— А если уничтожить тварей с помощью вашего оружия? — подумав, спросил Герат.
— Хороший выход, — согласился я, — но он поможет только в том случае, если твари сами летят к нам с каких-то неведомых земель. А если это и в самом деле намёк, вы ничего не добьётесь их уничтожением. Нужно менять вашу жизнь. И не спрашивайте, как это делать. Я пока слишком плохо у вас освоился, чтобы давать такие советы. Что вы так помрачнели? Мои рассуждения могут оказаться игрой ума и не иметь ничего общего с действительностью. В любом случае ничего из того, о чём я говорил, не случится быстро, и пройдёт немало лет. А у нас с вами сейчас свои задачи. Если не справимся, нас вычистят убийцы Салея, и уже не будет поводов для огорчения. Смотрите, кажется, светает! А похолодало сильно, хорошо хоть нет дождя. Неужели уже сентябрь? Попробую погреться магией, и вы сделайте то же самое.
Мы молча сидели, пока Герат не спросил:
— Не расскажите о своих планах? Я понимаю, что их трудно объяснять, но неприятно не знать вообще ничего.
— У меня не столько план, сколько перечень того, что хотелось бы сделать, — ответил я. — Первым делом раздобудем деньги. С этим я справлюсь сам. После этого сходим в магазины и поменяем одежду и обувь. Нужно найти человека, не только знающего японский язык, но и жившего в Японии. Поищем с помощью одной штуки по объявлениям. Вот с ним будете работать вы. Нужно скопировать из его памяти японский язык и подходящие образы для опорных точек канала. Лучше запомнить какие-нибудь виды японской столицы, но могут пригодиться и другие города. Для этого тоже можно использовать одну штуку.
— Что за штука? — не понял маг.
— Это барон Ольт так выражался о непонятных предметах моего мира, — объяснил я, — вот я у него эту "штуку" и подцепил. Это думающий... механизм, связанный с другими такими же. Задаёшь вопросы и на многие можно тут же получить ответ. Кроме Японии займёмся Америкой. Это большая страна, где легко купить много оружия. Здесь, я думаю, поступим так. Лучше не искать наших знатоков, а поймать американца. Постоим возле их посольства, заберём первого, кто из него выйдет, и уведём куда-нибудь в сквер, где вы скопируете у него из памяти язык, адрес большого оружейного магазина и картинку какого-нибудь места поблизости. Ну и по объявлениям найдём мастера, тренирующего нужным мне видом борьбы. Её тоже нужно у него позаимствовать. А перед уходом купим одежду и обувь для нужных мне саев. Закончим и уйдём. Дома нужно подобрать тех, кто пойдёт со мной в следующий раз, и всем выучить языки.
Мы замолчали и с полчаса сидели на лавочке, дожидаясь, пока совсем рассветёт.
— Надеваем очки и идем к выходу, — сказал я, решив, что уже пора выбираться из парка. — Слышите разговор? Это те, кто убирают мусор, значит, сейчас часов шесть. Когда доберёмся до места, уже можно будет решать дела. Обычно нужный человек никуда не уезжает раньше девяти, но всякое может случиться. А если его не будет дома, это всё усложнит. Я не знаю других нумизматов, и не хочется связываться с криминалом или грабить кого-то при помощи магии. Всё время держитесь рядом и, если что-нибудь непонятно, мысленно задавайте вопросы. Спрашивать можно, если я ни с кем не разговариваю.
Москва поразила мага. Он этого не скрывал и весь день засыпал меня вопросами. Хорошо, что общаться мысленно быстрее и легче, иначе у меня к вечеру отвалился бы язык. Мы магией отвлекли внимание работников парка и вышли из него на проспект. Выбрав одну из машин, я заставил её водителя остановиться и разблокировать дверцы, усадил Герата в салон, сел сам и сказал, куда ехать. Накачанный парень с бритой головой, не сказав ни слова, погнал свой "ниссан" по указанному адресу.
"Преступник?" — спросил о нём Герат.
"Если и преступник, то ещё не пойманный, — засмеялся я. — Посмотрите вокруг, видите вы у кого-нибудь, кроме женщин, длинные волосы? Если кто-то заводит себе такую причёску, это бывает редко. Поэтому на наши "конские хвосты" будут обращать не меньше внимания, чем на одежду".
Когда приехали, водитель остановил машину и подождал, пока мы выйдем. Через несколько минут стояли перед подъездом многоэтажного дома, в котором жил мой знакомый.
"Ждём, пока кто-нибудь откроет дверь, — объяснил я причину задержки. — Обычно с помощью вот этих кнопок соединяются с хозяином квартиры, но нам он не откроет, а магией отсюда не зацепишь".
"А почему не откроет? — спросил Герат, которого я уже окрестил "почемучкой". — Мы же по делу. Если его интересуют монеты..."
"Такие дела не ведут абы с кем, — объяснил я. — Или со знакомыми, или по рекомендации. Своим именем я назваться не могу, потому что он знает, что я убит. И ещё один момент. Видите вот этот глазок? Эта штука называется камерой и позволяет всем владельцам квартир, у которых есть экран, видеть тех, кто их вызывает. Таким двум типам, как мы, откроет только сумасшедший".
Дверь подъезда распахнулась, и из него вышла симпатичная молодая женщина с сумкой через плечо. Я отвлёк её внимание и не дал закрыться двери. Мы зашли в подъезд, лифтом поднялись на седьмой этаж и вышли из кабины к нужной квартире. Здесь уже можно было не осторожничать. Я нажал кнопку звонка и, когда за дверью послышались шаги, заставил подошедшего к ней мужчину открыть нам дверь.
— Здравствуйте, уважаемый Валентин Григорьевич! — обратился я к хозяину, одновременно изо всех сил стараясь расположить его к себе магией. — Два месяца назад ко мне попал клад золотых монет. Монеты довольно странные, и я не нашёл их описания в интернете. Мой друг Александр Скворцов посоветовал обратиться к вам, но в тот раз я не смог этого сделать, а когда вернулся в Москву, узнал о его трагической смерти. Но я надеюсь, что его рекомендация ещё действует, поэтому прошу вас посмотреть и оценить монеты. Они у меня с собой.
— Входите, — сказал он, освободив нам проход. — И снимайте обувь, у меня везде ковры. Проходите в гостиную и садитесь на диван. Где монеты? Бог ты мой, ну кто же их так носит! Ссыпали в мешок, как картошку! Вы же их поцарапаете! Анализ делали?
— Уезжал в длительную командировку, — объяснил я, — так что было не до анализов. Это, несомненно, золото, но и медь, наверное, тоже присутствует, хоть её в них немного.
— Почему вы так решили? — спросил Валентин, быстро раскладывая монеты на застеленном скатертью столе. — По патине?
— Да, — ответил я. — Монеты очень древние, но патина едва видна.
— Не очень-то они похожи на древние, — сказал он, рассматривая герцогские профили. — Слишком качественная чеканка, хотя... Подождите.
Валентин вышел в одну из комнат и почти тут же вернулся с бинокулярным микроскопом. Некоторое время что-то рассматривал, потом опять вышел и вернулся уже с какими-то пузырьками. Повозившись минут десять, взял кресло, пододвинул его к дивану и сел напротив нас.
— Где вы это нашли? — спросил он меня.
— Это из Западной Сибири, — ответил я. — Я по профессии геолог, поэтому иной раз приходится бродить в таких местах...
— А вы не могли бы снять свои очки, геолог? — усмехнулся Валентин. — Что-то мне подсказывает, что ваши глаза могут чем-то напоминать те, которые отчеканены на ваших монетах.
Я хотел мотнуть головой, но вовремя опомнился и пожал плечами. Показывая свою внешность, я ничем не рисковал. Ему никто не поверит, и можно заставить всё забыть.
— У вас хорошие нервы, — одобрительно сказал я, когда он при виде моих глаз не отшатнулся, а, наоборот, уставился на них с жадным интересом.
— Впервые вижу инопланетянина, — сказал Валентин, продолжая меня разглядывать. — Ваш товарищ такой же? И с чем связан ваш приход? Неужели понадобились деньги?
— А что вас в этом так удивляет? — спросил я. — Да, понадобились. Монеты не фальшивые и совершенно уникальные. А чеканили их в разное время, потому что я для продажи выбирал по одной каждого вида. Не бойтесь, мы не пустим вас по миру. Здесь полкило довольно чистого золота. Если считать грамм за полторы тысячи, всего будет семьсот пятьдесят. Умножьте эту цифру на четыре... Я думаю, что вы заработаете на них больше.
— Вы можете на меня как-то влиять? Спрашиваю, потому что открыл незнакомцам довольно странного вида, даже не спросив, кто они и что им нужно. И при этом испытал к вам такие чувства, будто вернулись братья, которых я не видел лет двадцать.
— Можем, — не стал скрывать я, — но сейчас не влияем. Симпатию внушили только для того, чтобы вы открыли дверь и не отнеслись к нам с предубеждением.
— Я куплю все монеты по вашей цене, — сказал Валентин. — Только попрошу больше не действовать на меня и не чистить память. Хочется, знаете ли, все помнить. Клянусь, что никому о вас не скажу и не причиню никакого вреда.
Он не соврал, поэтому я с готовностью дал такое обещание. Всегда считал Валентина очень умным мужиком, но не думал, что он меня так быстро расколет. В результате этой торговой операции я получил две пластиковые карточки с пин-кодами и пачку наличных.
— Очень умный человек, — высказался Герат, когда мы вышли со двора. — Куда сейчас?
— Найдём штуку, которая называется компьютером, — ответил я. — Нам нужно зайти в клуб или интернет-кафе. Я знаю одно здесь поблизости, но оно пока закрыто. И большинство магазинов откроются позже. Подождите, Герат, я возьму мороженое.
Я купил два сливочных пломбира и заодно разменял тысячную купюру.
— Вы бы ещё явились к открытию с пятью тысячами, — недовольно сказала продавщица, но набрала мне сдачу.
— Возьмите, — протянул я одно из них магу. — Разворачивайте и ешьте, только не спеша, а то застудите горло. Его приятней есть в жару, но уже вроде потеплело.
Мороженое ему понравилось, а я подумал о том, что надо купить жене с принцессой хороших конфет и халву. Сладкого на нашем столе было очень мало, зато и зубы у всех саев были без единой дырки. Но вряд ли они испортятся от одной сумки со сладостями. Спросив у прохожего, который сейчас час, я узнал, что нужное нам кафе откроется только через сорок минут.
— Идём, — решил я не ждать. — Применим магию и раньше сядем работать. Времени у нас много, но дома волнуются, поэтому лучше всё сделать раньше.
В кафе, помимо мывшей полы уборщицы, уже сидел за компом парень, который здесь работал с клиентами. Моя магия оторвала его от компьютерной игры и заставила запустить для нас одну из клиентских машин.
— Сейчас найдём всё, что нам может сегодня понадобиться, — сказал я Герату, запуская поисковик. — Вот это и есть компьютер. Начнём со знатоков Японии.
На поиски по объявлениям мне потребовалось всего минут десять. Запомнить необходимое с моей памятью было нетрудно, трудно оказалось оттащить мага от компьютера.
— Если мы будем ходить в этот мир, сможете на нём поработать, — сказал я ему, — а если нет, то не стоит себя растравливать. Не будем сейчас задерживаться, лучше попытаться застать нужных нам людей с утра.
Первым поехали к "японцу". Деньги были, поэтому остановили таксиста, который за двадцать минут отвёз нас по нужному адресу. Я уже мог оценить время, потому что зашёл в открывшийся магазин и купил электронные часы. Дешёвка, но они меня устраивали. В доме "японца" тоже был домофон, но без камеры, поэтому я смело позвонил по нужному номеру. Вид у нас по-прежнему был ещё тот, но сейчас я не собирался церемониться и хотел сразу же применить магию.
— Кто? — послышался короткий вопрос из динамика.
— Мы к вам по объявлению по поводу перевода с японского, — ответил я. — У нас много текстов, только качество перевода должно быть высоким.
Нам открыли сначала вход в подъезд, а потом и в квартиру, расположенную на первом этаже. Магией я на хозяина не действовал.
— Проходите в комнату, — сказал он, внешне не отреагировав на нашу одежду. — Снимайте обувь, тапочки под зеркалом. А можете идти так: тепло и везде ковры.
"Японец" мне понравился. Симпатичный мужчина лет пятидесяти, с хорошо уложенной причёской. Видно было, что человек следит за своей внешностью.
— Андрей Иванович? — спросил я. — Значит, мы попали правильно. Скажите, пожалуйста, вы сами когда-нибудь были в Японии? Как у вас со знанием этой страны? Или оно ограничивается языком?
— Не просто был, а долго работал в консульстве сначала в Осака, а потом в Токио, — ответил он. — Нельзя узнать язык народа, не пожив с ним какое-то время. Это особенно верно в отношении народов с другой культурой.
— Начинайте с языка, — сказал я Герату, подчинив хозяина. — Андрей Иванович, скажите несколько фраз по-японски.
Он с минуту что-то говорил, пока маг не сказал, что ему этого достаточно. На язык ушло десять минут, после чего я попросил вспомнить безлюдные места в Токио.
— Я запомнил пять картинок, — сказал мне Герат. — Думаю, этого хватит.
— Андрей Иванович, не скажете, что это такое? — спросил я и отдал ему лист с изображением с тела ниндзя.
При этом полностью снял контроль, вернув хозяину естественность поведения.
— Увлекаетесь синоби? — спросил он. — Странно. Ваш рисунок очень похож на герб Фудзибаяси Нагато. Был такой легендарный полководец и лидер синоби провинций Ига и Кога. Я одно время увлёкся этим периодом истории Японии.
— А могут там появиться настоящие ниндзя? — спросил я. — Я заглянул в Интернет, но не нашёл ничего определённого.
— При желании нетрудно возродить это искусство, — ответил он. — Сохранилась книга "Бансенсюкай", в которой описаны все их приёмы. Конечно, того мастерства уже не будет, потому что настоящих синоби готовили с детства, и ниндзюцу было для них не увлечением, а образом жизни. Всё это в Японии овеяно ореолом романтики, поэтому желающих заниматься найти можно. А почему вас это интересует?
— Дело в том, что кто-то уже нашёл желающих и очень усердно с ними занимается, — сказал я. — И не просто учит, но и использует по прямому назначению. А на теле такие вот наколки. И это не наши азиаты, а именно японцы.
— И где же это происходит? — спросил он. — Не хотите отвечать... Ну что же, вы меня удивили, но я вам в таких вещах не помощник. Если подобное идёт из Японии, в Японии и нужно искать. Для начала обратиться хотя бы в столичное управление полиции. Если удастся их заинтересовать, могут оказать реальную помощь.
— Уходим, — сказал я Герату. — Узнали всё, что хотели, и память вы ему почистили, теперь нужно нормально одеться.
Через час нас было не узнать. Строгие костюмы черного цвета, белоснежные рубашки, галстуки и туфли — не мужчины, а мечта любой женщины. Больше всего провозились с обувью. Для наших ног, привыкших к свободным сандалиям или мягким мокасинам, все туфли были чем-то вроде испанского сапога. Лишь в третьем магазине нашли широкую обувь.
— Подойдут, — решил я. — Не морщитесь, Герат, это ведь кожа, причём хорошая. Они ещё разносятся. Мы с вами уже достаточно экипированы для засады у американского посольства.
Засада — это громко сказано. Мы приехали к посольству на такси и сразу же разговорились с вышедшим из него вторым секретарём Николасом Симмонсом. Никакого внимания к себе не почувствовали, поэтому действовали свободно, не опасаясь слежки. Хорошая порция магической симпатии сделала своё дело, и он согласился отойти в сторону для разговора. Сначала, как и в случае с "японцем", я его подчинил, а Герат позаимствовал знание английского, после чего я ослабил контроль и подтолкнул мысли Николаса в нужном нам направлении. Это оказалось несложно, поскольку он фанатично любил оружие и держал в своём доме в Арлингтоне больше десятка стволов. Он рассказал о нескольких оружейных магазинах, и Герат запомнил для каждого из них опорные картины.
