Раздался еще один хлопок и по мокрому ковру с визгом прокатился старый сморщенный эльф. На нем была лишь какая-то набедренная повязка. Серая кожа печально морщилась на его груди и животе, вызывая одновременно чувство жалости и отвращения.

— Хозяин звал меня, опять в компании с грязнокровкой и этим позором эльфов, и с этим рыжим осквернителем рода...

— Кричер, я не спрашиваю тебя, в какой компании я нахожусь, — изо всех сил пытаясь сдерживаться, сказал Гарри. — Однако запомни, я запрещаю тебе оскорблять моих друзей!

— Друзей? Тоже мне друзей нашел, какие это друзья, грязнокровки, да осквернители... — бормотал недовольный эльф.

— Тебе был дан приказ хозяина! — взвился Добби. — Ты позоришь звание эльфа!

С этими словами Добби кинулся к Кричеру и оба эльфа с визгом и грохотом сцепились в разъяренный комок, который тайфуном понесся по комнате, сметая на своем пути стулья, столики, кресла...

— Прекратите! Прекратите немедленно! — взревел Гарри, вскакивая на ноги и пытаясь схватить эльфов.

Рон тоже поднялся из кресла и помог другу поймать и растащить вопящих слуг.

— Обещайте, что не будете драться! — приказал Гарри, встряхивая Кричера.

— Обе-е-щаю, — выдавил из себя эльф и хозяин поставил его на пол.

— Добби, прошу тебя, не нужно с ним драться, — обратился Гарри ко второму эльфу, блаженно висящему в руках Рона.

— Я готов выполнять приказания великого Гарри Поттера, если они не расходятся с приказами моего прямого хозяина, — радостно проверещал Добби и Рон опустил его на ковер.

— Спасибо, Добби... Кричер, я хочу, чтобы ты сейчас отправился в...

Гарри запнулся. Юла, скорее всего, запечатана и кроме членов Ордена туда никто не сможет пройти. Вряд ли домовик сумеет проникнуть в дом. Разве что приказать ему ждать кого-нибудь из членов Ордена возле домика Альберфольда? Неуверенно посмотрев на Гермиону, он вздохнул и сел в кресло. Как же сформулировать приказ? Надо посоветоваться с друзьями.

— Кричер, Добби, пожалуйста, принесите нам что-нибудь поесть, — обратился он к эльфам.

Те поклонились ему и исчезли.

— Куда и к кому его послать? — спросил Гарри. — В Юлу он вряд ли сможет проникнуть, да и вряд ли в Ордене будут довольны, что теперь он будет знать еще и эту информацию... Мало он бед доставил, пока жил на площади Гримо...

— Да, жаль, что родители живут не в Норе, — протянул Рон.

— Может быть, отправить его к Фреду и Джорджу? Все-таки это обычный магазин, безо всяких секретов? — предложила Гермиона.

— Скажешь тоже, обычный! — фыркнул Рон.

Но Гарри обрадовался. Действительно, если передать сообщение близнецам, они смогут быстро связаться с Орденом!

Двойной хлопок возвестил о прибытии эльфов.

Рон радостно кинулся к ним и взял из рук Добби огромное блюдо, заваленное пирожными. Кричер бухнул свой поднос на краешек журнального стола, стоявшего у камина. Блюдо ударило по оставленной на столике диадеме и та отлетела футов на двадцать.

— Что это? Что ЭТО? ЧТО ЭТО? — Кричер подходил все ближе и ближе к упавшему на пол украшению и голос его становился все громче. — О! Великая, великая вещь! О! Невозможно! Грязнокровка держала в руках вещь великой волшебницы!...

— Кричер, отдай! — крикнул Гарри, обнаружив, что эльф трепетно прижимает диадему к своему голому животу.

Эльф вздрогнул, но не послушался. Тельце его задрожало, забилось, но он судорожно сжимал вещицу в своих тонких пальцах.

— Невозможно, невозможно, — бормотал он, — Это слишком, слишком ценная вещь... Хозяин не понимает, не понимает, какая это ценная вещь...

— Кричер! Отдай немедленно!

Эльфа скрючило. Безостановочно трясясь, он в ужасе переводил взгляд с украшения на хозяина.

— Кричер! Я кому сказал?

И Кричер не выдержал. Забившись, как припадочный, он неожиданно размахнулся и швырнул украшение хозяину. Однако дрожь, сотрясавшая его, была настолько сильной, что он промахнулся и диадема, перекувыркнувшись в воздухе несколько раз, влетела в камин. Ударившись о заднюю стенку, она свалилась прямо в тлеющие огоньки.

Гарри, не ожидавший этого броска, не успел среагировать и лишь взглядом проводил пролетавшую мимо вещицу. Увидев, что она упала в камин, он обогнул столик и наклонился, чтобы достать ее. В этот момент шрам его взорвался нечеловеческой болью. Он отшатнулся, запнулся о столик и рухнул на спину, обрушивая и сам столик, и стоявшее на нем блюдо с угощением, оставленное там Кричером.

Падая, он не услышал хруста, долетевшего из камина. Но его услыхала Гермиона. Растерянно оглянувшись — что лучше делать: выручать друга или спасать диадему, она все же кинулась к Гарри. С другой стороны уже набегал Рон. Оба наклонились, чтобы помочь другу встать, но не ожидали, что это движение они сделают вместе. Ударившись лбами, друзья рухнули на Гарри, окончательно доломав столик.

— О, Мерлин, как же нас угораздило, — стал подниматься Рон, слизывая с пальцев налипший на них при падении крем от разлетевшихся пирожных.

— Гарри, ты цел? — Гермиона, всхлипывая, отползла в сторону.

— Чуть не раздавили меня, — буркнул Гарри, пытаясь подняться. О сломанный столик он разодрал ладонь и теперь по ней текла алая струя. — Слушай, помоги, помнишь как закрывать раны?

Он протянул разодранную руку к Гермионе. Та, достав свою, к счастью, не пострадавшую при падении, палочку, начала водить ею над раной, тихо пришептывая. Рон протянул руку и вытащил из камина диадему.

— Ух ты! Треснуло! — воскликнул он, вертя украшение в руках.

Гарри, рана которого уже превратилась в белый шрам, повернулся к Рону. Гермиона, подняв палочку, тоже оглянулась.

Закопченная диадема раскололась прямо по центру. Верхние края ее разошлись, в самом крупном камене, находящемся посредине, появилась глубокая трещина. Лишь узкая витая полосочка по низу диадемы еще удерживала украшение.

— Осторожно, смотри не доломай ее окончательно, — сказала Гермиона, протягивая обе руки, чтобы осторожно взять диадему у Рона.

Гарри почувствовал, как кто-то толкает его под коленку. Он опустил глаза. Добби, делая круглые глаза, дергал носом и шевелил губами. Гарри понял, что эльф хочет сказать ему что-то на ухо. Он наклонился и услышал взволнованный шепот:

— Гарри Поттер должен отослать своего эльфа! Добби должен сказать Гарри Поттеру что-то очень важное!

— Кричер, отправляйся пока на кухню, к другим эльфам, — приказал Гарри, поднимаясь.

Еще не пришедший в себя эльф, беззвучно исчез. Шок от того, что он противился воле хозяина был настолько велик, что Кричер не был способен даже на свое привычное бурчание.

Гарри сел в кресло, подзывая к себе Добби. Рон с Гермионой отошли к дальнему столику, чудом оставшемуся стоять после всех приключений этого безумного утра. Гермиона осторожно положила диадему на лист забытого кем-то пергамента и встала на колени, пытаясь поближе рассмотреть, насколько серьезно пострадало украшение.

— Добби, пожалуйста, садись рядом, — пригласил эльфа Гарри, хлопая рукой по соседнему креслу.

— О, великий Гарри Поттер! Он приглашает Добби сесть как равного!

— Добби, ты теперь свободный эльф, почему бы мне не пригласить тебя присесть?

— О! Гарри Поттер слишком велик, чтобы помнить, что когда Добби еще не был свободным эльфом, Гарри Поттер тоже приглашал его сесть рядом с ним.

— Ну ладно, ладно, Добби, давай, что ты хотел мне сказать?

— Гарри Поттер спрашивал, может ли он отсюда выбраться? И теперь я могу сказать, что может!

— В самом деле? Как?

— Взрыв в камине разрушил наложенные чары... Гарри Поттер не может, конечно, переместиться за пределы замка, но теперь он может попасть в другие помещения, где есть камины! — возбужденно сказал Добби.

— Но у нас нет летучего пороха, — прервал его восторженные причитания Гарри.

— О! Это совсем не проблема! У любого камина преподавателей я найду для Гарри Поттера летучий порох! — радостно подскочил эльф.

— Да, да, конечно! — обрадовался Гарри. — Сможешь принести прямо сейчас?

Добби вскочил и, поклонившись мальчику, внезапно исчез.

— Рон, Гермиона, кажется, наш плен, наконец, закончился! — крикнул Гарри друзьям.

— Да ты что? Что случилось? — в один голос воскликнули они, кидаясь к камину.

— Добби сказал, что разрушилась защита, наложенная на камин. Поэтому мы сможем переместиться в другие помещения замка, где есть камины. Правда, выйти наружу мы не сможем...

— Все равно это лучше, чем торчать здесь! — хлопнул его по плечу Рон. — А там, глядишь, Гермиона придумает что-нибудь, чтобы вырваться из Хогвартса.

— Вырваться можно только из кабинета директора, по каминной сети, — ответил ему вдруг появившийся Добби, протягивая Гарри коробочку с летучим порохом. — Директор не запечатала свой камин, когда улетала вчера утром...

— Интересно, а почему разрушилась защита? — поинтересовалась девушка.

— Потому что в камине взорвалась очень-очень темная магия, — очень серьезным голосом пояснил эльф.

— Темная магия? — удивился Гарри. — Я не видел никакого взрыва!

— Гарри Поттер в этот момент ломал стол, — деликатно потупившись, сказал Добби. — А я видел! От огня металл нагрелся, но он бы не мог лопнуть сам, потому что он гораздо прочнее огня! Но в нем была заключена темная магия, и она разорвала металл и сломала камень...

— Хор-хор... Гарри, это был хоркрукс! — выдохнула Гермиона.

Гарри изумленно уставился на нее.

— О, нет, не нужно, не нужно употреблять таких ужасных, таких страшных, таких темных слов, Гермиона Грейнджер, — жалобно захныкал эльф.

— Добби, ты знаешь, что такое хоркрукс? — изумился Гарри.

— Добби знает, Добби плохой эльф, он не должен, не должен, не должен...

Эльф снова забился в конвульсиях и кинулся головой на ближайшую стену.

Гарри не успел поймать его, но тут же вскочил на ноги и поднял с пола отлетевшего от стены домовика.

— Добби, я уже говорил тебе! Я запрещаю тебе наказывать себя!

— О, нет, нет, нет! Гарри Поттер, не надо просить меня рассказывать о том, о чем он попросил меня сказать!

— Добби, успокойся!

Но эльф, которого все еще сотрясала дрожь, вдруг резко повернулся и, с громким хлопком исчез.

Друзья разочарованно переглянулись.

============ Глава 60. Портрет Дамблдора ============

— Интересно, чей это мог быть хоркрукс? — спросил Рон, засовывая в рот очередное пирожное.

— Рон, не ешь сразу столько! Тебе же плохо будет! — заметила Гермиона. — Ты знаешь, мне кажется, что это был хоркрукс Волдеморта...

Рон, закатив глаза, застонал, услышав имя. Гарри встрепенулся:

— С чего ты решила?

— Знаешь, еще там, в Выручай-комнате, мне эта вещица показалась знакомой. А когда мы легли спать, я положила ее на стул, рядом с собой, и смотрела, смотрела... И вдруг поняла, что она как две капли воды похожа на ту диадему, которую Волдеморт сорвал с головы Флер на свадьбе. А миссис Уизли говорила, что та диадема была точной копией диадемы Ровены Равенклоу...

— Ерунда, — фыркнул Рон, протягивая руку за следующим пирожным. — Как диадема Равенклоу могла оказаться в Хогвартсе? Да еще в виде хоркрукса?

— Я думаю... Я думаю... — начал Гарри, потирая лоб. — Мне кажется, это действительно мог быть хоркрукс Волдеморта. Недаром же у меня так дергало шрам каждый раз, когда с этой диадемой что-то делали...

Рон и Гермиона уставились на него.

— И еще... Я думаю, что именно ради нее Волдеморт и хотел проникнуть в Хогвартс, — неуверенно проговорил Гарри.

— Подожди, он же хотел проникнуть, чтобы украсть Распределительную шляпу или меч — единственные вещи, принадлежавшие Гриффиндору! — воскликнула Гермиона.

— Это была версия Дамблдора, — сказал Гарри. — Но он сам говорил, что может ошибаться...

— Да! — воскликнул Рон. — Тогда сразу становится понятным, зачем Малфой ремонтировал этот дурацкий шкаф! Он просто хотел открыть дорогу в Хогвартс Сами-Знаете-Кому! Чтобы тот забрал свой хоркрукс!

— Вряд ли, — покачала головой Гермиона. — Разве его целью было не убийство Дамблдора?

— А может... А может это был ложный след? — предположил Гарри.

— Да, может быть, Тот-Кто-Не-Может-Быть-Назван скормил эту байку Малфоюшу, а тот, дурачок, и поверил! — радостно продолжил Рон.

— Да уж, так скормил, что он все же добрался до директора и прикончил его! — огрызнулась Гермиона.

— Но ведь Гарри говорил, что Малфой не смог убить Дамблдора, это сделал Снейп! — настаивал Рон.

— Думаю, Волдеморт сам хотел проникнуть в Выручай-комнату. Но у него что-то не сложилось. А Малфой, который знал совсем о другой цели, сумел предупредить Пожирателей, что он вот-вот откроет дорогу. Вот они и заявились... Вам не кажется, что та бойня в Хогвартсе была... какой-то неправильной? Ну явилась жалкая кучка, напоролась на Отряд Дамблдора и охрану Ордена. В общем, ведь даже серьезно ни на кого не думали нападать... Извини, Рон, — Гарри быстро среагировал на перекосившееся вдруг лицо друга, который вспомнил об ужасном ранении своего брата. — Малфой сам говорил, что он не звал туда Грейбека. А это значит, что кого-то он все-таки звал... Тот бой, он же на фарс был похож. Они ворвались в замок, а дальше? Хотели идти зачем-то на башню? Надеялись, что туда явимся мы с Дамблдором? Глупо... Мы ведь вообще этой Метки над башней могли не заметить! Да и о том, что я был с директором, они вряд ли знали. А так, подумайте! Сидел бы себе Дамблдор в Кабаньей Голове до утра, и что, эти психи так бы и ждали его? Метка-то не вечная, она постепенно тает. А Пожиратели так бы и торчали на башне, посылая метку за меткой? Нет, это не была спланированная акция. Просто кто-то из Пожирателей получил сообщение, что можно проникнуть в Хогвартс и помчались туда... А остальное было лишь... несчастным случаем.

Последние слова Гарри выдавил из себя через силу. Ему было невыносимо даже думать, не то что произносить вслух, эту крамольную мысль: Дамблдор погиб случайно. Когда Гарри внезапно замолчал, Рон и Гермиона, ошарашенные его горячностью, переглянулись. Девушка хотела что-то сказать, но Рон ткнул ее локтем в бок и она закрыла рот.

Гарри тяжело дышал, будто пробежал только что марафонскую дистанцию. Посмотрев на застывшие лица друзей, он тяжело рухнул в кресло. Сейчас у него вырвалось то, о чем он даже думать не хотел. Волна боли захлестнула его. Не будь его тогда рядом, Дамблдор бы не погиб, ведь он потерял время, не сумел уберечь свою палочку при нападении Малфоя...

— Не нужно так говорить, Гарри, — не выдержала Гермиона. — Все равно уже ничего не изменишь. Лучше скажи, откуда Добби знает о хоркруксах?

— Он же жил в доме Малфоев! — тут же откликнулся Рон.

— Мне кажется, что Малфои не знали о хоркруксах, — задумчиво покачала головой Гермиона. — Гарри, ты не помнишь, что говорил Дамблдор? Помнишь, когда рассказывал, как Волдеморт разозлился, узнав, что его дневник погиб?

— Да ничего особенного не говорил, — Гарри было тяжело переключиться на обсуждение, мысли о погибшем директоре, казалось, перекрывают ему все остальное. Но он собрался и попытался вспомнить. — Вроде разозлился, да... И наказал Малфоя... Может ты и права, вряд ли бы он так просто бы подсунул дневник Джинни, знай, что там хоркрукс... Но ведь мог ничего не знать о дневнике-хоркрусе, но знал, о том, что вообще они существуют...