Равиен. Дорога обратно

Каждое пророчество становится понятным только после того как ты пережил предсказанное, матервестер! Вот читаю и понимаю, про нас же в пещере! Один в один...

"Успешно одолев преграды

Дары несметные найдешь.

Но выбирай с умом награду,

Живым одно лишь унесешь.

Богатство вряд ли пригодится

Тому, кто алчностью влеком,

Его душа развоплотится,

И в миг забудет мир о нем."

А вот последнее восьмистишье запутаннее не придумаешь:

"Когда едины станут трое,

И в устремленности своей

Дорогу верную откроют,

Чтобы исправить ход вещей,

Ничтожный, выживший в страданьях

Узлы на судьбах расплетет.

Но лишь когда в руках мужчины

Кровавый камень расцветет."

Нет, частично понятно — мы все трое должны стать единым целым, про это и выше есть. Про понимание, которое всего важнее. А вот насчет верной дороги...

Я перевернул лист и уставился на карту, странную, с множеством разветвлений, очень напоминающую тот путь, по которому мы продвигались по пещерам — коридоры налево, коридоры направо, коридоры прямо... Тупики вон тоже есть, точно!

— Это карта пещер! — выдал я и, подняв голову, с удивлением отметил, что Таня с Тайем обнимаются. Правда это было больше похоже на дружеские объятия, чем на что-то большее, так что ревновать я не стал, да и не время сейчас.

— Давайте сваливать отсюда быстро! — выдал лонгвест и я был с ним совершенно согласен.

Если хотя бы часть из банды были оборотнями, привязанными к убитому нами магу, то сейчас их шарахнет ощущением свободы. А что они начнут вытворять при этом, предсказать невозможно. Поблагодарят за освобождение или решат отомстить за смерть хозяина...

— Кстати, а где твое кольцо?

Тай нахмурился, вытянув вперед пальцы, внимательно изучая их.

— Этот, — он презрительно кивнул на остатки мага, — говорил, что я привязанный.

Таня кивнула, подтверждая:

— Да, я вижу связь... Только она не такая, как вначале, она... — ошеломленно замолчав, кошка задумалась, склонив голову набок, как будто прислушиваясь, а потом повернулась ко мне: — Она такая, как у нас с тобой! Как будто... как будто она добровольная! И не с тобой, а... с нами!

Тай все это время изучал свои пальцы и только на последней фразе повернулся и осмотрел нас двоих:

— Ага, третьим буду, — и засмеялся, немного нервно, но с очень заметным облегчением. Как будто выдыхая и расслабляясь от пережитого. — Кольцо только жалко...

И вдруг оно появилось! Вот прямо как из воздуха.

Тут до меня дошло, что с момента как мы выползли из пещеры я не видел на Тане диадему. В пещере, мельком, помню. Пока лезем по лестнице — не помню... А потом — точно не видел! Наверное если бы она мелькала в ней у меня перед глазами, я бы про кинжал не забыл, а так...

— Тань, а корона твоя где?

— Какая ко... — озадачилась моя кошка, но тут же вспомнила и схватилась за голову. Я и Тай, как зачарованные, уставились на возникшую из ниоткуда старинную серебрянную диадему.

— Но выбирай с умом награду, живым одно лишь унесешь... — прошептал лонгвест, потом фыркнул и посмотрел на меня: — А ты чего выбрал?

Я помахал у него перед носом кинжалом. Тай одобрительно присвистнул и выглянул за дверь:

— Ну что, валим? Нам в какую сторону хоть?

Татьяна:

В какую сторону, в какую сторону... как будто у нас есть выбор! На выход нам!

Эх... ворчала я исключительно про себя, а вслух сказала:

— Я кошкой и впереди, меня под ногами заметить сложно, а там... — я повела ухом в сторону выхода, обратившись почти мгновенно, — какой-то подозрительный шум.

Не стала дожидаться возражений от ребят, да и вряд ли они стали бы протестовать, разумный же ход. Выскочила за дверь, и быстро, но тихо завернула за угол.

Мы успели миновать два поворота, когда из за третьего я метнулась обратно с шипением:

— Толпа! С оружием!

Первую партию воинственно настроенных разбойников мы пропустили , занырнув в темный тупиковый коридорчик. Мимо нас с топотом промчалось человек десять, направляясь в сторону покоев мертвого мага.

Мы вынырнули из убежища и на цыпочках двинулись дальше к выходу, и уже почти дошли, когда из-за плохо отесанного выступа с ревом выпрыгнула еще одна толпа, на этот раз оборотней.

Голов с... впрочем, считать мне было некогда, на меня едва не наступили с размаху, и пришлось перетекать в лису в прыжке. Почему в лису? Не знаю... так получилось. Я оттолкнулась лапами от стены и рванула обратно, в свалку.

Интересно, что некоторые оборотни так и дрались в человеческом облике, норовя ткнуть в кого-нибудь острой железякой. Мне пару раз попало по лапам, и я настолько рассвирепела, что выпустила из виду лонгвеста, успешно потрошившего свою часть противников, и даже Ромку, прицельно пулявшего в агрессоров огненными шариками. Я кинулась ловить и драть того урода, что в меня копьем тыкал.

Урод взвизгнул, бросил палку и вдруг на бегу превратился... хм... на мартышку похоже, только маленькую очень. Понятно, почему оно человеком дралось. И эта тварюшка, продолжая верещать, исчезла в какой-то щели под потолком. Тьфу!

Вот чего они на нас кинулись, придурки? Свобода, блин, беги не хочу. Нет, не хотят. Понравилось в разбойниках? Или они того... все в своего мага были нетрадиционно влюблены?

Думать во время драки неудобно, но можно. Даже когда из-за поворота вываливаются все новые противники, уже в основном люди, но с оружием и даже с сетями. Вот гады, а!

Две сети мы с Таем успешно подрали вместе с владельцами, еще одну спалил Ромка, противник оттянулся за угол и явно готовился к новой атаке. Но тут у них за спиной раздался грохот, крики, и мы, переглянувшись, осторожно двинулись на шум.

Да, подготовились вражьи морды знатно. Мы бы не прорвались... они же нашу артиллерию в виде Ромки массой завалить старались, Тай только и делал, что отшвыривал от огнеметающего магенка очередного кандидата грудью на амбразуру. Ну и я по мере сил, но эти гады множились, как тараканы под раковиной. А дальше вон вообще коридор сетью перегородили в три слоя, когда успели? И резервы подтягивали.

Но облом у них случился, непонятный. Кто-то за сетями хрипло ругался, звенел железом, орал и... ха! Каркал!

Мы с Ромкой переглянулись и рванули вперед, как раз успели продраться сквозь первый заслон и сеть, когда следующая пала под напором изогнутой сабли в руках Багдасара.

Объясняться, спрашивать и подозревать было некогда. Ворон радостно оскалился нам навстречу, и призывно махнул рукой. Мы молча устремились в пробитый им проход во вражеских рядах. И уже через пару минут вырвались на поверхность. Интересно... дверь оказалась не открыта, а просто сорвана с петель, и валялась поодаль, а на полянке стоял конь ворона и наши две лошадки.

Тай:

Еще перетекая в лонгвеста, нападдал лапой первому попавшемуся. Вроде коту, не разобрал. Тесно для хорошей драки. Мы прижаты к стенке — хорошо, сзади не нападут. Плохо — толпа давит. Дальше смутно помню. Маг бомбил направо и налево, я смахивал всех с мага. Потом рывок вперед, на шум и мы на свободе. Какой-то мужик, явно знакомый Ромки и Тани. И три лошади... Я лучше сам — быстрее будет.

— Садись скорее! — Ромэй тащил меня на лошадь, прямо зверем. Лошадь беспокойно ржала и стучала копытом. Я рычал и бил себя хвостом. — Придурок, я сзади сяду! Скорее давай, пока нас не перебили!

— Я бы порекомендовал вам поторопится, мы с леди не сможем удерживать напор этих бандитов слишком долго.

Ща! Поторопится... Где я и где лошадь?! Под тяжелым взглядом Ромки я перетек в человеческую форму, сел и вцепился руками в седло. Ромэй плюхнулся впереди.

Мужик подсадил Таню, обхватив ее за талию, р-р-р-р. Второй рык был Ромкин, я слышал!

Мужик взлетел на третью лошадь и мы помчались...

— Идиот, ты мне все ребра сломаешь! Не так крепко сжимай...

Ему хорошо говорить. А я не доверяю этой копытной самке!

Татьяна:

Вовремя мы ускакали оттуда. Когда нас отделало от пещеры километра два, с той стороны что-то грохнуло, раз, другой, потом закачались окрестные деревья, и, оглянувшись, мы увидели огромный столб пыли в том месте, где был холм с разбойничьей пещерой. Нда...

Я развернула нервничающую лошадку и мы снова понеслись по дороге.

Какое-то время все молчали, но еще около часа галопа, и я решила, что мы ушли достаточно далеко. Окликнула ускакавшего вперед ворона и свернула по едва заметной тропинке в лес. Насколько я помню прежний путь, она должна вести к благоустроенной полянке для привала.

А нам надо отдохнуть, всем. И поговорить.

Пока мужики обустраивали лагерь, я, благо никто не приставал с женской долей, отошла в сторонку и села под раскидистым деревом на травку. Закрыла глаза и откинула голову, облокотившись затылком о шершавый ствол.

Как все... сложно. Неправильно. Я совсем не этого ждала от своего нового мира. Дома все было понятно — я альфа, я все могу и со всем справлюсь. Точнее, должна. Я была уверена в этом. Да так и было... до недавнего времени.

Даже в компании подростков-оборотней, когда миарми вывозила нас "на природу", чтобы научить очередной премудрости выживания, все было просто и понятно. Если я одна альфа — я главная. Самая сильная, решительная, умная. Я старалась! И у меня же получалось, получалось же!

Если были еще альфы — негласное соперничество не должно было мешать общей цели и подвергать опасности остальных детей. А дальше — разбирайтесь сами. Мы и разбирались, когда были помладше — кулаками и зубами, постарше — умом, организаторскими способностями...

А здесь с самого начала все по-другому. И упрямый лис, и даже Ромка! Который вроде бы не спорит, но... Почему? Почему я раз за разом чувствую себя не альфой, а дурой последней?

Ну вот это приключение, мать его! Это же я виновата. И именно как альфа. Что мне стоило не расплеваться с Тайем тогда, в коридоре, а поговорить нормально? Да чмокнуть его в щеку, в конце концов, просто что-то сделать... по-женски.

Вот то-то и оно. Я как-то забыла с собственной альфовостью, что я не просто главная самка в стае, я самка... женщина!

А ведь миарми что-то такое говорила... но я тогда не услышала. И старая мудрая кошка сказала, что я просто еще слишком маленькая. Вырасту — пойму.

Что, выросла? Ну вспоминай... вспоминай, что альфа-самка в стае — это не только самые острые зубы и когти. Это сердце стаи. Мудрость стаи. Та, кто всегда погасит конфликт, утешит обиженных, урезонит драчунов, поймет и выслушает... А я? А мне... Мне самой нужен кто-то, кто выслушает и утешит. Я маленькая еще. Не доросла до альфы...

— Леди? — рядом со мной склонился ворон, игнорируя косые взгляды Ромки и Тайя и протягивая мне флягу. — Отдельных стаканов у меня нет, но напиток очень бодрящий, вам понравится.

— Спасибо, — я машинально взяла протянутое, принюхалась... нормально. И глотнула. Тут же закашлялась — вино с пряностями и медом, густое, как ликер, почти не пьяное, но жгучее. Ух!

Вернула флягу ворону и даже улыбнулась ему, хотя сам по себе он не вызывал у меня особенно положительных эмоций. С другой стороны... если подумать... Он же за нами вернулся, как иначе можно расценивать его появление в пещерах разбойников?

— Позволите нарушить ваше уединение? — стоит, смотрит, ждет... другой бы плюхнулся рядом, и все, а этот интересуется моим мнением.

— Да, конечно, — довольно вяло отозвалась я, даже чуть пододвинулась, давая ему место в тени. Солнце уже клонится к закату. Наверное, мы останемся на этой полянке на ночь. Надо встать и сделать постель для Ромки...

Багдасар присел рядом, причем его рука как бы совершенно случайно оказалась на моей, причем настолько ненавязчиво-нежно, что я не сразу даже заметила.

— Очень рад, что нашел вас живыми, — произнес он, погладив мои пальцы и тут же убрав руку, не дожидаясь пока я ее отдерну. — Я, как только пришел в себя, сразу помчался к своей госпоже и взял у нее документы, подтверждающие, что сударь Ромэй и его оборотни под ее защитой, — и ворон протянул мне лист бумаги, на котором красивым витьеватым почерком было написано примерно тоже самое, что он только что сказал. — А когда вернулся обратно, наткнулся на бунт оборотней. Не поделитесь со мной, как вам удалось сбежать, леди? — и Багдасар внимательно посмотрел на меня.

— Нам просто повезло, — я пожала плечами. Не знаю, почему-то у меня не было желания делиться с вороном правдой. То, как мы ругались и мирились в пещере, то, что творил с Тайем долбанутый маг-извращенец, то, как мы его... это только наше, слишком личное. Посторонним знать не нужно. Тем более про Тайя. — Этот разбойник решил устранить нашего мага и только потом привязать нас к себе, но не успел. Не знаю, что там случилось у его разбойников, но они устроили шум-гам-тарарам, и отвлекли мага. Мы только воспользовались случаем. Кстати, спасибо. Вы очень вовремя вернулись. Мы сами не справлялись.

Ну, почти правда, нет, что ли? Подумаешь, порядок действий немного перепутала, так у меня стресс! И я поблагодарила за спасение — все правильно.

Я говорила достаточно громко для того, чтобы меня слышал не только ворон, но и ребята.

— Понятно, что ж, я очень рад, что вам настолько везет, леди, — Багдасар встал и посмотрел на нахохлившихся Рому и Тайя. — Вы не поделитесь со мной своими дальнейшими планами? Моя госпожа будет рада принять вас у себя, если конечно вы пожелаете, леди, — тут ворон чуть повернулся и кивнул Ромке: — Сударь Ромэй? До охотничьего домика моей госпожи всего три тенченя. Там будет вкусный ужин, уютные кровати, горячая ванна... — А вот это все уже перечислялось снова мне.

Я тоже встала и отряхнулась.

— Спасибо, сударь, но мы предпочтем не затруднять вашу госпожу присутствием нежданных гостей, к тому же, мы спешим. Заночуем здесь? — последний вопрос был обращен и к Ромке и к Таю.

Хватит командовать. Пещеры как нельзя лучше показали, что сообща мы действуем гораздо лучше, чем одна самая умная я. Ведь без Ромки мы не выручили бы Тая, а без Тайя не отбились от разбойников, и вообще... хватит, короче.

Go home

Равиен — 20

Тай:

Не нравился мне этот крылатый вертихвост. Совсем не нравился. Правда самка уже была не моя, пусть Ромка переживает. Он и переживал. Заметно очень переживал. Особенно когда мужик плюхнулся рядом с Таней и взял ее за руку. У Ромки сразу палка для костра пополам с первого раза сломалась. Стоит, желваками играет, а этой палкой сопернику про меж глаз дать не может. И ведь не трус, но ведет себя все время странно. Нет, может по городским правилам и надо молча злится в тряпочку. Не знаю.

Когда ворон поцеловал Тане руку, Ромка схватился за кинжал. Я приготовился к драке. А этот... всего лишь погладил рукоять. Гладит и успокаивается. А другой мужик в это время с его самкой кокетничает. Дурные у них в городе законы, точно.

— Заночуем здесь? — Таня встала и направилась в нашу сторону. Ворон подошел вслед за ней.

— Сударь Ромэй, ну хоть вы повлияйте на вашу леди! Зачем спать в лесу, когда в трех тенченях уютный охотничий домик, где вам будут рады?