассчитаешь, окажешься не только в нужной точке, но еще и затормозишь лучше, а потери времени будут около трех минут, не больше!». О как! Оказывается, среди псионов есть отличный атмосферный пилот. Пожалуй, стоит прислушаться. И Антон переложил элероны, слегка накреняя модуль вправо. Чувствуя, как скрипит от перегрузки корпус, Антон силой удерживал рычаги в нужном положении. Конечно, скорость еще была слишком велика для таких маневров, но ведь особого выхода то и нет. Неожиданно он поймал себя на том, что тихонько напевает песню из старого фильма, что однажды демонстрировала Кася. «Мы летим, ковыляя во мгле, мы ползем на последнем крыле. Бак пробит, хвост горит и машина летит на честном слове и на одном крыле…». То ли песня помогла, то ли удача его не покинула, но машина выдержала все перегрузки, и отстрел кабины произошел всего в паре километров от нужной точки. Уже вися под куполом парашюта, Антон осмотрелся и уверенно потянул нужную стропу, разворачиваясь к главному зданию корпорации «Нейросеть».

Садиться прямо внутрь защитного периметра он не стал, кто его знает, что там ждет. Лучше сначала осмотреться, поэтому выбрал крышу одной из двух парных высоток, стоящих примерно в пятистах метрах от забора. Приземлился удачно, погасил купол, отстегнул лямки. Следом сбросил толстый изолирующий от внешней среды скафандр, оставшись в легкой, но очень прочной новой броне, сделанной из композитного металлопласта. Эта броня и удар меча выдержит, и пистолетную пулю примет на себя даже без перелома костей, и в то же время двигаться совершенно не мешает. Не зря по старой памяти сделал такую, без электроники и силовых элементов, пришлась как нельзя кстати.

Навесив на себя оружие, которое достал из специального контейнера, понял, что предосторожности были излишними. Доступ к пространственному карману он не потерял. Впрочем, карманом называть место, в которое можно убрать даже средний корабль, довольно глупо. Эта мысль заставила его улыбнуться, в тот же миг он получил ответный поток чувств от Каси, мирно свернувшейся у него на груди в виде рисунка. Проверив связь с кругом псионов, понял, что она слегка ослабла, но полностью не прервалась. И это было очень хорошо, подстраховка не повредит. А вот его собственные силы были здорово угнетены. Он чувствовал, что сможет воспользоваться телекинезом, но о передвижении больших и тяжелых предметов речь не шла, слишком большое внешнее сопротивление. Ну, ничего страшного, он и так представлял из себя неплохую боевую единицу.

Подошел к краю крыши, обратив свой взор в сторону здания корпорации. Территория за забором казалась пустой, там не было ни единого движения. Зато краем глаза поймал движение внизу. Всмотрелся и разглядел ручейки людей, текущие прямо к зданию, на крыше которого он находился. Вот же! Тут раздался грохот, вместе с ним на крышу вылетела дверь небольшой постройки на крыше, а следом на нее вылетела пара спортивного вида мужчин, лет тридцати на вид. Глаза у них были безумные, пальцы скрючены на манер когтей. Не задумываясь они бросились на Антона.