"Годы "Халкиона""

Они, пошатываясь, вышли в коридор. Его наполнил густой дым. Они снова натянули маски и двинулись вперед. Литц первым добрался до двери, вернее, до того, что от нее осталось. Взрывом ее выбило внутрь и сорвало с петель, запорный механизм превратился в сплошное месиво. Юрий подхватил сумку, в другой руке у него был пистолет. Они прошли в помещение за дверью. Звон немного утих: его слух предстал перед трибуналом, получил приговор и понес наказание, но без приведения в исполнение.

Они оказались в освещенной прожекторами, оборудованной техникой камере двадцати метров в длину, десяти в ширину и по меньшей мере столько же в высоту. Она, должно быть, занимала значительный объем нижней части корпуса яхты. По ржавым металлическим стенам тянулись трубы. Вытяжные вентиляторы жужжали под сводчатым потолком, перекрытым козловыми кранами и переходными мостиками. Посреди помещения в прямоугольнике воды, окруженном решетчатым настилом со всех четырех сторон, плавала подводная лодка. Они могли видеть только верхнюю половину машины с ее ребристыми бортами, ощетинившуюся антеннами обтекаемую башенку с рубкой управления внутри, полукруглый ряд иллюминаторов самолетного типа у ее основания и плоский хвост с чем-то вроде турбинной двигательной установки в форме барабана сзади.

На элегантном серебристо-голубом судне не было никаких надписей или фирменной таблички. В этом не было необходимости. Юрий был абсолютно уверен, что перед ним "Клеменси".

Через иллюминаторы башенки были видны две фигуры, сидящие на соседних постах управления, работающие с рычагами и приборами в ожидании отплытия. Они были в вечерних костюмах, а не в комбинезонах.

Юрий подумал, что это Делроссо. Дориан и Доркас, если он не ошибался.

— Извините, господа, — почтительно произнес чей-то голос. — Эта территория закрыта для посторонних посетителей.

От стены отделился какой-то блестящий механизм и покатился к ним на своих колесах. Это был Септимус, теперь стоящий прямо. Должно быть, он спустился в отсек с подводной лодкой на одном из лифтов.

Юрий снял маску, бросил сумку и, используя руку с пистолетом, оттянул рукав на левой руке. — Септимус, мы на одной стороне. Ты проверял мои часы.

— Я был там, сэр, когда вы сделали неосторожное и ненужное движение.

— Ты робот, Септимус. Мой друг тоже робот. Ты видел его на причале, когда я впервые поднялся на борт "Эмити". — Септимус все еще наступал, поэтому Юрий пнул сумку вперед перед собой, как импровизированный танк-ловушку. — Робот потерялся за пределами корабля, Септимус. Я пытаюсь помочь роботу, используя локатор в часах.

— Мне трудно с этим смириться, сэр. Обычно люди не помогают роботам. Мы здесь только для того, чтобы служить.

— Ты ошибаешься, Септимус. Пожалуйста, не подходи ближе — ты очень острый.

Септимус замедлил ход, хотя и не остановился совсем. — Каковы ваши намерения, сэр?

— Мне нужно выбраться за пределы корабля. Я воспользуюсь подводной лодкой.

— Вряд ли мне нужно доказывать, что подводная лодка, по сути, не является космическим кораблем, сэр. В названии есть довольно очевидный намек.

Юрий указал пистолетом на яму. Турбина в задней части "Клеменси" теперь вращалась со скоростью несколько оборотов в секунду, начиная взбивать маслянистую темную воду, в которой находилось судно.

— Это также и космический корабль, Септимус. Джулиана увидела его снаружи. Ты помнишь Джулиану, Септимус?

— Конечно, сэр, и это большая потеря, если можно так выразиться. Юная мисс Делроссо всегда была очень добра ко мне. В этом возрасте они обычно все такие, пока в них что-то не меняется. Боюсь, я видел много раз, как это происходило.

— Септимус, Джулиана знала о "Клеменси"?

— В качестве подводной лодки, сэр? Несомненно. Она с удовольствием совершила множество частных экскурсий на борту "Клеменси". Но только в качестве подводного аппарата.

— Вот что ее удивило. Септимус, послушай. — Тон Юрия стал умоляющим. — Семья лгала нам всем. Джулиане, тебе, всему "Халкиону". Они что-то делают за пределами корабля, что-то не то. Те, кто находится внутри "Клеменси", знают всю историю.

— Как бы то ни было, сэр, у меня приказ обеспечить безопасный и упорядоченный отход субмарины. — Септимус обогнул сумку и теперь был всего в нескольких метрах от Юрия и его друзей. — Пожалуйста, возвращайтесь тем же путем, каким пришли, сэр.

— Джулиану убили, Септимус, по приказу семьи Делроссо! Я должен выяснить правду и спасти сервитора общего назначения!

— Полагаю, что в сервиторе общего назначения должна быть большая ценность.

— Это не причина! Спутник спас мне жизнь. Теперь я спасу жизнь Спутника. — Юрий снова постучал по часам. — Время дорого, Септимус. Помоги мне спасти другого робота!

Септимус замедлил шаг. Казалось, он колебался, прижимая руки ближе к телу.

— Вы, кажется, искренни в своем желании, сэр.

— Да! Позволь мне подняться на борт подводной лодки. Я буду... вести переговоры с теми, кто находится на борту. — Юрий показал на рану в том месте, где его ранил Септимус. — Я знаю, ты не хотел меня обидеть! Ты не можешь не быть очень острым!

— Мисс Делроссо брала меня с собой к живой изгороди, окружающей озеро, сэр, в семейном поместье. Она устраивала пикник, и я вырезал в живой изгороди забавные фигурки. Если она просила меня сделать кролика, я делал кролика. Я нашел весь этот процесс чрезвычайно полезным, как будто именно для этого я и был создан.

— Тогда давай оба почтим память Джулианы Делроссо, поступив правильно.

Септимус остановился. — Мне бы не хотелось, чтобы кто-то причинил вред мисс Делроссо, сэр... особенно кто-то из наших.

Литц выстрелил в Септимуса.

Он разрядил в робота все двенадцать патронов из автоматического пистолета.

Септимус повалился назад, в его основании дымились и искрили отверстия от пуль. Его руки дернулись, лезвия заскрежетали по металлическому полу. Довольно много конечностей полностью оторвались и дергались там, куда упали. Литц порылся в сумке и вставил в пистолет еще один магазин. Он подошел к упавшему роботу и выпустил в него еще двенадцать пуль.

Септимус дернулся в последний раз и превратился в дорогой и по большей части бесполезный предмет абстрактной скульптуры.

Литц вставил новый магазин и опустил маску.

— Слишком долго, — сказал он.

Он взял сумку и подошел к краю пространства, где от борта подводной лодки был отодвинут выдвижной трап. Литц снова выдвинул его. Он достал что-то из сумки, поднялся на верх борта субмарины, затем, используя несколько встроенных поручней позади иллюминаторов, вскарабкался на верх башенки с рубкой управления. Для столь грузного человека он двигался с удивительной ловкостью. Опустился на колени над посадочным люком и бросил внутрь какой-то предмет.

Даже сквозь шум турбины Юрий услышал один-единственный приглушенный удар. В иллюминаторах рубки вспыхнул свет. Из открытого люка повалил белый дым. Две сидящие фигуры внезапно задергались, а затем исчезли в тумане.

— Вы не можете убить их, Лемми.

Литц оглянулся со своего места. Он подтянул маску повыше, чтобы говорить громче.

— Это всего лишь усыпляющий газ. Что, думаешь, Лемми Литц — маньяк какой-то?

Он снова надел маску и подал знак Юрию и Ведетт следовать за ним. Они быстро подошли. Литц уже спускался в субмарину по внутренней лестнице, пока они поднимались по поручням. Убедились, что маски плотно прилегают к лицу, и забрались внутрь, где Литц исчез в клубах белого дыма. Юрий спустился вслед за ним, затем жестом велел Ведетт плотно задраить люк и зафиксировать его с помощью стопорного колеса.

Дым начал рассеиваться, когда они спустились по трапу в рубку управления. Юрий быстро взглянул на троих пассажиров и увидел Дориана Делроссо и его сестру Доркас, которые сидели в двух креслах управления, ссутулившись, как пьяницы, с безвольно повисшими по бокам руками. На третьем сиденье, откинутом на девяносто градусов так, что оно было обращено к стене, лежала Консуэла без сознания. На них все еще была праздничная одежда.

Литц снял маску. Он на пробу понюхал воздух, кашлянул, затем кивнул. — Газ быстро выводится из организма, но еще несколько минут они будут без сознания.

Юрий снял свою маску. — Может, нам стоит вынести их обратно наружу, пока они без сознания?

— Конечно, если ты думаешь, что сможешь втащить три тела обратно по этой лестнице. Ну, может быть, есть другой выход из этой ситуации, но тебе нужны ответы, не так ли?

Юрий мрачно кивнул. — Согласен.

— Тогда придумай, как нам отправиться в путь, пока мы с Ведетт будем связывать тела.

— Отправиться?

Литц пожал плечами, бросив взгляд на широкую дугообразную панель управления, на которой светились приборы и мигали лампочки. — Ты ведь можешь управлять этой штукой, верно?

— Это подводная лодка, Лемми, а не космический корабль. Или пока еще не космический корабль. Возможно, он станет космическим кораблем, но пока это подводная лодка. Это немаловажная деталь.

— Уверен, ты сможешь внести необходимые коррективы. Миссис Эй, помогите мне с этими наркоманами. В сумке есть прочная скотч-лента, ее много.

— Вы справитесь, Юрий, — ободряюще сказала Ведетт. Они стащили Дориана с сиденья и швырнули его, как мешок с мокрым цементом, к углу пола и задней переборке. Юрий занял освободившееся место и протянул руки к совершенно незнакомым приборам управления. Экраны, шкалы, ручки и рычаги, внушительного вида телефон с красной трубкой и море переключателей.

Минуту спустя Доркас присоединилась к своему брату, лежавшему на полу. Ведетт нашла скотч и канцелярский нож и связала брата и сестру, заклеив им рты дополнительным куском скотча.

— Консуэла может оставаться там, где находится, — сказал Литц. — Пока заткните ей рот кляпом.

Они привязали ее к сиденью и убедились, что ее руки надежно закреплены.

Что-то ударило по корпусу сверху.

Литц наклонился над Юрием. — Ну, шкипер, как дела? Не хочу тебя торопить, но, возможно, нам стоит подумать о возможном отплытии.

Юрий обвел руками многочисленные рычаги и джойстики, с которыми столкнулся.

— Мне не хочется совершить фатальную ошибку, Лемми. Думаю, это первичный контроль балласта...

Он передвинул рычаг, и субмарина резко накренилась. Угол наклона пола в носовой части резко увеличился, и вода поднялась до уровня иллюминаторов, а затем и выше них.

— Молодец. — Литц похлопал его по плечу, как будто он успешно освоил все необходимые элементы продвинутого пилотирования подводной лодки. — А теперь вытаскивай нас отсюда, пока весь этот горящий остов не накрыл нас на дне Мидлейка. Я собираюсь осмотреть эту штуку на случай, если на борту есть еще кто-нибудь.

Литц открыл дверцу в переборке и сунул пистолет в пустоту, прежде чем последовать за ним, как собака за костью. Ведетт опустилась на сиденье рядом с Юрием, руки которого дрожали.

— Чего вы ждете?

У него перехватило горло. Это было нечто большее, чем просто остаточные следы усыпляющего газа. — Боюсь ошибиться.

— Лемми Литц доверяет вам, следовательно, и я вам доверяю. Это не может сильно отличаться от космического корабля, не так ли?

Юрий заставил себя увеличить скорость снижения. Он нашел выключатель внешних прожекторов. Их лучи скользнули по нижней части корпуса "Эмити" с открытым днищем, когда "Клеменси" опустилась в прозрачные, но неглубокие воды прямо под яхтой. Сверху полыхнуло оранжевое зарево.

— Наверное, сейчас горит вся яхта.

— Очень вероятно, но у этих людей было достаточно времени, чтобы добраться до безопасного места. Теперь нам нужно подумать о себе.

Юрий замедлил спуск "Клеменси". Он положил руку на большой красный рычаг, который, по его мнению, управлял главным двигателем. Слегка передвинул его вперед, и субмарина среагировала, как жеребенок. На пульте управления замелькали шкалы.

— Полегче, тигр, — крикнул Литц, прежде чем вернуться в рубку управления.

— Это чувствительная машина, Лемми. — Юрий потер костяшки пальцев. — Мне понадобится несколько минут, чтобы освоиться с пилотированием. Прошло очень много времени. На самом деле, времени прошло больше, чем много. Я никогда по-настоящему не был пилотом.

— Может, и нет, но ты помнишь, что был одним из них. Это ставит тебя выше меня и миссис Эй. Держись поглубже и уведи нас как можно дальше от места происшествия.

— На борту был кто-нибудь еще? — спросила Ведетт.

Литц поскреб рукой подбородок. — Нет, только эти три счастливчика. Кто бы мог подумать, что им не понадобится персонал?

— Перехожу на вторую отметку, — доложил Юрий, нажимая на рычаг. — Аккумуляторы на полной мощности. Навигационный индикатор показывает скорость... двадцать метров в секунду. Если я правильно помню ориентацию яхты, мы направляемся в открытые воды Мидлейка, примерно в направлении кормы "Халкиона".

— Этого нам хватит, — сказал Литц.

— Ведетт, посмотрите, сможете ли вы включить экраны. Я думаю, они, должно быть, являются частью навигационных и сенсорных систем.

На ее стороне пульта управления было два основных экрана, оба были круглыми, с сеткой белых линий. Они загорелись зеленым, когда Ведетт щелкнула соседними переключателями, но на них ничего не появилось.

— Здесь что-то есть, — сказала она, указывая на главный переключатель. — Нейтраль, режим A, режим B. В данный момент он находится в нейтральном режиме.

— Нейтраль должна быть установлена для экономии энергии, чтобы батареи не разряжались без необходимости. Попробуйте режим A.

— Есть, капитан.

На экранах засветились пятна, которые медленно гасли, после чего замигали. Юрий посмотрел на них, когда осмелился оторвать взгляд от датчиков скорости и глубины.

Литц наклонился к нему, от него пахло резиной и потом. — Ну что? Что у нас тут?

— Думаю, что режим А предназначен для гидролокационного дальномера. Верхний экран — контакты в горизонтальной плоскости, нижний экран — вертикальные контакты, над и под подводной лодкой. — Юрий провел пальцем по нижнему экрану. — Это сильное эхо от морского дна, а сверху — более слабые следы от отражающего слоя поверхности и других плавсредств вокруг пристани.

— Следы от поверхности сдвигаются нам в тыл. Ты был прав, когда говорил, что направляешься в открытую воду. — Литц ободряюще сжал плечо Юрия. — Хорошо, теперь подведи нас как можно ближе к дну озера и продолжай прижиматься к нему, пока мы в воде.

Ведетт повернулась к Литцу. — Вы думаете, они будут пытаться нас найти?

Литц улыбнулся. — Скажи ей, Юрий. До сих пор ты только гадал.

— Возможно, вы слушали мой разговор с Септимусом. "Клеменси", должно быть, не только подводный аппарат, но и космический корабль. Думаю, что есть способы добраться до космоса. Что-то вроде воздушного шлюза, но для подводной лодки. Назовем это водяным шлюзом. Другого объяснения нет. Конечно, это может быть и не в Мидлейке...

— Но в Мидлейке самые глубокие воды во всем Халкионе, — сказал Литц. — Если хотите откуда-то выбрасывать что-то большое, то лучше отправиться в Мидлейк. Не то чтобы я знал кого-то, кто когда-либо так поступал.