Гарри Поттер и Кольцо Согласия - 4

Он отшатнулся, словно Джинни ударила его по лицу. Как же он сам не сообразил?

— Нужно отправить Патронусов всем членам Ордена... Они скажут остальным...

Гарри резко обернулся. Рядом с ними стояли, улыбаясь, Луна, Рон и Симус.

— Патронусов? — удивленно спросил Симус Финниган.

Но ему никто не ответил. Гарри, Рон и Луна подняли палочки.

— Эспекто Патронум! — хором выкрикнули они.

Громадный олень отскочил в сторону, давая дорогу льву. А между ними вдруг метнулась большая призрачная птица. Взмахнув крыльями, она сделала над всеми круг, задержалась на секунду, и затем рванула вверх и исчезла из виду. Остальные Патронусы не исчезали, делая круги вокруг своих хозяев...

— Ч...чей это был Патронус? — наконец, спросил Рон.

— Мой, — смущенно потупившись сказала Джинни, но тут же снова посмотрела вверх, где исчезла серебристая тень.

— Джинни! У тебя получилось!

Гарри схватил девушку в охапку, приподнял с земли и закружился с ней на одном месте.

— Ты все же отправь своего Патронуса, люди ждут, — сказала Луна равнодушно, но когда Гарри посмотрел на нее, увидел, что она улыбается.

— Отправь сообщение Кингсли, — посоветовал Рон. — Дожу я отправил, Джинни известила наших родителей, а Луна сообщила Тонкс и Люпину. В Министерстве бой вроде закончился, но на всякий случай...

Гарри отдал мысленный приказ оленю, который по-прежнему скакал вокруг них, и тот резко прыгнул в сторону, а затем исчез.

Только теперь Гарри вдруг понял, что вокруг никто не обращает на них внимания. Все вокруг ликовали.

Бессмысленные в лучах утреннего солнца фейерверки с грохотом взрывались тут и там, оставляя в небе дымные следы. Люди обнимались и целовали друг друга, кричали, разыскивая своих родных и знакомых, обсуждали, кто что видел и делал этой ночью.

Нависший над озером праздничный шум вдруг усилили хлопки аппарировавших на поляну волшебников. Гарри с радостью увидел Люпина, прибывшего в обнимку с Тонкс и тут же попавших в объятия только что приведенного в себя Хагрида. Гарри начал пробиваться к ним, когда, перекрывая все звуки, над Хогсмидом разнесся магически усиленный голос Кингсли:

— А ну успокойтесь! Нам нужно решить, что делать с Пожирателями! Маглы отказываются реанимировать их!

=============== Глава 111. Свадьбы ===============

— Напиши что-нибудь, — предложила Джинни.

Гарри взял салфетку, развернул ее, положил перед собой и оглянулся. Невилл тут же выудил откуда-то перо и чернильницу. Поблагодарив его кивком, Гарри прикрыл салфетку рукой и вывел несколько слов. Затем свернул и передал Джинни.

Та развернула, внезапно покраснела, скомкала салфетку, стрельнула взглядом по сторонам и искусственно веселым голосом произнесла:

— Ну вот мы и убедились. Заклятие снято. Теперь ты совершенно нормальный человек. А Сам-Знаешь-Кто действительно мертв.

— А что он написал? Дай сюда, я проверю!

Рон протянул руку, но Джинни быстро сунула скомканный листок себе в карман.

— Я же сказала, что там все нормально. Никакого завещания!

Вокруг царило праздничное веселье. Взрывы хохота доносились то из-за одного, то из-за другого столика. Кто-то из маглов запустил над головами сидящих бумажный самолетик, сделанный из страницы "Ежедневного Пророка". Самолетик взмыл вверх, чиркнул по потолку и начал падать. Расслышать, кто выкрикнул "Вингардиум Левиоса" было невозможно, но, похоже, свои палочки подняли в воздух сразу несколько волшебников, потому что самолетик прекратил падение и начал метаться по всему залу под радостные крики окружающих.

Кафе "Три метлы" в этот вечер были переполнено. Флер, бледная и осунувшаяся, улыбалась из-за барной стойки все новым и новым посетителям:

— Неть, неть, сегодня здесь не быть крепкий напиток! Давайте веселиться, зачем напиваться?

И все соглашались с ней. Впрочем, недовольные могли перебраться в "Кабанью Голову" — там запрета на спиртное никто не вводил.

Веселье продолжалось. Однако то тут, то там по лицам людей пробегала тень, которую они тут же пытались отогнать, и вскакивали на ноги с новым тостом или старой шуткой.

Двери кафе в очередной раз распахнулись, ударив по стульям сидящих рядом со входом магов.

— Мест нет! Увы, мест нет! — прокричали они вновь прибывшим, но тут же замолчали.

В кафе протиснулись двое, мужчина и женщина. Они начали оглядываться по сторонам. Наконец, мужчина, издав радостный крик, устремился к угловому столику у окна, тащя за руку свою спутницу.

— О, мистер Поттер, мистер Гарри Поттер! Я умоляю, я падаю ниц перед вами! Скажите, что я могу для вас сделать и я сделаю все, только умоляю, будьте моим свидетелем, пожалуйста!

Гарри обернулся и обнаружил за своим стулом стоящего на коленях мистера Бартоломью, протягивающего к нему руки.

— Эээ... — выдавил из себя Гарри.

— О! Это невероятно, невероятно! Марта, он согласен, согласен, я же говорил тебе, что это самый-самый лучший человек на свете! — мистер Бартоломью ухватил Гарри за рукав и поднялся с колен. Другой рукой он, словно фокусник, вытащил из-за своей спины женщину, которая смущенно улыбалась и смотрела на Гарри глазами, полными восхищения. — Познакомьтесь, это моя Марта! Марта, это настоящий Гарри Поттер! Тот самый! Я же говорил, говорил тебе, что он не сможет нам отказать!

— Большое спасибо, мистер Поттер, вы так любезны... — слегка заикаясь от волнения сказала Марта.

— А в чем дело-то? — спросил Рон, который наблюдал эту картину с не меньшим удивлением, чем Гарри.

— О, глубокоуважаемый и почитаемый мистер Поттер согласился быть свидетелем на нашей свадьбе! Это самое великое событие в моей жизни после тестов по аппарированию, которые я сдал только благодаря мистеру Поттеру. А вы, кажется, мистер Уизли, не так ли? Дорогой мистер Уизли, не соблаговолите ли вы тоже стать свидетелем жениха?

— Вторым? — удивился Рон.

— Нет-нет, почему вторым... Настоящим, первым... Дело в том, что мы с Мартой сегодня не единственные, кто решил пожениться в такой умопомрачительно победный день! Но вторая пара... о, они слишком, слишком влюблены друг в друга, чтобы думать о таких бытовых вещах, как свидетели! И... В вашей компании ведь есть прекрасные леди? Может быть, вы будете столь любезны, что передадите им нашу нижайшую просьбу стать свидетельницами со стороны невесты...

Теперь сбивчивую и взволнованную речь мистера Бартоломью слушали уже все находящиеся в кафе.

— Давай, Гарри, не стесняйся! Да и Ронику не помешает приобрести немного солидности, — подбодрил друзей Фред, и Джордж закивал, соглашаясь со своим братом.

Гарри и Рон одновременно обернулись к Джинни и Гермионе. Девушки выглядели взволнованными, их горящие глаза явились гораздо более весомым аргументом "за", чем слова мистера Бартоломью или подначивания Фреда и Джорджа.

Так же синхронно Гарри Рон повернулись к мистеру Бартоломью и одновременно кивнули.

— О! Замечательно, замечательно, замечательно! — завопил мистер Бартоломью на все кафе. — Я приглашаю всех присутствующих на нашу свадьбу! Если вы не будете возражать, то ее можно провести прямо здесь и прямо сейчас! Ох, нет, не прямо сейчас, а минут через пятнадцать... нам нужно привести сюда официальное лицо! Не расходитесь, не расходитесь, мы мигом!

И, подхватив под руку Марту, он ринулся сквозь толпу обратно к выходу.

— А кто та вторая пара-то? — запоздало поинтересовался Рон.

— Не важно, вскоре узнаешь, — отмахнулась Джинни. — Гарри, ты правда согласился пригласить меня в свидетели?

Гарри кивнул. Он был настолько выбит из колеи внезапным наскоком мистера Бартоломью, что ответить более вразумительно сейчас не мог.

— А на салфетке ты написал правду? — шепнула Джинни прямо ему в ухо, обняв и поцеловав его в щеку.

Гарри снова кивнул. Рон с Гермионой за его спиной тоже обменивались мнениями по поводу предстоящего обряда.

— Между п'гочим, неплохо бы вам пе'геодеться во что-нибудь более подобающее, — сказала всем четверым Флер, пробившись к их столику. — Ваши боевые мантии, конечно, хо'гоши для па'гада, но для свадьбы нужны более то'гжественные одежды!

Гарри и Рон испуганно переглянулись, а Джинни с Гермионой оглядели друг друга, а потом самих себя с ужасом.

— Конечно! Совершенно невозможно быть свидетелями в таком виде! — вскочила Гермиона.

Флер улыбнулась им и поманила за собой к служебным помещениям. Выбравшись из поздравляющей и хохочущей толпы, друзья вышли к лестнице, поднялись вслед за Флер на второй этаж.

— Ведь у вас нет с собой вещей? Сейчас я поп'гобую что-нибудь п'гидумать... Мальчики, вам лучше п'гойти в ту комнату...

Хохотнув, ребята вышли из спальни Билла и Флер и вошли в дверь напротив. Улыбка сползла с лица Гарри едва он переступил порог.

— Представляю себе, как девчонки сейчас наряжаются, — хмыкнул Рон. — 'Ах, моя прическа, ах, нам нужны бантики'... Ты чего?

Рон уставился на Гарри, который тяжело сел на одну из кроватей, привалился спиной к стене и прикрыл глаза.

— Ну ты что, опять тех вспомнил? — огорченно сказал Рон.

— Имеем ли мы право дарить и отнимать жизнь, — после долгого молчания спросил Гарри тихо, словно разговаривая сам с собой.

— Э-эй, приятель! Они были Пожирателями! Они убивали, калечили, пытали мирных людей! И не только сегодня...

— Я понимаю, понимаю, Рон. Но... Одно дело, когда против тебя враг и тебе нужно решать, убьешь ты его или он тебя. Другое дело... вот так...

— Гарри, ты, конечно, благородный и отважный и так далее. Но не ты один принимал решения. Забыл? Там была куча народу. И авроры и эти... из Визигамонта. Да и маглы тоже имели право делать свой выбор... Они ведь тоже пострадали этой ночью. Это их Пожиратели крутили над головами, словно воздушные шарики... и не потому, что они враги, а просто так, ради забавы...

Гарри вспомнил лежавшего на земле волшебника в белом балахоне Пожирателя. Кто-то стянул колпак у него с головы, и длинные светлые волосы его упали в грязь, оставшуюся после дождя. Нет, Гарри не знал этого человека, он видел его в первый раз в жизни. На лице Пожирателя сохранился азарт схватки. Заклятие Волдеморта попало в него во время дуэли и рот его так и остался раскрытым и улыбающимся. Что он кричал перед смертью?

— Ты и так был слишком щедр, — снова заговорил Рон. Речь его была быстрой и суетливой, словно он хотел отвлечь Гарри от мрачных мыслей. — Вот Снейпа бы точно не нужно было оживлять... Сам же говорил, что он сволочь...

— Снейп был плохим учителем, но он спасал нас. И не раз. Ты забыл?

Гарри не смотрел на друга, с трудом выдавливая из себя слова.

— Ага, и поэтому ты сказал этой тетке, той магле с костлявым лицом, что он был учителем? Что же ты не уточнил тогда, что он был плохим учителем, а?

— Я слышал... слышал еще вчера, как говорила кому-то, что она учительница... когда мы стояли в толпе, возле тех клеток... Поэтому и сказал. Ей ведь было легче стало принимать решение, когда она узнала, что он ее коллега.

— Ну да, святой Поттер, плюс сердобольная МакГонагалл вмиг уговорили училку вступиться за коллегу.

Гарри дернулся, словно Рон отвесил ему оплеуху.

— Он был нашим учителем. И он заботился о нас так, как мог. Это он вытащил тебя из Запретного Леса, когда вокруг шастали дементоры. Забыл?

— Нет, не забыл. Просто я ведь этого не видел. А что он там наговорил...

— Я видел это собственными глазами! — неожиданно даже для самого себя рявкнул Гарри.

Он не знал, не мог понять, кто и почему мог принимать такие решения. Он понимал, что Пожиратели погибли поделом, да еще и от руки собственного предводителя. И еще он знал: если бы они встретились в бою, лицом к лицу, то он бы постарался любым путем нейтрализовать их... Слово-то какое... нейтрализовать... Убить? Смог ли бы он их убить? 'Да, — честно признался себе Гарри. — Если бы они угрожали жизни моих друзей. Нет, не только друзей. Просто людей... Но ведь и Пожиратели тоже были людьми'...

...На поляне вокруг развалин Визжащей Хижины тем утром собиралось все больше народу. Из Хогсмида бежали люди, вначале только волшебники, потом явилась смешанная толпа маглов и магов, прятавшихся в магазине Фреда и Джорджа, затем подтянулись те, кто укрывался в подвале Кабаньей Головы и те, кто дрожал всю ночь вместе со своими детьми и родственниками-магами в палаточном городке, прислушиваясь к вою и крикам... Одновременно авроры, министерские работники, просто зеваки аппарировали сюда со всех концов страны, желая своими глазами посмотреть на мертвого Волдеморта, прикоснуться к Избранному, Мальчику-Который-Выжил, подростку, который кинул Летучий Порох в огонь в самый нужный момент...

Все без исключения маглы как минимум лишь вчера воспользовались Кольцом Согласия, иначе бы они просто не смогли попасть в Хогсмид. А это значит, что любой из них мог, объединившись с двумя другими такими же 'окольцованными' маглами, вернуть к жизни погибших от заклятий. Не всех. И не от всех заклятий. Волдеморта с Беллатрикс не удалось бы спасти даже если бы в оживляющее кольцо выстроились все присутствующие маглы — смертельное заклятие не снималось. Впрочем, оживить этих двоих никто и не пытался, даже после того, как откуда-то появившийся Флитвик убрал вокруг них огоньки Гермионы. Двоих защитников Хогсмида, убитых Пожирателями в предрассветной мгле зелеными лучами, оживить так и не удалось. Не удалось вдохнуть жизнь в Пожирателя, чуть не пополам перерубленного Сектусемпрой — он потерял слишком много крови, да и добрались до него слишком поздно... Гарри догадывался, кто мог использовать это заклинание, но не мог поверить, что Снейп убил своего коллегу-Пожирателя. Разве что промахнулся...

Да, там, среди попавших под ленточное заклинание Волдеморта, оказалось несколько десятков Пожирателей. Часть из них были в белых балахонах, но часть были одеты в обычных мантиях. Лишь свидетельства очевидцев выдавали тех, кто воевал и куражился этой ночью на стороне Волдеморта. В результате яростной полемики сторонников и противников оживления врагов, большей части из них все же вернули жизнь. А начало положил Гарри своей фразой о Снейпе, сказанной на реплику МакГонагалл о том, что вина бывает разной и нельзя за пять минут решить участь человека. Та учительница-магла, услышав слова Гарри, просто взяла за руки двоих из своей команды, с которыми они уже оживили с десяток волшебников, и подошла к лежащему на земле Снейпу. Он был одет не в одежды Пожирателей Смерти, а в свою обычную черную мантию, поэтому не воспринимался маглами за врага, да и припомнить, чтобы он дрался сегодня ночью никто не смог, Пожирателем его признали лишь волшебники. А может быть, слова Гарри оказались последней каплей, но... Так уж получилось.

Вслед за Снейпом начали спасать и других сторонников Волдеморта. Каждому из них в лицо в момент оживления смотрело сразу по нескольку палочек. Едва спасенный приходил в себя, его тут же опутывали веревками и уводили авроры. На некоторых, особо буйных, пришлось наложить заклятия... Всех их ждало разбирательство в Визигамонте, большинство из них, скорее всего окажутся в Азкабане... 'И неизвестно, что хуже', — мрачно заметил Фред, когда мимо них тащили возмущенно выкрикивавшего что-то Макнайера...